В Испании возрождают забытое искусство колокольного звона как средства оповещения и общения

БАРСЕЛОНА. В Испании возрождают забытое искусство колокольного звона как средства оповещения и общения – новые мастера возвращают этому древнему языку богатство, утраченное в машинную эпоху, пишет apnews.

Ксавьер Паллас (Xavier Pallàs) крепко утверждает ноги на полу звонницы, берет веревку и одним ударом наполняет цветущую испанскую долину внизу гулким звоном церковного колокола. Бим-бом! – звучит старинная литая бронза, наполняя маленькую каменную башню мерным гулом. Едва гул металла замирает, в башне вновь воцаряется сельская тишина, а в долине вновь слышна перекличка птиц и кукареканье петухов во дворах.

Большинство наших современников слышат в колокольном звоне затейливые, но примитивные ритмы, исполняемые механическими устройствами. Однако Паллас и его 18 учеников из школы звонарей в Валь-д'эн-Бас пытаются возродить подзабытое искусство звонарей и вернуть звону прежнее богатство и универсальность как языка оповещения и общения. Звонница служит им классной комнатой, а Паллас является основателем и директором этой маленькой школы.

«Когда в прошлом столетии свершился переход на механические устройства исполнения колокольных мелодий, быстро пропала живая динамика колокольных мелодий, из них ушла жизнь, ослабла их сила как древнего «средства массовой информации», – говорит мастер. – А вот старые звонари развивали и оттачивали свое искусство, и каждый из них имел в нем свои изюминки – «ноу-хау». У них звучание церковных колоколов в различных мелодиях, тонах и ритмах говорило приходам о радостях и скорбях, либо возвещало тревогу, призывало на помощь попавшему в беду соседу. Многие века звон церковных колоколов был нашим самым важным средством коммуникации. Машины не способны воспроизвести богатую палитру звуков, которой пользовались искусные звонари в прошлом, вкладывая в мелодии душу и живое искусство, а потому колокольный звон был упрощен и унифицирован. Сокровища ручного колокольного языка постепенно утрачивались вплоть до нашего времени, пока мы, наконец, не осознали эту великую утрату и возжаждали вернуть эти ценности».

До появления газет, радио, телефонов, телевидения и Интернета именно колокольный звон служил приходам средством оповещения. Труд звонаря почитался как физически тяжкая работа, требующая долгих часов полной самоотдачи, а сам звонарь вел размеренную и праведную жизнь «живых часов и громкоговорителя». Мастер Паллас отмечает, что искусство ручного церковного звона в той или иной мере еще живет в восточных православных странах, а вот в католических и протестантских церквях Западной Европы ему на смену давно уже пришли автоматизированные механические системы колокольного звона.

«Мне довелось посетить многие церковные колокольни Испании, которые перешли на автоматику в 1970-80-х годах, и все они находятся в плачевном состоянии, – говорит Паллас. – Я был в составе группы экспертов, изучавших колокольни Гаррочи, графства на северо-востоке Каталонии, и все они оказались проблемными, упадочными».

Сельская местность Каталонии славится своими плюшевыми зелеными холмами, давно уснувшими вулканами и живописными деревушками, где большинство жителей говорят на каталонском диалекте, мало похожем на испанский. В ходе исследования Паллас посетил и храм Сант-Рома 12-го века в Жуанетисе – крошечной деревушке примерно в двух часах езды к северу от Барселоны. Мастер обосновался в этом храме и вот уже 10 месяцев проводит для звонарей практические занятия по субботам. «Поскольку последнее поколение искусных звонарей ушло в небытие, единственный способ возрождения этого искусства – это обучение новых звонарей, – говорит Паллас. – Именно в этом храме и родилась у меня идея школы звонарей».

Возможно, не случайно эта идея родилась у мастера через два года после того, как ЮНЕСКО включила ручной колокольный звон в Испании в свой список нематериального культурного наследия человечества. Эта организация обеспечивает сохранность 1073 объектов Всемирного наследия в 167 странах, а ее цель – укрепление мира и сохранение мировой культуры средствами качественного образования и просвещения. Экспертам ЮНЕСКО прекрасно известно, что искусство колокольного звона служило средством единения и оповещения общин задолго до возникновения многих современных государств. «Первое, что мы должны сделать, это заново открыть миру зов колоколов, – считает Роман Жене Капдевила (Roman Gené Capdevila), президент Каталонского братства звонарей (Catalonia’s Bell Ringers brotherhood). – Вот почему эта школа так важна. Существует много способов звонить в колокола, однако нам нужны искусные звонари высочайшего класса».

Курс колокольного звона, официально признанный теологической школой ISCREB в Барселоне, завершился на прошлой неделе показательным выступлением класса. Первый выпуск школы – энтузиасты колокольного искусства обоих полов и всех возрастов, с разными уровнями образования и профессионального опыта - от инженеров до преподавателей. Самому молодому из них едва исполнилось 20 лет, а есть и несколько пенсионеров. За время обучения они упорно учились, штудировали и заучивали старинные мелодии, учились их записывать и исполнять, доводя это искусство до совершенства. Курсанты проводили и «этнографические изыскания» –искали старых звонарей и их родню, чтобы записать все, что те еще помнят и знают, и по возможности перенять бесценный опыт.

«Я так рада, что курс дал мне возможность возродить связь с детством, ибо я восстановила и сыграла чудесную мелодию боя курантов, звучавшую в родной деревне, под которую крестился еще мой дедушка, – говорит выпускница курса Розер Саури (Roser Sauri), специалистка в области искусственного интеллекта по основной специальности. – Теперь колокола стали частью моей жизни. Мне так сильно не хватало их, когда я готовилась к защите докторской диссертации по компьютерным технологиям в Бостоне. А вот когда я вернулась на родину к своей семье, звон церковных колоколов заставил меня прослезиться, он стал приветственным знаком моего возвращения домой».

Студенты по очереди исполняли колокольные возвещения всех типов – призывы к пасхальной службе, предупреждения о плохой погоде, призывы на тушение пожара, даже приказы деревенской милиции. В репертуаре звонарей есть созыв работников на уборку пшеницы, весть домохозяйкам о доставке свежей рыбы, и даже насколько она дорога. Студенты исполняли и разного рода оповещения о смерти с указанием даже пола и социального класса покойного. Многим звонарям приходится пользоваться затычками для ушей или наушниками, чтобы ослабить давление оглушительных раскатов гулкой бронзы.

Хуан Карлес Осуна (Juan Carles Osuna) и еще двое выпускников исполнили звон, оповещающий о смерти женщины. Для этого каждому пришлось раскачать самый большой колокол весом в 429 килограммов. Интересно, что его ударник прихвачен старинным держателем из выделанной бычьей кожи. Осуна владеет искусством церковных росписей (фресок), а теперь еще и овладел искусством звонаря. Выпускную композицию он исполнил всеми четырьмя колоколами, сидя на особом табурете с колокольными веревками, закрепленными на всех руках и ногах.

«Это такая мощь, такие эмоции, – восторгается Осуна. – Ты правишь могучим гулом и чувствуешь, как от него вскипает твоя кровь. Колокола вливают в тебя огромную силу, а твой зов слышен каждому на самом дальнем расстоянии. Для меня это великое счастье и честь, это способ почитать людей и славить Бога. Каждый удар особый по колебаниям, по силе, по многим акцентам и силам в каждой детали, даже в человеческих запинках и ошибках. Главное при этом, что слушатель воспринимает человеческий зов создателя звука. (Автоматический) молоток всегда долбит бездушно, с механической точностью, а ручной звон всегда несет нечто душевное и эмоциональное. Это и есть драгоценный человеческий фактор».

Школа звонарей поначалу многим казалось донкихотской затеей, но многообещающее начало уже положено. «Я и сам понимаю, что моя мечта об искусном звонаре на каждой колокольне, мягко говоря, утопична, – говорит Паллас. – Однако на осень у меня уже собран новый полный класс и еще около 60 человек ждут в очереди на обучение».

Многие из его выпускников, в том числе Саури и Осуна, собираются служить звонарями в своих приходах и уже заручились согласием храмов на переоборудование звонниц под ручной режим, пока как дополнительный к механической бездушной «колотушке». Паллас уверен, что возвращение ручного колокольного звона в жизнь района или города поможет одухотворить и укрепить общины в наш век головокружительных – и не всегда посильных для человека – технологических, экономических и политических перемен. «Это древнее средство оповещения, которое достигает каждого прихожанина и помогает общине объединиться в определенные моменты, – говорит Паллас. – Звон несет вести о рождениях, смертях, празднествах и бедах, призывы к богослужениям и обрядам, ко всему, что нас единит в мирской и духовной ипостасях».