Песнопение «Достойно есть»

Статья из т. 16 «Православной энциклопедии». Москва, 2007 г.

«Достойно Есть» [греч. ῎Αξιόν ἐστιν; славю Достойно есть], одно из наиболее известных правосл. песнопений во имя Пресв. Богородицы.

Текст «Д. е.»

представляет собой развернутую похвалу Богородице и состоит из 2 частей, приписываемых разным гимнографам: припева-величания «Достойно есть, яко воистину, блажити Тя Богородицу, Присноблаженную и Пренепорочную, и Матерь Бога нашего» и ирмоса «Честнейшую херувим, и славнейшую без сравения серафим, без истления Бога Слова рождшую, сущую Богородицу Тя величаем» (рус. пер.: «По истине достойно ублажать Тебя, Богородицу, присноблаженную, и пренепорочную, и Матерь Бога нашего. Достопочтимую более Херувимов и славную несравненно более Серафимов, без истления родившую Бога Слова, Тебя, истинную Богородицу, мы величаем» (СДЛ. Вып. 1. С. 181-182); дониконовский текст песнопения отличается одной строкой: вместо «без сравнения серафим» полагалось петь «воистину серафим»).

Автором гимна «Честнейшую херувим», являющегося ирмосом 9-й песни трипеснца Великой пятницы 2-го плагального (т. е. 6-го) гласа, традиционно считается прп. Косма Маюмский. Согласно Иерусалимскому уставу, это песнопение также служит припевом к евангельской песни Богородицы «Величит душа Моя Господа», которая исполняется в начале 9-й песни канона утрени в большинство из дней церковного года. Помимо этого «Честнейшую херувим» широко используется в богослужении и как самостоятельное молитвословие.

О создании величания «Достойно... нашего» повествует предание, записанное ок. 1548 г. протом Афона Серафимом Фииполом (см.: Νέον μαρτυρολόϒιον... ᾿Αθῆναι, 18562. Σ. 294-296). В посл. четв. X в. на Св. Горе, в небольшой келлии у ц. Успения близ Кареи, подвизались старец и его послушник. Однажды старец ушел на воскресное всенощное бдение в кафоликон Протата в Карее. Пока он отсутствовал, келлию посетил некий монах. В предрассветный час, когда инок и монах-странник совершали утреню и пришло время воспеть, по обычаю, «Честнейшую херувим», монах предварил песнопение величанием «Д. е.». Красота песнопения удивила инока. По его просьбе монах чудесным образом запечатлел слова на каменной плите и повелел всегда петь именно так. Затем он исчез (по преданию, это был арх. Гавриил), а инок продолжил петь, когда вернулся старец. О чуде было сообщено старцам Протата, те передали известие патриарху и императору, а песнопение «Д. е.» перешло во всеобщее богослужебное употребление. Место чудесного явления получило название ἐν τῷ ᾄδειν, т. е. «[место] пения»; в рукописях Минеи иногда встречается указание на службу во имя арх. Гавриила в ц. ἐν τῷ ᾄδειν 11 июня (см.: Филарет (Гумилевский). Песнопевцы. C. 317-318), т. е. в день празднования иконы Божией Матери «Достойно есть» - по преданию, того самого образа, перед к-рым и произошло чудо (икона была перенесена в кафоликон Протата в Карее, где хранится в наст. время). В 1838 г. по просьбе Протата иеродиак. афонского Русского Пантелеимонова мон-ря Венедикт составил гимнографическое последование в честь иконы «Достойно есть» (изд. в 1854, также см.: Petit. Bibliogr. d. acolouthies grecques. P. 151-152).

Известен ряд визант. песнопений, подобных величанию «Достойно... нашего» (см.: Follieri. Initia hymnorum. T. 1. P. 135-136; см. также: AHG. T. 2. P. 72; T. 6. P. 219); особенно часто они встречаются в числе припевов к 17-й кафизме на различные праздники (см. ст. Величание; среди используемых в совр. практике подобных припевов - тропарь «Достойно есть величати Тя Жизнодавца, на кресте руце простершаго, и разрушшаго державу вражию» открывающий 2-ю статию непорочных в Великую субботу и следующий за ним аналогичный тропарь; сходные тропари присутствуют и среди припевов на 2-й статии непорочных в праздник Успения Пресв. Богородицы как в дониконовской рус. традиции, так и в позднейшей греч. и рус. редакции чина погребения Божией Матери). Песнопение, начинающееся со слов «Достойно есть яко воистину, величати Тя Бога Слова» открывает ряд троичнов (приписываемых прп. Григорию Синаиту), исполняемых после канона на воскресной полунощнице согласно Иерусалимскому уставу; эти троичны сопоставимы с припевами-мегалинариями (μεϒαλυνάρια), исполняемыми после молебного канона. И в малом, и в великом молебных канонах Божией Матери эти припевы начинаются с «Д. е.».

В богослужении

«Д. е.» употребляется весьма широко - его могут петь в конце 9-й песни канона утрени, повечерия и молебна; «Д. е.» или заменяющий его текст входит в Божественную литургию - в один из разделов анафоры; согласно чину о панагии, оно заключает обеденную трапезу; наконец, оно предваряет отпуст в чине изобразительных (в будние дни Великого поста, когда не совершается литургия Преждеосвященных Даров, «Д. е.» поется на вечерне, объединяемой с изобразительными) и нередко звучит при чтении различных келейных правил.

В конце 9-й песни канона

утрени «Д. е.» появляется в Иерусалимском уставе и соответствующих ему богослужебных книгах (в древнейших сохранившихся рукописях этого устава XII в. предписаний относительно «Д. е.» не содержится). В более ранних уставах студийской традиции указание о пении «Д. е.» после 9-й песни канона отсутствует, также как и указание о пении «Величит душа Моя Господа» в начале 9-й песни. Поскольку песнь «Величит душа Моя Господа» и «Д. е.» объединяют общий припев (ирмос «Честнейшую херувим»), место в чине утрени (9-я песнь канона), время появления в службе (ок. XII-XIII вв.) и использование одного гласа (по нек-рым уставам эти песнопения поются на 6-й глас), можно с большой долей вероятности утверждать, что «Величит душа Моя Господа» и «Д. е.» были включены в чинопоследование утрени одновременно. Возможно существование связи между практикой, отмеченной в Мессинском Типиконе 1131 г., принадлежащем к зап. ветви студийской традиции, петь в конце 9-й песни канона (утрени, повечерия, службы πρεσβεία - см.: Arranz. Typicon. P. 56, 198, 207, 211, 213, 252, 296) «7 обычных ирмосов Божией Матери» и введением «Величит душа Моя Господа» и «Д. е.» в чин утрени. 6 стихов «Величит душа Моя Господа» вместе с величанием «Достойно... нашего» образуют 7 стихов, а в нек-рых рукописях (напр., славянских РГАДА. Ф. 381 (Син. тип.). № 46 и 48, 2-я пол. XIV в.- см.: Шугаев И., свящ. Древнерусские богослужебные сборники XIV в.: Ист.-литург. анализ: Дис. / МДА. Серг. П., 1999. С. 96) сохранился цикл из различных припевов к «Величит душа Моя Господа», каждый из к-рых начинается со слов «Честнейшую херувим» и заканчивается словами «Тя величаем». Очевидно, что эти припевы написаны по подобию ирмоса «Честнейшую херувим», используемого как припев к величанию «Достойно... нашего».

В совр. греч. и рус. богослужебной практике «Д. е.» поется на утрене только вне пред- и попразднств и лишь в тех случаях, когда канон утрени не имеет катавасии по каждой песни (Розанов. Устав. С. 120, 140; впрочем, в изложении службы Троицкой родительской субботы в совр. изданиях Цветной Триоди на каноне утрени указаны и катавасия, и «Д. е.»); то же происходит и в совр. греч. практике (см.: Ρήϒας Γ. Τυπικόν. Θεσσαλονίκη, 1994. Σ. 98-99. (Λειτορυϒικά Βλατάδων; 1)). Однако, в соборно-приходском Типиконе Георгия Виолакиса в изложении чина праздничной и воскресной утрени (Βιολάκης. Τυπικὸν. Σ. 24-25, 56) и в описании чина вседневной утрени (Ibid. Σ. 46) о пении «Д. е.» нет указаний, но говорится о нем только в главе о великопостной утрене (Ibid. Σ. 328).

В слав. рукописях Иерусалимского устава XVI - 1-й пол. XVII в. наиболее распроcтраненным является указание петь «Д. е.» по 9-й песни канона в седмичные дни: «...велегласно вкупе на глас 6-й и творим вкупе вси поклон до земли»; в главе о чине воскресного всенощного бдения указания о «Д. е.» отсутствуют (см.: РГБ. Троиц. осн. № 244. Л. 29, 2-я пол. XVI в.; ср.: ГИМ. Син. № 335. Л. 22, 35 об., нач. XVII в.; то же и в печатных дониконовских Уставах 1610 г. (Л. 17, 39 об.), 1633 г. (Л. 11 об., 22 об.) и 1641 г. (Л. 26, 45)). В нек-рых слав. рукописях (включая ранние: ГИМ. Син. № 329. Л. 20 об., 32 об., 2-я пол. XIV в.), однако, предписывается петь «Д. е.» по 9-й песни канона как на седмичной, так и на воскресной утрене (что больше соответствует предположению о связи между «Д. е.» и «Величит душа Моя Господа»). Указания о пении «Д. е.» и в воскресные, и в седмичные дни содержат Соловецкий и Скитский уставы XVII в. (РНБ. Арх. собр. № 229. Л. 19; Сол. № 1129/1239. Л. 17), а также старообрядческие уставы (ГИМ. Хлуд. № 271. Л. 43 об., нач. XIX в.; Выговский устав. Саратов, 1911. Л. 11, XVIII в.; Устав [Преображенской общины]. 1915. Л. 11; Устав еп. Арсения Уральского. М., 2001Р. Л. 73 об.- 74 и др.). В совр. старообрядческой традиции «Д. е.» поется всегда, когда исполняется песнь «Величит душа моя Господа», включая пред- и попразднства.

По аналогии с утреней «Д. е.» поется по окончании канона на молебне, повечерии (как великом, так и малом; «Д. е.» отменяется в тех случаях, когда устав указывает катавасии после каждой или только после 9-й песни канона повечерия - на 1-й и Страстной седмицах Великого поста; в предпразднства Рождества Христова, Богоявления и Преображения и др.), в различных келейных правилах (напр., в последовании к Св. Причащению). В отличие от утрени во всех этих случаях «Д. е.» поется не после покрывающего ирмоса 9-й песни канона (как на утрене), а сразу после тропарей и само служит покрывающим ирмосом.

На Божественной литургии

«Д. е.» поется во время intercessio (раздел, содержащий поминовения) анафоры, сразу после возгласа предстоятеля «Изрядно о Пресвятей, Пречистей, Преблагословенней, Славней Владычице нашей Богородице и Приснодеве Марии». В дни важнейших праздников и их попразднств «Д. е.» анафоры заменяется задостойником (а в дни совершения литургии свт. Василия Великого - песнью «О Тебе радуется» или задостойником). Совр. греч. практика отличается от русской тем, что в дни попразднств, когда на утрене есть «Величит душа Моя Господа», на литургии поется не задостойник, а «Д. е.» (см.: Βιολάκης. Τυπικόν. Σ. 38).

По положению в службе и муз. оформлению литургийное пение «Д. е.» заметно выделяется среди проч. случаев употребления песнопения, однако включение его в чин Божественной литургии произошло значительно позднее включения «Д. е.» в состав утрени и ряда др. служб - лишь к XVI в. окончательно сформировалась традиция пения «Д. е.» и задостойников в соответствующем месте анафоры (см.: Taft. 1991. P. 118). Даже в Диатаксисе К-польского патриарха Филофея Коккина, кодифицирующем афонские богослужебные традиции XIV в. и отражающем окончательную стадию развития визант. чина Божественной литургии, «Д. е.» в чине отсутствует, в соответствующем месте анафоры хору предписывается петь богородичен: ῾Ως ἀληθῶς ἄξιον κα δίκαιόν ἐστι τὸ δοξάζειν̇ (Яко воистину достойно и праведно славити...), а священнику - читать: Χαῖρε κεχαριτομένη̇ (Радуйся, Благодатная...) (см.: Goar. Euchologion. P. 93). Как показала Г. Винклер (Winkler. 1970. P. 323-336; eadem. 1971. P. 351-354), появление богородичного песнопения в составе intercessio анафор к-польских литургий святителей Василия Великого и Иоанна Златоуста было связано с влиянием палестинской и александрийской традиций. Первоначально это песнопение (в рукописях указываются различные конкретные тексты; чаще всего - Χαῖρε κεχαριτομένη̇ (Радуйся, благодатная...- Лк 1. 28b, c) или «Богородице Дево, радуйся») читалось священником тайно и до возгласа «Изрядно», со временем оно переместилось на место после возгласа и стало петься хором. К XVI в. сформировалась совр. практика, когда литургийное «Д. е.» или задостойник поются вместо древних диаконских диптихов усопших, от к-рых в совр. чине сохранились лишь диаконское каждение во время этого раздела анафоры и напоминание в Служебнике о негласном поминовении диаконом тех, кого он желает; диптихи живых доныне сохраняются при архиерейском богослужении (см.: Taft. 1991. P. 118-119).

В других случаях.

По аналогии с литургией «Д. е.» поется в чине о панагии - после священнодействия возвышения панагии и тропаря «Блажим Тя вси роди Богородице Дево» (Часослов. С. 131). В нек-рых службах «Д. е.» предваряет отпуст (вероятно, по аналогии с использованием песнопения «Честнейшую херувим» в качестве одного из заключительных молитвословий) - на изобразительных и на великопостной седмичной вечерне (кроме праздников и случаев совершения литургии Преждеосвященных Даров). В том же качестве «Д. е.» используется при чтении принятых ныне в РПЦ келейных вечернем и утреннем правилах. В старообрядческой традиции «Д. е.» входит в т. н. семипоклонный начал и читается перед заключительными молитвословиями (Молитвенник. М.: Изд. старообр. митрополии, 2001. С. 22). Вероятно, как завершающую молитву это песнопение или задостойник исполняют в чине встречи архиерея - пение «Д. е.», возможно, является здесь следом дониконовской практики, когда шествие архиерея в храм сопровождалось соответствующими молитвами и завершалось отпустом при входе в церковь (см. также ст. Входные молитвы).

Величание «Достойно... нашего» может также исполняться как самостоятельное песнопение, напр. в качестве праздничного величания на утрене праздника Казанской иконы Божией Матери (см.: Великий сборник. 1993. Ч. 2. С. 121; в др. изданиях может указываться иное величание; ср. также величание Божией Матери в Неделю Всех святых, в земле Российской просиявших, основанное на тексте величания «Достойно... нашего»).

В певческой традиции

С сер. XVI в. «Д. е.» выписывалось в певч. рукописях среди песнопений утрени с указанием петь его на 6-й глас столпового знаменного распева (РГБ. Ф. 379. № 28; ГИМ. Син. певч. № 1354), соответствующий гласу ирмоса Великой пятницы, с к-рым песнопение связано по происхождению (на 6-й глас также должен исполняться возглас перед песнью Богородицы: «Богородицу и Матерь света в песнех возвеличим»). О значении этого песнопения свидетельствует тот факт, что в Скитском уставе, согласно к-рому поется лишь ограниченное количество песнопений, наряду с ирмосами и песнью Богородицы «Величит душа Моя Господа» следует петь (РНБ. Солов. № 1129/1239. Л. 17) «Д. е.».

Впосл. возникает множество вариантов мелизматических распевов «Д. е.» для литургии, в т. ч. демественного распева (РГБ. Больш. № 153. Л. 107 об.), «многогласные» варианты, такие, напр., как «осмогласное», «творение и роспев Лва Царя премудраго деспота» и «четверогласное опекаловское» (ГИМ. Син. певч. № 1280. Л. 90-91 об., 92 об., нач. XVIII в.; см.: Перелешина В. Ю. Знаменные многогласники в Обиходах XVII в. (в печати)), а также в виде троестрочия (РНБ. Q. I. № 875. Л. 65-66).

В XVIII-XIX вв. распространяются «Д. е.» киевского, болгарского, греческого, различных монастырских распевов. Так, в синодальном издании Обихода зафиксированы варианты сокращенного греческого распева 4-го гласа, греческого распева под названием «жуковская малая» 5-го гласа, киевского распева 8-го гласа, «ин роспев царя Феодора», болгарский распев 1-го гласа (Обиход нотного пения. М., 1902. Ч. 2. С. 26 об.- 28).

Существует множество гармонизаций традиц. напевов: И. А. Гарднера (распева царя Феодора), Н. М. Осоргина и Н. Н. Кедрова-сына, А. Д. Кастальского (афонское, на подобен «Объятия отча»), Н. Н. Черепнина (болгарского распева, 1-го гласа, на подобен «Объятия отча»), Е. С. Азеева (киевское), А. Ф. Львова (сокращенного греческого распева, 4-го гласа, «входное»), П. Г. Чеснокова (сокращенного греческого распева), свящ. Иоанна Соломина (сербское), а также авторские варианты Д. С. Бортнянского, А. А. Архангельского, А. И. Красностовского, П. И. Чайковского (см.: Нотный сб. православного рус. пения. Лондон, 1962. Т. 1. С. 213-233; Свод напевов. С. 146-154).

В старообрядческой беспоповской письменной традиции зафиксированы «Д. е.» для утрени: «малое», силлабического стиля (согласуется с указанием в Выговском уставе петь на вседневной утрене «Д. е.» «малую» (Л. 17)), 6-го гласа столпового знаменного распева, путевого распева (согласно анализу мелодики; в ркп. указано: «6-го гласа»), «тихвинской перевод», «кирилов перевод болшой», «ин перевод кирилов» (Обиход поморский. М., 1911. Л. 128-129 об.; 176 об.- 180 об.). В книгах поповского согласия письменно зафиксирован только развод для литургии: в «Обеднице» помещены распевы на 8 гласов и «путевое» (К.[: Калашников]. Л. 28 об.- 34 об.). В практике на литургии в праздничные дни, как правило, поется путевым распевом, а в седмичные - на глас недели.

В совр. многоголосной практике РПЦ «Д. е.» на утрене поется обычно на глас катавасии обиходным напевом или на подобен напева «Величит душа Моя Господа»; на Божественной литургии используются обиходные напевы (киевский 8-го гласа, подобны различных гласов и др.) или авторские гармонизации.

В греч. традиции, вероятно, певч. исполнение не практиковалось, поскольку старец Арсений (Суханов) в записях о греч. богослужебной традиции сер. XVII в. с удивлением отмечал, что ««Достойно» по девятой песни по ирмосе ни в неделю, ни в прочие дни, ни в полиелеосные отнюдь не поют нигде» (Проскинитарий Арсения Суханова 1649-1653 // ППС. 1889. Т. 7. Вып. 3(21). С. 234), хотя в др. разделах писал о «Д. е.», исполнявшемся в соответствующих местах службы. В совр. традиции на литургии «Д. е.» часто поется на 2-й глас (надписывается как «обиходное» (συνηθισμένον) - Lesb. Leim. 230. Fol. 263-263v, 1700 г. и др.).

Вероятно, с XVIII в. распространились различные авторские напевы на все гласы. Так, в певч. книгах встречаются «Д. е.» протопсалта Григория на 1-й глас (Athen. O. et M. Merlier. 20. Fol. 1ϒ, 1825-1830), Феодора Папапарасху Фокейского на 3-й глас энгармоническое (ἐναρμόνιος), на 4-й глас λέϒετος, на 2-й плагальный глас (Athen. O. et M. Merlier. 12. Fol. 245v - 246, 1730-1750 гг.), 2 варианта на глас βαρύς (см.: Ταμεῖον ᾿Ανθολοϒίας. Κωνσταντινούπολις, 1869. Σ. 338-341), Андрея Дзигнопулоса на 1-й глас, Мелетия Сиcания на 1, 2 и 3-й гласы, Нектария Влахоса на 1-й глас, Петра Филанфидиса на глас δευτερόπρωτος, Харалампия Папаниколаоса на 2-й глас, протопсалта Григория на 3-й глас, на 3-й глас ἁτζὲμ ἀσιράν (аджем аширан - название одного из тур. макамов (ладов)), на 4-й глас, на 1-й плагальный глас на κε, Анфима Месолонгита на 1-й плагальный энгармонический, ἐκ τοῦ Βλαχικοῦ на 1-й плагальный глас, мон. Нектария на 1-й плагальный глас, протопсалта Николая Смирнского на 2-й плагальный глас, на глас βαρύς, на 4-й плагальный глас и др. (см.: Μουσικὸς θησαυρὸς τῆς λειτουρϒίας. ῞Αϒιον ῎Ορος, 1931. Σ. 447-522).

Литература: Скабалланович. Типикон. Вып. 2. С. 288-293; Вып. 3. С. 46-47; Χατζηϒιακουμής. Μουσικά χειρόϒραφα Τουρκοκρατίας; Winkler G. Die Interzessionen der Chrysostomusanaphora in ihrer geschichtlichen Entwicklung // OCP. 1970. Vol. 36. P. 301-336; 1971. Vol. 37. P. 333-383; Taft R. F. The Diptychs: (A History of the Liturgy of St. John Chrysostom; Vol. 4). R., 1991. (OCA; 238); Пожидаева Г. А. Певч. традиции Др. Руси. М., 2007. С. 654-659. 

И. В. Старикова