Визит Святейшего Патриарха Алексия во Францию (комментарий в зеркале СМИ)

В преддверии визита во Францию Предстоятель Русской Православной Церкви ответил на вопросы корреспондентов французского журнала «La Vie» и агентства ИТАР-ТАСС.

Интервью Святейшего Патриарха Алексия французскому журналу «Ля Ви» («La Vie», Франция, 26 сентября 2007 года)

— Ваше Святейшество, каково для Вас значение визита во Францию?

— В качестве Патриарха Московского я приезжаю во Францию впервые. Однако мне уже неоднократно приходилось бывать здесь, о чем я всегда вспоминаю с большой теплотой. Хорошо помню свой первый приезд в Париж в 1962 году для участия в заседании Центрального комитета Всемирного Совета Церквей. На протяжении веков между Францией и Россией сложились тесные отношения, которые были источником взаимообогащения наших культур. Я очень признателен Франции, что она после Октябрьского переворота 1917 года гостеприимно приняла под свой кров значительное число эмигрантов из России. Франция дала миру таких замечательных христианских мыслителей, таких, как Паскаль и Боссюэ, а ближе к нашему времени — Ива Конгара, Анри де Любака и Жака Маритена. Не могу не упомянуть кардинала Роже Эчегарая, с которым уже много лет меня связывают личные дружеские отношения.

— Чего Вы ожидаете от этого визита?

— Посещение Франции предоставит мне возможность встретиться с паствой Русской Церкви: потомками первых эмигрантов, людьми, приехавшими во Францию в последние годы, и теми французами, которые, стали православными благодаря русским эмигрантам. Православные, прибывшие во Францию из разных стран, создали церковные структуры, находящиеся в ведении различных Поместных Церквей, а не только Московского Патриархата. Надеюсь, что непосредственное общение с их представителями послужит дальнейшему укреплению общего свидетельства и православного единства. В Страсбурге я выступлю перед Парламентской ассамблеей Совета Европы. У нас, воспитанных в лоне православной христианской традиции, есть свой взгляд на многие проблемы современности, и без его учета трудно говорить о созидании действительно общеевропейского сотрудничества. Я также намерен встретиться с верующими Католической Церкви, в частности, с кардиналом Жан-Пьером Рикаром и архиепископом Парижским Андре Вэн-Труа, которые меня пригласили в Вашу столицу и которых я за это благодарю.

— Каково нынешнее положение вашей Церкви?

— Наверное, западному человеку трудно в полной мере представить то, через что мы прошли. Русская Православная Церковь претерпела беспрецедентные гонения со стороны государства, исповедовавшего воинствующий атеизм. Приведу всего лишь один пример: по замыслу властей, одна из пятилеток, завершавшаяся в 1937 году, должна была привести к тому, чтобы имя Божие более не произносилось на территории СССР. Наша страна увидела больше мучеников и исповедников, чем первые века христианства!

Повсеместно храмы восстанавливаются или строятся заново. Все больше и больше людей принимают участие в возрождении церковной жизни. Постепенно возвращаются и дореволюционные традиции благотворительности. Поражает следующее: строится храм и туда назначается священник. Спустя полгода просят второго священника, затем третьего. То есть инициатива действительно исходит снизу. Слава Богу, у нас нет недостатка в призваниях. Раньше над нами насмехались, говоря: «Кто ходит в ваши храмы? Бабушки!» Но сегодня на богослужениях присутствует много молодежи, и это несмотря на непростые условия — порой приходится стоять в тесноте толпы в течение нескольких часов.

За 20 прошедших лет число приходов увеличилось в четыре раза. Но мы стремимся воссоздавать не только стены храмов, но и человеческие души. Это происходит, в том числе благодаря социальной деятельности, которая была невозможной в советское время. Сегодня мы присутствуем в больницах, в домах престарелых, в тюрьмах, в школах. Мы особенно заботимся о воспитании молодежи. Недавно я открыл недалеко от Москвы молодежный центр на 500 человек.

— Какие уроки Вы извлекаете из недавней истории вашей Церкви?

— Русская Православная Церковь считает своим долгом поделиться со всем миром своим исповедническим опытом. 30 лет назад возрождение церковной жизни нельзя себе было и представить. Возвращение тысяч верующих ко Христу в постсоветских странах обновляет надежду на будущее христианства во всем мире. Благодаря своему положению между Европой и Азией Русская Церковь призвана стать мостом между Западом и Востоком. История русского Православия тесно связана с историей как европейских, так и восточных и азиатских стран.

— В прессе много говорится о возможности визита Папы в Москву. Что Вы можете об этом сказать?

— Вопрос о визите Папы в настоящее время не стоит на повестке дня. Вместе с тем принципиальная возможность личной встречи с Папой Римским нами никогда не отвергалась, даже в самые непростые периоды наших взаимоотношений.

Мы всегда считали, что встреча Предстоятелей двух крупнейших христианских Церквей должна стать результатом реального улучшения православно-католических отношений, а не протокольным мероприятием, «информационным поводом» для мировых СМИ.

— Каково Ваше видение этих отношений?

— Убежден, что сегодня первоочередная задача наших Церквей — это утверждение евангельских ценностей и христианского образа жизни. Основанием для нашего свидетельства служит близость позиций Русской Православной и Римско-Католической Церквей по многим актуальным проблемам современности. Очевидно, что такие тенденции современного мира, как агрессивный секуляризм, религиозный релятивизм, вытеснение религии на обочину общественной жизни, пропаганда культуры потребления, ревизия нравственных норм, требуют совместного христианского ответа, который могут и должны дать православные и католики. Будучи приверженцами традиционного взгляда на ценности христианства, мы должны выступить в защиту семьи и вновь предостеречь общество о губительности пропагандируемой ныне греховной «культуры смерти» — абортов, эвтаназии, а также «однополых союзов». В практическом плане у Русской Православной и Римско-Католической Церквей уже имеется положительный опыт взаимодействия в деле защиты и проповеди христианских ценностей на международной арене — на уровне представительств при европейских институтах в Брюсселе и Страсбурге, а также при ООН, где мы представляем христианский взгляд на проблемы общественного устройства, прав человека и достоинства личности.

— Французы порой удивляются очень тесным связям, существующим между вашей Церковью и русской нацией. Позиция Русской Церкви в отношении национализма представляется им двойственной. Что Вы им ответите?

— Хочу прежде всего напомнить, что Церковь у нас отделена от государства, государство не вмешивается во внутренние дела Церкви, и Церковь не вмешивается в политическую жизнь. Тем не менее, мы можем иметь общие задачи, которые касаются нравственного здоровья общества. Например, мы сотрудничаем с целью поддержания мира между нациями и между религиями, преодоления болезней нынешнего века — таких, как наркомания или алкоголизм. Мы также сотрудничаем с государством в сохранении памятников архитектуры, что Церковь не всегда может обеспечить.

— Обязательно ли идентичность России находится в Православии?

— Согласно опросам, 80 % русского населения отождествляет себя с Православием. У нас также есть миллионы мусульман, иудеев, буддистов, у которых есть свое место в стране. Несколько лет назад был создан Межрелигиозный совет, в рамках которого представители разных религий встречаются и обсуждают современные проблемы.

— Считаете ли Вы, что Запад по-настоящему понимает Россию?

— Не думаю, что мы должны сейчас оценивать уровень нашего понимания друг друга. Ясно одно: сегодня такое взаимопонимание является жизненной необходимостью, залогом гармоничного развития Европы и всего остального мира. Как говорил Блез Паскаль, «чтобы познавать, надо любить». Надеюсь, что именно так — в духе любви и мира — мы будем стараться понять и принять друг друга. Другого пути у нас нет.

Думаю, что следование по этому пути также покажет открытость Русской Православной Церкви и нашу готовность совместно с христианами Запада свидетельствовать о непреходящих евангельских ценностях перед современным миром.

— Каким Вы себе представляете будущее христианского Запада?

— Думаю, что мы с Вами являемся свидетелями того, как уходит в прошлое эпоха затяжного духовного кризиса, поразившего как христианский Запад, так и посткоммунистический Восток. Опыт показал, что без опоры на традиционные нравственные ценности ничто не может гарантировать миру уверенности в завтрашнем дне. Другой важный вывод, который можно сделать, — это то, что ничто не может заглушить в человеке его духовного начала.

Будущее христианства на Западе, да и вообще в мире, в огромной степени зависит от того, насколько современные последователи Христовы будут готовы отстаивать Истину, хранить неповрежденным залог веры, переданный нам ушедшими поколениями.

Останется ли верность Христу, ревностное соблюдение заповедей Божиих основой жизненного выбора нынешних христиан? Будет ли чувство ответственности перед Вечностью мерилом всех наших поступков? Будем ли мы стойкими перед лицом искушений и соблазнов мира сего, откуда бы они ни исходили? Ответ, который каждый христианин даст на эти вопросы, и определит будущее христианской цивилизации.

Служба коммуникации ОВЦС/Седмица.Ru

* * *

Интервью Святейшего Патриарха Алексия агентству ИТАР-ТАСС

— Эта поездка — первый визит Предстоятеля Русской Православной Церкви во Францию. На 2 октября намечено Ваше выступление в Страсбурге на сессии ПАСЕ по приглашению ее председателя. Известно, что по инициативе России осеннее заседание ПАСЕ будет посвящено теме развития межконфессионального и межкультурного диалога в современной Европе. Какие проблемы Вы намерены затронуть в своем выступлении?

— Действительно, я впервые посещаю Францию в качестве Предстоятеля Русской Православной Церкви. Перед посещением Парижа запланировано выступление на сессии Парламентской ассамблеи Совета Европы. На мой взгляд, СЕ как весьма представительная организация, объединяющая Восток и Запад континента, является удобной платформой для продвижения межрелигиозного и межкультурного диалога в современной Европе. Важнейшей темой сегодняшнего дня становится понимание человеческой личности и ее судеб в современном мире. Вокруг вопросов антропологии возникает реальное напряжение, связанное с различиями, присущими религиозным традициям и светскому гуманизму. Человек, его свобода и ответственность давно стали объектом пристального изучения различных философских и религиозных школ. Теперь настало время применить накопленные знания и опыт для усовершенствования тех правовых и политических механизмов, которые имеют дело с правами и обязанностями личности. При этом важно помнить о взаимосвязи прав человека и прав общин, в том числе религиозных. Эти права не должны мешать друг другу. Вспомним и о том, что общество, где соблюдаются права и свободы, но забыты нравственность, ответственность, воспитание, — обречено на саморазрушение, о чем многократно свидетельствовала история. Свобода и моральная ответственность — вот те два основания, на которых должно быть построено здание современной единой Европы.

— Как Вы оцениваете последние статистические данные о том, что Европа переживает бум продаж католических и протестантских храмов из-за уменьшения числа прихожан? Каковы, на Ваш взгляд, причины этого явления?

— Подобная ситуация, на мой взгляд, связана с серьезным кризисом идентичности, который переживает в наше время Западная Европа. Стремление превратить светскость в новую квази-религию, попытка вытеснить религию на обочину общественной жизни неизбежно влекут за собой отрыв от исторической традиции и разрушение нравственных основ во всех сферах жизни. Прямым следствием этих опасных процессов является ухудшение демографической ситуации и углубляющийся культурный разрыв между поколениями. Естественно, что создавшийся вакуум заполняется мигрантами из других регионов мира, многие из которых придерживаются ясных нравственных ориентиров в своей общественной деятельности и семейной жизни. Это позволяет им успешно конкурировать с коренными жителями континента.

Считаю, что подлинное многообразие, исключающее идеологический диктат радикальной светскости, возможно лишь при гармоничном сосуществовании различных духовных и философских традиций во всех сферах жизни общества. Такая гармония достижима лишь при условии преодоления религиозного невежества, воспитания уважения к христианским традиции и культуре, заложившим духовные основы европейской цивилизации. Семья, школа и духовно-нравственное состояние общества вновь должны стать очевидными приоритетами для большинства европейцев. Тогда и храмы продавать более не потребуется.

— После Страсбурга Вы отправляетесь в Париж. Этот город, как и многие города Франции, занимает особое место в сердце русского человека. Здесь нашли приют после революции тысячи наших соотечественников, обогатившие культурную, научную и общественную жизнь этой страны. Будете ли Вы встречаться с представителями русской эмиграции? Планируется ли посещение кладбища Сент Женевьев-де-Буа, где находятся могилы наших сограждан?

— Вы правы, Париж для русского человека всегда был и остается особым местом. Мне приходилось встречаться с представителями первой волны эмиграции, которые нашли приют в этом прекрасном городе. С того времени прошло уже много лет, и многих из тех, с кем мне тогда довелось общаться, уже нет с нами. Многие из них покоятся на кладбище Сент Женевьев-де-Буа. Намерен посетить это знаменитое кладбище и отслужить там заупокойную литию по тем русским православным людям, которые обрели на нем свое последнее земное пристанище. Однако кроме первой волны эмиграции были и вторая, и третья. Наконец, многие тысячи православных людей недавно приехали работать и учиться во Францию из России и других стран СНГ. Поэтому одной из целей моего визита во Францию является встреча с прихожанами наших храмов в Париже и Страсбурге, среди которых, кстати, есть и коренные французы.

— В начале ХХ века Франция и другие страны мира познакомились с нашим искусством благодаря «Русским сезонам» Дягилева, что, очевидно, позже помогло лучше адаптироваться за рубежом русским эмигрантам, которых встречали как представителей высокой культуры. В начале ХХI века в связи с Вашим визитом французы имеют возможность ближе узнать красоту Православия. Предполагается Патриаршее богослужение в русском храме, выступления хора московского Сретенского монастыря, который завершает в Париже кругосветные гастроли, посвященные торжествам в связи с воссоединением Русской Церкви. Способна ли сейчас культура влиять на души людей? Какое, по Вашему мнению, лучшее средство для налаживания взаимопонимания людей разных культурных и религиозных традиций? Каковы планы по обучению в духовных христианских учебных заведениях за рубежом студентов из России и, соответственно, учебе иностранных граждан у нас?

— Необходимо помнить, что изначально духовный и культурный мир современной Европы складывался в рамках единой христианской цивилизации. Поэтому в основе взаимопонимания и культурного сотрудничества народов на европейском пространстве неизгладимо присутствует общее христианское наследие. Возродить его, сделать живым и близким современному человеку - вот основная задача христианской культуры. С другой стороны, христианское культурное возрождение укрепляет почву для диалога и взаимодействия разных культурных и религиозных традиций. В рамках такого взаимодействия уже сейчас происходит культурный обмен между Россией и Западной Европой. Например, регулярно осуществляется обмен студентами с иностранными вузами. Отмечу, что такой обмен давно налажен в учебных заведениях Московского Патриархата. Например, в Московских Духовных школах учатся студенты из Германии, Франции, Болгарии, Сербии, Боснии и Герцеговины, Хорватии, США и Китая. А наши студенты учатся в Греции, Франции, Швейцарии, Германии, США, Италии.