Канонизация святителя Димитрия улучшила духовное самочувствие русского человека XVIII-го столетия

	Церковь Воскресения Христова, Ростовский кремль

Священник Александр Парфёнов

Почему открытие и освидетельствование мощей святителя Димитрия произошло в 1752 году, а канонизация только в 1757-ом?

Правительство тогда с подозрением относилось к народной вере. В то время общество испытывало сильное религиозное давление немцев, упрекавших русских в несостоятельности православной веры. На русскую религиозную совесть давила протестантская мысль: "Верят, русские, не по Библии, - неправильно". Все знали обидность этих упрёков, но было и другое искушение. С другой стороны, из самой глубины русского общества разносился шепот: "Изменили мы отеческим обычаям, предали веру, а благодать ушла на небо!" Старообрядцы постоянно упрекали верующих в том, что, приняв новые обычаи и обряды, Русская Церковь потеряла благодать, и она, по словам их "ушла на небо". Это двойное давление как камень лежало на душе русского человека, смущая его совесть. При торжестве светских обычаев и модных нововведений в восемнадцатом столетии не произошло ни одной канонизации. Ни одной, пока не был прославлен вопреки косности синодальных чиновников святитель Димитрий Ростовский.

Предание говорит, что при погребении святителя митрополит Рязанский Стефан восклицал: "Свят, Димитрий, свят!" Он не только чувствовал протестантское давление на Руси и суету старообрядческих шатаний, но как мог в устном и книжном слове защищал Православие. Святость святого Димитрия была для него подтверждением своих дел и веры. Спустя немного времени, панихида по почившему святителю Димитрию становится обязательным обрядом в ряду многих других обрядов при вступлении ростовского архиерея на кафедру. Так поступит и святитель Арсений Мацеевич, впервые приехав в Ростов, он отслужит панихиду по святителе Димитрии, а затем повторит и его путь святости. В те годы Святейший Синод спускал предписания внимательным образом смотреть, что бы нигде не служились панихиды над могилами святых подвижников, таких как преподобный Иринарх Затворник или блаженный Иоанн Власатый. Тем не менее русский народ ещё сильнее тянулся к своим святыням, испытывая потребность в молитве и прославлении Божиих людей. Больше всего приходили в Яковлевский монастырь к святителю Димитрию, служили панихиды и молва о помощи святителя, его предстательстве перед Богом расходилась всё большими и большими кругами. Поэтому, когда осенью 1752 года святые останки святителя были обретены нетленными, русский православный народ укрепился во взгляде на то, что "Свят, Димитрий, свят!" Укрепились тогда и ноги тех, кто стал приходить к святителю, росли со временим списки чудес святого.

Пятилетнее затягивание дела прославление святителя Димитрия было промыслительным. Ещё во времена апостолов было сказано "Если это не Божье Дело, то оно разрушится, а если Божье, то благословится!" Как это часто бывает на Руси ответственность решения берёт на себя первое лицо государства. Разговоры от, том, что от гроба сподвижника её отца в Ростове происходят исцеления дошли до ушей императрицы Елизаветы Петровны. "Свят, Димитрий, свят!" - поняла императрица, и ужаснулась. "Тайну цареву хранить прилично, а о делах Божиих возвещать подобает!" После доклада она повелевает дать делу ход, комиссия отцов и преосвященных собирается вновь, и в конце концов в 1757 году Святейший Синод причисляет святителя Димитрия, митрополита Ростовского к лику святых.

Как будто камень упал с души русского человека! С прославлением святителя Димитрия всё изменилось. Перед лицом протестантов и старообрядцев святость святителя Димитрия доказывала святость всей Русской церкви, снимала бремя сомнений для тех, кто смутился духом в эти непростые годы. Канонизация одного святого стала огромным событием в духовной жизни Российской империи. Его называли "святым нашего времени", "Новым чудотворцем". В Ростов к святому Димитрию потянулась вся Россия, представители всех сословий, от императорской фамилии до простых крестьян. Предприимчивые ростовцы увидели, что город становится паломническим центром, и с удовольствием сдавали комнаты и квартиры паломникам. В те времена появился большой спрос на маленькие финифтяные иконки с изображением святителя Димитрия, а заодно и остальных угодников Божиих, которых немало почитается в Ростово-Ярославской епархии. Так родился финифтяный промысел, и вскоре в Ростове заказы на финифтяные образки святых из разных святых мест России стали исчисляться тысячами. В порыве радости в честь новопрославленного святого не только освящали множество храмов, но и была названа новая крепость. Она обороняла южные рубежи нашего государства, после строительства и освящения её назвали "крепость святого Димитрия". Со временем крепость разрослась, рубежи отодвинулись. Крепость стала станицей Ростовской, а затем и знаменитым городом Ростовом-на-Дону.

Пусть не могло померкнуть с годами действие необыкновенной личности святителя, который редко и необыкновенно сочетал в себе глубокий дух православного подвижничества и требования времени, такие как образованность, дар слова и педагогический талант. Но главным образом, прославление святителя Димитрия имело большие, а во многом, поворотные последствия в духовной жизни России. "Просвещая своей жизнью, трудами и вдохновенным словом своих современников, оказывая на них столь сильное влияние, что слава о нем еще при жизни распространилась по всей Руси; святитель простер свое благотворное влияние и на все грядущие поколения через свои творения", -писали о святом в начале двадцатого века, и обязательно, как молитву, к сказанному добавляли следующее: "Свят, Димитрий, свят!" Воистину святой стал путеводной звездой к Богу многих и многих поколений верных Православию русских людей во мраке и искушениях своего времени. Святитель Игнатий Брянчанинов утверждал, что творения святителя Димитрия имеют несомненное помазание Святого Духа. "Свят, Димитрий, свят!", - и святость его, это знак осенения Духом Святым нашей Церкви, в Котором дай Бог и сейчас пребывать всем её чадам и служителям, молитвами великого святителя Димитрия!

(По материалам сайта «Ярославская и Ростовская епархия»)