Русский собор в Тегеране не пострадал во время беспорядков

ТЕГЕРАН. Настоятель русского Свято-Николаевского собора игумен Александр (Заркешев) заявил, что никто из его прихожан во время беспорядков не пострадал, и отзывается об иранцах как об очень терпимых людях.

"Как всегда, на телеэкране все выглядит страшнее, чем на самом деле. Вокруг нашего храма все тихо и спокойно. Мои прихожане тоже не жалуются на какую-то опасность", - заявил священник в интервью, которое публикует в четверг сайт журнала "Русский репортер".

Он отметил, что собор, крупнейший православный храм в Иране, находится напротив бывшего американского посольства, которое в дни Исламской революции было эпицентром столкновений.

"Но даже в те дни храм не пострадал. Так что, Бог даст, и в этот раз ничего не случится", - сказал отец Александр.

Характеризуя иранцев, он заявил, что это "удивительно толерантный и даже интеллигентный народ. У них какой-то врожденный пиетет к служителям культа".

"Я неоднократно убеждался в том, что меня, например, тут уважают не меньше, чем мулл. Однажды я не успел продлить визу, и пришлось явиться в суд. Иду по коридору - все как один кланяются, уступают место, а когда меня увидел судья, тут же принял без очереди, выписал минимальный штраф и, чуть ли не извиняясь, отпустил. Когда в магазине спрашиваешь, сколько стоит то или это, первый ответ: "Для вас - нисколько". Это, конечно, не значит, что можно взять и уйти, не заплатив. Это просто знак уважения", - отметил настоятель.

Он сообщил, что сегодня большинство российских соотечественников в Иране - это работники посольства и представительств, а граждан Ирана российского происхождения не более 500 человек.

В то же время в XIX веке, продолжил отец Александр, влияние России здесь было "огромно, диаспора исчислялась десятками тысяч, а каспийское побережье было практически полностью русским". Так, в одном только городе Энзели работало 66 русских магазинов, а православных храмов по стране было около полусотни. Личного водителя шаха Резы Пехлеви звали Степан Секрет. Первым фотографом в Иране был тоже русский - Антон Севрюгин.

"Иранцы до сих пор употребляют слова "стакан", "самовар", "пирожки", "запас", "полуось", "сухари". А самоваров и сейчас в одном только Тегеране столько, сколько во всей России нет", - сказал священник.