В институте искусствознания состоялась научная конференция «Древнерусское шитье: проблемы изучения»

МОСКВА. 11 февраля в Государственном институте искусствознания состоялась научная конференция «Древнерусское шитье: проблемы изучения», организованная в рамках ежегодных Лазаревских чтений, посвященных искусству Византии и Древней Руси.
Открывая конференцию, заведующий Отделом древнерусского искусства Л.И.Лифшиц отметил важность изучения традиций русского церковного шитья. Он сообщил, что Государственный институт искусствознания приступил к работе по подготовке издания многотомной «Истории русского искусства». Особое внимание в новом издании будет посвящено церковному искусству, так как в «Истории русского искусства», изданной в 1953 г., эта тема была представлена недостаточно подробно. Л.И. Лифшиц призвал светских и церковных ученых к сотрудничеству.
С пленарными докладами выступили Э.С.Смирнова (МГУ, Государственный институт искусствознания) и Н.А.Маясова (Государственный музей-заповедник «Московский Кремль»).
В докладе «Почему на ткани? Почему шитье? О художественной природе древнерусского шитья и символическом значении его материала и техники» Э.С.Смирнова подчеркнула библейские истоки искусства лицевого шитья, связанные с историей создания ветхозаветной скинии, христологическими интерпретациями храмовой завесы в Новом Завете, а также с преданиями о земных трудах Божией Матери. В частности, о преемственности между библейскими традициями и русским православным лицевым шитьем говорится в «Слове на новоявльшуюся ересь новгородских еретиков, глаголющих, яко не подобает кланятися иже от рук человеческих сотворенным вещем», включенном в состав Послания, направленного преподобным Иосифом Волоцким известным иконописцам Дионисию и Феодосию. Э.С.Смирнова, в частности, сказала: «Мотив украшенной лицевым шитьем завесы присутствует в Евангелии – я имею в виду завесу, раздравшуюся в момент смерти Спасителя (Мф. 27. 51; Мр. 15. 38; Лк. 23. 45). В Послании апостола Павла к Евреям содержится отождествление храмовой завесы и Плоти Христовой (Евр. 10. 19-20). Это уподобление было разработано в святоотеческой литературе, особенно, свв. Иоанном Златоустом, Кириллом Александрийским, Проклом Константинопольским и Феодоритом Киррским. Параллель между Плотью Христовой и тканью нашла косвенное отражение в христианской иконографии, а именно в изображении Мандилиона – Нерукотворенного образа Спаса. Причем более всего это подчеркнуто в иконографии, начиная с палеологовского периода, когда почти во всех композициях в изображениях Святого Убруса всячески выявляется тема ткани – ее складки, изгибы, узлы. Комплекс уподоблений, связанных с темой ткани и нити, не менее значителен в сфере Богородичной тематики. Согласно Протоевангелию Иакова в момент Благовещения Мария пряла нить из пурпурной шерсти, чтобы соткать завесу для храма. Прокл Константинопольский (V век) воспевает тело Богоматери как мастерскую, внутри которой создается единство Божественной и человеческой натуры, ткется Божественное домостроительство. Мотив изготовления нити Богородицей распространился в византийской иконографии Благовещения, начиная с V века и широко известен в произведениях средне-византийского периода. В русском искусстве он в начале XII века усиливается в сравнении с мозаикой Киевской Софии. Во фресках Михайловского Златоверхого монастыря (около 1112 года) и Антониева монастыря в Новгороде (около 1125 года) избран тот византийский иконографический вариант, где в руках у сидящей Богородицы весьма реально изображены пряжа, нить и веретено. В новгородской иконе Благовещения из Третьяковской галерее представлен и Сам Воплотившийся Христос. Литургическая функция произведений шитья, возбуждаемые ими христологические и мариологические аллюзии, а также святоотеческие толкования ткачества, нити, прядения в связи с Воплощением – все это должно было намечать определенные коннотации по отношению к искусству шитья, порождать смысловые обертоны. Древнерусское шитье обладает огромной символической нагрузкой, определяющейся разными аспектами и традициями многовековых культурных пластов».
Доклад Н.А.Маясовой «К вопросу об образце и копии в древнерусском шитье» был посвящен особенностям организации работы и традициям русских вышивальных мастерских.
На конференции также выступили И.А.Шалина (Государственный Русский музей), А.С.Преображенский (МГУ), В.И.Игнашина (Новгородский музей-заповедник), Е.М.Саенкова (Православный Свято-Тихоновский Богословский институт), И.А.Стерлигова (Музей-заповедник «Московский Кремль»), М.А.Маханько (ЦНЦ «Православная энциклопедия»), Ю.Г.Гриднева (Харьковская Государственная академия дизайна и искусств), А.В.Силкин (ВХНРЦ им. И.Э.Грабаря).
Среди участников конференции были представители вышивальных мастерских Русской Православной Церкви.