Образование феодальных имений — мыз

Завоевывая Прибалтийский край, крупные феодалы — магистр Ордена и епископ — раздавали земли рыцарям и священникам в ленное пользование, делая из них своих вассалов. Но до 40-х гг. XIII в. и крупные, и мелкие феодалы жили в укрепленных городах. Только после того как невиданными по своей жестокости способами им удалось крестить местное население и подавить многократные выступления крестьян, они перебрались на свои ленные земли, отбирая под барскую запашку и часть крестьянских наделов. Таким образом складывалось хозяйство феодала, и его имение стали называть мызой^[139].

Владелец мызы, вассал крупного феодала, получил ничем не ограниченные права распоряжаться жизнью и смертью эстонского крестьянина. Историки А. Вассар и Г. Наан указывали на существование в Северной Эстонии так называемого права Вальдемара-Эрика (1315): «Король обязан дать им (т. е. вассалам) лен с правом живота и смерти на селе, на поле, в лесу, в воде — повсюду, куда заходит граница земель ленника» ^[140]. При этом решения вассала не подлежали обжалованию. Крестьяне были закреплены за землями ленника. Суровыми штрафами феодалы старались подавлять малейшее сопротивление, превращая их в рабов. Штрафовали за все, в том числе и за невыполнение католических обрядов. Если крестьянин не в состоянии был уплатить штраф, он должен был поклясться на кресте, что не уйдет от феодала, то есть до смерти останется его рабом.

По примеру права Вальдемара-Эрика феодалами были составлены правовые положения и в других районах Эстонии. Например, существовал порядок, когда эст, обвиненный под присягой в каком-либо проступке, мог доказать свою невиновность, только пройдя испытание огнем. Его заставляли держать в руке кусок раскаленного железа, и если у него появлялись ожоги, вина считалась доказанной. Такой же варварский способ практиковался при решении споров между феодалами о границах земель: крестьян обоих феодалов подвергали испытанию каленым железом, если и те и другие получали ожоги, то спорный участок делился между феодалами пополам^[141]. Существовало также испытание водой: обвиняемого бросали в колодец, и если он сразу не шел ко дну, а плавал на поверхности, вина его считалась доказанной, потому что вода не хотела принимать «преступника».