Чинопоследование благословения брака

Фрагмент статьи из т. 6 «Православной энциклопедии», с.146-181

Своим присутствием на браке в Кане Галилейской (Ин 2. 1-11) и Своими словами о том, что вступившие в Б. «уже не двое, но одна плоть, итак, что Бог сочетал, того человек да не разлучает» (Мф 19. 6), Господь Иисус Христос прямо указал на то, что все заключенные согласно общепринятому обычаю Б. имеют Божие благословение и что Он признает эти Б. законными,- ведь ни те, кто вступал в Б. в Кане, ни фарисеи, к к-рым были обращены слова Спасителя, не были христианами и вступали в Б. так, как это было принято в обществе того времени. О Божественном происхождении Б.- и не только между христианами - писал и ап. Павел (1 Кор 7. 10-17). Следуя учению Христа и апостолов, Церковь с самого начала признала Б., причем заключенный согласно обычным обрядам иудеев и др. древних народов, богоустановленным и общечеловеческим институтом. Во Христе человек получает затрагивающий все стороны его жизни дар обновления, это касается и Б.- так, Б., возможный и вне Церкви, в Церкви вместе с др. проявлениями человеческого бытия становится благодатным и спасительным (см.: 1 Кор 7. 4, Евр. 13. 14). Дар новой жизни и обожения преподается всем верным в таинстве Евхаристии, поэтому именно участие супругов в Евхаристии скорее всего и было первоначально единственным знаком христ. освящения их брачного союза; особое чинопоследование благословения Б. в Церкви, видимо, сложилось только с течением времени (А. Покровский). Первые поколения христиан вступали в Б. согласно привычным им ветхозаветным или античным обычаям (естественно, с исключением всего того, что противоречило христианству, напр. жертвоприношений домашним божествам); при этом на Б. старались приглашать епископов и священников (см. правила Соборов IV в.: Неокес. 7, Лаодик. 54, также Тимоф. 11; ср.: Трул. 24), и именно участие епископа (или священника), его молитва о новобрачных и благословение их, совершение им символических действий (в большинстве развившихся из дохрист. обрядов) и стали нормой христ. чина бракосочетания. Тесная связь символических действий, совершаемых при заключении церковного Б., с ветхозаветной и античной традициями требует особого рассмотрения последних.

Ветхозаветные обряды бракосочетания. Брак у иудеев

В ветхозаветную эпоху особенно важное значение имело обручение, состоявшее в выплате родителям невесты выкупа (евр. mohar) или исполнении для них к.-л. службы (Быт 29; 1 Цар 18), при этом жених или невеста при церемонии передачи брачных даров могли и не присутствовать (Быт 24. 1-53). Обрученные считались уже женатыми, хотя еще не жили вместе (Втор 22. 23-29; ср.: Мф 1. 18; Лк 2. 1-5; начиная с эпохи иудаизма для расторжения обручения требуется разводное письмо); более того - брачный сговор и пир в честь него могли быть в нек-рых случаях единственными обрядами бракосочетания (Быт 24. 54). Центром самого заключения Б. был брачный пир, многократно упоминаемый в ВЗ, а также в Евангелии, в описании Б. в Кане и в притчах Господа Иисуса Христа. В пророческих книгах упомянуты особые одеяния невесты, а также венец на голове жениха (Ис 49. 18; 61. 10; Иер 2. 32). Молодых обычно благословлял отец невесты; участие священников или левитов в брачной церемонии не требовалось.

Подробное описание порядка заключения Б. в межзаветную эпоху приводится в Книге Товита (гл. 7-8). Бракосочетание предварялось договором жениха и родителей невесты; церемония имела следующий порядок: 1) отец невесты соединял руки брачующихся; 2) благословлял их; 3) подписывался брачный договор; 4) устраивался пир; 5) жених входил в комнату к невесте; 6) наутро пир продолжался в течение еще неск. дней. В Книге Товита приведены 2 брачные молитвы (жениха и отца невесты - 8. 5-8, 15-17); это единственный пример текста брачных молитв в Библии, он оказал нек-рое влияние на христ. чинопоследования Б.

После II в. по Р. Х. в раввинистическом иудаизме начал складываться особый чин бракосочетания, первоначально разделенный на 2 части - обручение и Б.; после XI в. обе части стали совершаться вместе. Он начинается с возглашения неск. стихов, затем над молодыми простирают особый балдахин (huppa ; напоминание о брачном шатре, в к-ром уединялись молодожены в эпоху патриархов), раввин благословляет чашу с вином и читает молитву-благословение обручения (birkat 'êrušin), жених надевает кольцо (обязательно без камня) на палец невесты со словами: «Се, ты посвящена мне этим кольцом, согласно закону Моисея и Израиля» (сохр. из обычая давать невесте или ее родителям выкуп; в Талмуде говорится не о кольце, а о монете, и у йеменских евреев до сих пор в этот момент жених говорит: «Се, ты посвящена мне этой монетой»), читается по-арамейски брачный договор (ketuba). Далее следуют центральная молитва брачного чина - «брачные благословения» (birkat nissuin),- состоящая из 7 частей (1-я - над чашей), и брачный пир. Пир начинается с того, что жених и невеста вкушают от благословленной общей чаши с вином, к-рую затем разбивает жених. Церемония заканчивается заключительной молитвой-благословением, после чего повторяется молитва «брачных благословений». Во время бракосочетания в практике различных иудейских общин могут звучать специальные брачные песни (Idelsohn. S. 168-170).

Античные обряды бракосочетания

Античные греч. обряды известны лишь фрагментарно; вероятно, в разных полисах практиковались разные чины. Древняя торжественная церемония бракосочетания в античном Риме называлась confarreatio и совершалась верховным жрецом (pontifex maximus) через принесение жертвы (обычно хлеба и овцы или фруктов) Юпитеру; обязательным было присутствие 10 свидетелей. К I в. по Р. Х. эта церемония в основном вышла из практики; Б. заключался путем др. юридических процедур. В I-IV вв. Б. в античном Риме обычно, хотя не обязательно, предварялся обручением (лат. sponsalia), сводившимся к подписанию договора и, возможно, обмену дарами, гарантировавшими его ненарушимость; брачная церемония обычно имела следующий порядок. Как и в ВЗ, особое значение придавалось одеянию невесты: к свадьбе ее волосы заплетали в 6 косичек (crines), перевязанных шерстяными лентами (vittae), она надевала прямую тунику (tunica recta), препоясанную «поясом Геркулеса»; главным украшением был оранжевый головной покров (flammeum). Все собирались в доме отца невесты, приходил жених, произносились слова согласия. Свидетели подписывали брачный контракт (tabulae nuptiales). Наконец, отец невесты передавал ее в руки почтенной женщины, бывшей замужем один раз (pronuba), а та соединяла правые руки жениха и невесты; этот обряд (dextrarum iunctio) считался важнейшим. Гости высказывали пожелания счастья молодым (feliciter). Далее следовал еще один важный обряд - передача невесты в дом жениха (deductio in domum). Из дома своего отца невеста шла или ехала в сопровождении неск. юных мальчиков; на улицах в честь свадьбы пелись песни и возглашались пожелания. У входа в дом невесту ждал жених - широко распространенное суеверие требовало того, чтобы он сам перенес ее через порог своего дома. В доме она прикасалась к огню, зажженному от очага, и воде в знак того, что она теперь заведует хозяйством; могла быть также принесена жертва домашним божествам. Молодые шли в свои покои, возле к-рых им пели свадебную песнь - эпиталаму (греч. ἐπιθαλάμιος), и церемония заканчивалась. На др. день молодых посещали родственники. В эллинистической Греции обряды были схожими с рим., здесь был широко распространен обычай украшать дом, где проходило торжество, цветами, а головы молодых - венками (Erdmann W. Die Ehe im alten Griechenland. Münch., 1934. S. 250 f.).

Чин благословения Б. в Церкви II-V вв.

В нач. II в. особый развитый чин церковного Б. еще не существовал, христиане женились так, как было принято в обществе того времени, но Церковь требовала, чтобы Б. были «во Господе» (1 Кор 7. 39), т. е. соответствовали высоким нравственным требованиям христианства, чтобы быть земным отражением союза Христа и Церкви (Еф 5. 22-33). Так, сщмч. Игнатий Богоносец пишет, что Б. следует заключать с согласия (μετὰ ϒνώμης) епископа, чтобы Б. был «согласно Господу» (κατὰ Κύριον), но не упоминает об участии епископа в церемонии (Ign. Ep. ad Polyc. 5. 2). Из этого следует, что в Церкви еще не было отдельного чинопоследования бракосочетания, т. к. в др. месте сщмч. Игнатий запрещает совершать к.-л. богослужения без епископа (Ign. Ep. ad Smyrn. 8). В этом же смысле можно понимать известное выражение автора «Послания к Диогнету» (кон. II - нач. III в.): «Христиане... вступают в брак так же, как и все» (V 6). Таинством, к-рое освящало Б., так же как и всю жизнь христианина, являлась Евхаристия, напр., Климент Александрийский пишет, что Б. не является грехом, «ибо он приобщается нетлению» (Clem. Alex. Strom. III 17. 104; «ἀφθαρσία» (нетление) - обычный термин для обозначения Евхаристии у раннехрист. авторов). Cогласно Тертуллиану, Б. между христианами свят, ибо его «соединяет Церковь, подтверждает приношение (т. е. Евхаристия.- М. Ж.), знаменует благословение, ангелы славят, Отец полагает действительным» (Tertull. Ad uxor. II 9); свидетельство Тертуллиана понимается исследователями по-разному: как описание церковного чина бракосочетания (к-рый в таком случае к III в. заключался в преподании молодым благословения во время литургии) или как общее указание на святость брачных отношений христиан. В др. месте Тертуллиан упоминает участие христиан в обручении (sponsalia) и бракосочетании (nuptialium), к-рые совершались по рим. античной церемонии (De idololatr. 16).

К IV в. совершение литургии в связи с заключением Б. стало распространенной практикой. Тогда же начинают складываться и церковные чины бракосочетания, различающиеся в разных регионах христ. мира. Основу этих чинов составляют собственно христ. элементы, в первую очередь Евхаристия и священническое благословение, но употребляются также обряды, унаследованные от ветхозаветных и античных времен (вручение невесте брачных даров, соединение правых рук жениха и невесты, ношение невестой особых одежд или покрывала, надевание на жениха и невесту венков, брачный пир, шествие новобрачных в их дом, пение гимнов во время шествия и по прибытии в дом). Надевание венков при бракосочетании упоминается уже у Тертуллиана, к-рый осуждает этот обряд как заимствованный у язычников (De Corona. 13. 4, 14. 2). Послания свт. Григория Богослова содержат ироничные высказывания по поводу брачных венцов (Ep. 231, ad Euseb.); святитель упоминает и нек-рые др. моменты брачной церемонии (явно восходящие к античной традиции) - украшение чертога молодых цветами, собрание множества людей (в т. ч. епископов), соединение правых рук, празднество, пение эпиталамия (свт. Григорий предлагает взамен стихи Пс 127. 5-6), подарки новобрачным - и противопоставляет им молитвы о молодых (Ep. 193, 194, 231, 232). Из слов святителя следует, что соединение рук молодоженов совершал епископ, занимавший, т. о., место рим. женщины-pronuba; изображения Христа, соединяющего руки новобрачных, встречаются на визант. монетах и иных предметах V-XII вв. (Walter. P. 121-125).

Ни один из известных сборников III-IV вв., куда входят (помимо прочего) молитвы важнейших церковных священнодействий - «Апостольское предание», «Апостольские постановления», Серапиона Евхологий, Барселонский папирус,- не содержит молитв бракосочетания, что свидетельствует о том, что к.-л. устоявшихся их текстов в ту эпоху еще не было; единственный пример подобной молитвы среди ранних текстов находится в апокрифических «Деяниях апостола Фомы» (кон. II - нач. III в.), где описано, как ап. Фома благословляет молодую пару возле брачного ложа (гл. 10). Брачная молитва-благословение из домашней стала церковной, вероятно, только к кон. IV в., а в нек-рых областях христ. мира еще позднее.

К V в. древние брачные обряды постепенно получают новое христ. осмысление: так, свт. Иоанн Златоуст пишет, что брачные венки нужно понимать как символ победы молодоженов над плотскими удовольствиями (In ep. 1 ad Tim. 9. 2). Кроме обряда венчания в творениях свт. Иоанна в связи с бракосочетанием упоминаются брачный договор, особое одеяние невесты, присутствие священников, молитвы и благословения, пир (In Gen. 48. 5; In ep. ad Col. 12. 4). В «Лавсаике» Палладия (1-я четв. V в.) описывается бракосочетание Амуна Нитрийского; оно состоит из венчания, брачного пира и каких-то «подобающих браку» обрядов (πάντα τὰ κατὰ τὸν ϒάμον) и оканчивается тогда, когда все уйдут из чертога молодых (Vita 8). К нач. V в., т. о., на Востоке уже существовал особый церковный чин бракосочетания.

На Западе к нач. V в. христ. чин бракосочетания также в общих чертах уже сложился. Наиболее раннее свидетельство зап. практики - письмо папы Сириция (Ер. 41) к еп. Имерию Таррагонскому (385), где говорится, что священник благословляет молодоженов, и упоминается обряд возложения на невесту или на обоих молодых специального покрова, т. н. velatio; обряд происходит или от рим. flammeum, или от христ. обряда при посвящении дев; о velatio дающих обеты безбрачия дев пишут мн. зап. авторы IV-V вв. Благословение священником молодоженов упоминается у свт. Амвросия Медиоланского (Еp. 62. 7), у Амброзиастера (Comm. in Ep. ad Tim. 1 3. 12-13, 5. 3; Comm. in Ep. ad Cor. 1 7. 40, 11. 3), у Сириция (Еp. 1. 4. 5; 1. 9. 13; 7. 3). Свт. Павлин Милостивый, еп. Ноланский († 431), написал большую поэму-эпиталаму в честь свадьбы чтеца Юлиана, сына еп. Капуи Мемора, и Тиции (вероятно, дочери еп. Эмилия). В поэме описано, как Мемор ведет к стоящему у св. престола Эмилию своего сына; у престола жених и невеста целуют друг друга, Эмилий соединяет их руки, возлагает на них брачный покров и «освящает их молитвой»; из текста неясно, совершалась ли в честь свадьбы Евхаристия (Carmen 25; к сожалению, поэму еп. Павлина нельзя считать выражением повсеместной практики, потому что в ней говорится о Б. между детьми клириков; отношение к таким Б. было особым. Наконец, автор «Praedestinatus» (2-я четв. V в.) пишет о священническом благословении и Причащении брачующихся Св. Таин (3. 31). На Западе, т. о., к сер. V в. чин церковного бракосочетания включал в себя священническую молитву, обряд соединения правых рук, velatio и Причащение Св. Таин. Однако в отличие от Востока, где венчание и Причащение повсеместно стали главными элементами брачного чина, на Западе вплоть до окончания эпохи средневековья состав чина не был упорядочен: так, на территории распространения галликанского обряда участие клириков в чине бракосочетания могло сводиться к освящению комнаты новобрачных; в Сев. Африке в нач. V в. епископ участвовал в подписании брачного контракта, но особого церковного чина еще не было (tabulae nuptiales упомянуты в творениях блж. Августина более 10 раз (напр., Serm. 278. 9), но о к.-л. др. обрядах блж. Августин, в чьих творениях Б. уделено много внимания, ничего не сообщает; таинством (sacramentum) Б., по его мнению, делает его сходство с союзом Христа и Церкви (Aug. De bono conjug. 18. 21)).

Церковное бракосочетание в Византии в VI-XI вв.

К VI в. в К-поле уже существовали нек-рые из тех молитв бракосочетания, какие вошли в традиц. визант. чин и используются правосл. Церковью и в наст. время: напр., в кондаке на Б. в Кане Галилейской прп. Роман Сладкопевец цитирует 2 из них (совр. 2-я молитва обручения и 4-я венчания) (SC. 110. 295-321). Подробное описание состоявшейся в 582 г. церемонии бракосочетания имп. Маврикия дает Феофилакт Симокатта (Hist. I 10). Церемония проходила во дворце Дафна (часть Большого дворца в К-поле) и началась с того, что Патриарх провел торжественное богослужение (вероятно, в дворцовой ц. св. Стефана), во время к-рого соединил руки новобрачных, повенчал их и причастил Св. Таин. Далее праздник продолжился в одной из зал дворца, где император снял перед всеми покров с лица супруги и была воспета брачная песнь (ὑμέναιον). Невестоводитель (νυμφάϒωϒος) подал новобрачным кубок с вином, и начался пир. Во время пира, как отмечает Феофилакт, на молодоженов «не возлагались венки, так как новобрачные, не будучи простолюдинами» были уже повенчаны заранее (из чего следует, что в VI в. среди простых людей обряд венчания еще мог быть связан не с церковным чином, а с праздничной трапезой); празднества в честь имп. свадьбы продолжались 7 дней.

В IX в. прп. Феодор Студит пишет о чине венчания как о само собой разумеющемся, при этом он цитирует «священную молитву венчания», текст к-рой совпадает с текстом доныне используемых молитв визант. чина венчания (совр. 3-я и 4-я); кроме того, прп. Феодор называет чин термином «μυσταϒωϒία» (что может указывать на соединение Б. с Евхаристией: визант. авторы часто называют литургию этим словом) и говорит о том, что чин содержит призывание Божественной благодати и поэтому не должен совершаться над второбрачными (Theod. Stud. Ep. 22, 25, 28, 31, 50).

Но несмотря на то что к VI в. церковный чин бракосочетания уже существовал, юридически обязательным (с т. зр. как гражданского, так и церковного права) он становится гораздо позже. В «Дигестах» имп. св. Юстиниана молитвы при заключении Б. не упоминаются (23. 2; 35. 1. 15). В «Эклоге» имп. Льва III и Константина V говорится о гражданском обручении (Titul. 1) и о заключении Б. (Titul. 2), причем в 1-м титуле церковное последование не упомянуто, а во 2-м нормальным способом заключения Б. названо подписание договора, и лишь в особых обстоятельствах допускаются не зафиксированные письменно Б., заключенные или в присутствии друзей (свидетелей), или с церковного благословения. В «Исагоге» (886), в составлении к-рой, возможно, принимал участие Патриарх св. Фотий, также не упоминаются к.-л. молитвы при обручении и указаны 3 способа заключения Б.- подписание договора, венчание и благословение (из документа очевидно, что церковные благословение и венчание - это разные чины; по предположению А. М. Пентковского (Le Mariage. P. 259-287), под «благословением» в «Эклоге» и «Исагоге» следует понимать чин церковного обручения). Начиная с этого (точнее, неск. более раннего) времени из сохранившихся рукописей Евхология (древнейшая - Vat. Barb. 336, кон. VIII в.) известен текст визант. чина церковного благословения Б. Обязательным для всех подданных империи церковное бракосочетание становится только при Льве VI Мудром, 74-я новелла к-рого упоминает о благословении при обручении, а 89-я обязывает получать благословение на совместную жизнь (συνοικέσιον). Наконец, в 24-й новелле имп. Алексея I Комнина (1084) как о само собой разумеющемся говорится о церковном благословении при обручении (μνηστεία) и при браке (ϒάμος), а в 31-й новелле (1092) обязательность церковного благословения распространяется и на рабов. С XI в. также и в визант. искусстве типичной иконографией Б. становится образ Христа, венчающего супругов (Walter. P. 122-125).

Православное чинопоследование таинства Б.

В греч. и слав. рукописях Евхология текст чинопоследования церковного благословения Б. отличается большим разнообразием, поэтому нельзя говорить о к.-л. его общепринятом стандартном виде (такой текст возник только в XVI-XVII вв. с повсеместным распространением печатных богослужебных книг), хотя основа чинопоследования во всех рукописях одна и та же. Чинопоследование состоит из 3 частей: обручения, венчания и молитв на разрешение венцов и (или) на благословение комнаты новобрачных; каждая часть чина за редкими исключениями выделяется отдельным заголовком. Обручение в большинстве случаев образует отдельный чин (хотя встречаются рукописи XVI-XVII вв., где обручение неразрывно соединено с венчанием - напр., Castam. 60 (63), XVI в.). На практике, однако, обручение обычно совершается сразу вместе с венчанием; это было в обычае по крайней мере уже в XV в.; так, в написанном блж. Симеоном, архиеп. Фессалоникийским († 1429), толковании церковного чинопоследования бракосочетания описаны соединенные вместе обручение и венчание и не упомянута возможность раздельного их совершения.

Чин обручения в рукописях обычно обозначается словами «μνηστεία» или «μνῆστρα» (помолвка, обручение); с XV в., как правило,- «μνηστεία ἤϒουν ἀῤῥαβῶνος» (обручение, т. е. [обряд] брачных даров); именно так обручение надписывается и в совр. печатных книгах. Тем не менее встречаются рукописи (напр., Sinait. gr. 973, 1153 г.; Taphou. 615 (757), 1522 г. и др.), где «ἀῤῥαβῶνα» и «μνηστεία» - названия разных чинов. Встречающееся различение терминов «обручение» и «[обряд] брачных даров» может указывать как на смешение традиций, где один и тот же момент процесса вступления в Б. обозначался по-разному, так и на то, что термином «ἀῤῥαβῶνος» первоначально обозначалось не обручение, а др. момент. Основу чина обручения неизменно составляют 2 молитвы - «῾Ο Θεὸς ὁ αἰῶνιος, ὁ τὰ διῃρημένα συναϒαϒὼν εἰς νότητα» (Боже Вечный, разстоявшаяся собравый в соединение) и «Κύριε ὁ Θεὸς ἡμῶν, ὁ τὴν ἐξ ἐθνῶν προμνηστευσάμενος ἐκκλησίαν» (Господи Боже наш, от язык предобручивый Церковь ),- известные уже по древнейшей сохранившейся рукописи Евхология и используемые доныне, а также сам обряд обручения (обмен жениха и невесты кольцами). С IX-X вв. в рукописях практически всегда выписывается также мирная ектения с особыми прошениями; появляются и др. молитвы на обручение. Чаще проч. в рукописях встречаются следующие дополнительные молитвы: «[Κύριε ὁ Θεὸς ἡμῶν,] ὁ τῷ παιδὶ τοῦ πατριάρχου ᾿Αβραὰμ συμπορευθείς» (Господи Боже наш, слуге патриарха Авраама сопутешествовавший), «Ϫέσποτα Κύριε ὁ Θεὸς ἡμῶν, ὁ ἀπόστειλας τὴν ἀλήθειάν σου» (Владыко Господи Боже наш, пославший истину Твою), «Σῶτερ [или: Πάτερ] ἀϒαθὲ καὶ φιλάνθρωπε, τὸν ἀῤῥαβῶνα τοῦτον ἴσχυρον» (Спаситель благой и человеколюбивый, это [обручение, заключенное через вручение] брачных даров, укрепи), «Ϫέσποτα φιλάνθρωπε Κύριε, ὁ ἐν τῇ προφιτικῇ φωνῇ...» (Владыко человеколюбивый Господи, голосом пророков говоривший). Первые 3 из них могут также указываться как молитвы на чин ἀῤῥαβῶνος (когда он выделяется из чина обручения); 1-я и 4-я входят в чин обручения согласно рус. старопечатным дониконовским книгам (вместе с двумя древнейшими молитвами), причем 4-я обозначается как молитва на надевание «убруса» (платка) на невесту (этот напоминающий рим. velatio обряд совершался священником в доме невесты в день свадьбы). В совр. чине обручения кроме ектении и 2 древнейших молитв присутствует еще одна - «Κύριε ὁ Θεὸς ἡμῶν, ὁ τῷ παιδὶ τοῦ πατριάρχου ᾿Αβραὰμ συμπορευθείς» (Господи Боже наш, тотроку патриарха Авраама сшествовавый),- составленная из неск.: ее начальная и средняя части близки к упомянутым выше 1-й и 2-й молитвам на чин ἀῤῥαβῶνος. Полностью 3-я молитва совр. чина обручения встречается только с XVI в. (напр., в ркп. Sinait. gr. 996, 1566 г.), причем в качестве молитвы на чин ἀῤῥαβῶνος. Помимо указанных по рукописям известны еще ок. 10 молитв обручения; иногда в чин также входят молитвы, обычно относящиеся к венчанию (напр., в Евхологии 1536 г. из афонской Великой лавры, № 21 по Дмитриевскому). Сам обряд обручения помещается или между молитвами, или после них и заключается в том, что священник надевает кольца новобрачным, а затем меняет их местами. Мужу полагается носить серебряное (ранние рукописи обычно говорят о железном), а жене - золотое кольцо; бóльшая стоимость жен. кольца - след обычая давать невесте или ее семье брачный дар (ἀῤῥαβῶνος), к-рый, будучи принятым, считался гарантом буд. свадьбы. Нередко в чин обручения входит античный обряд соединения рук, иногда - лобзание супругами друг друга (напр., Sinait. gr. 973, 1153 г.), Причащение Св. Таин (Sinait. gr. 958, X в.), вкушение супругами от общей чаши с вином (Vatop. 322 (934), 1468 г.; ГИМ. Син. 324, 1-я пол. XV в.). Предположение о том, что в Византии церковное обручение могло быть достаточной формой заключения Б., подтверждается тем, что изредка в рукописях встречаются указания на необязательность венчания и на возможность начала семейной жизни супругами уже после обручения (напр., Sinait. gr. 957, IX-X вв.; Vatop. 322 (934), 1468 г.; Pantel. 364, XV в.); вероятно, этот же смысл некогда вкладывался в рубрику, заключающую чин обручения: «Аще убо хотят в тожде время венчатися» (возможно, слов «в тожде время» первоначально в тексте рубрики не было) (см. ст. Обручение).

Тем не менее не известна ни одна рукопись, где было бы выписано обручение, но отсутствовал чин венчания, именно он является центральным в визант. чинопоследовании. Основу этого чина, начиная с древнейших сохранившихся рукописей (Vat. Barb. 336, кон. VIII в.; РНБ. Греч. 226, IX-X вв. и др.), образуют мирная ектения с особыми прошениями, 2 молитвы - «῾Ο Θεὸς ὁ ἅϒιος, ὁ πλάσας ἐκ χοὸς τὸν ἄνθρωπον» (Боже святый, создавый от персти человека) и «Κύριε ὁ Θεὸς ἡμῶν, ὁ ἐν τῇ σωτηριώδει σου οἰκονομίᾳ καταξιώσας ἐν Κανᾷ» (Господи Боже наш, во спасительном Твоем смотрении, сподобивый в Кане) - и обряд возложения венцов, а также Причащение Св. Таин и молитва «῾Ο Θεὸς, ὁ πάντα ποιήσας τῇ ἰσχύϊ σου» (Боже, вся сотворивый крепостию Твоею) над общей чашей с вином (и вкушение от нее). В отдельных рукописях XV в., однако, Причащение исключено из чина; с XVII в. оно исчезло из общепринятого чина венчания. Кроме указанных молитв и обрядов в большинстве рукописей священнику предписано соединять правые руки молодых и произносить особое благословение (в Vat. Barb. 336 эти подробности опущены); с XI в. в чин венчания также включаются: Пс 127 в начале, «Отче наш» перед Причащением и общей чашей, дополнительные молитвы; с XV в. регулярно выписывается служба чтений (прокимен, Апостол, аллилуиарий, Евангелие, сугубая ектения; в ркп. старше XV в. служба чтений встречается очень редко - напр., в Sinait. gr. 958, X в. и 973, 1153 г.).

Пс 127 (с припевом «Слава тебе Боже наш, слава Тебе»), молитвы, возложение венцов, священническое благословение, служба чтений, «Отче наш», вкушение молодоженами от общей чаши являются составными частями и совр. чина; кроме того, в Требниках российских изданий (и зависящих от них) в начале чина венчания присутствуют обращенные к молодым вопросы священника о добровольном вступлении в Б., заимствованные из зап. практики через посредство Требника митр. Петра (Могилы). В греч. чине венчания вопросы отсутствуют, хотя в рукописях подобное иногда встречается (перед обручением - Laur. Λ. 105, XV в.; перед венчанием - Sinait. gr. 973, 1153 г.).

Несмотря на то что в рукописях составные части чина венчания в основном сходны, порядок их следования различается. Древнейшие рукописи, отражающие близкую к к-польской (но отличающуюся от нее) практику VIII-IX вв., содержат: 1) ектению; 2) 1-ю из двух указанных молитв; 3) возложение венцов и соединение рук (также священническое благословение - не во всех ркп.); 4) 2-ю молитву; 5) Причащение и общую чашу (с молитвой). По рукописям, отражающим классическую к-польскую практику XI в. (Paris. Coislin. 213, 1027 г.; Crypt. Γ. β. I, XI-XII вв. и др.), чин открывается Пс 127, следуют ектения и 1-я из указанных молитва, возложение венцов, соединение священником правых рук венчающихся (о священническом благословении ничего не сказано), 2-я молитва, «Отче наш», возглас «Τὰ Προηϒιασμένα ἅϒια τοῖς ἁϒίοις» (Преждеосвященная святая святым), Причащение, молитва и вкушение от общей чаши и разбиение последней.

С XV в., когда в состав венчания регулярно входит служба чтений, она обычно вставляется между возложением венцов и молитвой «Κύριε ὁ Θεὸς ἡμῶν, ὁ ἐν τῇ σωτηριώδει σου οἰκονομίᾳ καταξιώσας ἐν Κανᾷ»; однако существует целый ряд рукописей, где служба чтений предваряет весь чин (в частности, эта практика бытовала на Руси до реформ 2-й пол. XVII в.). Священническое благословение сразу после венчания может отсутствовать. Соединение рук может совершаться во время чина обручения, в начале чина венчания, сразу после возложения венцов (перед благословением), в конце чина. В чин венчания может входить обряд обмена кольцами (Sinait. gr. 962, XI-XII вв. и gr. 960, XIII в.). Наконец, по греч. рукописям южноитал. происхождения, в чин венчания входит рим. обряд velatio (Crypt. Γ. β. VII, X в.; Vat. gr. 1554, XII в. и др.).

В нек-рых рукописях чин венчания соединен с Божественной литургией, но это - исключение, а не правило. Вопреки распространенному неверному мнению (к-рое основано на сходстве порядка венчания и литургии в рукописях и печатных изданиях XV-XX вв.) чин венчания не выделился из литургии - напротив, по рукописям VIII-XV вв. можно проследить, как чин венчания был постепенно приближен к порядку литургии. Неверно также мнение о совершении в конце чина венчания литургии Преждеосвященных Даров, можно достоверно утверждать, что кроме возгласа «Τὰ Προηϒιασμένα...» (Преждеосвященная) ничего общего между ними нет. В работе прот. Иоанна Мейендорфа «Брак в Православии» было высказано предположение, что венчание первоначально входило в чин литургии, а особый - неевхаристический - брачный чин сформировался со времен имп. Льва VI Мудрого из-за признания обязательности церковного Б. для всех (в т. ч. и далеких от Церкви) людей и одновременно невозможности допускать к Причащению недостойных. Это предположение не находит подтверждения в рукописях: все древнейшие списки содержат указание на Причащение венчающихся (иными словами, отделения венчания от приобщения Евхаристии при Льве VI не было); черты сходства с литургией чин венчания приобрел только в течение XI-XV вв.; описание церковного бракосочетания имп. Маврикия, царствовавшего на 3 века раньше Льва VI, очень напоминает чин венчания по древнейшим спискам.

Кроме 3 древнейших молитв венчания, цитируемых уже авторами VI-IX вв. («῾Ο Θεὸς ὁ ἅϒιος, ὁ πλάσας», «Κύριε ὁ Θεὸς ἡμῶν, ὁ ἐν τῇ σωτηριώδει σου οἰκονομίᾳ», «῾Ο Θεὸς, ὁ πάντα ποιήσας»), в совр. чин входят еще 2: «῾Ο Θεὸς ὁ ἄχραντος καὶ πάσης κτίσεως δημιουρϒὸς» (Боже пречитсый, и всея твари Содетелю) и «Εὐλοϒητὸς εἶ, Κύριε ὁ Θεὸς ἡμῶν, ὁ τοῦ μυστικοῦ καὶ ἀχράντου ϒάμου ἱερουρϒὸς» (Благословен еси, Господи Боже наш, иже тайнаго и чистаго брака священнодействителю) (помещены в начале чина; др. 2 молитвы, находящиеся в конце чина, относятся уже к следующему последованию - разрешению венцов и благословению комнаты); 1-я впервые встречается в ркп. Sinait. gr. 958, X в. и регулярно указывается в греч. Евхологиях с XV в.; 2-я близка к целому ряду схожих молитв; в рус. практике обе традиционны, они присутствуют и в древних рукописях (напр., РГБ. Рогож. (ф. 247). 566, XIV в.), и в дониконовских изданиях, и в совр. Требнике. Кроме того, по рукописям известны еще ок. 30 молитв, дополняющих древнейший состав. Среди наиболее часто встречающихся: «᾿Επικαλοῦμεθά σε Κύριε ὁ [Θεὸς ἡμῶν ὁ] Παντοκράτωρ» (Умоляем Тебя, Господи Боже наш, Вседержителю); «Εὐλοϒητὸς εἶ, Ϫέσποτα Παντοκράτωρ, ὁ τῆς ζωῆς ἀρχηϒὸς» (Благословен Ты, Владыко Вседержителю, [давший] начало жизни); «Ϫέσποτα Κύριε ὁ Θεὸς ἡμῶν, ὁ τῶν ἀπάντων Πατὴρ» (Владыко Господи Боже наш, Отец всех); «Κύριε ὁ Θεὸς ἡμῶν, ἔκτεινον τὴν χεῖρα σου» (Господи Боже наш, простри руку Твою); «῾Ο Θεὸς ὁ ἀϒαθὸς καὶ φιλάνθρωπος, ὁ τῶν εἰς αἰῶνα αἰῶνων» (Бог благий и человеколюбивый, Кто вовеки веков); «Ϫοξάζομέν σε, Ϫέσποτα Παντοκράτωρ, ἐπὶ τῇ σῇ μεϒαλειότητι» (Славим Тебя, Владыко Вседержитель, из-за Твоего величия); нередко в чине венчания помещены и отдельные молитвы чина обручения. Молитвы основаны на воспоминании данного Творцом первозданной паре благословения, описанных в Библии знаменитых Б., пришествия Господа в Кану Галилейскую на Б. и содержат прошения благословить молодых и подать им временные и вечные блага.

Возложение венцов сопровождается к.-л. формулой, чаще всего основанной на стихах Пс 8. 6b («[Господи Боже наш], славой и честью увенчал (или «венчай») его (или «их»)») и Пс 20. 4b («Ты положил на главах их венцы...»); известны и др. формулы, напр.: «Отец благословляет, Сын венчает, Дух Святой присутствует и усовершает» (или «Отец венчает, Сын благословляет, Всесвятой Дух осеняет их всегда...») и др. Принятая ныне формула «Венчается раб Божий (имя рек) рабе Божией (имя рек)...», напоминающая крещальную, встречается в рукописях с XIII в. (напр., Patm. gr. 105), но широкое распространение она получила только в эпоху господства печатных изданий. Кроме произносимой формулы в рукописях часто указываются детали обряда - крестообразное осенение новобрачных венцами, перемена венцов (аналогично перемене колец при обручении) и т. д.; иногда выписаны особые молитвы над венцами прежде их возложения: «Κύριε ὁ Θεὸς ἡμῶν, ὁ [εὐλοϒήσας] τὰ στέφανα» (Господи Боже наш, благословивший венцы) или «Κύριε ὁ Θεὸς ὁ βασιλεὺς πάντων ἡμῶν, ὁ πάντοτε πανταχοῦ παρῶν» (Господи Боже, царь всех нас, всегда везде присутствующий). Венцы на головах молодоженов обычно символически трактуются как царские (в новосозданной семье молодые будут как бы царями и основателями рода) и одновременно мученические (подвиг христ. Б. сравнивается с мученическим).

Целый ряд формул в рукописях приводятся для обряда соединения правых рук молодоженов, напр. молитва «Ϫεξιὰ ἄχραντε τοῦ Πατρὸς» (Десница непорочная Отца) или формула «Прими жену [от храма Господня]». В совр. печатном тексте этот важный обряд вообще не указан, хотя на практике священник соединяет руки молодых, накрывая их епитрахилью, дважды - во время шествий в начале чина и после вкушения от общей чаши.

Священническое благословение молодых часто, хотя и не всегда, указывается в рукописях; в качестве формулы благословения обычно используются стихи Пс 8. 6b и Пс 20. 4b; могут быть и др. (напр., развернутый текст благословения после венчания и соединения рук приводится в дониконовских рус. изданиях). Иногда рукописи обозначают эти стихи не как слова священнического благословения, а как прокимен для пения (РНБ. Греч. 226, IX-X вв.; Sinait. gr. 966, XII-XIII вв.; ср.: Laur. Θ. 88, 1475 г.; Sinait. gr. 977, нач. XVI в.). В совр. общепринятом чине Пс 8. 6b используется для священнического благословения, а Пс 20. 4b занял место прокимна службы чтений, помещенной сразу после благословения (в дониконовских изданиях, где служба чтений предваряет чин венчания, этот стих трижды поется после священнического благословения).

Традиц. для визант. чина чтения за венчанием - Еф 5. 20-33 (о Б. как зримом образе союза Христа и Церкви и о взаимных обязанностях супругов) и Ин 2. 1-11 (о Б. в Кане Галилейской). Перед чтениями поется прокимен, между ними - аллилуиарий; после чтений произносится сугубая ектения. Прокимны и аллилуиарии в рукописях указываются разные (как правило, прокимен - это Пс 8. 6b); очень редко встречаются иные чтения, характерные для зап. традиции: Евр 12. 28-3. 8 (Sinait. gr. 958, X в.), 1 Кор 7. 7-14 (ГИМ. Син. 324, 1-я пол. XV в.), Мф 19. 3-9 (РГБ. Рогож. (ф. 247). 566, XIV в.). По рукописям Laur. Λ. 105, XV в. (где венчание соединено с полной литургией), Sinait. gr. 984, XV в. и Laur. Θ. 88, 1475 г. (где служба чтений предваряет венчание), перед прокимном поется Трисвятое, как на литургии; в рус. дониконовской практике, где служба чтений помещалась в начале чина, перед прокимном пели «Елицы во Христа» (сугубая ектения в рус. рукописях и печатных изданиях до XVII в. отсутствует или перенесена в конец чина).

После чтений и сугубой ектении в принятом ныне чине венчания следуют молитва (2-я из двух древнейших, нач.: «Κύριε ὁ Θεὸς ἡμῶν, ὁ ἐν τῇ σωτηριώδει σου οἰκονομίᾳ καταξιώσας») и просительная ектения. Просительная ектения впервые указана в ркп. Laur. Λ. 105 (XV в.) как замена полной литургии и регулярно встречается только с XVII в. После просительной ектении поется молитва Господня «Отче наш». Ее появление в чине, несомненно, вызвано тем, что новобрачные причащались Св. Таин. Иногда кроме «Отче наш» в чин помещались и др. элементы полной литургии: молитва на возвышение Св. Хлеба (напр., в Sinait. gr. 958, X в.; Castam. 19 (20), XV в.; Vat. gr. 1213, XVI в.), аккламация «Един Свят...» (Castam. 19 (20), XV в.; Pantel. 305, XVI в., и др.), благодарственная ектения после Причащения (напр., в Sinait. gr. 981, XIV в.; Castam. 19 (20), XV в.; РГБ. Рогож. (ф. 247). 566, XIV в.).

Причащение Св. Таин, упоминаемое в большинстве свидетельств о совершении Б. в древней Церкви и указываемое почти всеми рукописями правосл. чина венчания VIII-XVI вв., является осуществлением того, чем отличается христ. Б. от Б. вообще: принимая Тело и Кровь Господа, супруги получают благодатный дар новой жизни, освящающий их самих и их Б.; совместное Причащение подчеркивает единство супругов во Христе. Блж. Симеон Солунский пишет: «Когда все запоют: «Един свят, един Господь», ибо Он один - освящение и сочетающихся рабов Своих мир и единение, (иерей) причащает новобрачных... потому что конец всякого чинопоследования и всякого Божественного таинства печать - священное Причащение» (PG. 155. Col. 512). Исключение к XVII в. Причащения из правосл. чина таинства Б. нарушило многовековую литургическую традицию Церкви, а связь между христ. Б. и освящающим его на протяжении всей жизни супругов таинством Евхаристии для многих перестала быть очевидной. Скорее всего основная причина исключения Причащения из чина венчания - это постепенное охлаждение после XV в. стремления христиан к частому Причащению и одновременно чрезмерное устрожение требований к причастникам-мирянам (в результате чего, напр., в России в нач. XX в. большинство верующих причащались только один раз в год, хотя это и противоречит канонам, ср.: Антиох. 2, Трул. 80). В рукописях до XV в. Причащение вступающих в первый Б. супругов предписывается безоговорочно; в XV-XVI вв. большинство рукописей следует старой традиции, но появляются рукописи, где допускается венчание и без принятия супругами Св. Таин (Laur. Λ. 105, XV в.; Taphou 615 (757), 1522 г., и др.). Иногда рукописи предписывают своеобразную «замену» - недостойные Причащения жених и невеста (не соблюдшие чистоту до венчания?) вместо Св. Таин вкушают мед с миндалем (Евхологий 1536 г. из афонской Великой лавры, № 21 по Дмитриевскому; ср. со схожим указанием в Laur. Λ. 105, XV в.). Наконец, появляются рукописи, где Причащения нет вообще; при этом возглас «Преждеосвященная святая святым» и причастен (как правило, Пс 115. 4) еще нек-рое время в чине сохранялись (так, напр., в Sinait. gr. 984, XV в.). Возглас «Преждеосвященная святая» и причастен (без Причащения венчающихся) указаны и в дониконовских рус. печатных Потребниках и до наст. времени присутствуют в практике приемлющих священство старообрядцев. В греч. печатных Евхологиях XVII в. уже ни возгласа, ни причастна, ни самого Причащения нет; рус. печатные издания Требника 2-й пол. XVII-XX в. следуют этому порядку. Тем не менее в Церкви не утрачено осознание связи между христ. Б. и Евхаристией, и в большинстве храмов желающих повенчаться приглашают причаститься за литургией в день свадьбы.

Иногда в рукописях чина венчания встречаются попытки соединить его с полной литургией; известны неск. таких рукописей (напр., Sinait. gr. 973, 1153 г.; Athen. Bibl. Nat. 272, XIV-XV вв.; Laur. Λ. 105, XV в.; Philoth. 164, XV-XVI вв.), венчание и литургия соединены там всякий раз по-разному. Малое число таких рукописей (сравнительно с общим количеством списков чина венчания, подавляющее большинство к-рых указывают только Причащение) и их несходство говорят об отсутствии единой традиции соединять венчание с Божественной литургией. До XVII в. нужды в таком соединении не было - молодожены и так принимали во время венчания Св. Таины. В XVIII в., когда повсеместное распространение получила поздняя печатная редакция чинопоследования, не предполагающая Причащения, нек-рыми греч. богословами и подвижниками, в т. ч. прп. Никодимом Святогорцем († 1809) и сщмч. Космой Этолийским († 1779), была осознана необходимость восстановить непосредственную связь между таинствами Б. и Евхаристии, для чего были предложены различные варианты включения венчания в чин литургии. В XX в. в греч. Церквах получил широкое распространение чин архиерейской венчальной литургии, впервые опубликованный в 1968 г. в афинском издании Архиератикона (Σ. 112-115). Порядок таков (обручение совершается перед литургией): к мирной ектении прибавляются прошения чина венчания; перед антифонами (текст антифонов особый) вместо обычных молитв во всеуслышание читаются 3 первые молитвы венчания; после малого входа и тропарей архиерей венчает и благословляет молодых, следуют Трисвятое и служба чтений (на венчание); к сугубой ектении прибавляются особые прошения; вместо молитвы прилежного моления возгласно читается 4-я молитва венчания; далее литургия идет по обычному чину вплоть до Причащения мирян; новобрачные причащаются первыми; молитва на общую чашу, вкушение от чаши и оставшиеся части чинопоследования венчания бывают после заамвонной молитвы; отпуст литургии складывается из обычного и венчального. В наст. время в Греции глубоко воцерковленные люди, как правило, стараются пригласить на свадьбу архиерея для совершения венчальной литургии; этот чин распространен и в балканских слав. Церквах; допускается совершение его священником.

Общая чаша

Вслед за «Отче наш» (и Причащением) читается молитва на благословение общей чаши («῾Ο Θεὸς, ὁ πάντα ποιήσας τῇ ἰσχύϊ σου» - Боже, вся сотворивый крепостию Твоею), известная уже по древнейшим рукописям и составляющая древнейший пласт чина (вместе с совр. 3-й и 4-й молитвами и Причащением). Обряд вкушения женихом и невестой от общей чаши с вином первоначально совершался в начале брачного пира и восходит к древнему (возможно, ветхозаветному) благословению первой чаши на брачном пире (см., напр., описание бракосочетания имп. Маврикия). Этот обряд вошел в визант. чин венчания приблизительно к VIII в.; на Западе особые молитвы, открывающие брачный пир, сохранялись до XVI в. В совр. лит-ре распространено мнение, что общая чаша заменила собой Причащение Св. Таин; это неверно - в греч. рукописях указываются обе чаши - и евхаристическая, и общая.

В совр. тексте чина венчания перед молитвой над общей чашей указан не один диаконский призыв, а сразу два: «Главы наши...» и «Господу помолимся»; первый из них на самом деле относится к 4-й молитве венчания, к-рая в дониконовской практике помещалась после «Отче наш».

Со временем связь общей чаши с брачным пиром была забыта и она стала истолковываться символически как указание на единство супругов во всем. Начиная с классических к-польских Евхологиев XI-XII вв. и заканчивая дониконовскими рус. печатными Потребниками, в тексте чина венчания достаточно часто помещается указание на то, что общая чаша должна быть стеклянной и после испития супругами вина ее необходимо разбить (параллель этому есть в иудейском свадебном ритуале, и в этом можно видеть влияние одной традиции на др.). Кроме указанной молитвы на благословение общей чаши в рукописях могут встречаться и др., напр. Κύριε ὁ Θεὸς ἡμῶν, ὁ εὐλοϒήσας τὸ ποτήριον (Господи Боже наш, благословивый чашу). От чаши супруги вкушают трижды, по очереди (в совр. практике остаток вина обычно допивает невеста, хотя в греч. рукописях отмечается, что это должен делать жених; в Sinait. gr. 984, XV в., описан неясный обычай выливать остаток вина на головы новобрачным). В греч. и слав. рукописях XIII-XVI вв. и в дониконовских рус. изданиях очень часто священнику предписано поздравить молодых словами ап. Павла (Флп 4. 4-7), иногда к этому поздравлению-пожеланию прибавляются др. тексты (напр., «Живите, новобрачные»), поздравления родителей.

Чин венчания заключают тропари «Исаие ликуй, Святии мученицы» и «Слава Тебе, Христе Боже», во время пения тропарей священник трижды обводит новобрачных вокруг аналоя, перед к-рым совершался чин. Эти тропари (обычно только 2-й и 3-й; нередко только 2-й трижды; в нек-рых ркп. и в дониконовских рус. изданиях вместо 1-го тропаря приводятся стихи Пс 79. 15-16) появляются в рукописях с XV в.; первоначально они пелись во время шествия новобрачных в их покои (см. Patm. 690, XV в.; ср.: Sinait. gr. 973, 1153 г.). Нек-рые слав. рукописи - напр., ГИМ. Син. № 598, XIV в., и № 324, 1-я пол. XV в.,- предписывают иерею в конце венчания не обводить новобрачных вокруг аналоя с пением тропарей, а усаживать их «на лавицу» с пением стихов Пс 79. 15-16. Со временем торжественное шествие в дом молодых (ср. с античными и ветхозаветными обычаями) было заменено шествием по кругу в храме, символизирующим полноту Б. во Христе. С XV в. для венчания указывается особый отпуст (Иже в Кане Галилейстей пришествием Своим честен брак показавый, Христос истинный Бог наш ); как правило, перед отпустом пелись один или неск. богородичнов (один из к-рых - «Исаие ликуй» - присоединился к тропарям шествия).

После пения тропарей и шествия и до отпуста, согласно совр. Требнику, священник снимает венцы с молодоженов, при этом он произносит традиц. пожелания жениху (Возвеличися женише якоже Авраам) и невесте (И ты невесто, возвеличися якоже Сарра). Сразу вслед за этим читаются 2 молитвы: «῾Ο Θεός, ὁ Θεὸς ἡμῶν, ὁ παραϒενόμενος ἐν Κανᾷ τῆς Γαλιλαίας» (Боже Боже наш, пришедый в Кану Галилейскую) и «῾Ο Πατήρ, ὁ Υἱὸς καὶ τὸ ἅϒιον Πνεῦμα» (Отец, Сын, и Святый Дух ), завершающиеся не вполне понятной рубрикой: «Таже входят, и поздравляют их и целовавше друг друга, и бывает совершенный отпуст». Слово «входят» в этой рубрике - след известной по рукописям практики благословлять комнату новобрачных; «входили» именно в эту комнату. Согласно подавляющему большинству рукописей, чин венчания замыкался еще одним или двумя краткими чинами. 1-й из них чаще всего называется «Εὐχὴ εἰς τὸν ἔπαρσιν τῶν στεφάνων» (Молитва на снятие венцов; встречаются и др. наименования, в частности «Εἰς τὸν ϒάμου πάστον» - На брачный чертог); 2-й - «Εὐχὴ εἰς τὸν λύσιν τῶν στεφάνων» (Молитва на разрешение венцов). Оба чина состоят из одной-двух молитв каждый; стабильностью они не отличаются: как молитвы, так и название одного чина могут быть использованы для др.; одного из чинов может не быть и т. д. (так, в дониконовских Потребниках после отпуста венчания приводится только одна молитва «на снятие венцев» - «Господи Боже наш, пришедый в Кану Галилейскую»). В совр. Требнике 1-й чин включен без отдельного заголовка в чин венчания (это и есть 2 указанные выше молитвы после снятия венцов), 2-й, под своим обычным заголовком, помещен отдельно (это 2 молитвы: «Κύριε ὁ Θεὸς ἡμῶν, ὁ τοῦ ἐνιαυτοῦ τὸν στέφανον εὐλοϒήσας» (Господи Боже наш, венец лета благословивый) и «Νυμφῶνα καταντήσαντες οἱ δοῦλοί σου, Κᾧριε» (Брачнаго чертога достигше раби Твои господи; в греч. печатных изд. в этой молитве допущена опечатка: «Σύμφωνα» (соглашения) вместо «Νυμφῶνα» (брачный чертог), опечатка была воспринята рус. справщиками буквально, и из-за этого в совр. рус. Требнике вместо подтверждаемого рукописями чтения «Брачнаго чертога» молитва начинается с «согласная » (мн. ч. ср. р.)). Всего по рукописям известно более десятка молитв на снятие (разрешение) венцов; чаще всего встречаются используемые и ныне «῾Ο Θεός, ὁ Θεὸς ἡμῶν, ὁ παραϒενόμενος ἐν Κανᾷ τῆς Γαλιλαίας», «Κύριε ὁ Θεὸς ἡμῶν, ὁ τοῦ ἐνιαυτοῦ τὸν στέφανον εὐλοϒήσας» (единственная молитва по к-польским Евхологиям XI в.), «Νυμφῶνα καταντήσαντες οἱ δοῦλοί σου, Κύριε», а также «Κύριε ὁ Θεὸς ἡμῶν, ὁ θαλάμου εὐπρεπεῖας» (Господи Боже наш, уготовивший чертог). В нек-рых рукописях (напр., Patm. 690 и Taphou. 8, XV в.) порядок шествия в чертог новобрачных и чтения там молитв описан подробно: новобрачные с венцами на головах, иерей, друг жениха и подруга невесты, родители молодых идут в дом новобрачных; во время шествия поется тропарь «Святии мученицы»; по пришествии в дом в дверях спальни иерей снимает с молодых венцы и совершается 1-й чин (соответствующий, т. о., античной эпиталаме); венцы остаются в чертоге (видимо, венцы представляли собой цветочные венки, к-рыми был украшен в течение неск. дней дом молодоженов); на 8-й день после свадьбы иерей и родители молодоженов вновь приходят к ним в чертог, совершается 2-й чин и иерей забирает венцы. Иногда в лит-ре встречается утверждение, что молодожены ходили в венцах 7 дней (и якобы воздерживались в эти дни от брачной жизни), основанное на непонимании смысла слов «разрешение венцов»; как видно из источников, венцы снимались с молодых сразу после венчания.

Правосл. чинопоследование таинства Б. состоит, т. о., из целого ряда чинов, к-рые совершались в разное время и в разных местах: чина обручения (т. е. передачи невесте кольца, символизирующего брачный дар, что было гарантией буд. Б. и в правовом отношении уже приравнивалось к нему); чина вручения брачных даров; чина соединения правых рук и венчания (т. е. совершения Б. по античному обычаю), к к-рому было прибавлено Причащение Св. Таин, освящающее христ. Б., а со временем также и служба чтений и др. элементы, заимствованные из чина Божественной литургии; чина благословения брачного пира; шествия с пением в дом новобрачных; чина благословения их комнаты; чина завершения торжеств через неск. дней после свадьбы. К наст. времени все эти разные по предназначению чины совершаются вместе; в этом смысле история правосл. последования таинства Б. аналогична истории последования Крещения и Миропомазания, также состоящего из мн. чинов, некогда совершавшихся раздельно (см.: Крещальная литургия. М., 2002. С. 109-126). Покровителями Б. в правосл. Церкви признаются святые равноапостольные Константин и Елена, вмч. Прокопий, благоверные кн. Петр и кнг. Феврония, блж. Ксения Петербургская и мн. др. святые (см. ст. Венчание).

После обручения и венчания в рукописях, как правило, выписываются особые молитвы для вступающих во 2-й Б. (см. в ст. Второбрачие), иногда - чин братотворения.

Чины благословения Б. в Церквах христианского Востока

близки к визант., из чего следует, что на Востоке чин церковного благословения Б. в V в. (как правило, то общее, что есть в богослужении нехалкидонитов с визант. традицией, отражает практику V в.; не исключены, однако, и более поздние заимствования) уже имел достаточно стабильный состав (а не возник, как иногда думают, только в IX в.).

Венчание в армянской Церкви

В армянском обряде, неоднократно испытывавшем влияние визант., согласно древнейшим сохранившимся рукописям, церковный чин бракосочетания состоял из 3 частей: 1) обряда обмена жениха и невесты крестами (аналог обмена брачными дарами, т. е. обручения; совершался до свадьбы и состоял из 2 молитв, чтений Притч 3. 13-18, Гал 5. 14-18, Мф 24. 30-35 (чтения предварялись прокимном из Пс 4, Евангелие - аллилуиарием из Пс 117) и еще одной молитвы); 2) собственно чинопоследования Б. (состояло из чтений Пс 21; Быт 1. 26-28 и 2. 21-25; Ис 61. 9-62. 5; Еф 5. 15-33; Мф 19. 1-9 (в одной ркп. вместо Мф выписано визант. Ин 2. 1-11)), диаконских прошений, 2 молитв священника, др. диаконских прошений, возложения венцов на вступающих в Б., еще 2 молитв); 3) чина разрешения венцов (совершался на 7-й день после свадьбы; порядок: Пс 22, диаконское прошение и молитва священника) (Conybeare. P. 108-114; Le Mariage. P. 289-305). По печатным изданиям арм. Маштоца (Требника), чинопоследование таинства Б. частично совершается в доме невесты, частично в храме (см. сделанный А. М. Худобышевым рус. перевод чина в ркп. РНБ. F. I. 477, XIX в.). Домашняя часть чинопоследования предваряется получением посланниками жениха согласия на Б. у родителей невесты и принятием невестой даров от жениха, затем приходит священник и благословляет эти дары (т. е. совершившееся обручение) и брачные одежды невесты; наконец, приходит жених и следуют соединение рук брачующихся и благословение их крестом. В совр. практике обычно эта часть чина в сокращенном виде (благословение священником колец, обмен кольцами, соединение правых рук жениха и невесты) совершается у входа в храм непосредственно перед началом следующей части. Далее: торжественный вход в храм; чтения (Еф 5. 22-33; 1 Кор 13; Мф 19. 1-9), завершаемые Никейским Символом веры; возложение брачных венцов; снятие венцов; преподание вступившим в Б. общей чаши с вином (все священнодействия сопровождаются соответствующими молитвами). Чинопоследование открывается и заканчивается молитвой Господней «Отче наш»; в конце 1-й или 2-й частей совершается благословение вступающих в Б. крестом (диакон: «Святым Крестом молим...»; священник, благословляя: «Сохрани рабов Твоих...»). В изд. Маштоца приводится также молитва на разрешение венцов в 8-й день.

В Армянской католич. Церкви чинопоследование Б. соединено с литургией; после прочтения Евангелия совершается благословение и возложение венцов на жениха и невесту; преподание общей чаши бывает в доме (Raes. P. 155, 160-163, 174).

В Коптской Церкви чинопоследование церковного Б. состоит из 5 частей: обручения, благословения одежд жениха, венчания, заключительного благословения, чина 8-го дня. 1, 3 и 5-я части начинаются со службы чтений (ее порядок: благодарственная молитва, каждение, чтение Апостола, Трисвятое, молитва перед Евангелием (этот и предшествующий элемент чина в 3-й части опущены), прокимен, чтение Евангелия, ектения, Символ веры); все части (кроме 2-й) заканчиваются молитвой Господней и отпустом. Как правило, все части совершаются вместе. В начале последования жених идет в муж. часть храма, невеста - в жен. В состав службы чтений обручения входят: 1 Кор 1. 1-10, Пс 84, Ин 1. 1-17; после Символа веры следуют неск. молитв. Благословение одежд жениха состоит из неск. молитв и облачения жениха в праздничные одежды; затем жених идет к невесте, снимает с пальца кольцо и дает ей; поется гимн. Служба чтений венчания предваряется вопросами к молодым о добровольном вступлении в Б.; в службу чтений входят: Еф 5. 22 - 6. 3, 1 Петр 3. 5-7, Деян 16. 13-15, Пс 18, 127, Мф 19. 1-6; затем следуют: 3 торжественные молитвы (перемежаемые песнопениями), главопреклонная молитва, молитва над елеем, помазание новобрачных елеем (особенность копт. чина) и 2 гимна, молитва после помазания, молитва над венцами, возложение венцов с особыми молитвами, песнопения. После венчания священник знаменует жениха и невесту с молитвами, говорит им наставление (на араб.); вместо отпуста произносится благословение, и хор поет гимн. В службу чтений чина 8-го дня по свадьбе входят: 1 Тим 4. 9-15, Пс 127, Ин 1. 14-17; далее читается молитва на снятие венцов и отпуст, после к-рого венцы снимают.

В Эфиопской Церкви церковный чин предваряется заключением брачного договора; в храме совершаются молитвы, благословение и передача брачных даров; 1-я часть литургии, вопросы к молодоженам о добровольности вступления в Б., благословение кольца, передача кольца; литургия продолжается до «Отче наш»; следуют velatio, Причащение молодоженов, благословение венцов и венчание, троекратное обхождение алтаря (к-рый по эфиоп. традиции находится посреди храма); в конце чина священник преподает молодым благословение.

В традиции Яковитской Церкви, восходящей к древнему антиохийскому богослужению, 2 основными чинами церковного Б. являются обручение и венчание. Обручение имеет следующий порядок: начальное славословие, молитва, Пс 50 с припевом, молитва по Пс 50, песнопения и главная молитва чина (т. н. седра), каждение, молитва над кольцами, благословение колец, надевание кольца на палец жениха, молитва над женихом, надевание кольца на палец невесты, молитва над невестой, молитва над ними вместе, гимн, заключительная молитва. Порядок венчания: начальное славословие, молитва, Пс 50 с припевом, песнопения и седра, каждение, чтения (1 Петр 3. 1-7, Еф 5. 20 - 6. 3, Мф 19. 3-11; в рукописях могут быть указаны и др.), молитва над венцами, благословение венцов, возложение венца на жениха, молитва над женихом, одевание венца на невесту, молитва над ней, молитва над ними обоими, молитва над другом жениха, молитва над подругой невесты, молитва над собранием, гимн, заключительная молитва (Raes. P. 160-163).

Богослужебная практика Церкви Востока (несторианской), а также халдейской (униатской) - т. н. восточносирийского обряда - интересна тем, что из всех вост. обрядов она претерпела наименьшее влияние со стороны к-польской традиции. Согласно источникам IV-VI вв., первоначально чин бракосочетания состоял из 2 основных частей: обручения и брачного торжества. К кон. V в. участие священника в совершении Б. считалось обязательным; Нарсай († ок. 502) в 17-й гомилии пишет, что «без священника женщина не может выйти замуж, без него свадьба не может состояться» (Texts and Studies. Camb., 1909. Vol. 8. N 1. P. 145). Собор в Катаре (676) под председательством католикоса Востока Гиваргиса постановил, что женщина не может сочетаться с мужчиной без согласия ее родителей, без св. креста (указание на обручение; ср. с арм. традицией) и без благословения священника. Патриарх Ишо бар Нун (623-628) писал о необходимости присутствия священника и мирян при обручении, а также упоминал об использовании во время церемонии св. воды, креста и кольца. Патриарх Тимофей (782-823) настаивал на торжественном характере обручения, для к-рого необходимы присутствие священника и использование креста, и запретил расторжение обручения по соглашению. В «Книге судов» Ишо-бохта (VIII в.) утверждается, что для заключения Б. необходимо совершение торжественного чина, причем при обручении должен совершаться обмен кольцами, а чин бракосочетания должен включать в себя подписание брачного договора и благословение священника; тем не менее при невозможности найти священника разрешено вступать в Б. без его участия. По позднейшим печатным книгам восточносир. обряда, чин бракосочетания состоит из 7 частей: 1) девушке приносят кольцо, и она принимает или отвергает его; 2) священник соединяет правые руки представителей семей жениха и невесты (брачный сговор); 3) чин благословения брачных одежд; 4) чин обручения; 5) чин венчания; 6) чин благословения комнаты новобрачных; 7) чин «разрешения» комнаты на 8-й день. Части 1-3 совершаются в доме невесты, 4-5 - в храме. Обручение начинается с неск. молитв, потом бывают благословение кольца, молитва над общей чашей и крестом, вкушение от чаши и благословение крестом. В чине венчания после молитв на молодых возлагают венцы, далее следуют неск. молитв и песнопений (чтения (Еф 5. 20-33 и Мф 19. 3-9) входят в чин только согласно практике общин, находящихся в унии с Римом) и возложение рук на брачующихся, на их крестных и плотских родителей и заключительные молитвословия.

Западные чины благословения Б. в VI-XX вв.

в целом восходят к 2 традициям - рим. и галльской. Чин бракосочетания на Западе был значительно меньше воцерковлен, чем на Востоке, мн. обряды сохранили народный характер и не вошли в церковное последование.

Рим. чин церковного бракосочетания VI-VIII вв. известен по Веронскому, Григория (в редакции, посланной папой Адрианом имп. Карлу Великому) и Геласия Сакраментариям (нач. VI, нач. VIII и сер. VII в. соответственно). В Веронском Сакраментарии для чина благословения Б. (обозначенного как velatio nuptialis) приведены 6 молитв; первые 3, судя по их содержанию, заменяли собой нек-рые молитвы мессы (начальную коллекту, молитву над Дарами и Hanc igitur рим. канона мессы (см. в ст. Анафора)), остальные, видимо, читались в конце мессы. В 3-й молитве содержится ссылка на участие в службе 2 женщин - невесты и, вероятно, почтенной женщины-pronuba. 6-я молитва значительно больше остальных и, возможно, была главной. Особенно важно то, что в молитвах не упоминается жених; все внимание сосредоточено на невесте (что можно сопоставить с брачными обычаями древних народов, где большинство обрядов были связаны с невестой). Т. о., в нач. VI в. в Римской Церкви чин бракосочетания включал в себя velatio и совершался во время мессы. Наличие брачной мессы не исключает того, что собственно брачное торжество происходило в др. день и не было связано с церковным богослужением. В Григория Сакраментарии в отличие от Веронского изменяемые молитвы брачной мессы (коллекта, молитва над Дарами, praefatio и Hanc igitur канона, заключение; частично использованы тексты Веронского Сакраментария) ясно отделены от собственно продолжительной молитвы благословения Б., к-рая находится не в конце мессы, а перед Причащением. В молитвах нет упоминания pronuba; они по-прежнему посвящены невесте, но встречаются прошения о «них», т. е. о супругах вместе. По Геласия Сакраментарию, бракосочетание тоже совершается во время мессы; здесь есть также молитва для мессы на 30-й день или на годовщину Б. Месса должна совершаться в день Б.; в ее состав входят неск. изменяемых молитв (коллекта, над Дарами, praefatio и infra actionem канона, postcommunio; часть совпадает с молитвами Веронского и Григориева Сакраментариев), а также особая молитва перед Причащением (возможно, франк. происхождения) и благословение после Причащения. Тем не менее еще во времена папы Николая I († 867) для законности Б. церковный чин все еще считался необязательным и достаточно было одного согласия супругов, хотя в большинстве случаев в день свадьбы молодожены делали приношение и причащались (Ep. ad Consul. Bulgar. 3 // PL. 119. Col. 979).

В отличие от рим. в галльской традиции важнейшим считалось не взаимное согласие жениха и невесты, а выплата женихом выкупа; церковный чин Б. был практически не развит и сводился к благословению комнаты новобрачных, возможно также еще к благословению брачного дара (кольца или монет) и брачного пира. Галликанская практика VI-VIII вв. отражена в Миссале из Боббио (см. в ст. Боббио) (VIII в.), где содержатся только 2 молитвы на благословение брачной комнаты, а также молитва над второбрачными. В англ. Понтификале X в., приписываемом архиеп. Эгберту Йоркскому, но отражающем скорее галликанские традиции, церковный чин бракосочетания содержит 5 молитв: одну общего характера, а также благословения брачной комнаты, кольца, кровати и невесты. Схожая практика бытовала и в Сев. Италии, напр., в одном из Миссалов XI в. североитал. происхождения содержатся 4 молитвы, близкие к молитвам Понтификала Эгберта (в т. ч. на благословение кольца) и нет никакого упоминания мессы.

В памятниках испано-мосарабского обряда наблюдается смешение рим. и вестгот. (близкой к галликанской) традиций. Исидор Севильский (ок. 560-636) в соч. «О церковных чинах» упоминает священническое благословение брачующихся и их velatio, а также вестгот. обряд связывания рук новобрачных вместе веревкой из белых и пурпурных нитей (II 20. 5 и след.). В Liber Ordinum - сборнике испано-мосарабских чинов, представленном папе Александру II - последование церковного Б. состоит из 4 частей: 1) чина благословения брачной комнаты в субботу утром перед брачной мессой (по комнате, как при обряде экзорцизма, разбрасывается освященная соль; читаются парафраз Пс 89. 16-17, молитва, «Отче наш» и заключительное благословение); 2) вечерни накануне воскресной брачной мессы (в испано-мосарабском Антифонарии приводятся песнопения и для др. служб суточного круга накануне бракосочетания); 3) молитвы и благословения брачных даров (обычно это 2 кольца); 4) брачной мессы (даны praefatio, длинная молитва, благословение покрова невесты и 2 молитвы-благословения молодых - до и после Причащения); в Liber Ordinum есть также неск. молитв о второбрачных. 1-я и 3-я части чина соответствуют галликанской и вестгот. традициям, 4-я - рим. В молитвах содержится множество ссылок на ВЗ, в т. ч. на Книгу Товита (брачные молитвы из Книги Товита часто цитируются в лат. брачных молитвах высокого и позднего средневековья). Смешение старой испан. и рим. традиций встречается также, напр., в Викском Сакраментарии из Каталонии. Согласно Liber Comicus (XI в.), чтениями брачной мессы были Иер 29. 5-7, 1 Кор 7. 1-14 и Ин 2. 1-11 или Мф 19. 3-6.

После X в. рим. и галликанские традиции стали смешиваться и в таком, смешанном, виде чин церковного бракосочетания широко распространился на Западе. Так, в Бенедикционале, к-рый обычно связывается с именем архиеп. Кентерберийского Роберта (1051-1052), но, вероятно, на самом деле принадлежал Роберту, архиеп. Руана (нач. XI в.), порядок брачной мессы соответствует Сакраментарию папы Григория, но приводятся также 2 молитвы благословения кольца и 3 молитвы благословения брачной комнаты (как в Понтификале Эгберта). Чтения чинопоследования Б. по средневек. лат. рукописям различны, ими могут быть: 1 Кор 6. 15-10, Мф 19. 1-6 (эти 2 чтения - чаще всего), Ис 61. 10 слл., 1 Кор 7. 32-35, Еф 5. 22-33, Мф 22. 2-1, 4, Мк 10. 1-9, Ин 2. 1-11. Низкий уровень правовой культуры в зап. средневек. обществе вызвал обязательное требование заключать брачное соглашение in faciae ecclesiae (перед лицом Церкви) - перед вратами храма и в присутствии народа.

По широко распространенному в XVI в. на Британских о-вах Сарумскому Мануалу (1543), бракосочетание начиналось перед дверьми храма с неск. клятв супругов во взаимной верности и обмена кольцами; затем совершался торжественный вход в церковь; следовали неск. благословений; начиналась месса; перед Причащением брачующиеся ложились ниц перед св. престолом, 4 клирика накрывали их большим покровом и священник читал брачное благословение. После мессы в Мануале приведены молитвы на благословение хлеба и вина (брачного пира) и брачной комнаты и кровати. К сарумскому последованию восходит чин бракосочетания в англикан. Церкви, состоящий из публичной церемонии перед вратами храма и брачной евхаристической службы.

Благословение брака в католической Церкви

Единый чин католич. бракосочетания был установлен только после Тридентского Собора (1545-1552, 1562-1563) и опубликован в Миссале (1570) и Ритуале (1614), вплоть до Ватиканского II Собора (1962-1965) бывших нормативными литургическими книгами католич. Церкви. Собор был против распространенной тогда практики тайных Б. без участия священника и настаивал на признании Б. таинством. Согласно тридентскому Миссалу, бракосочетание происходит во время мессы. В чине брачной мессы никаких особых обрядов, кроме священнического благословения молодой пары перед Причащением, нет. Формуляр брачной мессы и текст благословения молодых перед Причащением примерно те же, что в Сакраментарии Григория; а заключительное благословение мессы такое же, как в Бенедикционале Роберта. В тридентском Ритуале приведены обязательная формула взаимного согласия жениха и невесты на Б. (тридентское богословие таинств считало ее главной - «тайносовершительной» - формулой Б.), священническая формула «Ego vos conjugo...» (Я вас соединяю) и 2 молитвы - благословение кольца и молодой пары. Чин, приведенный в Ритуале, обязательно совершался до брачной мессы; в случаях второбрачия невесты, невозможности служить мессу или непринадлежности одного из супругов к католич. Церкви совершался только чин по Ритуалу. Существовал также особый чин благословения молодой семьи при первом посещении ею церкви после брачного торжества, аналогичный вост. чину разрешения венцов.

После II Ватиканского Собора в католич. Церкви в качестве нормативного чинопоследования Б. принята брачная месса, для к-рой новые литургические книги (см. Novus ordo) содержат все необходимые молитвы и чтения. После чтений священник говорит поучение новобрачным и задает им вопросы о добровольном вступлении в Б.; совершается благословение колец и обмен ими; молитва благословения Б. читается перед Причащением; в конце мессы, перед благословением народа, священник благословляет молодых.

В протестант. церквах чины бракосочетания отличаются разнообразием (см.: Marriage // A New Dictionary of Liturgy and Worship / Ed. J. G. Davies. L., 19965. P. 349-364).

Литература: Катанский А. К истории литургической стороны таинства брака // ХЧ. 1880. № 1/2. С. 98-127; Дмитриевский. Описание. Т. 2; Покровский А. И. Брачные молитвы и благословения древней Церкви (I-X в.) // Сб. ст. в память столетия МДА. Серг. П., 1915. С. 549-592; Leclercq H. Mariage // DACL. Vol. 56-57. Fasc. 111-112. Col. 1843-1982; Idelsohn A. Z. Jewish Liturgy and Its Development. N. Y., 1932; 1995; Joyce G. H. Christian Marriage. L., 1933; Τρεμπέλας. Μικρὸν Εὐχολόϒιον. Τ. 1. Σ. 15-102; Raes. Introductio. P. 155-177; Jounel P. La liturgie romaine du mariage // La Maison-Dieu. P., 1957. Vol. 50. P. 30-57; Sauget J. M. Le mariage dans le rite syrien occidental // L' Orient Syrien. Kaslik (Leban), 1957. Vol. 2. P. 3-37; Сергеенко М. Е. Жизнь Древнего Рима. Л., 1964. СПб., 20022. С. 204-209; Barberi P. Linee di sviluppo della recente riflessione teologica suula celebrazione del matrimonio // Ephemerides Liturgicae. R., 1979. Vol. 93. P. 258-315 [Bibliogr.]; Ritzer K. Formen, Riten und religiöses Brauchtum der Eheschliessung in den christlichen Kirchen des ersten Jahrtausends. Münster, 19822. (LQF; 38); Walter Ch. Art and Ritual of the Byzantine Church. L., 1982; Passarelli G. Stato della ricerca sul formulario dei riti matrimoniali // Studi Bizantini e Neogreci: Atti d. 4 Congr. naz. di studi bizantini. Lecce, apr. 1980. Galatina, 1983. P. 241-248; Searle M., Stevenson K. Documents of the Marriage Liturgy. Collegeville (Minnesota), 1992; Martinez G. Worship: Wedding to Marriage. Wash., 1993; Le Mariage. R., 1994. (Biblioth. «Ephemerides Liturgicae». Subs.; 77); Σκαλτσῆς Π. Γάμος καὶ θεία λειτουρϒία. Θεσσαλονίκη, 1998 [Bibliogr.]; Аман А. Г. Повседневная жизнь первых христиан: 95-197. М., 2003. С. 250-265.

М. С. Желтов

Б. у старообрядцев

Кон. XVII - нач. XX в.

Cтарообрядцы-поповцы сохранили чинопоследование Б., принятое в РПЦ в 1-й пол. XVII в.; у беспоповцев первоначально утвердилась идея всеобщего девства. Отрицание беспоповцами Б. стало следствием ряда обстоятельств, главными из к-рых были отсутствие у них епископата и естественная убыль священников дониконовского поставления, а также распространение среди беспоповцев мнения о скором конце мира. Кроме того, после издания в 1684 г. указа о преследовании раскольников начался массовый уход старообрядцев из центральных районов страны на окраины, зачастую сопровождавшийся разрывом семейных связей. Большую роль в утверждении «бракоборческих» представлений сыграла проповедь странствующих монахов-старообрядцев, особенно бывш. насельников Соловецкого мон-ря, бежавших оттуда после подавления Соловецкого восстания. Первоначально брачные пары принимались в старообрядчество без развода (даже те, к-рых при этом перекрещивали). В 1688 г., когда, по мнению противников реформ, в России воцарился антихрист, церковный брак был признан «порочным», а потому в решениях старообрядческого Новгородского собора 1694 г. было записано, что «наша истинная церковь женимых в соединение не приемлет» и после старообрядческого крещения необходимо «в чистоте и целомудрии пребывать» (Смирнов П. С. Внутренние вопросы в расколе в XVII в. СПб., 1898. С. 177). О «совершенном отвержении брачного супружества» по причине прекращения «православного священства» говорится в 5-й ст. решений собора, 7-я ст. предписывает всеобщее девство (Там же. С. 176).

Феодосий Васильев, понимавший трудность исполнения этих требований, стал учить о законности Б. «староженов» (т. е. венчавшихся в правосл. Церкви до присоединения к старообрядчеству). Против Феодосия выступили выговцы, строго следовавшие решениям Новгородского собора, возникшая полемика способствовала окончательному разделению между старообрядцами поморского согласия и федосеевцами. С 1699 г. Васильев с последователями жил в Польше и оттуда вел полемику с Выгом. Павел Любопытный считал, что под влиянием доводов Васильева поморский учитель Андрей Денисов со временем стал более снисходительным к Б. и на «бывшем в Выгореции соборе была освещена и утверждена вечность брачного бытия» (Цит. по: Смирнов П. С. Из истории раскола 1-й пол. XVIII в. СПб., 1908. С. 48). В то же время А. Денисов настаивал на обязательном безбрачии истинных «последователей древнего благочестия», что отразилось в его «Уставе о благочинии». После смерти Васильева его единомышленники постепенно усвоили выговские воззрения на Б. и переходящих в «старую веру» начали разводить на «чистое житие». Отказ от признания старых Б. законными произошел в федосеевщине в 70-80-х гг. XVIII в.

К нач. XVIII в. стали очевидны негативные последствия всеобщего обязательного девства - старообрядческие писатели ХVIII в. жалуются на то, что среди их единоверцев «целомудрие увядаше, а скверное житие цветяше». Благодаря изданию в петровское время ряда законов о старообрядцах (указами 1714, 1719, 1720 и 1722 гг. старообрядцам разрешалось жить в селениях при условии уплаты двойного налога, не ходить на исповедь, не венчаться в церкви, носить бороду и одежду старинного покроя при условии уплаты штрафа) жизнь в старообрядческих сообществах оживилась, в кон. 20-х гг. XVIII в. активизировались попытки решения брачной проблемы. На поиски архиерея в основном из-за необходимости освящать Б. в Палестину с Выга в 1730 г. был отправлен М. И. Вышатин, но путешествие было безрезультатным.

Особенно важную роль в истории старообрядческих споров о Б. сыграл И. Алексеев, в 1728 г. в Выговской киновии изложивший свои взгляды на Б. и позднее развивший их в обширном соч. «О тайне брака» (1762). Алексеев выступил с обличением «мнимого всеобщего безбрачия» и учил о необходимости брачной жизни у беспоповцев, признав возможным венчаться в правосл. Церкви (венчавшиеся беспоповцы получили название «новоженов»). Ход рассуждений Алексеева был следующим: Б. установлен в раю Богом, его основание - благословение Адама и Евы, к-рое передается их потомкам и актуализируется при наличии у брачующихся взаимной любви и согласия вступить в брачные отношения. Это согласие должно быть выражено в словесной форме при свидетелях и закреплено благословением родителей. Алексеев утверждал, что венчание является не совершением таинства Б., но «общенародным христианским обычаем», введенным для отличия законного Б. от блудного сожительства. Аргументация Алексеева послужила основой для всех последующих богословских построений беспоповцев-брачников. К 50-м гг. ХVIII в. вокруг Алексеева собралось значительное число единомышленников, выступавших за необходимость заключения Б. Однако намеченный Алексеевым путь решения брачной проблемы оказался для старообрядцев фактически неосуществим, т. к., согласно указам Святейшего Синода 1722 и 1736 гг., венчаться в правосл. Церкви они могли только при условии перехода в Православие. В этих обстоятельствах беспоповцы, стремившиеся к брачной жизни, сделали из аргументации Алексеева вывод о том, что можно вступать в Б. и без священника. Появились новожены (как поморцы, так и федосеевцы), к-рые вступали в Б. по взаимному согласию, без венчания.

Большинство федосеевских наставников резко осудили взгляды Алексеева. В 1752 г. в Польше состоялся собор федосеевцев, выработавший против новоженов ряд строгих прещений, ок. 1757-1758 гг. Алексеева отлучили от согласия. Поморцы отнеслись к новоженам более терпимо: не отторгали от сообщества, разрешали жить супругам в одном доме при условии «чистого жития». Снисхождение со временем стало оказываться и парам, вступившим в брак лишь со взаимного согласия жениха и невесты. В ХIХ в. в поморском согласии были известны «полубрачные даниловцы», к-рые рекомендовали всем вести девственный образ жизни; если же кто-либо в согласии вступал в Б., общество не выражало осуждения, поскольку, по мнению согласия, супруги будут сами отвечать за свой поступок перед Богом.

В кон. ХVIII в. наиболее влиятельным центром беспоповщины стала Москва, именно здесь с новой силой вспыхнули споры о возможности Б. Бескомпромиссным проповедником всеобщего девства являлся основатель Преображенского кладбища федосеевец И. А. Ковылин, утверждавший, что открытая брачная жизнь хуже случайных связей, т. к. первая есть ересь, а вторые осознаются как грех и ведут к покаянию. Последовательным защитником безбрачия на Преображенском кладбище был также С. С. Гнусин, его соч. «Наказание» оставалось важным уставным предписанием для федосеевцев вплоть до кон. XIX в. В «Наказании» о Б. было сказано: «браки староженские признавать», «новоженов и половинок (половинки - члены согласия, состоящие в Б. с «инославными».- Авт.) без разводу под чистое житие не принимаем» (Статьи С. С. Гнусина - РГБ. Ф. 98. № 1354. Л. 18-21, ХIХ в.).

В 80-х гг. XVIII в. в Москве появилась поморская общественная моленная - Покровская (Монинская) часовня с богадельней. Первым настоятелем моленной стал в 1789 г. московский мещанин В. Е. Емельянов, помощником настоятеля - купец Г. И. Скачков. Емельянов создал новое учение о Б., суть к-рого заключалась в следующем: «Женившиеся не согрешают; брак чист, ложе нескверно и неблазненно» (Цит. по: Вишняков. С. 3). Емельянов считал, что Б. наподобие крещения и исповеди может быть заключен не только священником, но и мирянином (бессвященнословный Б.). По мысли Емельянова, сила и законность Б. заключаются в согласии и обещании жениха и невесты, объявленных при свидетелях. Емельянов установил особый чин благословения на брачное жительство с чтением канона Всемилостивому Спасу и Божией Матери. Кроме того, руководители Покровской часовни установили правило, по к-рому каждая брачующаяся пара должна была дать письменное обещание хранить супружескую верность «вечно, верно и неизменно». За свои нововведения Емельянову пришлось держать ответ на Выге и на Преображенском кладбище. Однако Б. уже укрепился в жизни поморцев, среди к-рых Емельянов пользовался высоким авторитетом.

Дело Емельянова продолжил Скачков, в нач. 1798 г. сумевший привести поморское согласие к единству по вопросу о Б. В своих сочинениях он доказывал, что «девство не есть единственный путь ко спасению», и сформулировал понятие о Б. «как таинстве, совершаемом со взаимного согласия жениха и невесты, по благословению Божию, в знак союза Христа с Церковью, для рождения и воспитания детей в Царство Христово» (Цит. по: Надеждин. С. 12-13). Скачков составил чинопоследование совершения беспоповского Б.- «Канон, певаемый во время сочетания брака» - и получил разрешение на ведение «Бракозаписной книги». Записи о бракосочетании в книгу вносил его зять А. Сергеев, к-рый был известен также как автор более 20 полемических сочинений против отрицателей Б., в т. ч. стихотворного «Девственница-федосеевка, старообрядка в собственном своем лице». В 1821 г. наставником моленной стал А. Андреев, также деятельный проповедник Б. Известность Покровской часовни росла, к 1827 г. число ее прихожан достигло 7 тыс., во многом за счет приема из др. согласий беспоповцев, стремившихся к Б. К этому времени было получено от властей признание заключаемых здесь Б., за исключением Б. иногородних старообрядцев. Об одном из них начальству стало известно, началось дознание и обнаружилось, что Андреев не признавал Б., венчанных в правосл. Церкви, отменил молитву за царя. Это стало причиной закрытия часовни (1837). Сергеев, сохранивший у себя «Бракозаписную книгу», по делам торговли много ездил, особенно по югу России, и повсюду проповедовал «московский поморский брак».

Сочинения в защиту Б. в 1-й пол. ХIХ в. писали А. Я. Зайцевский («Слово увещевательное о законном браке»), О. Любушкин («Беседа о браке», 1852), Павел Любопытный («Истинного христианина чистосердечное исповедание о законном браке», 1799, «Брачное врачевство», 1800, «Камень брака, или Неоспоримость вечности его в Христовой Церкви», 1826, «Ответ Христовой Церкви суеверам и внешним церквам о форме бракосовершения нехиротонисанных мужей», 1827, и др.). Павел Любопытный составил также «Устав брачного правоверного староверчества» (1803), в к-ром детально изложил брачный чин московской Монинской моленной. В 1813 г. этот видный старообрядческий писатель переехал в С.-Петербург, жил при поморской часовне на Малоохтинском кладбище, где активно заключались бессвященнословные Б.

В ХIХ в. мн. поморские общины повсеместно признали бессвященнословные Б. В 30-х гг. в с. Самодуровка (ныне с. Белогорное Вольского р-на Саратовской обл.) сложилось согласие новоженов, одним из наставников к-рого был А. Сычёв. Павел (Прусский) содействовал образованию брачного сообщества при Войновском мон-ре. Активным пропагандистом идеи Б. на Урале являлся Ф. А. Плотников, привезший туда из Москвы «Брачный чин» Скачкова; этот чин на Урале использовали не только поморцы, но и старообрядцы часовенного согласия. В 50-х гг. соборы поморцев в Златоусте и в с. Гагарье Таловской вол. приняли решение допустить бессвященнословные Б. В этом им были близки общины Кавказа, Дона, Прибалтики. Чины бракосочетания отличались друг от друга, один из них описан Н. С. Лесковым на основании небольшой рукописной «книжицы» сер. ХIХ в.

В кон. XVIII-XIX в. внутри федосеевского согласия продолжалась активная борьба с новоженческими Б. Еще в кон. ХIХ в. федосеевцы не допускали новоженов на общее моление, в случае рождения ребенка супруги несли епитимью, на исповедь допускались только в случае тяжелой болезни, обязуясь при этом больше не вести супружескую жизнь. Очень строгие меры предписывались по отношению к младенцам, рожденным в новоженческом браке: их отнимали от материнской груди; если ребенок умирал сразу после Крещения, то его не отпевали. В 1883 г. в Москве состоялся собор федосеевцев, целью к-рого было восстановление и укрепление строгого безбрачия. Этот собор послужил причиной внутренних разделений в согласии и во многом ускорил процесс перехода мн. общин к практике бессвященнословных Б. В окрестностях Самары был широко известен самокрест Матвей Андреевич, к-рый отделился от федосеевцев, поскольку они не признавали брачного чина.

Размышления о Б. были характерны и для др. беспоповских согласий. Этот вопрос о Б. был главным пунктом полемики внутри филипповского согласия на протяжении XIX в. В 1823-1825 гг. в согласии произошло разделение, в связи с тем что кимрские и ярославские филипповцы начали допускать к общению староженов и новоженов, московские филипповцы осудили и отделились от них. Полемика продолжалась более 20 лет, в ней, как правило, одерживали верх «бракоотрицатели». В то же время было принято решение в отношении староженов поступать по «рассуждению отец духовных и знанию их жития». В дальнейшем в одних общинах наставники имели снисходительное отношение к живущим в Б. с женами «ради нужного времени и ради купного воспитания законных чад» (чадородные филипповцы), др. же по отношению к семейным парам применяли строгости (нечадородные филипповцы). В 1862 г. в Москву из Одессы прибыл филипповский наставник Никита Яковлевич, предложивший смягчить отношение к живущим в браке. Противники Б. съехались на собор в с. Богородское под Москвой, но к единомыслию не пришли. Др. собор в присутствии мн. филипповских наставников прошел на Братском дворе и также не сумел вынести удовлетворительного для всех решения. В 1875 г. состоялся еще один собор, на к-ром возобладала партия противников Б. во главе с выходцем из Кимр М. М. Синцовым. Примирение между сторонниками и отрицателями брака было достигнуто в 1890 г., когда взгляды Синцова были осуждены. Воззрения филипповцев на брак в кон. ХVIII-ХIХ в. описаны в анонимном сочинении 1900 г., обращенном к «совопросителю и другу Ивану Михайловичу». Во 2-й пол. ХVIII - нач. ХIХ в., видимо из среды филипповцев, выделились пастухово (адамантово) согласие, особенностью к-рого являлось непризнание староженских Б., а также аароновское согласие, оправдывавшее староженческие, а затем и новоженческие Б.

Сторонники Б. были также среди странников - в согласии, к-рому всегда был присущ крайний аскетизм. Пошехонец М. Васильев и житель Череповца Н. Касаткин стали проповедовать брачную жизнь в странствии, в 70-х гг. XIX в. к ним присоединился новгородский крестьянин М. Кондратьев. Чин бракосочетания у странников состоял из взаимного обета и молебного пения. В спасовом согласии первоначально было принято заключать Б. в правосл. Церкви, не придавая обряду силы таинства. После разделения согласия на староспасовцев и новоспасовцев, или малоначальных и великоначальных, у каждого из согласий появились свои чины бракосочетания. Известный деятель староспасовцев А. А. Антипин изложил чин Б. в Потребнике.

Распространению Б. среди беспоповцев в 1-й пол. XIX в. во многом способствовала позиция властей. В 1833 г. по итогам 8-й ревизии «сожительницы раскольников-беспоповцев» были признаны законными женами, а дети, рожденные в таких Б., не считались незаконнорожденными, что фактически означало офиц. признание этих союзов. В этом же ключе был сформулирован и указ имп. Николая I от 5 дек. 1834 г. Правительство признало, что бессвященнословные Б. предпочтительнее разврата, процветавшего среди беспоповцев, к-рые отрицали Б., и дало возможность беспоповцам «вступать в сожительство по обряду своей ереси». Старообрядческие Б. заключались открыто, свадьбы игрались с особой торжественностью. Это привело к тому, что в конце царствования Николая I правительство изменило свое мнение на Б. старообрядцев и признало их «развратом и беззаконной жизнью»; по указу императора от 10 июня 1850 г. дети, рожденные в таких Б., стали считаться незаконнорожденными. В эпоху реформ имп. Александра II положение беспоповцев, приемлющих Б., изменилось в лучшую сторону. Эти изменения в первую очередь связаны с деятельностью Особого комитета, созданного по инициативе министра внутренних дел П. А. Валуева в марте 1864 г. На 3-м заседании комитета было сформулировано положение, согласно к-рому могут считаться действительными те Б. старообрядцев, к-рые зарегистрированы полицией и засвидетельствованы «местными общественными начальствами по принадлежности сословий». Это положение было развито в законе от 19 апр. 1874 г., в соответствии с к-рым местным властям предписывалось регистрировать Б. старообрядцев, занося их в особые книги. Фактически это означало признание Б., заключенных беспоповцами, со стороны гос-ва.

10-е гг. XX в. - нач. XXI в.

Споры о Б. велись на 1-м Всероссийском соборе христиан-поморцев, приемлющих Б. (Москва, 1909). Важные решения о Б. были приняты Саратовскими соборами федосеевцев (1924) и поморцев (1925). Федосеевцы смягчили свое отношение к «половинкам» и новоженам, на основании этого собор поморцев принял резолюцию о возможности объединения с федосеевцами. В ХХ в. подавляющее большинство беспоповских общин Белоруссии и Прибалтики перешли к признанию Б. У беспоповцев-«необщинников», живущих на Кубани и в Сибири, по свидетельству наставника А. К. Килина, в XX в. сомнений в необходимости бракосочетания не возникало. Основное значение в этом чине у них придавалось взаимному согласию, строгому соблюдению степеней родства и благословению родителей. Новожены у федосеевцев сейчас называются «немолящимися», т. к. не принимают участия в общем молении (им запрещено даже осенять себя крестным знамением). Однако в обсуждении вопросов жизни общины они участвуют наряду с др. ее членами. Среди федосеевцев Сев.-Зап. округа и Прибалтики бытует обряд «брака вкрадку», позволяющий родителям новобрачных освободиться от несения епитимьи.

Ныне в московской общине поморцев в большинстве случаев совершается «брачный чин», составленный Скачковым, с нек-рыми изменениями. Содержание его примерно таково. В середине храма устанавливается аналой, покрытый пеленой из белой парчи, расшитой золотом, расстилается подножие, кладутся белые подрушники, на аналой возлагается крест. Настоятель уводит брачующихся в переднюю часть храма, за иконостас. Кладется т. н. приходный начал. Жениха облачают в кафтан, а невесту - в специальный брачный сарафан из белой или розовой парчи. Родители благословляют жениха и невесту. Хор начинает петь стихиру «Радуйся и веселися, граде Сионе». На словах «се бо Царь Твой грядет правдою» настоятель через левую дверь в иконостасе медленно вводит в храм брачующихся. Жених и невеста, сопровождаемые дружкой жениха и т. н. поневестницей, становятся перед аналоем с крестом. Настоятель задает вопросы о добровольном вступлении в Б., о готовности к вечному сожительству в согласии и для подтверждения истинности ответов подводит брачующуюся пару к кресту. Когда жених и невеста прикладываются ко кресту, хор поет Пс 127 «Блажени вси боящиеся Господа». После этого начинается молебен Всемилостивому Спасу. При возглашении чтецом «Бог Господь и явися нам» настоятель надевает жениху и невесте кольца и предлагает ими обменяться. После окончания канона хор исполняет задостойник «Радуйся, Царице». Настоятель произносит отпуст, а жених и невеста снова прикладываются ко кресту. В это время хор поет стихиру «Иже крестом ограждаеми». Новобрачные прикладываются к иконам, настоятель обращается к ним с напутственным словом, новобрачные кланяются ему в ноги и трижды целуются. После поздравлений звучит многолетие, затем певцы поют ирмос «Исаие, ликуй».

Источники: Лесков Н. С. Благословенный брак // ИВ. 1885. № 6. С. 499-515; Из воспоминаний архим. Павла: Толки о браках и федосеевском безбрачии // Братское слово. 1890. Т. 1. С. 780-795; Достопочтеннейшему вопросителю и друже Ивану Михайловичу. Кон. ХIХ в. Гектограф; Жизнь и подвиги симбирско-самарского Матвея Андреевича. Кон. ХIХ в. Гектограф; 1-й Всерос. собор христиан-поморцев, приемлющих брак. М., 1909; 2-й Всерос. собор христ. поморского церк. общества. М., 1913; Нижневолжский обл. собор христиан старообрядцев поморского согласия, приемлющих брак, 25-30 мая 1925 г. Саратов, 1925; Постановления Саратовского собора старообрядцев старопоморского согласия. Саратов, 1924.

Литература: Вишняков А. Старообрядческия Покровская молельня и филипповская часовня в Москве. СПб., 1865; Надеждин К. Споры Преображенского кладбища и Покровской часовни о браке. СПб., 1865; Нильский И. Семейная жизнь в рус. расколе. СПб., 1869. Вып. 1; Смирнов П. С. История рус. раскола старообрядчества. Рязань, 1876; Садовая О. Старообрядческие полемические соч. о браке ХVIII - 1-й трети ХIХ в.: (Обзор списков) // Источники по культуре и классовой борьбе феодального периода. Новосиб., 1982; Агеева Е. А. Поморское согласие Средней и Нижней Волги // Старообрядчество Рус. Севера. Каргополь, 1998; Мангилёв П. И. Из истории складывания обряда бессвященнословных браков у старообрядцев Урала // История Церкви: изучение и преподавание: Мат-лы науч. конференции, посвящ. 2000-летию христианства. Екатеринбург, 1999. С. 198-204; Хвальковский А. В., Юхименко Е. М. Поморское староверие в Москве // Старообрядчество в России. М., 1999. С. 314-343; Морозова Н. А., Чекмонас В. Опочецкие антики: (Социо- и этнолингвистические заметки) // Slavistica Vilnensis. 2002. Kalbotura 51 (2). S. 106-112.

Е. А. Агеева, свящ. Георгий Ореханов

Ссылки по теме

- 8 июля 2012
День памяти святых благоверных Петра и Февронии Муромских

Последние публикации раздела