Владимирская икона в русских летописях XII-XVII вв.

Фрагмент статьи из т. 9 «Православной энциклопедии». Москва, 2005 г.

В. и. занимала настолько важное место в жизни Владимиро-Суздальского княжества, что летопись того времени «строилась как цепь чудес Богоматери» (Лихачев Д. С. Рус. летописи и их культурно-ист. значение. М.; Л., 1947. С. 288). Первое упоминание об иконе относится к летописной статье 1155 г., рассказывающей о старшем сыне вел. кн. Георгия Владимировича (Юрия Долгорукого) Андрее Боголюбском: «Того же лета иде Андреи от отца своего Суждалю, и принесе ида икону святую Богородицю, юже принесоша в едином корабли с Пирогощею из Царяграда... и украсив ю постави и в церкви своеи Володимери» (Ипатьевская (XIII - нач. XIV в.) - ПСРЛ. Т. 2. С. 78; Лаврентьевская (1377) - Там же. Т. 1. С. 148; Радзивиловская (кон. XV в.) - Там же. Т. 38. С. 128). Вероятно, эта и др. упомянутая в тексте икона были принесены в дар киевскому кн. Мстиславу Изяславичу греком митр. Михаилом, прибывшим в Киев из К-поля в 1130 г. (Макарий. История РЦ. 1995. Кн. 2. С. 135, 235, 646-647, 663, 678). Одна икона была поставлена в сооруженной в Киеве в 1131-1136 гг. кн. Мстиславом церкви - Пирогощей, по названию к-рой она получила свое наименование. Другая - будущая В. и.- оказалась в жен. мон-ре Вышгорода (в 15 км от Киева), удельного города кн. Андрея. Привезенная им из Киева в Залесскую землю святыня вначале находилась в его резиденции в Боголюбове, а после сооружения во Владимире-на-Клязьме в 1158-1160 гг. нового Успенского собора стала главной иконой этого храма и первым чудотворным образом Пресв. Богородицы во Владимиро-Суздальской земле.

В. и. сопровождала кн. Андрея в походе 1164 г. против волжских булгар; одержанную победу летописец назвал «новым чудом святой Богородици Владимирской» (ПСРЛ. Т. 1. С. 151; Т. 38. С. 131). С В. и. связывают изгнание в 1169 г. поставленного в К-поле на Ростовскую кафедру еп. Феодора (Феодорца), к-рый закрыл во Владимире все церкви, в т. ч. Успенский собор, где находилась чудотворная икона (Там же. Т. 1. С. 152). 29 июня 1174 г. кн. Андрей был убит по заговору бояр Кучковичей. Во Владимире начались грабежи и убийства. Свящ. Николай (Микула) «...поча ходити... со святою Богородицею, в ризах по городу», и мятеж прекратился. По просьбе владимирцев он же встречал со святыней тело кн. Андрея, привезенное из Боголюбова во Владимир на погребение (Там же. Т. 2. С. 115).

Со смертью кн. Андрея во Владимиро-Суздальской земле возникли междоусобные распри, в результате к-рых верх взяли ростовцы. На владимирцев были наложены тяжелые поборы. В. и. вместе с др. ценностями Успенского собора кн. Ярополк Ростиславич, ставший княжить во Владимире, отдал своему родственнику - кн. Глебу Рязанскому (возвратил в 1176). Победа кн. Михаила Юрьевича, призванного владимирцами, над Ярополком была воспринята как «новое чюдо святое Богородица» (Там же. Т. 1. С. 160; Т. 38. С. 142-143). По смерти кн. Михаила на владимирский стол сел его брат кн. Всеволод Юрьевич. Однако ростовцы, недовольные самостоятельностью Владимирского княжества, хотели возвести на престол кн. Мстислава Ростиславича. Кн. Всеволод, вышедший с войсками навстречу Мстиславу, «узреша чюдную Матерь Божья Володимерьскую, и весь град и до основанья аки на вздусе стоящь, яви Бог и святая Богородица новое чюдо...», ободренный видением, одержал победу (Там же. Т. 1. С. 161; Т. 38. С. 143).

Во время пожара 1185 г. во Владимире сгорели мн. церкви, выгорел и Успенский собор с драгоценными иконами (Там же. Т. 1. С. 165; Т. 38. С. 149). Однако летописцы ничего не сообщают о В. и.; вероятно, она была вынесена из собора и не пострадала от огня. В февр. 1238 г. во Владимир вторгся хан Батый. Еп. Митрофан и княжеская семья с боярами затворились в соборной церкви, где находилась В. и., но татары, отворив двери, избили народ, разграбили церковь и разорили икону: «...чюдную икону одраша, украшену златом и серебром, и каменьем драгым...» (Там же. Т. 1. С. 197).

Новый период в истории В. и. связан с Москвой, ставшей в кон. XIV в. преемницей Владимира. В 1395 г. из монг. Орды на Русь двинулся Темир-Аксак (Тамерлан). Вел. кн. Василий I Димитриевич, не надеясь на военные силы, истощенные Куликовской битвой в 1380 г. и нашествием Тохтамыша в 1382 г., послал во Владимир за В. и. 26 авг., в день принесения иконы в Москву и всенародного моления перед ней, Темир-Аксак повернул свои войска и ушел в степи (Там же. Т. 25. С. 222). В источниках XV в. нет сведений о возвращении иконы во Владимир, не сообщается и о том, что древняя святыня была оставлена в Москве. По мнению Анисимова, в XV в. икона неоднократно отпускалась из Москвы во Владимир, а потом возвращалась (Анисимов. Владимирская икона Божией Матери. С. 48-49). Первое временное возвращение В. и. во Владимир произошло, вероятно, до 1408 г. Рассказывая о нашествии хана Едигея в 1408 г., летописец сообщает, что даже «многославный Володимерь» был отдан великим московским князем во владение литовцам («в одержание ляхов»), а в нем «Златоверхая» ц. Успения, в к-рой «чюдотворная икона Пречистыа, иже рекы целеб точащи, поганыя устрашая» (ПСРЛ. Т. 18. С. 155-157). В 1410 г. Владимир был разорен татар. царевичем Талычем. Ключарь Успенского собора грек Патрикий с людьми, закрывшись в храме, молился перед В. и. Татары же «высекоша двери церковныя и вшедше в ню, икону чудную святыя Богородица одраша, тако же и прочия иконы, и всю церковь разграбиша» (Софийский временник. Ч. 1. С. 445). В летописных записях о нашествиях в 1451 г. (царевич Мазовша) и в 1459 г. (Седи-Ахмет) о В. и. сообщений нет - вероятно, она находилась тогда во Владимире. В 1471 г. святыня была в Москве. Собираясь в поход на Вел. Новгород, вел. кн. Иоанн Васильевич, «вшед к чюдотворной иконе пречистыа Богородица Владимерьскиа и многа молениа съвръши, и слезы доволно излиа...» (ПСРЛ. Т. 25. С. 287).

Свидетельства летописной статьи 1474 г. о падении возводившегося тогда нового Успенского собора столь же неопределенны, сколь и летописные записи сер. XV в.: «Понеже страшно бе войти поклонятися образу Пречистые и гробу чюдотворца Петра» (Там же. С. 302). Анисимов полагал, что в это время обе святыни - В. и. и мощи митр. Петра - находились в рухнувшем соборе (Анисимов. Владимирская икона. С. 50). Однако нет доказательств тому, что под «образом Пречистой» летописец имел в виду именно В. и., а не икону, к-рая в более поздних источниках стала называться Богородицей «письма митрополита Петра» (см. «Петровская» икона Божией Матери). Летописи XV в. в ряде случаев не позволяют однозначно сказать, о какой иконе идет речь - о древней чудотворной или ее точном списке, т. н. иконе-наместнице.

Окончательное перенесение В. и. из Владимира в Москву произошло в год освобождения Руси от монголо-татар. ига (1480), установлена она была в новом Успенском соборе (1479). В 1514 г. повелением вел. кн. Василия III, «советом и благословением» митр. Варлаама В. и. была поновлена и украшена (Софийский временник. Ч. 1. С. 294-295; ПСРЛ. Т. 6. С. 254). В 1533 г. ее (вместе с образом свт. Николая Чудотворца «Гостунского») приносили к смертному одру вел. кн. Василия III (Там же. Т. 13. С. 416-418; Повесть о болезни и смерти Василия // ПЛДР. Сер. XVI в. М., 1985. С. 39).

Перед В. и. в Успенском соборе молился Иоанн IV Грозный накануне военных походов (Казанского в 1552, Полоцкого в 1563), однако на поле брани брал новопрославленную Донскую икону Божией Матери. Возвращаясь из походов, он совершал перед В. и. благодарственные молебны. В июле 1566/67 г. В. и. была реставрирована ушедшим на покой митр. Афанасием, владевшим искусством иконописания и избранным для этого ответственного дела царем; поновленный образ был вновь богато украшен (ПСРЛ. Т. 29. С. 355). В мае 1572 г. Иоанн IV, спасаясь от набегов татар, уехал с семьей, двором и казной на жительство в Вел. Новгород, взяв с собой В. и. Икону поставили в ц. вмч. Никиты на Никитине улице, где размещался Государев двор. 23 июня 1572 г. совершалось празднование В. и. с участием новгородской святыни - «Знамения», иконы Божией Матери (Там же. Т. 30. С. 161-162). После победы рус. войска над татарами в кон. авг. Иоанн IV возвратился в Москву, а В. и., пробыв в Новгороде более 2 месяцев, заняла свое место в Успенском соборе. Составляя духовное завещание (1572-1578), Иоанн IV молитвенно обращался к В. и., к-рую называл «державы Руския заступление», и завещал своим детям жить так, чтобы Бог был с ними «молитвами... Богородицы... и милостию честнаго ея образа иконы Владимирская» (Духовное завещание царя Иоанна Васильевича // ДАИ. 1846. Т. 1. С. 378).

С В. и. были тесно связаны жизнь и духовная деятельность митр. Макария, в 1563 г. он обращался к ней в Успенском соборе с предсмертными молитвами (Макарий (Веретенников), архим. Жизнь и труды свт. Макария, митр. Московского и всея Руси. М., 2002. С. 286). Царь Феодор Иоаннович поклонялся святыне и благодарил Пресв. Богородицу за молитвенную помощь в победе над «злочестивыми германами», захватившими карельские земли, и над крымским ханом Мурат-Гиреем в 1591 г. (ПСРЛ. Т. 14. Ч. 1. С. 7-9, 14). Отступил от этой благочестивой традиции князей Рюриковичей Борис Годунов, к-рый был «умолен» сесть на престол благодаря принесению к нему 21 февр. 1598 г. в Новодевичий мон-рь с крестным ходом В. и. (Там же. Т. 14. Ч. 2. С. 50). Современник и очевидец этих событий старец Авраамий (Палицын) обличил это действо как умаление святыни, никогда ранее не приносившейся к смертному человеку (Сказание Авраама Палицина // Памятники др. письменности, относящиеся к Смутному времени. М., 1871. Стб. 476-477. (РИБ; Т. 13)). В XVI-XVII вв. древняя В. и. постоянно находилась в Московском Кремле. Как главная святыня, она участвовала в избрании митрополитов и патриархов: запечатанные имена избираемых (жребии) полагались на пелену в ее киот, после молебна вынимался один из жребиев, распечатывался царем и имя избранного оглашалось народу. 20 июня 1605 г. в Москву вошел Лжедимитрий I, к-рого Патриарх Иов отказался венчать на царство. По приказу самозванца Патриарх был сведен с престола, перед В. и. он сложил с себя святительский сан, возложенный на него при поставлении у этого образа.

19 мая 1606 г. на Земском соборе был избран царем Василий Иоаннович Шуйский, сотворивший перед В. и. благодарственные молитвы (Повесть кн. Ивана Михайловича Катырева-Ростовского // Там же. Стб. 582). По традиции, восходящей к XVI в., у В. и. венчались на царство рус. самодержцы. 28 сент. 1645 г., при венчании на царство Алексея Михайловича, государь входил в храм, ему пели многолетие, затем совершали молебен перед В. и. Перед самым помазанием царь припадал к иконе и в молитве испрашивал силы для принятия царского сана (Чин и поставление на Царство Царя и вел. кн. Алексея Михайловича // ДРВ. Т. 7. С. 236, 290). 25 июня 1682 г., в день венчания царевичей-соправителей Иоанна и Петра, совершалось аналогичное празднование В. и., названной в летописи «Одигитрия Владимирская» (ПСРЛ. Т. 31. С. 200-201).