Великая Суббота (комментарий в русле истории)

	"Во гробе плотски ..." Пятичастная икона XVII в.

Великая суббота

Фрагмент статьи из т. VII «Православной Энциклопедии», Москва. 2004 г.

Великая Суббота [церковнослав. Святая и великая суббота; греч. To hagion kai Mega Sabbaton; лат. Sabbatum Sanctum], суббота накануне Пасхи, когда Церковь вспоминает телесное погребение и сошествие Христа во ад, начиная праздновать Его тридневное Воскресение.

События Великой Субботы

Вера в Смерть и Воскресение Господа Иисуса Христа составляет основу христианского учения (1 Кор 15. 3–4). Согласно евангельскому повествованию, вечером в Великую Пятницу тело Иисуса Христа было снято с Креста и спешно ввиду наступающего дня субботнего покоя погребено Его тайными учениками Иосифом Аримафейским и Никодимом в пещере (гробе), которая находилась в саду, неподалеку от места Распятия (Ин 19. 31–42). К двери гроба по обычаю того времени привалили большой камень. Прообраз нахождения во гробе, указанный Самим Спасителем, содержится в Книге пророка Ионы (ср.: Иона 2. 1–6; Мф 12. 40). Памятуя предсказания Христа о Его Воскресении, первосвященники и фарисеи на следующий день пришли к Понтию Пилату и убедили его опечатать вход в пещеру и приставить к ней вооруженную охрану под тем предлогом, что ученики могут унести тело Учителя (Мф 27. 62–66). Ученики же, соблюдая ветхозаветную заповедь, всю Великую Субботу провели в покое (Лк 23. 56). На другой день, женщины, следовавшие за Иисусом, придя очень рано утром (Мф 28. 1, Мк 16. 2, Лк 24. 1, Ин 20. 1) ко гробу Спасителя, первыми узнали о Его Воскресении.

Сам же Господь Иисус Христос, пребывая неизменным по Божеству, по Человечеству в Великую Субботу покоился телом — подобно покою после сотворения мира (Быт 2. 2), ибо совершенное Им домостроительство спасения падшего человека есть новое творение, и в то же самое время душой сходил во ад, чтобы даровать спасение и тем праведникам, кто уже умер ко времени Воплощения и Страстей Господа. Событие сошествия во ад не отражено в канонических Евангелиях, но упоминается в апостольских посланиях (Еф 4. 9; Рим 10. 7; 1 Пет 3. 18–21), о нем пророчески сказано в псалмах (15. 8–11; ср.: Деян 2. 27), о нем свидетельствует церковная традиция (Иларион (Алфеев), игумен Христос — Победитель ада: Тема сошествия во ад в восточно-христианской традиции. СПб., 2001). Смерть и сошествие в преисподние глубины земли стали последним шагом самоумаления (кеносиса) Господа.
Вкусив смертного тления, т. е. разлучения с душой, тело Господа не подверглось истлению, т. е. физическому разложению, ибо Вторая Ипостась Пресвятой Троицы восприняла человеческую природу — совокупность души и тела — полностью и навсегда, поэтому тело и душа Господа не переставали быть человеческой природой Богочеловека даже и по смерти.br>
Распятие и Воскресение Христовы, а также события Великой Субботы имеют решающее значение для человечества (Евр 2. 14–15), поэтому 3 дня, посвященные воспоминанию этого — Великие Пятница, Суббота и Пасха, — являются центром всего церковного года. Как и другие дни Страстной седмицы, Великая Суббота как литургический день начинается не вечером накануне (обычное начало литургического дня в вост. традиции), а ночью, вместе с астрономическим днем.

Празднование Великой Субботы в ранней Церкви

Пасха, в широком смысле как воспоминание и Распятия, и Воскресения Христовых, в христианской литературе упоминается со II в., но праздновалась она в Церкви, несомненно, с самого начала. Однако дата празднования Пасхи до I Вселенского Собора в разных местностях определялась по-разному и не везде была строго приурочена к определенному дню недели. Важнейшим отличием Пасхи от других дней церковного года, по-видимому, с самого начала был пост (в смысле полного воздержания от пищи), продолжавшийся несколько часов или даже до 2 дней и оканчивавшийся на рассвете, когда совершалась Евхаристия, служившая знаком христианской радости о Воскресении Христовом (определенную аналогию этому посту можно усмотреть в посте у иудеев в продолжение нескольких часов между принесением ежедневной вечерней жертвы и закланием пасхального агнца вечером под ветхозаветную Пасху). После I Вселенского Собора, когда римская практика празднования Пасхи в воскресенье распространилась повсеместно, празднование Великой субботы как дня предпасхального поста также стало повсеместным установлением; так, согласно 64 прав. Ап. (подтверждено 55-м прав. Трул.) и «Апостольским постановлениям» (VII. 23; ок. 380 г.) Великая Суббота — единственная постная суббота в году.

Одним из предметов разногласий уже в III в. был вопрос о времени окончания предпасхального поста. В 1-м каноническом послании сщмч. Дионисия Александрийского (сер. III в.) еп. Василиду приводятся несколько точек зрения на эту проблему: по мнению римских христиан, пост надо разрешать в «петлоглашение», т. е. на заре (эта же практика зафиксирована и в «Дидаскалии апостолов», памятнике 1-й пол. III в., и в зависящих от него «Апостольских постановлениях», ок. 380 г.); по мнению христиан Сев. Африки, — уже с вечера. Сщмч. Дионисий предлагает прекращать пост от полуночи до 4-й «стражи», т. е. до рассвета. Так же считал и свт. Епифаний Кипрский (PG. 42. Col. 228). По сир. памятнику V в. «Завещание Господа нашего Иисуса Христа» пост прекращается в полночь; эта практика стала нормой в православной Церкви (см. 89-е прав. Трул.)

	Шествие с плащаницей. Церковь Вознесения Господня

Еще одним важнейшим, хотя и не общим обычаем (в III в.— только как местная традиция в Риме и Северной Африке — см.: Bradshaw P. «Diem baptismo sollemniorem». 1993), связанным с Великой Субботой и Пасхой, был обычай совершать по окончании предпасхального поста и перед Евхаристией таинство Крещения новообращенных. Связь Крестной смерти Христа и таинства Крещения (как символического погребения с Ним) отражена в посланиях ап. Павла (Рим 6. 4; Кол 2. 12). Сошествие Христа во ад исповедуется как отдельный догмат в апостольском символе веры, имеющем в своей основе крещальный символ Римской Церкви (см.: Reicke B. The Disobedient Spirits. 1946). С середины IV в. Крещение во время пасхальной ночи становится широко распространенным обычаем. Так, согласно «Апостольским постановлениям» пост Великой Субботы (начинающийся в Великую Пятницу или утром в Великую Субботу продолжается «до пения петухов» в воскресенье; в течение всей ночи совершается бдение, оканчивающееся чтением Священного Писания (ВЗ и НЗ), Крещением оглашенных и Евхаристией (V. 19) (сходное чинопоследование, предписанное к совершению в ночь с субботы на воскресенье (о Пасхе не сказано), описывается и в «Апостольском предании»).

В «Апостольских постановлениях» уже упоминается и ставшее общепринятым на Востоке обозначение дней Страстной седмицы как «великих» (VIII. 33). Параллель христианской Великой Субботы имеется в иудаизме, где субботу перед 14 нисана (иудейской Пасхой, выпадающей в разные годы на разные дни недели, называют «шаббат хагадол» (букв. Суббота великого). Неизвестно, существовала ли эта суббота уже в I–II вв. по Р. Х. (в иудейских источниках она упоминается только со средневековья; впрочем, ср. с Ин 19. 31). Вопрос о том, установлена ли Великая Суббота в Церкви под влиянием иудаизма или, наоборот, иудеи заимствовали «шаббат хагадол» у христиан, однозначно не решается (Hoffman. P. 15–35), однако, в любом случае и христианская, и иудейская Великая Суббота связана с центральным событием религиозного года, посвященного воспоминанию явленного Богом спасения. С IV в. Великая Суббота — общепринятое церковное обозначение субботы перед Пасхой, хотя в некоторых ранних текстах (напр., Мученичестве Поликарпа) этот термин еще не был настолько однозначен.

	Храм Гроба Господня

Великая Cуббота в богослужении Иерусалимской Церкви кон. IV–IX в. и формирование позднейшей православной традиции Сравнительно с др. местными традициями, которые плохо представлены в ранневизантийских источниках, сохранилось достаточно много данных по истории иерусалимского богослужения IV–IX вв. Сведения о раннем богослужении Святого Града, с одной стороны, позволяют представить себе (хотя и очень приблизительно, в силу различий между местными традициями) порядок служб в Великой субботы на Востоке вообще, с др.— Иерусалим с его святынями и особенно реликвиями Страстей Господа Иисуса Христа с IV в. был центром паломничества всего христианского мира, и его богослужение, в первую очередь страстное, имело широкое влияние.

	Фото - М. Левит

В «Паломничестве» Эгерии (посл. четв. IV в.) впервые описывается богослужение Великой Cубботы в иерусалимской традиции. В ночь на Великую Пятницу совершалось продолжительное бдение с шествиями по городу, день Великой пятницы также был заполнен торжественными службами. В связи с этим участие в богослужении в ночь на Великую субботу считалось необязательным. Тем не менее клирики и те, «кто помоложе», проводили и эту ночь в бдении с пением «гимнов и антифонов» (Eger. Itiner. 37. 9). Литургия в Великую Субботу утром не совершалась по причине строгого поста. 3-й и 6-й часы были по обычному чину, а вместо 9-го часа в главном храме города (Мартириуме, ныне (в перестроенном виде) храм Гроба Господня) начиналась подготовка к пасхальному бдению (38. 1). Пасхальное бдение, по словам Эгерии, совершалось так же, как и у нее на родине (т. е. в Галлии или Испании), и включало Крещение оглашенных. Единственное, по мнению Эгерии, отличие иерусалимской практики IV в. от латинской заключалось в том, что, совершив Крещение, епископ не возвращался с новокрещеными сразу в храм (Мартириум), но они направлялись в часовню Воскресения Христова (соответствует современной кувуклии Гроба Господня), где пелся гимн и епископ читал молитву о новокрещеных. После этого все возвращались в храм и там по окончании бдения совершалась Евхаристия, сразу после которой уже все верующие шли с пением гимнов к часовне Воскресения, здесь прочитывалось Евангелие о Воскресении Христовом и опять совершалась Евхаристия (38. 1–2).
Совершение 2 литургий (1-я завершала продолжительное пасхальное бдение и одновременно являлась крещальной, 2-я происходила непосредственно на месте Воскресения и предварялась только лишь кратким радостным последованием) подряд и одними и теми же людьми — явление крайне необычное.

	Гроб Господень. Храм Воскресения Христова в Иерусалиме

Согласно более поздним византийским памятникам, 2 литургии на Пасху по сути сохраняются, но пасхальное бдение перемещается на поздний вечер Великой Субботы, так что 1-я литургия совершается вечером в Великую Субботу (и понимается как собственно литургия Великой субботы), 2-я (как собственно пасхальная) — после пасхальной утрени, т. е. ночью или утром в день Пасхи.

В иерусалимском Лекционарии, сохранившемся в армянском и грузинском переводах (наиболее ранние рукописи отражают практику V и VII вв. соответственно), отражена дальнейшая традиция Святого Града.

Утреня— первая служба Великой Субботы, в армянском переводе Лекционария, строго говоря, не описана (возможно, в V в. она еще не совершалась), содержится лишь указание на чтение утром Великой Субботы в часовне Воскресения (кувуклии) Евангелия (Мф 27. 62–66), предваряемого прокимном из Пс 87 (Renoux. Lectionnaire arm?nien. Vol. 2. P. 294–295). По грузинскому переводу Лекционария, в Великую Субботу на утрене, после утреннего входа, пелся тропарь 6-го гласа «Господи, честна явися посреде людей» и следовали чтения: Прем 2. 12–23 (или Ис 53. 1–12), Ис 33. 2–10 (или 2–17), Мф 27. 62–66 с прокимном из Пс 15; в конце утрени — ипакои (тропарь) «Души царей оскорбиша» (Кекелидзе. Канонарь. С. 87–88; Tarchnischvili. Grand Lectionnaire. Vol. 1. N 704–707; Vol. 2. N 169–173).

Вечером, согласно армянскому переводу Лекционария, пасхальное бдение (т. е. вечерня и литургия Великой субботы) начиналось с обряда возжжения вечернего света (Эгерия, хотя и не упоминает в своем описании пасхального бдения этот обряд, отмечает, что оно совершалось так же, как и на Западе, т. е., видимо, содержало обряд благословения вечерней свечи) — древнего церковного обряда, связанного с вечерней службой (источники IX и последующих веков (напр., «Итинерарий» Бер-нарда Монаха (ок. 870), письмо Арефы, архиеп. Кесарии Каппадокийской, эмиру Дамаска (X в.), сообщение арабского историка Масуди (X в.), рассказ клирика Никиты (947), «История» Радульфа (1048), «Иерусалимская история: Деяния франков» Фульхерия Шартрского (1101), Житие и хожение Даниила, игумена земли русской (1106–1108) и др.— см. Bertoni?re. P. 40–45) сообщают не просто о благословении вечернего светильника, но о чуде схождения во время вечерни и литургии Великой субботы в храме Воскресения Христова благодатного огня, что ежегодно происходит и в настоящее время). Обряд совершался в часовне Воскресения и состоял из пения Пс 112 с припевом Пс 112. 2, возжжения епископом свечи (или 3) и возжжения диаконами свечей от свечи епископа, а народом — от свечей диаконов. Затем все возвращались в основной храм и совершалась вечерня с 12 ветхозаветными чтениями (прокимен из Пс 117 и чтения: Быт 1. 1–3. 24; Быт 22. 1–18; Исх 12. 1–24; Иона 1. 1–4. 11; Исх 14. 24–15. 21 (песнь Моисея поется с припевом Исх 15. 1); Ис 60. 1–13; Иов 38. 2–28; 4 Цар 2. 1–22; Иер 31. 31–34; Нав 1. 1–19; Иез 37. 1–14; Дан 3. 1–35a, 35b–51, 52–90 (песни вавилонских отроков и Азарии поются с небиблейскими припевами); после каждого чтения — молитва с коленопреклонением). Во время песни вавилонских отроков (Дан 3. 52–90) в храм входило «великое множество» новокрещеных вместе с епископом (очевидно, Крещение происходило во время чтений в баптистерии) и совершалась Божественная литургия (литургийные чтения: прокимен из Пс 64, 1 Кор 15. 1–11, аллилуиарий со стихом Пс 29. 2, Мф 28. 1–20), после отпуста которой в часовне Воскресения Христова читалось Евангелие о Воскресении Христовом (Ин 19. 38–20. 18 или 20. 1–18). 2-я литургия совершалась уже утром (Renoux. Lectionnaire arm?nien. Vol. 2. P. 296–311).

Самое раннее свидетельство о 12 чтениях на вечерне Великой Субботы встречается в сирийском Лекционарии (Brit. Lib. Add. 14528, V в.). Половина паремий совпадает с указанными в армянском переводе Лекционария (Дан 3. 23–4. 3; Иона (вся книга); 4 Цар 2. 1–15; Ис 60. 1–22; Быт 22. 1–19; Исх 12. 51–14. 26 — см.: Burkitt. The Early Sy-riac. 1923); литургийные чтения в сирийской рукописи совпадают с чтениями армянского перевода иерусалимского Лекционария (хотя длина перикоп меньше).

Согласно грузинскому переводу иерусалимского Лекционария, отражающему практику VII в., чин благословения вечернего светильника и пасхальное бдение предварялись троекратной процессией вокруг церкви с каждением: вечером в Великую субботу, после захода солнца, все собирались в храме, и двери затворялись. Епископ и 2 младших священнослужителя совершали каждение, обходя трижды вокруг храма (неясно, вокруг ли кувуклии, или как-то иначе). Перед 2-м обхождением епископ пел прокимен (Пс 11. 6 со стихом Пс 95. 1), перед 3-м — прокимен из Пс 112. В конце каждого обхождения бывали ектения и молитва; во время обхождений пелись псалмы (во время 1-го — Пс 64 или Пс 95, во время 2-го и 3-го — Пс 86, 95, 96, 97, 99, 112, 147, 149; единообразие рукописей в отношении 1-го обхождения, возможно, указывает на ее древность). По возвращении епископ давал пресвитерам и диаконам лобзание мира и благословлял свечу, от которой зажигали прочие свечи. Двери отверзались, и бдение продолжалось по чину вечерни: епископ запевал «Господи, воззвах» (указана и стихира: «Светися, светися, Иерусалиме»), далее следовали «Свете тихий» и вечерний вход. Торжественно исполнялся Пс 147. 1, после чего пели прокимен из Пс 81, епископ уходил крестить оглашенных, а в церкви читали 12 ветхозаветных чтений (те же, что и в армянском переводе Лекционария; порядок исполнения библейских песней не описывается). В конце каждого чтения — ектения и коленопреклонная молитва. После чтений новокрещеные возвращались в храм с пением «Елицы во Христа» (Гал 3. 27); Божественная литургия (по чину апостола Иакова — обычному иерусалимскому чину в древности) начиналась с пасхального тропаря «Христос воскресе из мертвых» (литургийные чтения те же, что и в армянском переводе Лекционария, но стихи аллилуиария — Пс 147. 2 или 101. 14; тропарь на умовение рук (особый элемент чина литургии ап. Иакова) «Воскресение Господне возвестил нам ангел», тропарь на Св. Дары (херувимская) и причастен — «Воскресый из мертвых»). По окончании литургии читали «по книге». 2-я (пасхальная) литур-гия совершалась после пасхальной утрени, на которую, в частности, перенесено чтение Евангелия (Ин 20. 1–18) (Кекелидзе. Канонарь. С. 88–94; Tarchnischvili. Grand Lectionnaire. Vol. 1. N 708–740).

Грузинский Иадгари (гимнографическое приложение к Лекционарию, отражающее литургическую практику Иерусалима VII–IX вв.; среди последних находок на Синае обнаружены греч. оригиналы Иадгари) — еще один важный источник по истории иерусалимского богослужения. В рукописях Иадгари для утрени Великой субботы приведены несколько припевов к непорочным (Пс 118), четверопеснец (к которому прибавлены трипеснец в 7–9 и двупеснец в 7 и 9 песнях), стихиры на хвалитех (нач. 1-й: «Прииди, Иосиф»), тропарь по входе (нач.: «Господи, тайно записался в ученики Твои Никодим»), прокимен из Пс 15 и Евангелие, ипакои; для вечерни — стихиры на «Господи, воззвах» (нач. 1-й: «Светися, светися, Иерусалиме»), «Свете тихий», 3 прокимна (из Пс 33, 112, 81, с тропарем «Хвали, Иерусалиме» после 2-го), паремии; для литургии — тропарь «Христос воскресе из мертвых», прокимен из Пс 64, аллилуиарий (со стихом Пс 101. 14), тропарь на умовение рук (нач.: «Воскресение Господне нам возвестил ангел»; в некоторых ркп. встречаются и др.), 3 небиблейских причастна.

Т. о., с конца IV в. и до VII в. богослужение Великой Субботы в Иерусалиме образовывало стабильную, но постепенно развивавшуюся структуру, состоявшую из следующих элементов: ночная служба или утреня, оканчивавшаяся чтениями (согласно памятникам VII в., имевшая вход); несколько дневных часов, совершаемых по обычному чину; пасхальное бдение или вечерня Великой субботы, включавшая в свой состав обряд благословения вечернего света, вход и более 10 ветхозаветных чтений (во время которых происходило Крещение оглашенных), после которых новокрещеные входили в храм; и, начиная с новозаветных чтений, совершалась Божественная литургия. После литургии служба имела некоторое продолжение (в памятниках IV–V вв.— евангельское чтение и 2-ю литургию; в памятниках VII в.— чтение «по книге», 2-я литургия совершалась уже после утрени), относившееся уже к богослужению 1-го дня Пасхи. В целом такой же порядок служб (хотя и с отличиями в деталях) стал общепринятым в правосл. Церкви и предписывается в т. ч. и принятыми ныне в правосл. Церкви богослужебными книгами (на практике в наст. время вечерня и литургия Великой Субботы обычно совершаются не вечером, а в 1-й половине дня; чтение же «по книге» из Деяний св. апостолов, хотя, согласно Типикону, и должно происходить сразу после литургии В. с., от нее отделяется и бывает поздно вечером).

Великая Суббота в соборном богослужении Константинополя IX–XII вв. Древнейшее известное подробное описание богослужения Великой Субботы в константинопольской Св. Софии содержится в Типиконе Великой ц. (IX–X вв.), описание которого можно дополнить, пользуясь др. константинопольскими источниками того времени. Утреня совершалась по обычному порядку (см. ст. Песненное последование), начинаясь с антифонов в нартексе и входа в храм с пением песни вавилонских отроков; в храме к Пс 50 припевали тропарь «тяжелого» (7-го) гласа: (Гроб Твой охраняли воины, ангелы же, воспевая Тебя, Христе Боже, глаголали: Господи, слава Тебе). После великого славословия совершался вход Патриарха и священнослужителей в алтарь, певцы на амвоне пели тропарь 2-го гласа: (Содержай концы, гробомъ содержатися изволилъ еси), и следовали чтения: прокимен из Пс 43, паремия (Иез 37. 1–14), 2-й прокимен из Пс 9, Апостол (1 Кор 5. 6–8 + Гал 3. 13–14), аллилуиарий со стихами Пс 67. 2–4, Евангелие (Мф 27. 62–66). Утреня заканчивалась, как обычно, сугубой и просительной ектениями.

Сразу после отпуста Патриарх совершал в малом баптистерии таинство Крещения. Двукратное Крещение в Великую Субботу (после утрени и во время вечерни) — одна из особенностей Типикона Великой ц. Возможно, оно связано с большим числом крещаемых — Патриарх не успевал покрестить всех во время вечерни, но древняя традиция требовала совершить литургию Великой Субботы как крещальную, поэтому Крещение начиналось заранее, после утрени, а во время вечерни заканчивалось.

Около полудня в Св. Софию прибывали император и Патриарх. Император облачал св. престол в новую индитию и поставлял на него и на его ступень 2 мешка с золотыми монетами — это было ежегодным довольствием для храма и клира Св. Софии, после чего совершал каждение сначала в храме, затем — в ске-вофилакионе. По возвращении в храм император раздавал поощрение клирикам; наконец, они с Патриархом лобызали друг друга, и Патриарх преподавал императору благословение (Const. Porphyr. De ceremoniis. I. 44; см.: Дмитриевский. Древнейшие Патриаршие Типиконы. С. 144, 158–160).
Пасхальное бдение, как и в Иерусалиме, представляло собой вечерню с большим числом паремий (всего 15), во время которых Патриарх крестил оглашенных и после которых совершалась Божественная литургия. Вечерня, как и в др. дни, начиналась с антифонов в нартексе и входа в храм (известны слова входных тропарей: «Живоносное Твое восстание славим», «Спасительное Твое восстание славим» — Мансветов. С. 244–246; Bertoni?re. P. 124). После «Господи, воззвах» был вход в алтарь и начинались чтения: прокимен из Пс 65, паремии Быт 1. 1–5 и Ис 60. Во время 2-й паремии Патриарх, оставив вместо себя на горнем месте Евангелие, уходил в большой баптистерий, а чтение паремий продолжалось. Патриарх переоблачался в белый стихарь и белую обувь; Крещение начиналось сразу с каждения купелей (по одной для мужчин и для женщин) и освящения воды (все подготовительные чины были совершены заранее, в течение Великого поста и Страстной седмицы), и завершалось собственно погружением в воду, Миропомазание происходило уже в храме. В имеющихся источниках полностью совпадают данные только относительно первых 7 паремий (Быт 1. 1–5; Ис 60. 1–16; Исх 12. 1–11; Иона 1. 1–4. 11; Нав 5. 10–15; Исх 13. 20–15. 19; Соф 3. 8–15; с прокимном из Пс 26 после 3-й паремии и пением в составе 6-й паремии песни Моисея с припевом Исх 15. 1b и славословием в конце). Если Патриарх и новокрещеные медлили в баптистерии, читались паремии с 8-й по 14-ю (1 Цар 17. 8–24; Ис 61. 10–62. 5; Быт 22. 1–18; Ис 61. 1–10; 2 Цар 4. 8–37; Ис 63. 11–64. 4; Иер 31. 31–34; с прокимном из Пс 92 после 10-й), в противном случае эти паремии отменялись. Последняя, 15-я, паремия (Дан 3. 1–88 (LXX)) никогда не отменялась, а входившая в ее состав песнь вавилонских отроков исполнялась нараспев с припевом Дан 3. 57b и служила знаком для переоблачения священнослужителей в белые ризы. Патриарх и новокрещеные прибывали ко входу в храм (точнее, в часовню св. ап. Петра) и начинали петь «Елицы во Христа» (Гал 3. 27), во время чего Патриарх совершал Миропомазание. Затем Патриарх и новокрещеные входили в храм, при этом пелся Пс 31. Патриарх и сослужащие входили в алтарь, и совершалась Божественная литургия сразу с «Елицы во Христа» (вместо Трисвятого); прокимен не пелся, Апостол — Рим 6. 3–11, вместо аллилуиария — Пс 81 со стихами, Евангелие — Мф 28. 1–20, пелась обычная херувимская (т. о., в IX в. в к-польском последовании В. с. еще не было заимствования из литургии ап. Иакова —херувимской «Да молчит всякая плоть»), причастен — Пс 77. 65 (Mateos. Typicon. Vol. 2. P. 82–91; см. также: Bertonire. P. 124–126; Дмитриевский. Древнейшие Патриаршие Типиконы. С. 160–164; Крещальная литургия. С. 109–126).

М. С. Желтов, А. А. Ткаченко