Иконография посвященная блгв. кн. Димитрию Донскому

Фрагмент статьи из т. 15 «Православной энциклопедии». Москва, 2007 г.

Изображения Д. И. известны с XV в. в основном в памятниках московской иконописи. Наиболее ранний образец - в житийном цикле свт. Алексия, митр. Московского, на иконе 80-х гг. XV в. письма иконописца Дионисия из Успенского собора Московского Кремля (ГТГ), в 12-м клейме изображена встреча вернувшегося из Орды святителя с «князем всея Руси», т. е. с Д. И., если мастер опирался на редакцию Жития свт. Алексия, составленную Пахомием Логофетом (см.: Антонова, Мнева. Каталог. Т. 1. С. 340. Примеч. 8; Моск. патерик. С. 187). Вел. князь представлен средовеком в княжеских одеждах, с непокрытой головой, без нимба, в поясном поклоне перед благословляющим его крестом святителем. Сюжет сохраняется и в более поздних житийных иконах свт. Алексия, напр. кон. XVI в. из Благовещенского собора в Сольвычегодске (СИХМ; см.: Иконы строгановских вотчин XVI-XVII вв.: Кат.-альбом / ВХНРЦ. М., 2003. С. 32-33. Кат. 13). На иконе святителя с 12 клеймами жития 2-й пол. XVII в. (ГТГ) композиция с участием Д. И. перемещается в конец житийного ряда - святитель перед смертью благословляет блгв. вел. князя и дает «последнее целование бывшим у него» (Антонова, Мнева. Каталог. Т. 2. С. 299. Кат. 768).

Др. пример разработанной в мастерской Дионисия иконографии Д. И. встречается на иконе «Прп. Димитрий Прилуцкий, с 16 клеймами жития» 1503 г. работы Дионисия (ВГИАХМЗ) - в 5-м клейме запечатлена встреча Д. И. (с посохом в руке) и прп. Димитрия Прилуцкого, приглашенного в Москву стать крестным отцом одного из сыновей вел. князя (Смирнова Э. С. Моск. икона XIV-XVII вв. Л., 1988. С. 292-293. Ил. 148). Высказано предположение об изображении Д. И. (в красном корзне) на иконе «Благословенно воинство Небесного Царя» 50-х гг. XVI в. из Успенского собора Московского Кремля (ГТГ) в числе др. рус. князей-всадников, во главе переднего отряда верхнего ряда, с нимбом (Антонова, Мнева. Каталог. Т. 2. С. 128-134. Кат. 521. Ил. 37, 39).

Раннее изображение Д. И. в монументальной живописи сохранилось в росписи Благовещенского собора Московского Кремля, к-рая, согласно летописной записи, была исполнена в 1508 г. мастером Феодосием, сыном Дионисия; после реставрации 80-х гг. XX в. время создания живописного ансамбля отнесено к 1547-1551 гг. (использована первоначальная система росписи), когда в Кремле выполнялись восстановительные работы после большого московского пожара (Качалова И. Я., Маясова Н. А., Щенникова Л. А. Благовещенский собор Моск. Кремля. М., 1990. С. 21). Д. И. представлен в молении, как и на иконах,- в синем кафтане и красном охабне с длинными рукавами, с непокрытой головой, в нижнем ярусе на сев. грани северо-зап. столпа вместе с сыном кн. Василием I. В этом ярусе росписи также изображены рус. князья Владимир Всеволодович Мономах, Ярослав Всеволодович, блгв. кн. Александр Ярославич Невский и Иоанн I Даниилович Калита; на зап. столпах собора - визант. государи: равноапостольные Константин и Елена, восстановители иконопочитания - имп. Михаил III и имп. св. Феодора, а также равноапостольные кн. Владимир и кнг. Ольга. Изображение визант. императоров и праведных правителей Руси в домовой церкви московских государей связывают с идеей обоснования законности царской власти Московского царствующего дома (Там же. С. 33). В соответствии с визант. традицией Д. И., как и все цари, изображен с нимбом.

Наиболее полно эта идея была воплощена в росписи 1561 г. средней Золотой палаты царского дворца в Московском Кремле (не сохр.), известной благодаря подробному описанию царского иконописца Симона Ушакова 1672 г. (Забелин И. Е. Опись стенописных изображений Государева Дворца, сост. в 1672 г. // Он же. Мат-лы для истории, археологии и статистики г. Москвы. М., 1884. Ч. 1. Стб. 1238-1255; он же. Домашний быт рус. народа в XVI и XVII ст. М., 19184. Т. 1: Домашний быт рус. царей в XVI и XVII ст. С. 157, 175-178). В основу сложной символической программы росписи, включавшей фигуры рус. князей от равноап. Владимира до Василия III Иоанновича, в т. ч. всех князей Московского дома, было положено «Сказание о князьях Владимирских», созданное в 10-х гг. XVI в. (Подобедова О. И. Моск. школа живописи при Иване IV. М., 1972. С. 59-68). Образ Д. И. находился в откосе окна, слева от царского места.

Большая галерея изображений рус. князей, в т. ч. Д. И., имеется в стенописи Архангельского собора Московского Кремля, возобновленной в 1652-1666 гг. по первоначальной иконографической программе 1564-1565 гг. (Сизов Е. С. Датировка росписи Архангельского собора Моск. Кремля и ист. основа нек-рых ее сюжетов // ДРИ. М., 1964. [Вып.:] XVII в. С. 160-174; он же. «Воображены подобия князей»: Стенопись Архангельского собора Моск. Кремля. Л., 1969). В основе росписи - «Книга степенная царского родословия», созданная в 60-х гг. XVI в. митр. Афанасием. Собор рус. князей - «богоутвержденных скиптродержателей» Русской земли - показан как Небесная Церковь, в молитвенном предстоянии. «Портрет» Д. И., вполоборота вправо, с поднятыми в молении руками, находится на юж. стене рядом с его погребением (надпись: «Великий кнзь Дмитрий Иоаннович»). Блгв. вел. князь представлен в украшенной орнаментами красной шубе, без шапки, с русыми волнистыми волосами и небольшой округлой бородой, с нимбом. При всей условности изображения облик Д. И. отмечен определенной индивидуальной характеристикой. Вместе с тем существует гипотеза, что «портрет» Д. И. помещен на вост. грани северо-зап. столпа (почти фронтально, в княжеских одеждах и в шапке, с надписью: «Великий кнзь Димитрий»), а на юж. стене первоначально был изображен кн. Дмитрий Иванович Жилка (Самойлова Т. Е. Княжеские портреты в росписи Архангельского собора Моск. Кремля: Иконогр. программа XVI в. М., 2004. С. 148-150).

В составе композиций, посвященных княжеской генеалогии, образ Д. И. встречается в росписи 1689 г. галереи Преображенского собора Новоспасского монастыря в Москве (С[негирёв] И. [М.] Родословное древо государей российских, изображенное на своде паперти соборной церкви Новоспасского ставропигиального мон-ря. М., 1837. С. IV); на миниатюре синодика Новоиерусалимского Воскресенского мон-ря с изображением родословного древа рус. князей и царей, выполненного вел. кнж. Татианой Михайловной в 1676-1682 гг. (ГИМ. Воскр. № 66. Л. 58), и на поздних повторениях этого рисунка (эмалевая икона кон. XIX в., ГМЗРК) - Д. И. слева, средовек в княжеской шапке и шубе. Царский Титулярник 1672 г. (РГАДА. Ф. 135. Отд. 5. Рубр. III; см.: Портреты, гербы и печати Большой гос. книги 1672 г. СПб., 1903. № 21) и его копии нач. 70-х гг. XVII - нач. XVIII в. (РНБ. Эрм. 440; РНБ. F.IV.764; ГИМ. Муз. № 4047) представляют «портрет» седовласого и кудрявого Д. И. с бородой средней величины, на нек-рых миниатюрах - с мечом и щитом.

В XVIII - нач. XX в. подобная иконографическая традиция сохранялась на живописных полотнах портретного характера, на гравюрах и литографиях, в т. ч. с изображениями родословного древа и таблиц рус. государей (ГИМ, ГЛМ, РГБИ, см. также: Ровинский. Народные картинки. Кн. 2. С. 240; Адарюков, Обольянинов. Словарь портретов. С. 288), на костяных рельефах холмогорской работы (ГИМ, Егорьевский ист.-худож. музей), в серии рельефных печатей на зеленой сибир. яшме, вырезанных ок. 1723 г. нюрнбергским мастером И. К. Доршем (ГЭ). Образ Д. И. присутствует в серии портретных медалей рус. князей и царей 1768-1772 гг. (работа Т. Иванова) и в составе барельефов 1774-1775 гг. Ф. И. Шубина для интерьеров Чесменского дворца под С.-Петербургом (с 1831 в Оружейной палате Московского Кремля, повторения в Петровском дворце и в здании Сената в Кремле). Фигура Д. И. со скипетром и шлемом в руках помещена в стенописи центрального свода парадных сеней Исторического музея в Москве (1883, артель Ф. Г. Торопова).

О почитании Д. И. свидетельствует включение описаний его внешнего облика в иконописные подлинники посл. трети XVII - 30-х гг. XIX в. под 9 мая: «Аки Борис подобием» (РНБ. Погод. № 1930. Л. 130); «подобием сед, власы кудреваты, брада с Николину, проста, ризы княжеския» (Филимонов. Иконописный подлинник. С. 54; см. также: ИРЛИ (ПД). Перетц. № 524. Л. 159; Большаков. Подлинник иконописный. С. 97). Предположительно Д. И. представлен в числе Московских чудотворцев на 2 прорисях с икон XVII в. (Маркелов. Святые Др. Руси. Т. 1. С. 142-143, 340-341. № 53, 169). Кроме того, его оплечное изображение в венце и горностаевой мантии (надпись на нимбе: «К Димитрiй московс») имеется в правой группе блгв. князей на иконе 1-й пол. XIX в. из старообрядческой моленной на Волковом кладбище в С.-Петербурге (ГМИР), в верхнем регистре - фигура св. князя с двуперстным перстосложением, изображен в шапке и горностаевой шубе, надпись: «С. б. к. Димитрiи».

Значительная часть изображений Д. И. XVI-XIX вв. связана с его прославлением как героя Куликовской битвы. Воинская тема, понимавшаяся нередко как подвиг во имя веры, занимает важное место в Лицевом летописном своде 70-х гг. XVI в. Наиболее значительный цикл миниатюр, посвященных борьбе с татарами,- иллюстрации к повествованию о Куликовской битве («Повесть полезна бывшаго чюдеси... князь велики Дмитрей Иванович... на Дону посрами и прогна волжския орды гордого князя...» - 2-й Остермановский том. БАН. 31.7.30-2. Л. 19-127). Текст восходит к т. н. киприановской редакции «Сказания о Мамаевом побоище», одного из самых известных произведений Куликовского цикла. Главным действующим лицом является Д. И., к-рый изображен средовеком с небольшой бородой, в княжеских одеждах и шапке. Тематически иллюстрации можно разделить на 3 группы: сюжеты, где вел. князь предстает правителем, восседающим на престоле и беседующим с боярами или князьями; многочисленные батальные сцены; сюжеты, прославляющие благочестие Д. И. (моление перед иконами в Успенском соборе и у гроба свт. Петра, беседа со свт. Киприаном, посещение прп. Сергия Радонежского).

В Лицевом летописном своде представлены все основные события жизни Д. И. от сообщения о рождении у вел. кн. Иоанна II Иоанновича сына Димитрия (1-й Остермановский том. БАН. 31.7.30-1. Л. 449 об.) до повести «О житии и о преставлении великого князя Димитрия Ивановича царя Русскаго» (2-й Остермановский том. БАН. 31.7.30-2. Л. 323 об.- 342 об.). При изображении событий ранее 1378 г. Д. И.- безбородый юноша (в т. ч. в иллюстрации женитьбы Д. И.- 1-й Остермановский том. Л. 571 об.), в иллюстрациях к «Повести о Митяе» - впервые показан средовеком с короткой бородой (1-й Остермановский том. Л. 781 об.). В рассказе о его завещании детям, смерти и погребении вел. кн. изображен лежащим на одре, в княжеских одеждах, с непокрытой головой, в сцене преставления (1-й Остермановский том. Л. 335 об.) - с нимбом, в правом верхнем углу - летящий к небесам ангел с душой усопшего в виде фигурки младенца с нимбом. В следующей композиции, иллюстрирующей плач блгв. вел. кнг. Евдокии, лежащий на одре Д. И. облачен в схиму. На последних миниатюрах цикла почивший князь изображен с нимбом.

Сохранилось 9 украшенных миниатюрами списков «Сказания о Мамаевом побоище» XVII-XVIII вв., которые восходят к одному лицевому протографу. В рукописи XVII в. (ГИМ. Увар. № 999а) сохранилось 27 миниатюр, каждая из к-рых занимает целый лист. Д. И. изображен в царском платье и короне (как и кн. Владимир Андреевич Серпуховской). Рисунки отличаются упрощенностью художественных приемов, лица персонажей сходны. Аналогичные особенности иконографии и стиля можно наблюдать в др. списке XVII в. (ГИМ. Барс. № 1796).

Рассказ о Куликовской битве составляет отдельную главу в Житии прп. Сергия Радонежского, в частности в Троицком лицевом списке 80-х - нач. 90-х гг. XVI в. («О победе, еже на Мамая, и о монастыре, иже на Дубенке» - РГБ. Ф. 304/III. № 21/М.8663. Л. 241-250). Д. И. показан в многочисленных сюжетах (получение известия о нашествии Мамая, поездка в мон-рь к прп. Сергию, просьба о благословении на битву с татарами, сбор войска, встреча посланца преподобного перед боем, сражение на Куликовом поле, возвращение к прп. Сергию после победы, основание Успенского мон-ря на р. Дубенке). Иконография Д. И. в княжеской одежде, с непокрытой головой или в княжеской шапке восходит к произведениям кон. XV - сер. XVI в. (за исключением светлого цвета волос и бороды). В батальных композициях св. князь на коне, одет в доспехи, с оружием в руке; кроме 1-й и последней миниатюры изображен с нимбом. Манера художника, блестяще владеющего рисунком и искусством композиции, близка иллюстрациям Лицевого летописного свода.

События Куликовской битвы встречаются в иконописи XVII - нач. XX в., в частности на иконе «Прп. Сергий Радонежский, с клеймами жития» сер. XVII в. (ЯХМ), к-рая в конце столетия (скорее всего ок. 1680) была дополнена внизу многофигурной композицией с большим числом эпизодов на сюжет «Сказания о Мамаевом побоище» (Филатов В. В. Икона с изображением сюжетов из истории Рус. гос-ва // ТОДРЛ. 1966. Т. 22. С. 277-293). Разделяя сюжеты архитектурным или пейзажным фоном, иконописец создал насыщенную событиями историческую панораму. В верхней части слева изображена Москва, ниже - сбор войск из разных городов Руси; в правой части показаны события в Орде - стан Мамая и движение его войска. Центральную часть занимает изображение битвы с сонмом ангелов в облаках, внизу представлено возвращение блгв. вел. князя с ратью в Москву и бегство Мамая. Д. И. (везде с нимбом, иногда в короне) присутствует во мн. сюжетах (молитва в княжеских покоях перед образом Спасителя, беседа со свт. Киприаном, отдача приказаний воеводам, благословение Д. И. прп. Сергием в Троицком монастыре, молитва в Успенском соборе Коломны перед началом битвы). Д. И. трижды изображен отдающим последний долг павшим воинам, в числе к-рых - преподобные Александр (Пересвет) и Андрей (Ослябя) Радонежские.

На иконе «Прп. Сергий Радонежский, с 36 сюжетами жития» (кон. XII - 1-я четв. XVIII в., частное собр.) клейма 20 и 21 посвящены Куликовской битве и благословению прп. Сергием по просьбе Д. И. места Голутвина мон-ря (Иконы из частных собр.: Рус. иконопись XIV - нач. XX в.: Кат. выст. / ЦМиАР. М., 2004. Кат. 54). Образ Д. И. есть в клеймах с изображением чудесного заступничества Донской иконы Божией Матери, на иконе «Мч. Андрей Стратилат с деяниями. История Донской иконы Божией Матери», созданной к 500-летию Куликовской битвы (ок. 1880, ГМЗРК; Вахрина В. И. Иконы Ростова Великого / ГМЗРК. М., 2003. Кат. 120).

Подробный рассказ о Мамаевом побоище содержится также на гравюре 1-й пол. XVIII в., изданной на фабрике И. Я. Ахметьева, из собрания Д. А. Ровинского (Ровинский. Народные картинки. Кн. 2. С. 23-52), с видами Москвы и ТСЛ, изображением Куликовской битвы с 28 сюжетами, объясненными в подробных текстах. История о походе Д. И. проиллюстрирована в сериях из 24 гравюр нач. XIX в. и 1839 г. (Там же. С. 52-54).

Наиболее распространенный извод иконографии Д. И.- благословение его прп. Сергием Радонежским перед Куликовской битвой. Он встречается в рукописных и старопечатных книгах - напр., миниатюра 1646-1659 гг. в изд. Служб и Житий преподобных Сергия и Никона Радонежских (М., 1646) из б-ки Симона (Азарьина) (РГБ; опубл.: Москва православная: Церк. календарь. История города в его святынях. Благочестивые обычаи: [Май] / Авт.-сост.: М. И. Вострышев и др. М., 1996. С. 369); в скульптурных украшениях храмов - горельефная композиция сер. XIX в. скульптора А. В. Логановского на сев. фасаде храма Христа Спасителя (в наст. время в монастыре Донской иконы Божией Матери в Москве); в поздней иконописи - икона 1904 г. письма В. П. Гурьянова (ГМИР) с изображением в коленопреклоненного Д. И., опирающегося на меч; в тиражной графике - литография 1866 г. из ТСЛ, рисунок с цензорским разрешением 1860 г. (оба в СПГИАХМЗ Д. И. в горностаевой мантии, с прижатыми к груди руками); в декоративно-прикладном искусстве - резная работа сергиевопосадского резчика кон. XIX в. (ГМИР); в монументальной живописи - роспись 70-х гг. XIX в. худож. В. П. Верещагина в северо-зап. нише нижней части пилонов храма Христа Спасителя, стенопись Серапионовой палаты ТСЛ 1949 г. работы мон. Иулиании (Соколовой) (Алдошина Н. Е. Благословенный труд. М., 2001. С. 12, 104).

По преданию, отразившемуся в Повести о Куликовской битве, во время похода на Мамая Д. И. в местности Угреша на сосне явилась икона свт. Николая Чудотворца; после возвращения в память о событии на этом месте был основан Угрешский во имя свт. Николая Чудотворца муж. мон-рь. Сохранился храмовый образ Никольского собора обители - чудотворная икона свт. Николая с 19 клеймами жития (ок. 1380, ГТГ; см: Антонова, Мнева. Каталог. Т. 1. С. 252-253. Кат. 214. Ил. 169; ГТГ: Кат. собр. С. 136-138. Кат. 59). В кон. XIX в. на месте явления образа была построена часовня (освящена в 1893, архит. А. С. Каминский), на стенах к-рой находились написанные на металле иконы с рассказом о событии (восстановлена в 1998).

Сложился особый иконографический извод «Явление образа свт. Николая Чудотворца блгв. вел. кн. Димитрию Донскому на Угреше», к-рый представлен в поздней иконописи (палехская икона посл. трети XIX в., ЦАК МДА - см: Древнерус. иконопись / Автор-сост.: Г. С. Клокова. М., 1991. № 70), в декоративно-прикладном искусстве - вероятно, паломнические реликвии, изготовленные по заказу Угрешского мон-ря (эмалевый образок 2-й пол. XIX в., Данилов муж. мон-рь в Москве, опубл.: Первый на Москве: Моск. Данилов мон-рь. М., 2000. С. 234). В 1-м случае Д. И. изображен с нимбом, в военных доспехах и княжеской шубе, в коленопреклоненном молении перед образом свт. Николая на дереве, на фоне гористого пейзажа с воинскими шатрами; на нижнем поле подпись: «Како явися икона святителя Николы Чюдотворца великому князю Димитрию Иоанновичу Донскому на месте, называемом Угреша, в лето [6888] в походе на Мамая». В др. варианте - на эмалевом образке, небольшой иконе кон. XIX в. (ГИМ, опубл.: Москва православная: [Май]. С. 371), центральной створке резного складня 2-й пол. XIX в. сергиевопосадского мастера (СПГИАХМЗ) - Д. И. с воинами представлен в рост, без доспехов и нимба.

Неск. литографий с сюжетами из Жития Д. И. было воспроизведено в литографиях П. Иванова и др., напечатанных по рисункам Б. А. Чорикова в 1838 г.: «Сын вел. кн. Ивана II Димитрий приветствует свт. Алексия, возвратившегося из Орды», «Вел. кн. Дмитрий Иоаннович под благословением прп. Сергия принимает иноков Пересвета и Ослябю в сподвижники», «Вел. кн. Дмитрий Донской ранен в битве с Мамаем», «Вел. кн. Дмитрий Донской утверждает новый порядок наследования» (Живописный Карамзин, или Рус. история в картинах / Изд.: А. Прево. СПб., 1836-1844. Ч. 2. Ил. 79, 81-83). Скульптурная группа «Блгв. вел. кн. Димитрий Донской» (автор акад. Р. К. Залеман) помещена в верхней части памятника 1000-летию России, возведенного в 1862 г. в Вел. Новгороде по проекту М. О. Микешина, образ блгв. вел. князя находится также на подножии среди горельефных фигур русских воинов и героев (скульпторы М. А. Чижов, А. М. Любимов). Воинский образ Д. И. привлекал внимание русских художников, напр. О. И. Кипренского («Вел. кн. Дмитрий Донской на Куликовом поле» 1805 г., ГРМ), В. М. Васнецова («Битва на Куликовом поле» 1915 г., ГМИР), особенно в XX в. (Ю. П. Кугач, С. М. Харламов, И. С. Глазунов, С. Н. Андрияка и др.).

После канонизации Д. И. в кон. XX в. были созданы иконы святого, его образ введен в программы храмовых росписей. Он изображается в традиц. иконографическом типе - в княжеской шубе и шапке, иногда как воин - в доспехах, как правило, сжимает рукоять меча. К единоличным образам относятся, в частности, икона письма мон. Митрофании (ПЦК, 1988. М., 1997), образ кон. 80-90-х гг. XX в. (ризница ТСЛ), икона ок. 1995 г. А. И. Чашкина (ц. вмч. Георгия Победоносца на Поклонной горе в Москве), икона нач. XXI в. работы Е. Чирковой (ГИМ). Худож. Е. Н. Ключарёв выполнил 2 мозаики с образом Д. И.: в 1994 г. для интерьера храма вмч. Георгия Победоносца на Поклонной горе (поясное изображение с поднятым вверх мечом в деснице), в 1996 г. для ц. вмч. Димитрия Солунского в пос. Восточном в Москве (в рост, на внешней стене). В композиции «Собор Русских святых» Д. И. представлен в группе Московских чудотворцев (икона 1997 г. письма Н. Е. Алдошиной в ц. свт. Николая Чудотворца в Клённиках, икона 2002 г. работы М. В. Пыжова в ц. Воскресения Христова в Сокольниках в Москве).

Литература: Ровинский. Народные картинки. Кн. 2. С. 23-54, 237, 240; Адарюков, Обольянинов. Словарь портретов. С. 288-289; Подобедова О. И. Миниатюры рус. ист. рукописей. М., 1965. С. 226-246, 250-251, 283; Дмитриев Л. А. Миниатюры «Сказания о Мамаевом побоище» // ТОДРЛ. 1966. Т. 22. С. 239-263; он же. Лондонский лицевой список «Сказания о Мамаевом побоище» // Там же. 1974. Т. 28. С. 155-179; Дианова Т. В. Сказание о Мамаевом побоище: Лицевая рукопись XVII в. из собр. ГИМ. М., 1980. С. 247-267; Воронцова Л. М., Зарицкая О. И., Шитова Л. А. Прп. Сергий Радонежский в произведениях рус. искусства XV-XIX вв.: Кат. М., 1992. С. 101, 108-109. Кат. 55, 136. Ил. 76; Прп. Сергий Радонежский: Альбом / Авт.-сост.: Н. Н. Чугреева. М., 1992. С. 106-109. Ил. 54-56; Мостовский М. С. Храм Христа Спасителя / [Сост. заключ. части: Б. Споров]. М., 1996п. С. 36; Маркелов. Святые Др. Руси. Т. 1. С. 142-143, 340-341; Т. 2. С. 93-94; Дионисий «живописец пресловущий»: Выст. произв. древнерус. искусства XV-XVI вв. из собр. музеев и б-к России. М., 2002. Кат. 3, 35; Квливидзе Н. В. Иконография св. блгв. кн. Димитрия Донского // Моск. патерик: Древнейшие святые Моск. земли. М., 2003. С. 253-273; Царский храм: Святыни Благовещенского собора в Кремле: Кат. выст. / ГММК. М., 2003. С. 19, 26, 29-30, 36; Грибов Ю. А. Лицевой Титулярник кон. XVII в. из собр. ГИМ // Рус. ист. портрет: Эпоха парсуны: Мат-лы конф. М., 2006. С. 113-141. (Тр. ГИМ; Вып. 155); Рус. искусство из собр. ГМИР / Авт. текста: М. В. Басова. М., 2006. С. 199, 294. Кат. 296, 445. 

Н. В. Квливидзе, Я. Э. З.