Игумен Феофилакт (Моисеев). Святитель Иов.
6. Святитель Русской Церкви
Велики были печаль и скорбь всего народа о почившем первом Всероссийском Патриархе Иове, но вместе с тем и сокровенное сознание того, что Церковь Небесная приняла в свои недра еще одного молитвенника и угодника Божия, никогда не покидало российской паствы. Любовь и уважение соотечественников к своему Первосвятителю-патриоту, подвижнику и хранителю святого Православия с необыкновенной силой отобразились в глубоком почитании памяти Патриарха Иова.
Первые, но уже ярко выраженные черты этого почитания в отношении к сосланному Патриарху обнаруживаются со стороны настоятеля Успенского Старицкого монастыря преподобного архимандрита Дионисия († 1633; память 12 мая), а вместе с ним и братии. Как уже отмечалось, приказ Лжедмитрия о строжайшем содержании Святителя Иова в заточении преподобный Дионисий не только проигнорировал, но, более того, предпринял все меры к тому, чтобы смягчить страдания убеленного сединами старца. Стражники, доставившие Святейшего Патриарха Иова, были отправлены, а сам настоятель «со всею братиею и со многими горькими слезами, не ведый, что сотворити великому пастырю, и молит, и просит, что повелит и что укажет еже о себе творити»[206]. Так был встречен Патриарх в своей родной обители, где некогда начинал постигать под руководством святителя Германа великую школу иноческого смирения и нелицемерного братолюбия и где впоследствии настоятельствовал, преподавая братии уроки благочестия и духовного наставничества. И быть может, именно в эти минуты монашеское сердце Первосвятителя как никогда исполнялось радостью и утешением, ибо его опытному взору открылись поистине нетленные плоды жертвенности и великодушия, те самые плоды, в созидании которых он ощутил и свою бескорыстную иноческую причастность. Духовная общность Святителя Иова и преподобного Дионисия — тема, заслуживающая особого внимания. Не вдаваясь в детальный анализ этой важной, еще не получившей своего освещения в церковной литературе, темы, отметим основные вехи взаимоотношений этих столпов Православия. Поражает общность некоторых биографических данных, близость и единство их жизненных судеб. Так же, как и Патриарх, преподобный Дионисий родился на Тверской земле; оба приняли постриг в Старицком Успенском монастыре, тот и другой в течение нескольких лет были настоятелями этой обители[207]. Во время поездки Патриарха Иова в Москву в феврале 1607 г. для принятия покаяния москвичей преподобный Дионисий сопровождал Первосвятителя[208]. Несомненно, к тому времени их связывала искренняя и глубокая дружба, основанная на единстве мировоззрения, которое в свою очередь выражалось как в патриотическом служении Отечеству в годы польско-литовской интервенции, так и в пастырском служении Церкви, испытывавшей в те времена из-за недостатка просвещения большие беды. Как отмечают исследователи, именно в Москве, благодаря Святителю Иову состоялась встреча святого Патриарха Гермогена († 1612; память 17 февраля и 12 мая) и преподобного Дионисия[209], положившая начало их совместному служению Церкви и Отечеству.
Последствия польско-литовского нашествия вызвали к жизни одну из важнейших жизненных задач — снабжение храмов богослужебными книгами. Неудивительно, что именно преподобный Дионисий, наместник Троице-Сергиевого монастыря, получил благословение церковного священноначалия на редакторско-издательский труд. Общение с Патриархом Иовом и знакомство с его мыслями и планами относительно типографского дела[210] получили дальнейшее творческое развитие и реализацию в книгоиздательской деятельности преподобного Дионисия. Конкретные исторические события, обусловившие эту генетическую духовно-творческую преемственность двух подвижников в области отечественного просвещения, вполне достойны самостоятельного очерка. В данной работе достаточно засвидетельствовать этот факт как одну из форм обращения благодатной памяти сподвижников и последователей Святейшего Патриарха Иова к его общецерковной деятельности.
Известно, что преподобный Дионисий участвовал в погребении первого русского Патриарха. Для совершения чина погребения прибыли митрополит Крутицкий Пафнутий и архиепископ Тверской Феоктист. Во время службы, которую совершали архиереи совместно с преподобным Дионисием и «протчими священницы», на лице усопшего «бысть аки роса велика». «Дионисий же ту росу отираше и смочиша два полотенца», — повествует «История о первом Патриархе Иове»[211]. В момент же самого погребения лицо Святителя, как передает тот же документ, «бысть светло, яко живу ему сущу»[212]. Святейший Патриарх был погребен у западных дверей Успенского собора монастыря, напротив правого клироса. Здесь тело его покоилось до 1652 г. Над гробом Патриарха была впоследствии воздвигнута часовня с надписью на гробнице: «7115 (1607) года июня в 19 день на день воскресения в нощи преставися раб Божий Святейший Патриарх 1-й Иов Московский и всея России, урожденец града Старицы из посадников, от своих вдан в монастырь Старицы Успения Божией Матери архимандриту Герману, от него же научен чтению и слову Божию; в оном же монастыре пострижен в монашество тем же архимандритом и посвящен в иеромонахи; от благочестиваго царя и великаго князя Ивана Васильевича (IV) умолен бысть архимандритом в оном монастыре, а потом взят был в Коломну во епископы, оттуда переведен в Ростов в архиепископы, из Ростова в Москву в митрополиты, из митрополитов в Патриархи Московские и всея России. По времени воста самозванец Гришка Отрепьев, возненавидел и сослал его паки в Старицкий Успенский монастырь под начал, где, проживая не малое время, окончил жизнь и погребен Крутицким митрополитом Пафнутием и Тверским архиепископом Феоктистом, при архимандрите Дионисии со священным собором в сей палатке. Ныне же чудодействуя молит о всех Вседержителя Бога Господа нашего Иисуса Христа. Аминь»[213].
О нестяжательности Предстоятеля Русской Церкви свидетельствует сохранившееся описание имущества Патриарха Иова, оставшегося после его смерти «в келлиях и в сенех и в чуланех». Кроме небольшой суммы денег (15 рублей), которые были истрачены на погребение, одежды и разной домашней рухляди, как уже упоминалось, в ней числятся еще и святые иконы. Список их дает нам дополнительный штрих к духовному образу Первосвятителя: «Образ Спасов стоящий, а в подножии Зосима и Савватий Соловецкие чудотворцы... Да четыре образа Животворящия Троицы на золоте:., образ Господа нашего Иисуса Христа «Содержа вся Господь»... образ Пречистыя Богородицы... образ Иоанна Богослова, два образа Макария Калязинского, да четыре образа Бориса и Глеба, пять образов Ярославские чудотворцы, Авраамий Ростовский, Ефрем Новоторжский, Димитрий Прилуцкий, Александр Невский...»[214]. Знание о том, какие святые были особенно чтимы Святителем Иовом, может многое сказать и о самой молитве Первоиерарха нашей Церкви. Кстати, автор «Истории о первом Патриархе Иове Московском», этого замечательного агиографического, исторического и литературного памятника средины XVII в., очень часто говорит о силе и действенности молитвы Святейшего Патриарха. Видимо, эти факты были настолько заметны и значительны, что через четыре десятилетия после смерти Патриарха они были включены в описание его жизни. Автор, например, повествует о том, как уже ослепший Патриарх «противу престола на колену встав и воздев руце горе, со слезами принося годовое моление, изуст глаголаше Пребезначальней и Пресвятей Троице»[215]; или о том, как он, читая молитвы Пятидесятницы, заставлял плакать своим чтением тех, кто далеко не отличался кротким нравом, «занеже глас его бяше умилен в чтении, — объясняет автор, — громогласуя и добротою чтения у всех сердце, яко огнем, попаляя и просвещая ко умилению плача»[216]; или о том, как, видя все беды, выпавшие ,на долю России, он «день и нощь со слезами непрестанно в молитвах предстоя в церкви Божий»[217].
Замечательнейшим памятником, служащим неопровержимым доказательством молитвенного подвижничества Патриарха Иова, является найденный нами «Синодик», составленный по благословению, а возможно, и при непосредственном участии Святейшего Патриарха, который, как показывает значительное количество рукописных списков, был широко распространен в литургической жизни Русской Церкви[218]. Нельзя не вспомнить и другой памятник литургического творчества, оставленный потомству Патриархом Иовом, — Службу преподобному Иосифу Волоцкому[219], до сих пор совершаемую Православной Церковью и входящую в состав Миней служебных[220].
Богословское и литературное наследие Патриарха Иова еще недостаточно собрано и изучено. Лучшим из него является послание Первосвятителя митрополиту Грузинскому Николаю[221]. Другое крупное произведение Патриарха — «Повесть о честном житии царя Феодора Ивановича», включенная впоследствии в Никоновскую летопись. Житие Феодора написано в первые годы правления Бориса Годунова, оно отличается, по мнению исследователей, большими литературными достоинствами: прекрасный язык и стиль произведения сочетаются с исторической конкретизацией[222]. Здесь рассказывается, в основном, о самых важных событиях царствования Феодора: о происхождении Сибири, учреждении Патриаршества, войне со Швецией, с крымскими татарами и др. Интересен в повести образ царя Феодора Ивановича. В глазах Патриарха Иова — это идеал монарха, инока и аскета в личной жизни, и в то же время — это разумный, кроткий и деятельный правитель. Самой заметной чертой в характере Феодора автор считает его глубокое благочестие: стремление к вечному отвлекает Феодора от житейских забот, ведет к постоянной молитве, к изнурительному посту, длительному пребыванию в церкви. Он «зело благочестив» и милостив ко всем, кроток и незлобив, милосерд, нищелюбив и странноприимен[223]. Жизнь Феодора Патриарх Иов прямо называет «святым житием»[224]. Многие называют язык «Повести» красноречивым и живым вследствие того, что все житие проникнуто глубоким чувством любви к усопшемуp[225].
Таким предстает перед нами Патриарх Иов как мыслитель и психолог, обладавший проницательным взором и умевший точно охарактеризовать благочестивую настроенность своих современников.
Одним из характерных качеств Патриарха Иова было нестяжательство. Мы помним, как Патриарх употреблял свои богатые средства на строительство храмов и монастырей, на помощь бедным и голодным. Следует отметить также, что Святитель Иов существенно пополнил первосвятительскую ризницу. В своей Духовной грамоте он писал, что «келейные» деньги им были употреблены на приобретение церковного облачения и утвари, среди них — дорогие саккосы, стихари, поручи, поясы, кадила, лампады, панагии, посохи и т. п.[226] Многие из этих вещей, принадлежавших Патриарху Иову, а впоследствии и другим Первоиерархам, со временем были утрачены и расхищены, однако описание некоторых из них осталось[227].
И, наконец, самым главным подвигом жизни Патриарха Иова стало исповедничество. Что же, в сущности, представляет исповедничество, выразителем которого в самое опасное для государства время стал Предстоятель Русской Церкви? Ответ на этот вопрос содержится в словах Патриарха Иова, обращенных к царю Борису и его сыну Феодору. «Тебе, — говорит он в своей Духовной грамоте, — и сыну твоему... царевичу Феодору завещеваю, по данной ми власти Пресвятаго и Животворящего Духа, да соблюдете в веки неподвижиму и непоколебиму Православную нашу чистую, непорочную и пречестнейшую христианскую веру... еже во всей поднебесней якож солнце сияет.. .»[228]. Действенным выражением и свидетельством истинности сказанных слов был, без сомнения, весь жизненный путь Святителя Иова. Действительно, если последовательно проанализировать жизнь Патриарха от принятия иночества до Первосвятительства, нетрудно понять и осознать некую закономерность, которая прослеживается как в трудах русского Первоиерарха, так и в его поступках: всегда и везде его отличали глубокая, чистая вера, искренняя, во Христе, любовь к ближним и Отечеству, утверждение и защита Православия, жертвенное служение Русской Церкви. Собственно, в этом и заключен смысл его исповедничества, только для Святейшего Патриарха Иова он был особенно рельефно выражен, чему в значительной мере содействовала историческая эпоха. Именно поэтому обнаруживается главное достоинство Патриарха Иова — святость, достоинство, которым по преимуществу обладал не только он сам, но и благодаря которому, он стал выразителем всего русского народа, его крестного подвига и духовного обновления.
Высокие нравственные качества первого Патриарха, праведность его жизни, молитвенный и исповеднический подвиг — все это осталось в благодарной памяти народа. Как при жизни, так и после блаженной кончины Первоиерарха никто не сомневался в его особой избранности. У могилы Святителя Иова стали совершаться исцеления[229]. Вера в его молитвенное предстательство пред Богом за землю Русскую была главной причиной намерения царя Алексея Михайловича, о чем также советовал митрополит Новгородский Никон[230], перенести мощи Патриарха Иова из Старицкого монастыря в Москву и вместе с перенесенными из Соловецкого монастыря мощами святого Митрополита Всероссийского Филиппа присоединить их к сонму святителей в московском Успенском соборе.
В марте 1652 г. в Старицу за мощами Патриарха Иова были посланы «Преосвященный Варлаам, митрополит Ростовский и Ерославский, со освященным собором, да с ними же был царскаго синклита болярин Михаил Михайлович Салтыков з дворяны и со многими людми»[231]. Обретенные мощи Святейшего Патриарха, согласно древним описаниям этого события[232], оказались нетленными и благоуханными, от них тотчас стали совершаться исцеления[233]. Местное предание в Старице говорит: когда гробницу с телом Патриарха Иова отправляли из Старицкого Успенского монастыря в Москву, многочисленная торжественная процессия провожала его на протяжении версты, и на том месте, где шествие остановилось, народ прощался с Патриархом Иовом, говоря ему: «О Святителю Христов, Иове, отче наш! Не остави посещати град наш и святую обитель свою, идеже твои мощи многострадальные почиваху; ныне видим мы, грешнии, яко ты, пастырю наш, отходиши от нас на свое пребывание, а нас оставлявши сирых быти в граде сем...»[234]. Вскоре на этом месте жители города построили часовню, которая существовала долгое время, напоминая жителям Старицы о своем иерархе. По преданию, кони, которые везли мощи Патриарха, несмотря на усилия возниц, не сдвинулись с места в течение полусуток, так что все жители Старицы успели проститься со Святейшим Патриархом Иовом[235]. На всем пути следования процессии население страны тысячами выходило навстречу, чтобы поклониться мощам Первосвятителя; некоторые больные получали исцеления от гроба Патриарха[236]. За 12 верст от столицы, в селе Тушине, гробницу Патриарха Иова встретили митрополит Казанский Корнилий, архиепископ Рязанский Мисаил, духовенство, бояре, князья и множество народа. Из Тушина до самой Москвы гроб на головах несли стрельцы. Наконец, останки Первосвятителя были доставлены в Москву. Это произошло , 5 апреля 1652 года. Гроб Святейшего Патриарха Иова был встречен царем Алексеем Михайловичем и Патриархом Иосифом (1642—1652) у Тверских ворот в Страстном монастыре, откуда мощи были торжественно перенесены в Успенский собор и погребены в общем ряду Патриархов Московских у южной стены собора. Преклонный Патриарх Иосиф, сам уже предчувствовавший свою кончину, когда полагал мощи Иова около гробницы Патриарха Иоасафа (1634—1640), испросил себе у царя место в ногах святителя Иова, и через несколько дней исполнилось его последнее желание[237].
Насколько важным событием Русской Церкви и всей религиозной жизни народа было перенесение мощей Патриарха Иова, свидетельствует сохранившееся письмо царя Алексея Михайловича митрополиту Никону, будущему Патриарху: «Я встречал гроб Иова с Патриархом, со всем освященным собором и со всем государством от мала до велика. Было так многолюдно, что не помещались от Тверских до Неглинных ворот, по кровлям и переулкам негде было яблокам упасть, нельзя было ни пройти, ни проехать. А Кремль велел запереть, ибо и так насилу пронесли в собор; такая теснота была, что старые люди за 70 лет не помнят такой многолюдной встречи. Патриарх, отец наш, со слезами говорил мне: «Вот смотри, государь, как хорошо за правду стоять! И по смерти слава!» — и много плакал, почти всю дорогу до самого собора. Пришедши, поставили в ногах у Патриарха Иоасафа сверху на помостье и оклали кирпичем, а сверху положили доску, а не заделали ее для освидетельствования; начали было и свидетельствовать, да за грехи наши изволил Бог отца нашего Патриарха взять в вечное блаженство. И теперь все остановилось, ожидаем тебя к свидетельству. И как начали его ставить на этом месте и отец наш сказал мне: кому в ногах у него лежать? Я сказал, положим тут Гермогена. А он, государь, сказал: «Вели, государь, меня, грешного, положить тут», — и когда отец наш преставился, я, грешный, вспомнил его государевы слова»[238].
Почитание Патриарха Иова в лике святых отмечается в самых различных рукописях и агиографических изданиях. Так, в одной из рукописей сказано: «Святейший Патриарх Иов, Московский и всея России чудотворец, пострада от Ростриги. Преставися в лето 7011 июня в 19 день»[239]. Имя его упоминается и в старинном месяцеслове в числе святых града Москвы[240]. Свидетельства о святости Патриарха Иова встречаются в ряде агиографических источников: «Источниках русской агиографии»[241], «Месяцеслове русских святых»[242], в «Книге, глаголемой описание о Российских святых»[243], «Полном месяцеслове Православного Востока»[244] и других.
О благоговейном уважении к памяти Святейшего Патриарха Иова может свидетельствовать грамота Всероссийского Патриарха Адриана (†15 октября 1700), посланная им настоятелю Старицкого Успенского монастыря. В ней Патриарх Адриан напоминает настоятелю, что по указу и благословению «блаженныя памяти брата нашего Первопрестольника Святеишаго Иова, Патриарха Московскаго и всея России», Старицкой обители было даровано право на архимандрию по его любви к месту своего происхождения, воспитания, первых и последних подвигов его монашеской жизни[245].
В дальнейшем ежегодно 19 июня в Старицком монастыре служилась панихида в память о Святейшем Патриархе Иове и совершались крестные ходы к месту его погребения. Нередко в этот день в обитель приезжали Тверские архипастыри. В конце XIX в. архиепископ Димитрий (Самбикин; †17 марта 1908) стал собирать сведения о местночтимых святых. Почитание Патриарха Иова в эти годы стало еще большим. День его кончины праздновался во всех городских храмах епархии[246]. В напрестольных крестах Преображенского кафедрального собора г. Твери и в Успенском Старицком монастыре хранились частицы мощей Святейшего Патриарха Иова[247]. Тогда же по благословению Преосвященного Димитрия была написана икона Собора Тверских святых. На этой иконе Патриарх Иов изображен в мантии и патриаршем белом клобуке, в левой руке — деревянный посох, в правой руке он держит свиток с надписью: «Я девятнадцать лет хранил целость веры. Матерь Божия, спаси Православие!»[248]. Икона Святителя Иова всегда хранилась на его белокаменном надгробии в Успенском Старицком монастыре, где у места его погребения постоянно совершались панихиды по просьбе верующих[249]. В 1907 г. Русская Церковь праздновала 300-летие со дня блаженной кончины первого Патриарха. Торжество в связи с этой знаменательной годовщиной особенно памятным было для города Старицы. В нескольких номерах «Тверских епархиальных ведомостей» подробно описаны праздничные события. Здесь же было выражено пожелание духовенства епархии продолжить дело, начатое Патриархом Иосифом, по прославлению Святейшего Патриарха Иова[250].
Завершение канонического и литургического оформления почитания памяти Патриарха Иова произошло относительно недавно: имя святителя Иова совместно с другими подвижниками внесено в число Собора Тверских святых, празднование которому установлено Святейшим Патриархом Пименом и Священным Синодом и впервые отмечено в июле 1979 г. Согласно благословению Патриарха Пимена, память Всех святых, в земле Тверской просиявших, совершается Русской Православной Церковью «в первый воскресный день после праздника святых первоверховных апостолов Петра и Павла»[251], что в Русской Церкви было ознаменовано особым посланием Святейшего Патриарха Пимена[252]. Это событие во многом послужило основой при подготовке письменного исследования о жизни и христианском подвиге первого русского Патриарха[253]. Это позволило своевременно включить литургические тексты и житийные сведения в современное издание Миней месячных[254]. Одновременно насельник Троице-Сергиевой Лавры игумен Зинон написал икону святителя Иова, также включенную в приложение к Минее Июнь.
И, наконец, юбилейное празднование 400-летия со времени учреждения Патриаршества, состоявшееся в 1989 г., ознаменовано всероссийским прославлением и почитанием Святителя Иова, первого русского Патриарха, в лике святых Русской Церкви.
* * *
Учреждение Патриаршества в Русской Церкви на исходе XVI ст. — факт знаменательный не только для нашей Церкви, но и для всего Православия. Не меньшую значимость это событие приобрело и для Русского государства в целом: были созданы условия для церковного и государственного возвышения России в общем ряду христианских стран.
На этом фоне особенно отчетливо отображается личность первого русского Патриарха — святого Иова. Его первосвятительский опыт был воспринят и продолжен русскими Патриархами и всем церковным народом, а память о первом Патриархе Русской Церкви стала живым символом духовного мужества и незыблемости Православия на Русской земле.
Примечания
[206] История о первом Патриархе... с. 12.
[207] Скворцов Д. Дионисий Зобниковский, архимандрит Троицкого Сергиева монастыря. Историческое исследование. Тверь, 1890, с. 49—50.
[208] Там же, с. 54.
[209] Там же.
[210]Там же, с. 176—187.
[211] История о первом Патриархе... с. 13.
[212] Там же.
[213] Димитрий (Самбикин), архиепископ. Цит. соч., с. 152—153.
[214] Там же.
[215] История... с. 4.
[216] Там же.
[217] Там же, с. 7.
[218] Этот уникальный памятник до сих пор не находился в поле зрения церковных исследователей. Он одинаково представляет несомненный интерес как для историков, так и для литургистов. Особенность Синодика состоит в том, что он создавался по аналогии с каноном мясопустной субботы, о чем, как правило, извещается в предисловии. Списки Синодика нами обнаружены в нескольких отделах рукописей государственных библиотек. В распоряжении автора имеется список с рукописи, хранящейся в Государственной публичной библиотеке им. Салтыкова-Щедрина в Ленинграде (шифр: Собр. Тихонова, фонд 777, № 557 (381), л. 121—153). Укажем другие списки Синодика:
а) Отдел рукописей Государственного Исторического музея в Москве, собр. Успенского, № 80370;
б) там же, № 65/1061, п/у — скоропись, XVII в.;
в) там же, собр. Синодальной (Патриаршей) библиотеки (Новоспасское собрание), № 9, 1667—1672 гг., 196 л.;
г) Центральный государственный исторический архив г. Ленинграда, фонд 834, опись 2, № 1438, полуустав, XVIII в., л. 35 об.-57;
д) там же, фонд 834, опись 3, № 3617, полуустав, XVIII в., л. 69—101 об.
Последняя рукопись замечательна тем, что содержит точную дату, когда было получено благословение Патриарха Иова на составление Синодика: «В лета от создания мира 7105-го», т. е. в 1597 году.
[219] Отд. изд.: Служба преподобному отцу нашему Иосифу, игумену Волоцкому, новому чудотворцу. М., 1915. 19 л.
[220] Отметим, например, последнее издание: Минея Сентябрь. М.: Изд. Моск. Патриархии, 1978.
[221] Текст послания издан Н. Барсовым в 1869 г. по рукописи Софийской библиотеки № 1475 (ныне отдел рукописей Государственной публичной библиотеки им. Салтыкова-Щедрина). — Христианское чтение, 1869, ч. 2, с. 858—893.
[222] Платонов С. Древнерусские сказания и повести о смутном времени XVII века. М., 1913,с. 105.
[223] ПСРЛ, т. 14, с. 4.
[224] Литературное наследие Патриарха Иова настолько обширно, что вполне заслуживает отдельного исследовательского анализа.
[225] Соколов П. Цит. соч., с. 374.
[226] Древняя российская вивлиофика. Ч. 6. 2-е изд. М., 1788, с. 122.
[227] В Патриаршей ризнице хранилась панагия, подаренная Константинопольским Патриархом Святителю Иову (см.: Игумен Платон. На Святом Афоне. — ЖМП, 1984, № 3, с. 17).
В Успенском монастыре в г. Старице хранился саккос Патриарха Иова (Тверские епархиальные ведомости, 1898, № 3, с. 87). В Патриаршей ризнице значились еще следующие вещи: «Панагия первого Патриарха Иова. В середине ее оникс, на котором вырезано Распятие Господа, а с задней стороны вырезан четвероконечный крест, представляющий совершенное сходство с одним из древних крестов, т. н. Корсунских, которые находятся в Успенском соборе; шапка (митра) Иова Патриарха. Такая форма митр употребляема была древними Всероссийскими Митрополитами и Новгородскими епископами! омофор Патриарха Иова из струйчатой объяри. На нем вышиты шелками Страсти Христовы и образ Спасов» (Иосиф (Левицкий) , архимандрит. О Всероссийских Патриархах и Патриаршей ризнице. М., 1876, с. 16—18).
В экспозиции Церковноархеологического кабинета Московской Духовной Академии хранится серебряная панагия Святейшего Патриарха Иова с изображением Пресвятой Богородицы Одигитрии- Панагия передана в собрание ЦАК Святейшим Патриархом Алексием († 1970).
[228] Древняя российская вивлиофика. Ч. 6. 2-е изд. М., 1788, с. 20.
[229] История... с. 13.
[230] Соколов П. Цит. соч., с. 371.
[231] История... с. 16.
[232] Тверские епархиальные ведомости, 1907, № 13, с. 402.
[233] К мощам был подведен посадский человек Иван Александров, одержимый душевным недугом, «и начаша плаката родители его у гроба святаго и тогда прикосновением святаго исцеление получивше, и отидоша в дом свой, радуяся, славяще и благодаря Бога и Пречистую Его Богоматерь и угодника Его, святаго Иова Патриарха». — История... с. 17.
[234] Там же, с. 18.
[235] Тверские епархиальные ведомости, 1907, № 13, с. 403; Димитрий (Самбикин), архиепископ. Тверской Патерик. Краткие сведения о Тверских местночтимых святых. Казань, 1907, с. 46.
[236] В 13 верстах от Старицы в с. Ильинском исцелилась больная девица Улита Харитонова. «И о том бывшем чудеси удивишася мнози окрестных стран людие». В другом селе — Лабышине от мощей получила исцеление Агриппина Тарасова. И, наконец, по принесении мощей в Москву исцелился в Успенском соборе глухой крестьянин Исаакий (История... с. 18—20).
[237] На гробнице Патриарха Иова текст, написанный славянской вязью, гласит: «Иов, первый Патриарх Московский и всея России, из митрополитов Московских, возведен на Патриаршество при царе Феодоре Иоанновиче в лето 1589. За ревность к Православной Церкви, за верность к престолу царскому и за любовь к Отечеству от Лжедимитрия Гришки Отрепьева лишен Патриаршества, сана святительскаго и оставлен, будучи токмо монашествующим, послан в заточение в град Старицу, в обитель Пресвятыя Богородицы в лето 1605. В сем заточении скончался в лето 1607 (июня 19), патриаршествовал 16 лет. По указу царя Алексия Михайловича тело его принесено из той обители в Москву при Патриархе Никоне в лето 1652-е» (Григорий Истомин, священник. Указатель святынь и достопримечательностей московского Большого Успенского собора. 5-е изд. М., 1910, с. 41).
[238] Акты, собранные в библиотеках и архивах Российской империи Археографической экспедицией Академии наук. Т. 4, СПб., 1856, № 57.
[239] Димитрий (Самбикин), архиепископ. Тверской Патерик, с. 42—43.
[240] Леонид (Кавелин), архимандрит. Святая Русь. СПб., 1891. № 510, с. 128—129.
[241] Барсуков Н. Источники русской агиографии. СПб., 1882, стлб. 262—263.
[242] Димитрий (Самбикин), архиепископ. Месяцеслов русских святых... с. 150—153.
[243] Толстой М. В. Книга, глаголемая описание о Российских святых. М., 1887, № 169, с. 59.
[244] Сергий (Спасский), архиепископ. Полный месяцеслов Православного Востока. Т. 2. 2-е изд. Владимир, 1901, с. 64.
[245] Тверские епархиальные ведомости, 1899, № 1, с. 7—10.
[246] Там же, 1899, № 15, с. 392.
[247] Арсений, архимандрит. Описание Успенского Старицкого монастыря. Тверь, 1895, с. 17.
[248] Димитрий (Самбикин), архиепископ. Тверской Патерик, с. 46—47.
[249] Там же, с. 45. О существовании древних изображений святителя Иова, носивших иконографический характер, находим неоднократное упоминание в изд.: Тверские епархиальные ведомости, 1907, № 14, с. 457. Лик святителя Иова в числе других русских Патриархов изображен в алтаре Преображенского собора Новоспасского монастыря. (Дмитриев И. Д. Московский первоклассный Новоспасский ставропигиальный монастырь. М., 1909, с. 33).
[250] Тверские епархиальные ведомости, 1907, № 14, с. 454—457.
[251] Первое празднование Собору Тверских святых. — ЖМП, 1979, № 11, с. 15.
[252] Послание Святейшего Патриарха Пимена архиепискому Калининскому и Кашинскому Алексию 15 июля 1979 г. (ЖМП, 1979, № 9, с. 4). Празднование памяти Собора Тверских святых включено в Месяцеслов Русской Церкви (см.: Православный церковный -календарь на 1984 год. М.: Изд. Моск. Патриархии, 1984, с. 27).
[253] Феофилакт, иеромонах. Святейший Патриарх Иов и его первосвятительская деятельность. Курс. соч. Загорск: МДА, 1984. Машинопись.
[254] Минея Июнь. Часть 2. М.: Изд. Московской Патриархии, 1986, с. 94—97.
