Председатель Госкомрелигий Украины требует «принять меры» против фильма «Анатомия раскола»

КИЕВ. Председатель Госкомитета по делам религий Украины Виктор Бондаренко направил в адрес Предстоятеля Украинской Православной Церкви письмо с просьбой «принять необходимые меры» в отношении видеофильма «Анатомия раскола». Какие, любопытно, меры подразумевает руководитель госведомства? Неужто традиционные: обыск, изъятие и уничтожение? А авторов – на Соловки? Чем, собственно, и занимался Совет по делам религий, созданный товарищем Сталиным. Может, Госкомитет задавила тоска по родному прошлому? Когда при одном упоминании о Православии рука атеистического госчиновника непроизвольно тянулась к курку?
Откуда в наше время могут появляться такие чекистские «формулировки»? Впрочем, г-н Бондаренко источника и не скрывает. Оказывается, с обращением воспрепятствовать демонстрации и распространению видеофильма выступил никто иной как отлученный от Церкви М.А. Денисенко, еще пятнадцать лет назад разоблаченный прессой агент КГБ по кличке «товарищ Антонов». Это обращение престарелый чекист отправил в Печерскую райпрокуратуру г. Киева и в Комитет Верховной Рады по вопросам свободы слова и информации, откуда его и переправили в Госкомрелигий. Судя по всему, ни первая, ни вторая организация, чтобы не быть смешными, не рискнули на донос как-то реагировать: где это видано, чтобы в демократическом обществе в открытую, на государственном уровне боролись со свободой слова, причем пещерными методами?
А вот Госкомрелигий с пониманием отнесся к доносу Филарета. И - под козырек! При этом даже не удосужившись проверить достоверность «телеги». Например, г-н Бондаренко утверждает, что фильм «Анатомия раскола» создан «Религиозно-просветительским центром Киево-Печерской Лавры и пресс-службой Украинской Православной Церкви». Но пресс-служба УПЦ не только не создавала этого фильма, но и считает его концепцию достаточно спорной (по-нашему мнению, в основе филаретовского раскола лежали не религиозные причины, а банальная алчность, стремление группы лиц во главе с Филаретом и Евгенией Петровной «прихватизировать» всю казну Православной Церкви в Украине, что и было осуществлено под прикрытием Кравчука и Ко). Даже если господину Бондаренко повсеместно мерещутся происки пресс-службы УПЦ, это не является основанием для распространения недостоверных сведений. Очевидно, подписывая филькину грамоту, голова Госкомрелигий не удосужился ознакомиться ни с самим фильмом, ни с его авторами.
Поражает и тон письма г-на Бондаренко («с целью недопущения возможных недоразумений и конфликтов»), который в переводе с номенклатурнорного на общедоступный весьма смахивает на скрытую угрозу госчиновника в адрес Украинской Православной Церкви.
Наконец, стоит задаться вопросом: а много ли подобных предупреждений направил председатель Госкомрелигий самому Филарету? Призвал ли он хоть раз его уважать законы державы и выполнить, например, решение высших судебных инстанций о возвращении УПЦ незаконно захваченных боевиками храмов и имущества? Почему полученной из районной прокуратуры бумаге Госкомрелигий дает ход, а протесты высшего надзорного органа государства - Генеральной прокуратуры Украины, которая неоднократно требовала снять с регистрации филаретовскую УПЦ-КП, как незаконно созданную организацию, - с энтузиазмом отклоняет? Или, может, все-таки был прав покойный руководитель УАПЦ Мстислав Скрипник утверждавший, что нет никакой УПЦ-КП, а есть только «гроши, гроши, гроши...».

Пресс-служба Украинской Православной Церкви