В Анкоридже на Аляске более тридцати лет процветает община дзен-буддизма

АНКОРИДЖ. В этом самом северном из крупных городов США (с населением от 100 тысяч человек) более тридцати лет процветает община дзен-буддизма, причем долгие темные зимы даже способствуют их безмолвным медитациям, сообщает apnews.

Школа мистического созерцания и просветления «дзен» сформировалась в Китае в V-VI веках под влиянием даосизма, и ныне является доминирующей формой буддизма в Китае, Вьетнаме и Корее. Свою национальную специфику это учение имеет в Японии, куда пришло из Китая в XII веке. Традиции китайского чань, японского дзен, вьетнамского тхиен и корейского сон развивались во многом самостоятельно, хотя и сохранили единую сущность при всех местных особенностях учения и практик.

Вот уже более трех десятков лет члены дзен-сообщества Анкориджа собираются в случайных местах – то в оживленном торговом центре, то в переоборудованном гараже, то еще где-то, – чтобы посидеть и предаться медитациям в безмолвии. Лишь недавно они обрели покой и стабильность в небольшом дзендо (зале для медитации) в самом эпицентре городской культуры Анкориджа. Название города означает «якорная стоянка», и экзотическая «стоянка» дзен-буддизма в этом 300-тысячном заснеженном месте выглядит со стороны иной раз несколько чужеродной. Тем не менее, здешняя община дзен хорошо и органично приспособилась к сезонному ритму этой земли с долгой и темной зимой и коротким летом, когда солнце еле-еле поднимается над горизонтом. Так говорит жрица Генме Яна Зидик (Genmyo Jana Zeedyk), более десяти лет возглавляющая общину.

«Долгие зимы на Аляске на самом деле благоприятны для сидячей медитации дзен-буддизма, или дзадзэн – это наша практика для созерцания и постижения мира через себя, – говорит Зидик. – Многие ведут очень активную и даже спортивную жизнь в снежное время, а за тяжелым трудом приходит отдых, замедление, фаза покоя, и она очень благоприятна для занятий дзадзэн. Снег приносит с собой особую тишину, он глушит звуки и облегчает наши совместные сидячие медитации в полном безмолвии».

Местная община дзен возникла в 1986 году после многолетних неформальных встреч с приверженцами других ветвей буддизма. Ее ритуал весьма прост. Зидик входит в дзендо в длинном черно-коричневом облачении, кланяется деревянной статуе Будды, а затем единоверцам, и садится на круглую подушку. Один из собравшихся звонит в колокольчик, знаменуя начало медитации, и группа погружается в безмолвие. В тишине слышны только синхронные вдохи и выдохи, иной раз случайный кашель. А снаружи над городом гудят самолеты приносящие и уносящие многих туристов и любителей активного зимнего отдыха с походами и приключениями в заснеженных горах.

В солнечные летние дни дзен-община Анкориджа также проводит занятия медитацией в близлежащих парках. «Дзадзэн работает лучше всего, когда проводится регулярно, изо дня в день, – говорит Джудит Хаггар (Judith Haggar), казначей общины. – В летнюю пору, когда повсюду воцаряется свет, а день длится до 19 часов, дзадзэн действует как остров покоя в море энергии».

Медитация кончается со звуком трещотки, после чего собравшиеся поднимаются и медленно ходит по кругу. По словам Зидик, практикующие могут совершенствовать контроль над сознанием и воспитывать дух взаимного служения и сочувствия даже в повседневных делах, когда выносят мусор, метут помещение, моют посуду. «Эта часть занятий мне также по-настоящему нравится и рождает отклик в душе, она никак не походит на уход из мира, – говорит Ясо Тиру (Yaso Thiru). – Она учит нас чувствовать себя смиренной частью мира и при этом совершенствоваться через внутренний труд». Тиру выросла в индуистской семье в Шри-Ланке, стране буддистского большинства, однако по-настоящему увлеклась занятиями и вошла в местную общину дзен во время пандемии коронавируса.

По словам Зидик, чувство общности, воспитываемое духовными занятиями, жизненно важно на малонаселенной Аляске, где расходы выше, а поставки иной раз скудны из-за дальних расстояний, и потому здесь трудно выживать без взаимопомощи, дружбы и понимания. Буддистская община как раз и развивает ощущение взаимозависимости и совместного труда на благо всех. «Наша община уникальна тем, что многие из нас съезжаются из самых дальних мест ради радости встреч и совместных медитаций, – говорит жрица. – Этот духовный труд уже выходит далеко за пределы дзендо. Мы завели школу дхармы для детей, проводим дни добровольной уборки улиц, устраиваем совместные трапезы, посещаем заключенных, делимся с ними основами нашего учения».

По словам Хаггар, медитация стала преобразующим опытом для многих узниц местной тюрьмы. Более двух десятилетий она вместе с другими членами общины проводит занятия по дзадзэн, йоге и дхарме для узниц исправительного центра Хиланд Маунтин, с перерывом на карантин во время пандемии. «Для меня в этих занятиях есть свои личные уроки, я всеми силами избегаю ореола святости, являясь к ним, – говорит Хаггар. – Я очень полюбила наши свидания, мне по-настоящему нравится туда ходить. У нас проходят такие замечательные беседы. Мы нашли много общего на многих уровнях... эти встречи очень многое привнесли в мою жизнь».

Новичок Брайан Шумейкер (Brian Schumaker) говорит, что нашел свою «якорную стоянку» в дзадзэн, поскольку занятия помогают справиться с нынешним «неистовым миром, полном отвлекающих факторов». «В наше время на вас обрушиваются такие лавины слов, что собственный разум смолкает, его глушит шум этого обезьянника, затапливает поток безумия, – говорит Шумейкер. – Со всех сторон звучат сигналы и призывы, они нас разрывают. Тот, кто это осознает и хочет восстановить свой собственный внутренний мир во всей его цельности, сосредоточенности и осознании, найдет великую пользу в наших занятиях: они дают возможность уйти к истокам, отвлечься хоть на время от всей этой суеты».