Почитание свт. Алексия Московского

Фрагмент статьи из т. 1 «Православной энциклопедии». Москва, 2000 г.

А. Местное почитание А. началось, вероятно, вскоре после его кончины, еще при жизни вел. кн. Димитрия Иоанновича. Свидетельством этому служит шитый воздух 1389 г. кнг. Марии, вдовы вел. кн. Симеона Иоанновича Гордого, из коллекции П. И. Щукина (ГИМ. Iрб), изображающий Нерукотворный Образ Спасителя с предстоящими, в числе к-рых 4 Русских митрополита - Максим, Петр, Феогност и А. (Маясова Н. А.. Древнерусское шитье. М., 1971. С. 10-11. Илл. 5). Помещение А. среди предстоящих Спасителю несомненно отражает и личное отношение заказчицы к недавно усопшему святителю, тесно связанному в течение длительного времени с ее покойным мужем. Позднее следы почитания А. надолго прерываются (во всяком случае явно не прослеживаются). Возможно, отчасти это объясняется продолжительным (1390-1406) пребыванием на митрополичьей кафедре Киприана (чьи прижизненные отношения с А. имели характер соперничества), а также брачным союзом вел. кн. Василия I Димитриевича, женатого на Софии, дочери вел. кн. литовского Витовта. При этом митр. Киприан воздавал должное церковным и гос. заслугам А. Вероятно, в его окружении (или даже им лично) вскоре после кончины А. (по мнению Г. М. Прохорова, между 1379 и 1382) была написана краткая повесть «О Алексии митрополите», составляющая вместе с «Повестью о Митяе» своеобразный лит. диптих, изображающий достойного (А.) и недостойного (Михаил-Митяй) архипастырей. Повести были включены в летописный свод 1409 г., к-рый отразился в пергаменной Троицкой летописи, сгоревшей в 1812 г., Рогожском летописце и Симеоновской летописи.

Мощи А. были открыты в 1431 или 1438 г. при ремонте Благовещенского придела собора Чудова мон-ря, где находилась гробница святителя. Косвенная дата, сообщаемая рассказом об открытии мощей (60 лет после смерти, т. е. 1438), не согласуется с именем митрополита, при к-ром произошло событие (в повести называется Фотий, умерший в 1431, тогда как в 1438 Главой Русской Церкви был Исидор). Учитывая, что точная дата кончины А. (год, месяц, число и день недели) была надежно зафиксирована летописью, более вероятно предполагать, что автор повести об открытии мощей, созданной в окружении св. митр. Ионы, не желал связывать обретение мощей великого Московского святителя с именем митрополита-униата. Из-за продолжительной усобицы князей московского дома прославление А. задержалось еще на десятилетие. В 1448 г. митр. Иона установил празднование успения и обретения мощей А. После этого почитание А. (первоначально в границах Великого княжества Московского) получило самое широкое распространение. Наряду с митр. Петром (и позднее свт. Ионой) А. стал олицетворением Русской Церкви (митрополичья кафедра начала официально именоваться «престолом Московских чудотворцев») и Московского гос-ва. Уже в «проклятой» грамоте кн. Дмитрия Юрьевича Шемяки вел. кн. Василию II Васильевичу нач. 1448 г. А. фигурирует среди рус. святых - гарантов крестного целования вместе с митр. Петром, свт. Леонтием, еп. Ростовским и прп. Сергием Радонежским (ПСРЛ. Т. 25. С. 269). Начиная с 1472 г. (похода вел. кн. Иоанна III на Новгород) обычаем становится моление московских правителей у гробниц святителей (в т. ч. А.) перед военными походами. Между 1483 (закладка трапезной ц. во имя А. в Чудовом мон-ре) и 1503 гг. (строительство собора) мощи святителя были перенесены в новую трапезную церковь. В 1501 г. по повелению вел. кн. Иоанна III в Чудовом мон-ре был заложен новый собор на месте разобранного старого, построенного еще самим А.; освящен в 1503 г. В нояб. 1518 - июне 1519 г. у раки А. совершился ряд отмеченных летописью чудесных исцелений больных различными недугами (ПСРЛ. Т. 13. Ч. 1. С. 31-33). В 1522 г., во время прихода под Москву крымского войска хана Мехмед-Гирея, А. вместе с др. Российскими чудотворцами явился жителям города в видении крестного хода с чудотворной Владимирской иконой Божией Матери, знаменуя заступничество от вражеского нашествия.

В XVI в., когда дважды (в княжение Василия III и в царствование Феодора Иоанновича ) остро вставал вопрос о рождении наследника престола, А. начал почитаться и как покровитель и заступник правящей династии московских Рюриковичей. Вел. кн. Василий III во время своего второго брака обращался к святителям-чудотворцам с молитвой о чадородии. После рождения в 1530 г. наследника престола (буд. царя Иоанна IV ) по обету были изготовлены новые драгоценные раки для мощей святителей Петра (золотая) и А. (серебряная, с позолоченным изображением на крышке). Работа была начата в янв. 1532 г., после смерти Василия III в 1533 г. она приостановилась и была завершена уже при малолетнем Иоанне IV в февр. 1535 г. 11 февр. митр. Московский Даниил торжественно переложил мощи А. в новую раку. Перед смертью Василий III поручил сына попечению чудотворцев Петра и А. («дал... сына на руки»). В страшный московский пожар 1547 г., когда Чудов мон-рь выгорел целиком (только иноков и монастырских служителей «по погребом и палатам» сгорело 26 человек), мощи А. чудесным образом не пострадали. При царе Иоанне IV представление об А. как покровителе державы и династии еще более усилилось. У гробницы А. были крещены царевичи Иоанн Иоаннович (1554) и Феодор Иоаннович (1557). Ранее Крещение великокняжеских детей совершалось в Успенском соборе, у раки митр. Петра.

В 1596/97 (7105) г. для мощей А. начали сооружать по повелению царя Феодора Иоанновича новую серебряную раку. Работа продлилась неск. лет и завершилась уже в царствование Бориса Феодоровича Годунова , когда ок. 1600 г. мощи святителя были торжественно переложены в новую гробницу. Эта рака, подобно др. драгоценным гробницам Москвы, была хищнически уничтожена польск. интервентами и их приспешниками в 1612 г. Новая, взамен утраченной, была сооружена в царствование Михаила Феодоровича . Она просуществовала значительно дольше своих предшественниц - до 1812 г., когда была варварски превращена в металлолом солдатами наполеоновской армии (см. Отечественная война 1812 г.). В 1596 г., практически одновременно с сооружением раки, был установлен совместный праздник 3 святителям Московским: Петру, А. и Ионе.

При раке А. в Чудовом мон-ре хранились принадлежавшие ему, по преданию, облачения (саккос, епитрахиль и подризник) и посох. К выносному образу А. в Чудовом мон-ре был привешен золотой перстень - по преданию, подарок исцеленной ханши Тайдулы. В 1722 г., будучи в Москве, имп. Петр I распорядился снять его и передать в Синодальную ризницу (ПСПиР. СПб., 1872. Т. 2. 1722 г. № 509. С. 156), где позднее он был заменен медным и исчез. В Оружейной палате хранится др. медный перстень с печаткой из прозрачного камня или стекла с изображением животного, к-рый, по описям Патриаршей ризницы XVII-XVIII вв., значится как дар А. хана Джанибека (Орешников. С. 171-186), однако, несмотря на несомненную древность изделия, его материал в сочетании с саном дарителя и одаренного вызывает сомнение в достоверности предания. До 1722 г. в Чудовом мон-ре богомольцам продавался «чудотворцев мед», служивший целительным средством от болезней и от порчи (Лавров А. С. Колдовство и религия в России, 1700-1740 гг. М., 2000. С. 414-415). 28 февр. 1722 г. был издан имп. указ, вскоре напечатанный, запрещавший эту продажу (ПСПиР. СПб., 1872. Т. 2. 1722 г. № 445. С. 90). После уничтожения в 1929 г. всего комплекса построек Чудова мон-ря мощи А. находились в музеях Московского Кремля. В 1947 г. по просьбе Святейшего Патриарха Алексия I (Симанского) они были переданы РПЦ и помещены в Патриаршем Богоявленском соборе в Елохове, где находятся до наст. времени.

Жития А. разных редакций и службы ему сохранились в огромном числе списков XV-XIX вв., с трудом поддающихся учету (наиболее полные, хотя и не исчерпывающие сведения об их рукописной традиции содержит картотека Н. К. Никольского в БАН), и в изданиях начиная с XVII в. Древнейшим житийным текстом, посвященным А., является летописная повесть «О Алексее митрополите». Текст повести изобилует хронологическими выкладками, относящимися к разным периодам жизни А., не во всем, однако, достоверными и не согласующимися с упомянутыми в том же тексте историческими реалиями. В связи с открытием мощей А. чудовским архим. Питиримом (позднее еп. Пермский) было написано новое житие, до нашего времени не дошедшее (либо не выявленное), известное по упоминанию у Пахомия Логофета. Питирим написал также службу на обретение мощей святителя. Ок. 1450 г. по поручению митр. Ионы Пахомий Логофет написал службу, повесть об открытии мощей, а в 1459 г.- и пространное житие, в основу к-рого легли летописная повесть и житие, написанное Питиримом, литературно обработанные в стиле «плетения словес». Позднее житие, написанное Пахомием, неоднократно подвергалось обработкам, в т. ч., вероятно, и авторским. После исцеления в янв. 1462 г. у гробницы А. сухоногого инока митр. Феодосий написал посвященную этому чуду повесть, соединенную с похвальным словом, включенную в Софийскую II (ПСРЛ. Т. 6. С. 325-330) и Львовскую (ПСРЛ. Т. 20. С. 271-276) летописи (известна и в отдельных списках.- Вильнюс. БАН Литвы. ф. 19. № 76. Л. 89об.- 95; № 102. Л. 44об.- 48об.). При создании в окружении митр. Даниила в 1526-1530 гг. Никоновской летописи была составлена новая редакция жития, соединяющая выписки из первоначальной и Пахомиевой редакций (ПСРЛ. Т. 11. С. 29-35). Ок. 1566 г. была составлена новая, 4-я редакция жития для Степенной книги , соединяющая в себе тексты предшествующих редакций, свидетельства летописных записей и жития прп. Сергия Радонежского (ПСРЛ. Т. 21. Ч. 2. С. 346-386).

С учреждением в 1596 г. праздника 3 святителям Московским им была создана общая служба. Один из канонов написан неизвестным, второй - кн. С. И. Шаховским, к-рый является также автором похвального слова митрополитам Петру, А. и Ионе (Макарий. История РЦ. Кн. 6. С. 394, 523); позднее он же сочинил и особый акафист А. При Патриархе Адриане, между 1686 и 1697 гг., была создана самая пространная редакция жития А., по всей вероятности Евфимием Чудовским (ГИМ. Син. № 596, рубеж XVII-XVIII вв.). Кроме предшествующих редакций жития автор пользовался также летописными свидетельствами и документальными источниками - грамотами и ярлыками. Практически одновременно во 2-м томе «Книги житий святых» свт. Димитрия (Туптало), митр. Ростовского (Киев, 1695) появилась др. (независимая от Евфимиевой) обработка жития. В рукописной традиции бытуют и отдельные сюжеты (чудеса, повести), посвященные А. В летописце XVII в. сохранился рассказ о чуде, сотворенном святителем во время поездки в Орду в 1357 г.: за царским столом ему поднесли блюдо с кобыльей головой, к-рая по молитве святого превратилась в щучью. Пораженный случившимся хан (названный в летописи Бердибеком) дал обет не совершать походов на Русь (Копанев А. И. Пинежский летописец XVII в. // Рукописное наследие Древней Руси: По мат-лам Пушкинского дома. Л., 1972. С. 74). Известны и устные предания о чудесах святителя (Петухов Е. Серапион Владимирский, русский проповедник XIII в. СПб., 1888. С. 140-141).

Со 2-й пол. XV в. житие и служба А. регулярно помещаются в сборниках и в Минеях, в памятях «новым чудотворцам»; начиная с Великих Миней Четьих митр. Московского Макария житие А. и сказание об открытии мощей входят во все новые комплекты этого календарного собрания житий XVI-XVII вв. (Чудовские, Милютинские и Тулуповские Минеи Четьи). С первого издания (М., 1641) краткое житие святителя постоянно публиковалось в составе Пролога, отдельное издание службы А. впервые вышло в Москве в 1760 г. Почитание А. уже в XV в. носило общерус. характер, включая и епархии Западнорус. митрополии, где признавались общерус. святые, жившие до разделения митрополии в сер. XV в., даже если канонизированы они были позднее (возможно, что здесь почитание не было повсеместным, ограничиваясь крупнейшими мон-рями и епархиальными центрами). Вскоре после канонизации А. (1448) Стишной Пролог московского происхождения, дополненный житиями рус. святых (возможно, Пахомием Логофетом), и в т. ч. житием А. и повестью об открытии его мощей, получил известность в Литовской Руси (старший список сентябрьской половины - ГИМ. Увар., 56-1о, посл. треть XV в.; мартовской - Вильнюс. БАН Литвы. Ф. 19. № 100. 1496 г.) и на укр. землях Польского королевства (сентябрьская половина - РГБ. Егор., № 214, 1518 г., Перемышльская епархия). Известен западнорус. сборник нач. XVI в. русских по преимуществу житий, восходящий к кодексу, написанному в окружении митр. Феодосия (повторяет многолетие этому святителю, читавшееся в оригинале), он содержит краткое Пахомиево житие А. и повесть о чуде при гробнице А., написанную митр. Феодосием (Вильнюс. БАН Литвы. Ф. 19. № 102. Л. 38об.- 48об.). Вероятно, через посредство этого кодекса оба памятника попали в трехтомный минейный Торжественник особой редакции, составленный в 1-й пол. XVI в. в Супрасльском мон-ре (Там же. Ф. 19. № 76. Л. 80об.- 95). Меньше известно о распространении в западнорус. традиции служб А. Можно полагать, что они переписывались не в составе полных комплектов Миней служебных, а в Минеях праздничных (РГАДА. РО МГАМИД. № 626. Октоих и Минея праздничная. Л. 298б-300а, 12 февр., посл. четв. XV в.). «Припела» А. включены в нотный сборник («Ирмологию»), переписанный в 1598-1601 гг. в Супрасльском мон-ре (Киев. ЦНБ НАНУ. I 5391). В 1604 г. кн. К. К. Острожский прислал в дар Московскому Патриарху св. Иову хрустальный воздвизальный крест, украшенный литыми золотыми изображениями Российских святителей, в т. ч. А. Однако сам выбор помещенных на драгоценном кресте святых продиктован, как кажется, скорее задачей момента и саном получателя (кн. Острожский предлагал Патриарху проект ликвидации Брестской унии и восстановления единства Русской Церкви), чем традицией иконного почитания А. в Зап. Руси (Турилов А. А. К истории проектов ликвидации Брестской унии (неизв. послание князя К. К. Острожского Патриарху Иову) // Славяне и их соседи. М., 1991. Вып. 3. С. 128-140). В XVII-XVIII вв. особо почтительное отношение к А. не только в правосл., но и в униатских кругах Речи Посполитой объясняется в значительной мере тем, что с его именем (или по крайней мере со временем его архипастырства) связывалась канонизация наиболее прославленных местных святых - виленских мучеников Антония, Иоанна и Евстафия (Огицкий Д. П. К истории виленских мучеников // БТ. 1984. Сб. 25. С. 231-232). В целом, несмотря на существование значительного числа специальных работ, агиографические и гимнографические сочинения, посвященные А., исследованы далеко не в полной мере.

История посвящения А. церковных престолов остается практически не изученной. До XVII в. такие посвящения не часты и ограничиваются преимущественно Москвой, Подмосковьем и Новгородом. Древнейшая каменная ц. в честь А. (трапезная) была заложена в 1483 г. в Чудовом мон-ре буд. новгородским архиепископом архим. Геннадием; это положило начало традиции посвящения А. трапезных храмов. Впосл. церковь неоднократно перестраивалась и была разрушена вместе с др. монастырскими постройками в 1929 г. Ок. 1513 г. храм, «иже под колоколы», в честь А. был возведен итал. мастерами в великокняжеской резиденции в Александровой слободе (перестроен во времена царя Иоанна IV, сохранился в составе Распятской ц.-колокольни). В Новгороде в 1538-1539 гг. архиеп. Макарием в Юрьеве мон-ре была построена трапезная ц. в честь А., отличавшаяся огромными размерами - 17 на 12 сажен. По словам Павла Алеппского , она превосходила «все трапезные в... монастырях своею красотою, обширными размерами и радостным видом». Эта постройка была разобрана за ветхостью в 1761 г., но сохранилось ее схематическое изображение на иконе «Видение пономаря Тарасия» 1574-1583 гг. Вероятно, в 1540 г. был устроен придел в честь А. при ц. Анастасии Великомученицы, возведенной в камне тем же архиепископом в Новгородском кремле-детинце. Трапезная ц. А. сооружена была в 60-70-х гг. XVI в. в Солотчинском мон-ре под Рязанью. В царствование Феодора Иоанновича в московском в честь Зачатия св. Анны мон-ре был возведен храм Рождества Богородицы с приделом в честь А. Еще более редки посвящения храмов 3 святителям Московским - митрополитам Петру, А. и Ионе. Первая церковь в их честь была возведена Патриархом Иовом в Московском Кремле на Патриаршем дворе в связи с учреждением соответствующего праздника в 1596 г.

В старопечатном рус. Типиконе (М., 1610) под 12 февр. указывается бденная служба (см. Знаки праздников месяцеслова ) А., совершаемая в том случае, когда этот день не приходится на Великий пост; под 20 мая в этом же Типиконе указана бденная служба на обретение мощей А. Принятый ныне в РПЦ Типикон под 12 февр. указывает бденную службу А., если этот день не приходится на Великий пост, в противном случае Типикон указывает петь полиелейную службу ; под 20 мая в Типиконе помещено противоречивое указание - на полях стоит знак славословной службы, но в тексте предписано совершать по всем храмам полиелей, а в Чудовом мон-ре (в наст. время разрушенном) и кремлевском Успенском соборе - бдение. В Минее (МП) и под 12 февр., и под 20 мая помещены бденные службы. Кроме указанных служб имя А. упоминается в бденной службе в честь святителей Московских (5 окт.) в Минее (МП). Типикон 1610 г. указывает петь 5 окт. бденную службу, современный Типикон - славословную.

Сочинения: Грамота митрополита Алексия на Червленый Яр боярам, баскакам, духовенству и мирянам о подсудимости их Рязанскому епископу // АИ. Т. 1. № 3. С. 3-4; ПДРКП. Ч. 1. № 19. Стб. 167-172; Поучение Алексия митрополита от Апостольских деяний к христолюбивым христианом // ПрТСО. 1847. Ч. 5. С. 30-39; Невоструев К. Вновь открытое поучительное послание святого Алексия, митрополита Московского и всея России // ДЧ. 1861. Ч. 1. С. 449-467; Леонид [Кавелин], архим. Село Черкизово // Моск. вед. 1882. 17 июня. № 166. С. 4; Холмогоровы В. и Г. Радонежская десятина (Московского уезда) // ЧОИДР. 1886. Кн. 1. С. 30. Примеч. 2; Слово преосвященного Алексия митрополита // Макарий. История РЦ. Кн. 3. С. 543-544. Коммент. 160. 

Источники: ПСРЛ. Т. 6. С. 325-330; Т. 11. С. 29-35; Т. 12. C. 253, 257; Т. 13. Ч. 1. С. 31-33, 39-40, 84, 91-92,153, 239, 283; Т. 15. Вып. 1. Стб. 61, 66, 74-76, 81, 84, 87, 100, 105, 110, 111, 120, 121, 123-124, 126; Т. 20. С. 271-276; Т. 21. Ч. 2. С. 346-386; Т. 25. С. 180, 269, 277, 287, 330; Т. 29. С. 16-17; Т. 34. С. 200; Житие митрополита всея Руси святого Алексия, составленное Пахомием Логофетом // ЧОЛДП. СПб., 1877-1878. Т. 4. № 1-2; Службы и акафист иже во святых отцу нашему Алексию митрополиту, всея России чудотворцу. М., 1891; Новый Завет Господа нашего Иисуса Христа / Труд святителя Алексия, митр. Московского и всея Руси. М., 1892; Шляков Н. Житие св. Алексия, митрополита Московского, в пахомиевской редакции // ИОРЯС. СПб., 1914. Т. 19. Кн. 3. С. 85-152; Настольная грамота Патриарха Филофея Алексию от 30 июня 1354 г. // РИБ. Т. 6. Прил. № 9. Стб. 41-52; Грамота Патриарха Филофея к свт. Алексию с призывом помириться с князем // Там же. Прил. № 28; Грамота к вел. кн. тверскому Михаилу с призывом помириться с митр. Алексием // Там же. Прил. 29; Соборное определение Патриарха Нила о незаконности поставления Киприана митр. Киевским // Там же. Прил. 30; Кучкин В. А. Из литературного наследия Пахомия Серба: (Старшая ред. Жития митрополита Алексея) // Источники и историография славянского средневековья. М., 1967. С. 242-257; Прохоров Г. М. Повесть о Митяе: Русь и Византия в эпоху Куликовской битвы. Л., 1979. С. 216-218; Ярлык Алексия от Тайдулы // РФА. М., 1987. Вып. 3. С. 593. № 9. 

Литература: [Горский А. В.]. Святый Алексий, митр. Киевский и всея России // ПрТСО. 1848. Ч. 6. С. 89-128; Каменский А. Святитель Алексий // Странник. 1894. Авг. С. 421-444; Сент. С. 1-25; Окт. С. 197-211; Нояб. С. 405-421; Дек. С. 601-618; Муретов М. Д. Церковно-практическое и научно-богословское значение славянского перевода Нового Завета в труде святителя Алексия, митрополита Киево-Московского и Всероссийского // БВ. 1897. Нояб. С. 177-199; Дек. С. 375-414; Соколов Пл. Русский архиерей из Византии и право его назначения до начала XV в. К., 1913. С. 318-466; Лихачев Н. П. Два митрополита // Сб. ст. в честь Д. Ф. Кобеко. СПб., 1913. С. 1-8; Орешников А. Перстень св. Алексея митрополита // SK. 1928. Т. 2. С. 171-186; Карташев. Очерки. Т. 1. С. 307-323; Семенченко Г. В. духовная грамота митрополита Алексея: (К изучению истории раннего завещательного акта Северо-Восточной Руси) // Источниковедческие исследования по истории феодальной России. М., 1981; Флоря Б. Н. Борьба московских князей за смоленские и черниговские земли во 2-й пол. ХIV в. // Проблемы исторической географии в России. М., 1982. Вып. 1; Кучкин В. А. Формирование государственной территории Северо-Восточной Руси в X-XIV вв. М., 1984. С. 242-256; Прохоров Г. М. Алексей (Алексий), митр. всея Руси // СККДР. Вып. 2. Ч. 1. С. 25-34; он же. Житие Алексея митрополита // Там же. С. 243-245; Мейендорф И. Ф., прот. Византия и Московская Русь: Очерки по истории церк. и культурных связей ХIV в. П., 1990; Пентковский А. М. Из истории литургических преобразований в Русской Церкви в третьей четверти XIV в. // Символ. 1993. № 29. С. 217-238; Петров Д. А. Утраченные памятники архитектуры XVI в. в новгородских монастырях // Новгородские древности. М., 1993. (Архив архитектуры; Вып. 4). С. 186-192; Баталов А. Л. Московское каменное зодчество конца XVI в. М., 1996; Шевченко И. И. Некоторые замечания о политике Константинопольского Патриархата по отношению к Восточной Европе в ХIV в. // Славяне и их соседи. М., 1996. Вып. 6; Макарий. История РЦ. Кн. 3; Клосс Б. М. Житие Сергия Радонежского. М., 1998. С. 38-48; Кучкин В. А. Первая договорная грамота Дмитрия Донского с Владимиром Серпуховским // Звенигород за шесть столетий. М., 1998; Пресняков А. Е. Образование Великорусского государства. М., 1998. С. 199-217; Алексеев А. А. Текстология славянской Библии. СПб., 1999. С. 191-195; Петров Д. А. Проблемы исторической топографии Новгорода. М., 1999. С. 57; Афанасьева Т. И. Литургия преждеосвященных Даров в славянской рукописной традиции XII-XV вв.: (Лингвотекстол. анализ): АКД. СПб., 2000. С. 10, 18-19. 

А. А. Турилов