• Источник:
  • Сергей Игнатов — специально для Седмицы.Ru

В Британии готовят к открытию музей 6000-летней истории веры в Британии

В его экспозиции более 250 предметов, включая знаменитый раннехристианский перстень

ДАРЕМ. В Британии готовят к открытию в начале октября музей 6000-летней истории веры в Британии – в его экспозиции более 250 предметов, включая знаменитый раннехристианский перстень, сообщает theguardian.

Уникальный музей 6000-летней истории веры в Британии откроет двери 7 октября в городе Бишоп-Окленд (графство Дарем). Видное место в экспозиции займет знаменитый Бинчестерский перстень-печатка, найденный в июне 2014 года при раскопках в римском форте Бинчестер близ Бишоп-Окленда. Это серебряный перстень с сердоликовой овальной вставкой, на который вырезаны две рыбы по бокам якоря. Эти христианские символы бытовали вплоть до III века, а потому перстень считается одним из самых ранних христианских артефактов, найденных в Британии. Подобные перстни с полупрозрачным сердоликом или непрозрачной красной яшмой были популярны в начальный период распространения христианства по средиземноморскому миру. Их использовали для оттиска изображений на восковых печатях, скреплявших важные документы и письма. До христиан на подобных перстнях гравировали изображения греческих и римских богов. Примерно в 200 году Климент Александрийский писал: «Нашими печатями должны быть голубь, или рыба, или корабль, несомый попутным ветром, или музыкальная лира, или корабельный якорь. Пусть ловец рыб и душ помнит апостола [Петра] и детей [крещеных], спасенных из вод неверия. Нам претят идолы, мы не желаем гравировать их лики ни [на перстнях], ни на мечах или луках, ибо следуем путями мира, ни на чашах для питья, ибо всегда трезвы».

При входе в музей посетителей встречает танцующее пламя голубого ириса, в сопровождении хорового саундтрека. Радужная оболочка охвачена пламенем, но не сгорает в нем. По замыслу художника, это аллегория последнего мига жизни перед смертью Христа или мученика за веру.

Первые зрители этой яркой и необычной композиции известного мастера Мэта Коллишоу (Mat Collishaw) говорят, что она вызывает сильный эмоциональный отклик, своеобразный катарсис и очищение. «Если это действительно так, то такое воздействие для меня высшая награда, – радуется художник. – Приятно сознавать, что моя работа дарует кому-то новые необычные переживания и утешение, это по-настоящему великое счастье для меня».

В верхнем этаже здания музея представлены работы других современных художников, исследующих темы веры, в том числе близнецов Сингх (the Singh twins), покойной Хадиджи Сайе (Khadija Saye), погибшей при пожаре в Гренфелл-тауэр. Есть там и другие работы самого Коллишоу, считающегося одним из родоначальников поколения «молодых британских художников» (Young British Artists), родившихся в 1960-70е годы – и ныне давно не молодых. Признание его работ в музее веры особенно значимо, поскольку в юности он был воспитанником «Христадельфийского рассвета» (Dawn Christadelphian) – ультраортодоксальной христианской церкви, которая считает Библию единственной существующей истиной в мире.

«Это было по-настоящему суровое воспитание, – вспомнил он в своей речи на предварительной презентации экспозиции музея в четверг 21 сентября. – У нас не было никакого празднования Рождества. Не разрешалось смотреть телевизор, мне удавалось лишь иногда тайком и мельком посмотреть его в домах односельчан, которым я разносил газеты. Многим это сейчас покажется ужасным, но на самом деле это было счастливейшее детство. Оглядываясь назад, я понимаю, что был намного счастливее, чем те мои сверстники, кто свободно смотрел Tiswas [британский телесериал для детей]. Я совершенно точно знаю, что получил намного больше пищи для души, ума и воображения, читая о Навуходоносоре, чем мне могли бы поведать пять Крисов Таррантов (Chris Tarrant, популярный телеведущий того времени). Это воспитание подсознательно повлияло на мое искусство. Большая часть моих работ строится на прочных исторических основах – я уверен, что впитал их через аскезу того воспитания, которое привило мне глубочайшее чувство истории».

Новый музей считают очередным элементом «безумной головоломки» Оклендского проекта (Auckland Project). Его считают «проектом культурного возрождения забытого миром постиндустриального северного моногорода». Этот проект задумал и осуществляет страстный и богатый энтузиаст Джонатан Раффер (Jonathan Ruffer), который сделал себе огромное состояние на управлении активами. В городе уже действует галерея средневековой испанской живописи «Прадо севера» (Prado of the north), галерея произведений искусства, воспевающих горное дело, и «замок множества чудес», среди которых можно видеть впечатляющую серию картин кисти Франсиско де Сурбарана, изображающих Якоба и его 12 сыновей.

Музей веры готовился к открытию 10 лет, и, по словам организаторов и спонсоров, «на этом пути возникло столь много проблем», что они стали «настоящим испытанием веры и надежды» энтузиастов этого дела. Около двух третей нынешних экспонатов получены во временное пользование, в том числе ряд предметов из коллекций Британского музея и Музея Виктории и Альберта. Здесь немало подлинных сокровищ истории – к примеру, Бодлианская чаша (Bodleian bowl), взятая напрокат на короткий срок из коллекции Ашмолиана в Оксфорде. Эта редчайшая бронзовая чаша 13-го века хранит память о раннем еврейском населении средневековой Англии, которое было изгнано Эдуардом I в 1290 году.

В экспозиции есть и более современные предметы – к примеру, головной убор активиста Армии спасения начала 1900х годов, который во многом напоминает шлем, поскольку в то время ее служители нередко сталкивались с явной враждебностью населения. В головы «солдат Армии спасения» нередко летели камни и горшки, когда они нарушали покой британцев проповедями и псалмами в сопровождении громкой (и не всегда умелой) игры на духовых инструментах.

Организаторы музея осознают, что не все его посетители веруют, но надеются, что это не помешает им узнать много нового. Одна из экспозиций повествует, в частности, что еще в 2001 году лишь 15% жителей Англии и Уэльса считали себя неверующими, а два десятилетия спустя таковых насчитывалось уже 37%. «Впрочем, грань между верой и безверием всегда весьма относительна, и не всегда ясно, что понимается под этими словами, – говорит Раффер. – Каждый так или иначе верит во что-то и действует в области своей веры – точно так же, как распоряжается собственным телом и разумом. Я искренне считаю, что невозможно прожить жизнь, свободную от духовности, совершенно не обращаясь к вопросам веры. Я очень надеюсь, что новый музей поможет колеблющимся в вере в их духовном путешествии, а также окажет сильное воздействие на так называемых «духовно сформировавшихся» людей. Они считают себя постигшими все тайны света, предельно зрелыми носителями правильной теологии, едва ли не аристократами духа и веры. Вот этих самоуверенных посетителей я в первую очередь надеюсь выбить из привычной колеи».

Форумы