Интервью Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Алексия журналу «30 ДНЕЙ» (Италия)

- Мотивируя свое решение учредить католические епархии на российской территории, Ватикан отмечал среди прочего и то обстоятельство, что Русская Православная Церковь поступала аналогичным образом, создавая свои епархии и другие пастырские структуры в западных странах (Австрия, Германия и Бельгия). Что Ваше Святейшество может сказать по этому поводу?

- Действительно, Русская Церковь имеет епархии в странах Западной Европы, а также в Северной и Южной Америке. Однако этим и аналогия и завершается. А дальше начинаются различия. Ибо русские православные приходы и епархии за границей создавались исключительно для пастырского окормления единоверных соотечественников, волею судеб оказавшихся вне пределов Родины. В деятельности наших приходов за границей нет ничего, что могло бы свидетельствовать о прозелитических устремлениях: как правило, богослужения происходят, как и в России, на церковно-славянском языке, а сами приходы учреждаются по инициативе граждан, традиционно принадлежащих к Православию и потому желающих иметь в своей местности храм и служащего священника Московского Патриархата.
К прискорбию, на канонической территории Русской Православной Церкви картина деятельности и мотивация католических структур совершенно иные. Деятельность в России многих приходов и священников, представляющих Римско-Католическую церковь, обращена прежде всего на людей, культурно-исторически укорененных в Православии и, таким образом, имеет откровенно прозелитическую направленность, о чем мы неоднократно заявляли Ватикану. Именно в контексте расширения недопустимой в семье христианских Церквей практики "миссионерства" мы и воспринимаем недавнее решение Святого Престола о создании в России поместной системы епархиального управления, параллельной структурам традиционной для России Православной Церкви.

- В своей ноте, опубликованной в «Оссерваторе Романо», Ватикан ответил на обвинения в прозелитизме, допустив, что в России имеют место обращения в католицизм, одновременно подчеркнув, что эти "новые католики" как правило не являются православными верующими, а происходят из "среды, обычно далекой от всякой религии". Каково мнение Вашего Святейшества по этой проблеме?

- Традиция православной духовности насчитывает в России более тысячи лет. XX столетие стало для Русской Православной Церкви эпохой невиданных по жестокости и размаху гонений, в результате которых Церковь оказалась на грани полного уничтожения, но, милостью Божией и твердым стоянием в вере православных, сохранила себя и с начала 1990-х годов переживает период возрождения. За семь десятилетий жесткой политики государственного богоборчества и официального атеизма успело сформироваться не одно поколение людей, насильственно отлученных от отеческой веры. Вместе с тем эти люди в силу исторического преемства и духовной структуры своей личности безусловно принадлежат к православной национально-культурной традиции или тяготеют к ней, а многие из них в детстве были даже крещены в Православии. Русская Церковь несет перед Богом пастырскую ответственность за судьбу этой части народа Божия, видя свой долг в том, чтобы помочь нуждающимся в ее духовном попечении обрести Бога в душе, воссоединиться с Матерью-Церковью и вернуться к вере отцов. Временная и вызванная внешними враждебными обстоятельствами слабость Русской Церкви должна была бы порождать братское желание помочь ей в осуществлении ее трудной миссии. Однако, как это ни горько, эта ситуация используется для уловления ее паствы и обращения в католицизм под дымовой завесой разговоров о "среде, обычно далекой от всякой религии". Еще большее недоумение вызывают у нас как христиан -даже с точки зрения простой человеческой этики - методы такого обращения, зачастую допускающие использование неосведомленности людей в вопросах религии и межцерковных отношений или переживаемые ими финансовые и материальные трудности.
-
- Согласно мнению некоторых наблюдателей, установление стабильной католической иерархии в России способствовало бы возможности визита Иоанна Павла II в Москву без согласия Православной Церкви, как это имело место на Украине. То есть Папа мог бы приехать уже не как "гость ", но как духовный глава граждан России католического вероисповедания, приняв приглашение правительства страны и опираясь на поддержку политических кругов, даже при отсутствии согласия на это Православной Церкви. Кажется ли Вашему Святейшеству подобное предположение реальным?

- Не думаю, что факт установления в России епархиальной системы Римско-Католической церкви способен сам по себе оказать позитивное влияние на возможность осуществления визита в Москву Римского Понтифика. В соответствии с общепринятой международной практикой Папа как глава государства Ватикан, имеющего дипломатические отношения с Россией, действительно может посетить нашу страну по приглашению соответствующих структур российской светской власти. Однако, согласно древней традиции, каноническим установлениям и общепризнанным принципам межцерковных отношений, Предстоятель Церкви обычно согласовывает возможность, формат и сроки своего визита с национальной Церковью того государства, которое он намерен посетить. К сожалению, в нарушение этой практики, в случае Папского визита на Украину имело место откровенное игнорирование Ватиканом прямого обращения Украинской Православной Церкви с просьбой воздержаться от данного визита. Как и следовало ожидать в подобной ситуации, приезд Папы Римского на Украину не только не способствовал улучшению наших межцерковных отношений, но и вызвал новые разделения в украинском обществе, значительно ухудшив перспективы православно-католического диалога.
-
- Перед визитом Иоанна Павла II на Украину Вы говорили, что на Московский Патриархат оказывалось давление политических кругов, с тем чтобы Православная Церковь смягчила свою позицию по отношению к возможному визиту Папы в Россию. Как Ваше Святейшество расценивает сейчас позицию, занимаемую политическими кругами и правительством России в связи с православно-католической полемикой, последовавшей после учреждения епархий Ватикана в России?

- По-видимому, Вами имеется в виду оценка Московским Патриархатом попыток отдельных политических деятелей и журналистов искусственно преуменьшить значение серьезных проблем, омрачающих наши отношения с Ватиканом и таким образом воздействовать на позицию Церкви. Не стану отрицать существование подобной тенденции на периферии российской жизни, но, к счастью, отнюдь не она является доминирующей в общественном мнении. Что касается, например, Министерства иностранных дел России, то оно призвало Ватикан к разрешению существующих сложностей в отношениях с Русской Православной Церковью и рекомендовало воздержаться до этого времени от создания в России католических епархий. От имени целого ряда российских парламентариев была направлена серия депутатских запросов в органы государственной власти по тематике, связанной с проблемой католического прозелитизма. По стране прошли акции протеста граждан против односторонних действий Ватикана. В целом можно констатировать очевидное неприятие и осуждение обществом того стиля взаимодействия с Русской Православной Церковью, которого с упорством, достойным лучшего применения, продолжает придерживаться Ватикан, в частности, и при организации своих епархий в России.

- Некоторые представители Московского Патриархата, реагируя на решение Ватикана о повышении уровня своего представительства в России, утверждали, что антиправославная позиция и стремление к духовной колонизации России являются характерными для "известных кругов" Католической церкви. Какие, по мнению Вашего Святейшества, католические круги, группы и элементы движимы чувством соперничества или враждебности по отношению к Православию? И напротив, какие из них являются более миролюбиво настроенными и приемлемыми с точки зрения продолжения диалога с Русской Церковью?

- Наши отношения с Римско-Католической церковью не следует воспринимать только и исключительно в контексте межконфессионального диалога с официальным Ватиканом. На практике эти отношения значительно шире и включают в себя плодотворные связи со множеством епархий, монастырей, приходов, групп верующих, учебных заведений и гуманитарных организаций. Можно с уверенностью назвать эти отношения добрыми, исполненными христианского духа, поистине братскими. Особенно тесные связи сложились у нас с католическими братьями в таких странах, как Италия, Франция, Германия. Я получил немало писем от духовенства и верующих католиков этих стран поддержкой позиции Русской Православной Церкви в возникшем конфликте. Доброе отношение к Русской Церкви, понимание трудностей, которые она переживает в это непростое для России время, вселяют надежду, что возобладает дальновидная позиция той части верующих Римско-Католической церкви, которая выступает за доброжелательный, ответственный и взаимоуважительный диалог с Русским Православием.