Никифор, митрополит Киевский. Послание к великому князю Владимиру Мономаху о посте и воздержании

Никифор, грек из Ликии Малоазийской, был прислан в Киев Kонстантинопольским патриархом в 1104 г. Он занимал митрополичий престол вплоть до своей смерти в 1121 г. Никифор участвовал в канонизации преп. Феодосия Печерского в 1108 г., в перенесении мощей свв. Бориса и Глеба в каменную церковь, построенную в Вышгороде князем Олегом Святославичем в 1115 году. Наиболее тесные, видимо, даже дружеские отношения сложились у Никифора с князем Владимиром Всеволодовичем Мономахом. Митрополит был одним из главных инициаторов приглашения Владимира в Киев после восстания 1113 г. Именно он возглавил торжественную встречу нового князя. О близости Никифора к Мономаху говорят и два дошедших до нас послания князя. Первое из этих посланий — «како отвержены быта латине» — представляет собой сокращенный вариант известного нам «Стязания с латиной» митрополита Георгия. Как считают, оно появилось в 1120 г., когда князь Владимир выдавал свою дочь Евфимию за венгерского короля. Никифор написал еще одно послание против латинян — к Муромскому князю Ярославу Святославичу. Второе послание Владимиру, «о посте и воздержании чувств», первоначально написано, повидимому, на греческом языке и лишь потом переведено на русский. Время его написания не определено, но оно появилось, когда Никифор занимал митрополичью кафедру, а Владимир — киевский престол, то есть между 1113 — 1121 гг. Текст «Послания» печатается по изданию К. Ф. Калайдовича: Русские достопамятности. Ч. 1. М., 1815, С. 61 — 75, с некоторыми сокращениями. Перевод А. Ю. Карпова.

Благословен Бог и благословенно имя святое славы его, благословенный и прославленный князь мой. По многой своей благости и человеколюбию сподобил он нас достигнуть этих пречестных дней святого поста, которые он, как устроитель нашего спасения, узаконил для духовного очищения душ наших; и сам постился сорок дней для извещения своего вочеловечивания, не в посте нуждаясь, но нам пример показывая.
Если бы первый праотец Адам постился бы от древа познания и заповедь Владыки сохранил бы, то второй Адам, Христос Бог наш, не требовал бы поста. Но из-за преступления первого, не постившегося, постился он, чтобы преслушание разрушить. Возблагодарим же и поклонимся постившемуся Владыке, узаконившему для нас пост и снадобье для душевного здоровья даровавшему!
Оттого двойственно бытие наше: разумное и неразумное [«словесное и бессловесное»], и духовное [«бесплотное»] и телесное. Ведь разумное и духовное — это нечто божественное и чудное, подобное бесплотному естеству, а неразумное — подобно страстному и сластолюбивому. И поэтому борьбы в нас много, и противится плоть духу, а дух плоти.
Поистине нуждаемся мы в пище растительной, постной: это ведь укрощает телесные страсти, обуздывает противные стремления, и духу дает власть над телом. И так покоряется худшее лучшему, то есть душе тело. Так и то, что касается пупа и чресел наших: обуздай их, и змий умертвится. И в тишине пребывает душа, и в мире глубоком мир пожинает, мир, который в нас, который желаем, говоря: «Мир всем!»
А от первого этого блага и другие блага в нас происходят. Видишь ли, о князь мой благоверный и кроткий, что пост — основа добродетели, поэтому во всем мире, словно солнце, он воссиял. И из-за преступления праотца все народы пост совершают: одни в одно время, а другие в другое; эти больше постятся, эти меньше: силу же поста, как неразумные, не понимают, и поэтому впустую пост их и бесполезен. Люди же Христовы, святой язык, царское священие, жребий достояния его, понимают силу поста этого, и в правоверии живя, благословляют Бога, вразумившего их, и предвидевшего и приведшего Господа справа от себя, чтобы не сдвинулись они, то есть не смутились, и не были поглощены древним врагом, не хотящим нашего спасения.
И много еще мог бы сказать я в восхваление поста, если бы кому-нибудь другому было писание это. Но поскольку к тебе слово это обращено, доблестная глава наша и всей земли христолюбивой — к тебе, которого Бог издалеча проразумел и предопределил, которого из утробы освятил и помазал, смесив от царской и княжеской крови, которого благочестие воспитало и пост вскормил, и святая купель Христова с младых ногтей очистила,— то ни к чему о посте говорить тебе, а тем более о непитии вина или пива во время поста. Ведь кто не знает твоей праведности в этом? Всякий, если он не совсем невежа или бесчувственный, знает о ней. И видят все, и удивляются!
Вместо же поучения, по церковному уставу нечто другое изложим твоему благоверию, и о добрых тех источниках скажем тебе, от которых наполняется добро и проистекает в людей, по правде творящих благое, и проистекает таким же добром, а если противятся им и неправильно их используют, то в путь злобы, и в ров, и в пропасть уклоняются. Поэтому внимай себе, сказано в книгах: «Внимай слову своему и делу своему».
Неразлучно ведь зло от добра и перемешалось зло с добродетелью, как плевелы среди пшеницы. И поэтому следует нам быть внимательными, чтобы не принять зло за добродетель. Прекрасным ведь казался и на вид хорош был плод, который праотца умертвил, но в себе имел он тайную ловушку преслушания.
И вот усладим слово и исполним обещанное, и да покажем, откуда происходит доброе и недоброе.
Знай же, благородный князь, что божественным дуновением сотворена была душа, которая, сказано, по образу Божию была создана. Та душа — от трех частей, то есть три силы имеет: разум [«словесное»), и чувство [«яростное»], и волю [«желанное»].
Разум — старше и выше всех, им-то и отличаемся мы от всех животных, с его помощью познаем небо и прочие творения, и все из нас, кто правильно разум используют, к разумению Бога восходят. Посмотри на Авраама: был невежей муж этот и звездословия придерживался, и через движение и расположение звезд познал Творца и уверовал в Бога. А перед этим Енох угодил Богу и перенесся. И Моисей увидел созданное Богом и от этого в разум взял Создателя, и перестал называться сыном дочери фараоновой, и предпочел страдать с бывшими тогда людьми Божьими.
Такова сила разума для правильно использующих ее.
Но и Денница — прежний ангел, а ныне темный дьявол, — разумным был, но неправильно разум принял, а равным быть Богу возмечтал, и за гордость свою пал с небес с чином своим. И эллины разумны, но, не сохранив разум, не по-доброму мысля, к идолослужению склонились, и верили в животных: в крокодилов, и в козлов, и в змей, и в огонь, и в воду, и в прочее.
Второе же — чувство, которое имеют, когда есть ревность к Богу и месть к Божьим врагам. Но рядом с ним — злоба и зависть, так же как и в разуме — благоверие и зловерие. И смотри, что случилось от злого: оставил Каин добродетель чувства, то есть ревность к Богу, а избрал злобу и зависть, и убил брата своего Авеля, и осужден был на семикратное отмщение от Бога. А Моисей гнев не так сохранил, но, увидя мужа-египтянина, избивающего еврея, убил его ради ревности Божьей. И снова, когда сам взошел на гору, к Богу, оставив людей внизу с Аароном, и помедлил он, склонились люди к идолослужению и стали голове тельца поклоняться, отлитой в печи огненной из золота и серебра. И сойдя с горы, разбил он, разгневавшись, скрижали закона, которые нес, и копье сам взял ради ревности Божьей, и других с собой взял, и многое множество с ними избил — вот так Божий гнев проявился. А что сделал Финеес ради Божьей ревности? Тот, найдя жену-иноплеменницу, блудившую с мужем-израильтянином, обоих копьем пронзил и убил, остановив гибель народа, избиваемого мадианитами из-за беззакония, и зачлось ему это в заслугу. Сказано ведь: «Восстал Финеес и очистил, и прекратилась сеча». Так же и Илья, жрецов бесстыдных Бааловых зарезав из-за ревности Божьей, похвалы удостоился. Убивают же и разбойники, и язычники, но по злобе и ради имущества.
Третье же — воля, которая добродетельна, если всегда к Богу иметь желание, и забывать об ином, и об одном помышлять просвещении, от которого сияние бывает Божие, и раздирается вретище, согласно пророку Давиду, сказавшему: «Обратил ты плач мой на радость мне, расторг вретище мое, и препоясал меня веселием». Веселие же это рождается в злостраданиях за Бога; от веселия же этого растет семя жизни, оттого чудотворения, оттого прорицания будущего бывают, от того человек к Богу по силе приближается и становится и на земле этой образом и подобием создавшего его Бога.
Узнай же, князь человеколюбивый и кроткий, из слов этих, что трехчастна душа. Узнай же о слугах ее, и ее воеводах и напоминателях, которыми обслуживается она, будучи бесплотной, и получает напоминания.
Ведь та душа находится в голове, имея ум, как светлое око, в себе, и наполняет все тело силою своею. Так же как и ты, князь, сидя здесь, в этой своей земле, действуешь по всей земле через воевод и слуг своих, и сам ты господин и князь, так же и душа по всему телу действует через пять слуг своих, то есть через пять чувств: через глаза, слух, обоняние, то есть через ноздри, через вкус и через осязание, то есть руками.
Зрение же чувственное верно, и что мы видим, если не без ума, то видим верно. А слух — иной раз истина, а иной раз — ложь. Почему же, князь мой, слух не таков, как зрение? И сам недоумеваю об этом, но вот толкуют, что зрением видим мы только впереди, а сзади же тела не видим; посредством слуха и то, что впереди говорящего слышим, и то, что сзади, разумеем. Поэтому следует верить только видимому глазами; слуху же не надо ни верить, ни не верить, но надо подвергнуть испытанию и суду многому слышимое, и только тогда давать ответ.
В отношении же обоняния, которое возбуждает благоухание, что следует говорить такому князю, который больше на земле спит, и дома избегает, и одежды светлые отвергает, и по лесам ходя, нищенскую носит одежду, и лишь по необходимости, в город входя, в княжеские ризы облачается?!
И в отношении вкуса, который в пище и питии проявляется, так же. Мы знаем, что для других ты обеды светлые готовишь, и для всех все делаешь, чтобы всех пригласить, и достойных, и недостойных, ради княжеского величества; а сам служишь и работаешь своими руками, и доходит подаяние твое даже и до полатей — делаешь же это для княжения и власти. И другие объедаются и упиваются, а ты сидишь и смотришь, как другие едят и пьют, и обходясь малой пищей и малой водой, делаешь вид, что и ты с ними ешь и пьешь. Такты угождаешь подданным твоим и терпеливо сидишь и смотришь, как рабы твои упиваются, и этим поистине угождаешь им и покоряешь их. Так ты относишься к вкусу, насколько я знаю.
В отношении осязания (которое [проявляется через] руки), что касается имущества, знаю, что с тех пор, как ты родился и утвердился в тебе ум, с того возраста, когда мог ты благотворить, руки твои, по благодати Божьей, ко всем простираются; и никогда ты не прятал сокровищ, не считал золота или серебра, но все раздавал, черпая обеими руками, даже и до сих пор. Но сокровищница твоя, по Божьей благодати, неоскудима и неистощима, раздаваема, но не исчерпаема; и не исцелил Христос руку твою по возмужании твоем, но, как родился, так здоровую и имеешь, и будешь иметь, надеясь на Христа.
Почему же речь эту веду и говорю долго? Пойми же, князь, что болею за тебя; и, как врачеватели тела, если любят больного, то бодрствуют и первопричину недуга ищут, так же поступают и в отношении недуга разума. Так же и я поступил и первопричину искал, и по душевным жилам тебя испытав, нашел ее.
По жиле разума нашел, что благоверен ты по Божьей благодати и не уклоняешься от правой веры. В отношении чувства не пострадал ты, храня к Богу ревность и до настоящего дня, и, молю Бога, до конца хранить ее будешь в целости. Сохранишь же ты ее, если не дашь волку в стадо Христово войти, и если в виноградник, насаженный Богом, не дашь тернии всадить, но сохранишь предание старое отцов своих. (...)
В отношении же воли не сочтется за малое все, что совершил ты в зрелом своем возрасте.
И пять чувств испытал: в отношении зрения нашел тебя безупречным, и в отношении второго, и в отношении третьего, то есть обоняния, так же и в отношении четвертого, то есть вкуса, и в отношении того, что [посредством] рук так же.
О втором же чувстве, о слухе, не знаю, князь мой, что и сказать тебе. Кажется мне, что, поскольку не можешь ты видеть все сам глазами своими, то от служащих тебе орудием и приносящих тебе напоминания иногда вред твоей душе приходит, и только через отверстый слух входит в тебя стрела. Потому Соломон говорит нам, повелевая: «Остерегайтесь, чтобы не вошла смерть через оконца ваши».
Подумай об этом, князь мой, помысли об изгнанных от тебя, об осужденных тобой в наказание, о презренных; вспомни обо всех, кто на кого донес что-нибудь и кто кого оклеветал, и, сам себе судья, рассуди таковых, и, наставляемый от Бога, всех помяни, и так сделай, и отпусти их, да и тебе отпустится, и воздай, да и тебе воздается.
Если же не воздадим мы, то, как Христос говорит, грехопадение будет людям, и Отец небесный не простит нам прегрешений наших. Но и всуе призываем мы Отца Бога и лжем, обращаясь к нему: прости нам долги наши так же, как мы простили должникам нашим.
Не огорчись же, князь мой, из-за слов этих. Или думаешь, что приходил кто-нибудь ко мне, опечаленный, и потому написал я тебе это? Нет, это для благоверия твоего, попросту так написал я в напоминание тебе, поскольку великие владыки часто в великих напоминаниях нуждаются. Ибо многим пользуются они, но и многим грехам подвержены. И поэтому дерзнули мы, поскольку установление есть церковное и правило: в такое время и князьям говорить о том, что полезно. Понимаем ведь и то, что сами, как грешники, все в струпьях и в гное истекающем, иных исцелять начинаем; но ведь не один же вред во всем этом! Пусть даже и таковы мы, но слово Божье, которое в нас, здорово и цело, оно-то и учит, и учимым следует поддаваться ему и принимать от него исцеление, и иного не требовать.(...)
И одно еще немногое скажу в конце тебе, христолюбивый князь мой. Вспоминай третий псалом первого часа, то есть сотый и со вниманием пой: «Милость и суд пою тебе, Господи», и остальное. В нем верное изображение царское и икона княжеская. И если сказанное в нем ты будешь испытывать и сохранять, то приблизишься к Тому, который просветит еще больше разумные очи твои, и освятит слух твой, и очистит сердце, и направит стопы твои, и предохранит ноги твои от поползновения, и сподобит тебя достигнуть Господского праздника воскресенья в радости телесной, и в здравии, и в веселии душевном и духовном. И воссияет тебе свет, который сияет праведникам, и радость, супруга его, будет с тобой. И на много лет останешься неосужден и неповинен, потом и на вышнее царство вознесешься от земного, где истинная Пасха и истинный праздник.

Форумы