Радуйся, Владычице, иконою Твоею Донскою нам помогающая! (комментарий в свете веры)

	Донская икона Пресвятой Богородицы. Феофан Грек, XIVв.

В 2007 г. 1 сентября - праздник в честь Донского образа Пресвятой Богородицы - открывает торжества по случаю 860-летия Первопрестольного града Москвы.

В этот день Святейший Патриарх Московский и всея Руси Алексий II совершил Божественную литургию на специально оборудованной площадке на паперти Большого собора московского Донского монастыря.

Его Святейшеству сослужили архиепископ Истринский Арсений и епископ Красногорский Савва.

По окончании литургии Предстоятель Русской Церкви обратился к присутствующим с Первосвятительским словом.

По традиции, по случаю праздника из Государственной Третьяковской галереи в монастырь была доставлена чудотворная Донская икона Пресвятой Богородицы.

(Пресс-служба Московской Патриархии/ Седмица.Ru)

* * *

	Донская икона Божией Матери. Список XV в.

Л. А. Щенникова

Донская икона Божией Матери

(По материалам XV т. «Православной энциклопедии»; готовится к печати)

Празднование 19 августа/ 1 сентября.

Чудотворный образ XIV в. Почиталась в Благовещенском соборе Московского Кремля. После раскрытия из-под записей Г. О. Чириковым в 1914–1919 гг. поступила в ГИМ; с 1930 г. хранится в ГТГ (инв. 14244). Икона 2-сторонняя (размер 8668 см): на лицевой стороне – образ Богоматери с Младенцем, на обороте – Успение Пресвятой Богородицы. В нижней части иконной доски находится углубление для святых мощей, закрытое воском после реставрации.

Иконография, художественный образ, происхождение

Донская икона – один из вариантов иконографического типа «Умиление», представляет поясное изображение Богоматери с Младенцем Христом, сидящим на Ее правой руке. Особенность извода Донской иконы – согнутые в коленях обнаженные ножки Младенца, поставленные на запястье левой руки Богоматери. Левой рукой Она касается спадающих складок одежды Сына. Христос правой рукой двуперстно благословляет, в левой руке, опущенной на колено и прикрытой гиматием, держит свернутый синий свиток. Мафорий Богоматери коричневый с золотыми каймой и бахромой, чепец и зарукавья хитона ярко-синие. Охряные хитон и гиматий Младенца покрыты густым золотым ассистом, на левом плече – широкая синяя полоса клава. Нимбы и фон изначально были золотые.

Близкие к Донской иконе варианты «Умиления» встречаются в византийском искусстве. Ее возможный прототип – мозаичный образ Богоматери в кафоликоне монастыря Хора (Кахре-джами) в Константинополе, около 1316–1321 гг. (Гусева. 1991. С. 420–421; eadem. 1996. P. 103–108; она же. 2005. С. 277–278. Примеч. 50–53).

До 80-х гг. XX в. Донскую икону атрибутировали как работу Феофана Грека на основании стилистического сходства с образом Богородицы из Деисусного чина Благовещенского собора (Грабарь. 1922. С. 3–20. Переизд.: 1966. С. 93, 95), который также приписывался Феофану Греку согласно летописной записи 1405 г. о «подписи церкви Благовещения Феофаном Греком, старцем Прохором с Городца и чернецом Андреем Рублевым». В. И. Антонова выдвинула гипотезу о связи Донской иконы с фресками Феофана Грека в Успенском соборе Коломны (Антонова. 1958. С. 10–22) и датировала ее годом их создания (1392), а перенесение Донской иконы из Коломны в Москву – 1591 г. По мнению И. А. Кочеткова, Донская икона является копией, выполненной Феофаном Греком для Благовещенского собора Московского Кремля в 90-х гг. XIV в., с некой несохранившейся иконы из Успенского собора Коломны (Кочетков. 1984. С. 36–45). В 80-х гг. XX в. атрибуция Донской иконы и Деисуса Благовещенского собора Феофану Греку была подвергнута сомнению из-за данных исторических источников о том, что после опустошительного пожара 1547 г. в Благовещенский собор привезены древние иконы из др. городов (Щенникова. 2004), а Донская икона появилась в нем между 1552 и 1563 гг. (Она же. 1984. С. 321–338). Однако особенности иконографии и стилистики, высокое художественное качество Донской иконы по-прежнему позволяют датировать памятник 80–90-ми гг. XIV в. и связывать его с благовещенским Деисусом, автора которого отождествляют с Феофаном Греком или с неким мастером его круга (ГТГ: Кат. собр. М., 1995. Т. 1. Кат. № 61. С. 141–145; Царский храм. 2003. С. 80–83). Вероятно, икона была написана для Успенского собора Коломны по заказу великой княгини Евдокии – супруги великого князя Димитрия Иоанновича (около 1353–1407) – на молитвенную память о нем и воинах, погибших в битве на Дону в 1380 г. (Щенникова. 2007. С. 219–223).

	Донская икона Пресвятой Богородицы

Почитание Донской иконы

Почитание Донской иконы сложилось вскоре после создания, что доказывает наличие ее ранних уменьшенных списков, однако ее первоначальное название неизвестно. 1-е упоминание об этой иконе встречается в летописях сер.– 2-й пол. XVI в. В царствование Иоанна IV великий князь Димитрий Иоаннович стал именоваться Донским (Хорошкевич. 1980. С. 101–102), так же стали называться и заложенная им перед Куликовской битвой церковь Успения в Коломне (1379–1382) (ПКМГ. 1872. Ч. 1. С. 293–294, 300–301), и хранившаяся в ней древняя чтимая икона Богоматери. Накануне выступления против Казанского ханства (1552) Иоанн IV молился в Успенском соборе Коломны перед образом «пречистые, иже на Дону была с преславным великим князем Дмитрием Ивановичем» (ПСРЛ. Т. 29. С. 85). Победа способствовала прославлению иконы, получившей статус государственной святыни, перенесенной в придворный Благовещенский собор Московского Кремля. В Ливонской войне Донская икона также была заступницей и покровительницей православных воинов. В Полоцкий поход 1563 г. Иоанн IV взял с собой «непобедимую воеводу чюдотворную икону Пречистые Богородици, сиречь Донскую, преже того стояла в соборном храме Успения Пречистые на Коломне» (Там же. Т. 13. С. 347). В 1591 г. царь Феодор Иоаннович молился в походной церкви перед Донской иконой о спасении Москвы от нашествия хана Казы-Гирея (Там же. Т. 14. С. 12). В 1591 г. в память о чудесном заступничестве Богоматери на месте походной церкви был основан Донской в честь иконы Божией Матери московский моастырь. Для него сделали список чудотворной иконы – «подобие пречюдные иконы Пречистые Богородицы Донския» (Там же. С. 15).

В XVII в. Донская икона оставалась особо чтимой святыней, к ней, как к главной заступнице от «неверных», обращались при возникновении опасности вражеского нашествия. В 1646 г., во время нападения крымских татар на южнорусские земли (Украину), царь Алексей Михайлович, подобно Феодору Иоанновичу, молился перед Донской иконой, и нападение «агарян» было отбито. В честь этого события были совершены праздничные службы и крестные ходы с чудотворной Донской иконой в Донской монастырь (Выходы государей. 1844. С. 134; Забелин. 1893. С. 8–12), а в 1649–1660 гг. установлены ежегодные крестные ходы в день празднования Донской иконе. Во время больших крестных ходов Донскую икону выносили вместе с чудотворной Владимирской иконой Божией Матери.

В период войн с Турцией в XVII в. (Чигиринские походы (1677–1678) и Крымские походы князя В. В. Голицына (1687 и 1689)) почитание Донской иконы усилилось. В 1692 г. архимандрит Донского монастыря Антоний написал предисловие к вкладной книге монастыря «Слово известное всем благочестивым христианам» (ГИМ. ОР. Дон. 18), в котором, основываясь на сведениях «Повести о честнем житии царя и великаго князя Феодора Ивановича» (ПСРЛ. 1965. Т. 14. С. 15), подробно изложил историю чудесного избавления Москвы от Казы-Гирея, а также дополнил рассказ о победе на Куликовом поле актуальным для XVII в. вымышленным эпизодом о донских казаках, пришедших на помощь православному воинству и принесших в дар икону Донской Божией Матери. Автор «Повести от древних летописных историй о чюдотворном образе Пресвятыя Богородицы, нарицаемыя Донскиа, откуда и коих лет прославися и како зде во граде Коломне обретеся» (БАН ОР. 12.2.23. Л. 80–82 об.; ркп. 2-й пол. XVII в.), созданной, вероятно, в Коломне, описывал, как перед Куликовской битвой великий князь Димитрий слышал «близ града Коломны» «глас», предрекший ему заступничество Богоматери, а на Дону к нему присоединились казаки, преподнесшие икону Божией Матери, поставленную им после победы в кремлевском храме Благовещения. «Познав силу» слышанного «гласа», великий князь «повеле иконописцу образ Пресвятые Богородицы Донския преписати противу того новый и послати в град Коломну и в церкви соборной поставити». Эта часть рассказа основана на исторических фактах, относящихся не к XIV, а к XVI в.: после перенесения иконы в Москву Иоанном IV в Успенском соборе Коломны действительно остался ее список, отмеченный в писцовой книге города 1577–1578 гг. (ПКМГ. Ч. 1. С. 59). Об этом же сообщает предание, записанное Н. Иванчиным-Писаревым в 1-й пол. XIX в. в Коломне: «Иоанн… видел горесть жителей, молившихся ей [Донской иконе] почти 2 века, и дозволил им снять с нее вернейшие списки: один для сего храма [Успенского собора], и другой для крепостных Спасских ворот, через которые она была вынесена из города» (Иванчин-Писарев. 1843. С. 142).

С воцарением Петра I обороне южных границ России стало придаваться большее значение; почитание Донской иконы вновь возросло. С ее заступничеством связывали взятие Азова в 1696 г. В кон. XVII – нач. XVIII в. было составлено несколько слов и поучений на празднование чудотворной Донской иконе, самые известные из которых – «Поучение» святителя Димитрия Ростовского и «Слово» Стефана (Яворского), написанное по случаю взятия Нарвы Петром I в 1704 г. (РГБ. Тихонр. № 207. Л. 159–177, XVIII в.); появились повести, близкие по содержанию к «Слову» архимандрита Антония. В одной из них (написана на бумаге XIX в.) излагается версия о принесении иконы в Благовещенский собор великим князем Димитрием Иоанновичем непосредственно «из Дону» (РГАДА. Ф. 181. Оп. 4. Д. 327, 707. Л. 5). Сказание о Донской иконе в традиционном варианте XVII в. включено в рукописный сборник, составленный сторожем Благовещенского собора Симеоном Моховиковым в 1715–1716 гг., где помещена также гравюра Г. П. Тепчегорского.

До настоящего времени дошло несколько ранних списков Донской иконы (Памятник, овеянный славой Куликовской битвы / Текст Н. Б. Салько. Л., 1978. Илл. VI–X; Гусева. 1984. С. 46–50). Древнейший из них, близко повторяющий оригинал и датируемый конца XIV в., в серебряном золоченом окладе был вложен в Троице-Сергиев монастырь, возможно, князем Владимиром Андреевичем Храбрым (ГТГ: Кат. собр. М., 1995. Т. 1. Кат. № 65. С. 151). Икона неизвестного происхождения московского письма начала XV в. (ГТГ; Byzantium: Faith and Power. 1261–1557 / Ed.: H. C. Evans. N.-Y., 2004. Cat. 88. P. 166). Список 2-й пол. XVI в., созданный для Успенского собора Коломны, был на «беле» (светлом фоне), оклад на эту икону сделан при Коломенском епископе Давиде (1571–1580). В XIX в. почитались чудотворными следующие списки: сохранившаяся и ныне почитаемая Донская икона (в размер оригинала) 1591–1598 гг. в Донском монастыре в Москве; икона 1668 г. письма Симона Ушакова из Малого собора Донского монастыря, с летописью (ГТГ; Антонова, Мнёва. Каталог. Т. 2. Кат. № 913. С. 413); икона в Стародубе; образ в скиту св. Иоанна Предтечи при Молченской Софрониевой пустыни; икона в приходском храме (бывшей Паройской пустыни) Липецка Тамбовской епархии (Сказания о земной жизни Пресвятой Богородицы. М., 1904. С. 284).

	Донская икона Божией Матери. Список XVI в.

Драгоценный убор Донской иконы

Драгоценный убор Донской иконы выделялся среди икон Благовещенского собора исторической и художественной ценностью, редкими по размеру и качеству самоцветами и жемчугом. В описи 1680 г. перечисление его частей и приклада занимает несколько листов (Переписная книга Московского Благовещенского собора. 1873. С. 4–5). Золотой чеканный оклад XVII в. был изготовлен согласно традициям XV–XVI вв. Он включал венцы с жемчужной обнизью, украшенные изумрудами, сапфирами, альмандинами и крупными жемчужинами на «спнях» (стержнях); подвешенные к венцу «рясы» на 8 нитях из кафимского жемчуга; 2 золотые звезды с крупными драгоценными камнями и жемчугом на золотых резных «оплечках»; сапфировые серьги. На полях оклада размещались золотые пластины («плащи») с выполненными чернью изображениями 12 Господских и Богородичных праздников, перемежающиеся крупными самоцветами. Кроме того, к образу были приложены 2 жемчужных убруса (очелья), 2 золотые цаты (вязаная и сканая) и 2 «ожерелья» (ворота) (все с драгоценными камнями и жемчугом). Приклад иконы представлял собой сокровищницу древних святынь. К серебряной вызолоченной гладкой «доске», украшенной «яхонтом лазоревым да изумрудом» и обнизанной по краям жемчугом, служащей своеобразной драгоценной ризой Богоматери и Младенца Христа, были прикреплены 5 золотых наперсных крестов с камнями и жемчугом, 13 панагий. Одна из панагий содержала «часть Животворящего Древа Господня», другие кресты и панагии – святые мощи. Не имевшее аналогов обилие мощевиков было связано «с памятью о царских сродниках» (Стерлигова. 2003. С. 66–68; она же. 2006. С. 163–164).

Оборот иконы с образом Успения Богоматери имел гладкий серебряный оклад с резными серебряными золочеными венцами. Под иконой висела пелена из золотного бархата «по червчатой земле», с крестом, состоящим из 24 серебряных золоченых дробниц.

Чудотворный образ помещался в увенчанном крестом деревянном, обложенном золоченым серебром киоте с затворами. «В возглавии» его украшали изображения Деисуса, праздников и пророков; на затворах – «Благовещения» и 4 евангелистов; «на столпцах, по сторонам», – образы великомучеников, преподобных отцов, юродивых и особо чтимых русских святых, а также святых, соименных членам царской семьи.

На рубеже XVII–XVIII вв. Донская икона была взята в покои царицы Натальи Алексеевны, драгоценный древний приклад сняли, отдельные прародительские мощевики передали на хранение в ризницу собора, а большую часть драгоценностей использовали для нового убора. Новый венец, корону и очелье Богоматери украшали 600 ограненных изумрудов, среди которых выделялись 2 огромных 4-угольных камня, и множество драгоценных камней, в т. ч. редкий лал (Копии с описных книг Благовещенского собора 1701–1703 (1721) гг.: РГАДА. Ф. 196. Оп. 1. Д. 1564. Л. 11–16 об.), а также крупный жемчуг. Обновленная икона была вставлена в раму с живописными изображениями праматерей и пророчиц (ныне в Благовещенском соборе на изначальном месте). Убор Донской иконы не сохранился: в 1812 г. гвардейцы Наполеона разграбили драгоценные камни, а после революции 1917 г. от оклада сохранилось лишь несколько предметов, среди них – наперсная резная икона «Сошествие во ад» в золотой оправе с драгоценными камнями начала XV в. (Царский храм. 2003. Кат. № 2. С. 84).

Ист.: ПКМГ. Ч. 1. С. 293–294, 300–301; Выходы государей царей и великих князей Михаила Федоровича, Алексея Михайловича, Федора Алексеевича, с 1632 по 1682 г. М., 1844. С. 134; Забелин И. Историческое описание Моск. ставропигиального Донского монастыря. М., 1893. С. 8–12; Димитрий (Туптало), свт. Творения св. Димитрия Ростовского. СПб., 1910. Кн. 5. С. 686–694; Переписная книга Московского Благовещенского собора XVII в. по спискам Архива Оружейной палаты и Донского монастыря // Сб. на 1873 г., изд. Об-вом древнерусского искусства при Московском Публичном музее. М., 1873. С. 4–5.

Лит.: Иванчин-Писарев Н. Прогулка по древнему Коломенскому уезду. М., 1843. С. 142; Грабарь И. Э. Феофан Грек: Очерк творчества художника по данным реставрационных работ 1918–1925 гг. // Казанский музейный вестник. 1920. № 1. С. 3–20 (переизд.: Грабарь И. Э. О древнерусском искусстве. М., 1966. С. 93, 95); Антонова В. И. О Феофане Греке в Коломне, Переславле-Залесском и Серпухове // ГТГ: Материалы и исследования. М., 1958. Т. 2. С. 10–22; Хорошкевич А. Л. О месте Куликовской битвы // История СССР. 1980. № 4. С. 101–102; Гусева Э. К. Иконы «Донская» и «Владимирская» в копиях кон. XIV – нач. XV в. // ДРИ. М., 1984. [Вып.:] XIV–XV вв. С. 46–50; она же. К вопросу об иконографическом прототипе Богоматери Донской // 18 Междунар. конгресс византинистов: Резюме сообщ. М., 1991. Т. 1. С. 420–421; eadem. Our Lady of the Don: On the Question of an Iconographic Prototype // Acts XVIIIth Intern. congress of Byzantine Studies: Selected Papers. Shepherdstown, 1996. Vol. 3. P. 103–108; она же. Об особенностях изображения икон Богоматери в акафистных композициях собора Рождества Богородицы Ферапонтова мон-ря // Древнерус. и поствизант. искусство: 2-я пол. XV – нач. XVI в. М., 2005. С. 277–278; Кочетков И. А. Является ли икона «Богоматерь Донская» памятником Куликовской битвы? // ДРИ. М., 1984. [Вып.:] XIV–XV вв. С. 36–45; Щенникова Л. А. История иконы «Богоматерь Донская» по данным письменных источников XV–XVI вв. // Советское искусствознание - 82. М., 1984. Вып. 2. С. 321–338; она же. Иконы в Благовещенском соборе Моск. Кремля: Деисусный и праздничный ряды иконостаса: Кат. М., 2004; она же. Творения прп. Андрея Рублёва и иконописцев великокняжеской Москвы. М., 2007. С. 219–223; Царский храм: Святыни Благовещенского собора в Кремле. М., 2003. Кат. № 1. С. 80–83; Стерлигова И. А. Драгоценный убор икон царского храма // Там же. С. 66–68; она же. Драгоценный убор трех кремлевских чудотворных икон Богоматери // Правосл. святыни Моск. Кремля в истории и культуре России. М., 2006. С. 163–164.