Северная война

В XVII в. Швеция, несмотря на хорошо обученную армию и военное могущество, в действительности являлась экономически слабым государством. Агрессивная внешняя политика тормозила внутреннее развитие страны, подрывала ее ресурсы. По Столбовскому миру 1617 г. Россия оказалась полностью отрезанной от Финского залива и все ее попытки в XVII в. получить выход к Балтийскому морю не дали результатов. Но этот «вечный» договор, заключенный в деревне Столбово (близ Тихвина) 27 февраля 1617 г., восстановил мирные отношения между Россией и Швецией после провала польской интервенции начала XVII века.

По условиям Столбовского мира Швеция возвратила России Новгород, Старую Руссу, Порхов, Ладогу, Гдов с уездами и Сумерскую волость. За Швецией оставалась Ижорская земля (с Ивангородом, Ямом, Копорьем, Орешком) и г. Корела, т. е. Россия оказалась отрезанной от Балтийского моря. Часть русского населения этих районов (исключая крестьян и приходское духовенство) получила право выезда в Россию в течение двух недель.

	Манифест Карла XII к эстонцам о начале Северной войны. Апрель 1700 г. Тит. л.

Потребности экономического и культурного развития России к этому времени все более переплетались с задачей выйти к морским путям сообщения, прежде всего к Балтийскому морю. «Стоим над водою и смотрим, как гости купцы к нам приходят и отходят, а сами того не умеем. Слово в слово так, как в стихотворских фабулах некий Тантал стоит в воде да жаждет. И по тому и наше море не наше» ^[247],— говорил о положении России накануне Северной войны один из сподвижников Петра I Феофан Прокопович. После бесплодной попытки России пробиться к Балтике шведы имели намерение воевать с Россией. Только смерть короля Карла XI в 1697 г. и молодость Карла XII удержали их от немедленного выполнения этих планов. «Однакож по двух или трех годах подлинно хотели начать войну, хотя б и наша не предварила» ^[248],— писал Петр I.

Выход к морю для большой страны был жизненно необходим, и Россия вступила в Северную войну осенью 1700 г., когда ее союзники Дания и Польша фактически были уже выведены шведами из строя. Война началась неудачно, но первое поражение под Нарвой Петр воспринял как урок для себя и развернул активную деятельность по созданию и обучению армии. Это было сделано в короткие сроки, и уже в 1701–1704 гг., пока Карл XII занимался военными делами в Польше и Саксонии, Россия выиграла несколько крупных сражений на территории Эстонии (под Эрестфером (Эраствере), Дерптом, Нарвой и др.).

Историки отмечают, что и в этой войне русские войска встречали поддержку со стороны местных крестьян и, наоборот, эстонцы всячески уклонялись от вербовки в шведскую армию и игнорировали приказы властей о поставках продовольствия^[249]. С началом Северной войны в Эстляндии резко обострились сословные противоречия и прокатилась волна крестьянских восстаний. На мызе Орава местных жителей поддержали русские из пограничных поселений^[250]. Даже часть прибалтийских помещиков-немцев, охваченных ненавистью к шведскому правительству, которое в своих интересах ограничило их права на эксплуатацию крестьян, готова была оказать содействие русским^[251].

В 1710 г. после победы под Полтавой началось наступление русских войск на Ливонию. 4 июля после трехмесячной осады сдалась Рига, еще через месяц — Дюнамюнде, Пернов, Аренсбург и остров Эзель. Капитуляция Ревеля 29 сентября 1710 г. завершила завоевание Ливонии. Северная война продолжалась еще 11 лет, но уже не затрагивала Прибалтийского края^[252].

История православия в Эстонии до 1710 г. является историей установления на протяжении семи веков тех духовных связей между эстонским и русским народами, которые в конечном счете способствовали объединению с Россией. Эти связи вырабатывались и крепли в совместной борьбе против немецких феодалов, против гнета и притеснений со стороны католической и лютеранской Церквей. Эта многовековая история раскрывает также те основные причины, которые привели к событиям середины и конца XIX в. в жизни Церкви в Эстонии. Эта история показывает, как на протяжении веков в Прибалтийском крае формировалась та идеологическая, политическая и религиозная сила — в лице большинства немецких помещиков и лютеранской Церкви,— которая последовательно и упорно противилась объединению с Россией, даже тогда, когда это воссоединение было уже свершившимся фактом.

---