К 470-летию блаженной кончины прп. Корнилия Комельского (комментарий в аспекте культуры)

	Снятие со Креста. Икона из Введенского собора Корнилиева Комельского монастыря (1515)

А.Рыбаков

Вологодская икона. Корнилиев Комельский монастырь

Недалеко от Павло-Обнорского монастыря, по другую сторону Большого Московского тракта, расположен Корнилиев Комельский монастырь, основанный в 1497 году. Его создатель Корнилий Комельский происходил из рода ростовских бояр Крюковых, служивших в Москве при дворе великой княгини Марии Ярославны. Каменный Введенский собор был построен в 1515 году, затем в ансамбле монастыря появились Воскресенская церковь, надвратная Никольская церковь (1701) и другие строения. Как и Павло-Обнорский монастырь, Корнилиева обитель пользовалась щедрыми вкладами московских великих князей и царей, начиная с Василия III Иоанновича, а также бояр и окрестных вотчинников, имела земли и деревни с крестьянами. Немало богомольцев привлекал в монастырь бивший из земли близ него ключ, вода которого слыла целебной.

Сохранившиеся монастырские описи XVII века показывают, что его храмы, ризница и рухлядная были наполнены множеством икон, книг, мелкой пластики, изделий из дерева и металла, шитья, ткачества и других произведений прикладного искусства. В иконостасе соборной церкви находились старинные иконы времени Василия Иоанновича, покрытые серебряной позолоченной басмой, а также украшенные резьбой по дереву и посеребренные тябла. На резном же аналое в киоте хранились 22 «полотенца» — холсты с написанными на них праздниками и «трезвонными» святыми. Перед иконами стояли резные деревянные золоченые подсвечники. Привлекают внимание указанные в описи резные по кости иконы, в том числе Воплощение Богородицы, обложенное золотом и обнизанное жемчугом, а также выполненные из резной белой и черной кости панагии, кресты и иконки. Близ церковных врат, справа и слева от них, в киотах на тябле размещались уникальные резные по кости «путные» (походные) иконостасы, состоявшие один из 27-ми, другой— из 46-ти «лиц». Были в храме и иконы— «резь на дереве». Интерьер собора украшали три паникадила «немецкой» работы. В алтаре над престолом возвышалась резная деревянная сень, увенчанная пятью крестами.

Гробницу преподобного Корнилия прикрывал шитый шелками, золотом и серебром покров с его изображением. В ризнице хранились бархатные, шитые золотом, серебром и шелком ризы, епитрахили, поручи и пояса с серебряными пуговицами и пряжками, ширинки, украшенные серебряным кружевом. Рухлядная была наполнена ендовами, кумганами, блюдами, среди которых находились серебряные стопа и ковш, ценинная чаша, расписные золотом «троицкие» блюда. Из числа раритетов в «белой палатке» у подкеларника сохранялись деревянные судки преподобного Корнилия, а также рассольничек, оловянничек и перешничек.

Как видно из описи монастырского имущества середины XVII столетия, большая часть хранившихся в обители художественных произведений была покупной или заказной. Но наличие в списке монастырских слуг ремесленников, а также упоминание среди строений специальных мастерских (швалейных, токарной и др.) позволяет утверждать, что многие изделия художественных ремесел (предметы из серебра и олова, резьба и роспись по дереву) исполнялись на месте.

	Лик Иоанна Крестителя. Из Деисусного чина Введенского собора Корнилиева Комельского монастыря (1515)

Соответственно и большая часть икон для монастырского обихода либо заказывалась и исполнялась в городах посадскими иконописцами-профессионалами, либо являлась вкладом состоятельных благотворителей. Но самые неотложные работы по написанию икон и их починка, очевидно, удовлетворялись в монастыре собственными силами. Во всяком случае, в описи 1659 года среди монастырских слуг показан иконник Филипп Максимов.

Из Введенского собора Корнилиева Комельского монастыря в Вологодский музей в 1924 году поступили шесть икон деисусного чина, которые занимают особое место в истории древнерусской живописи начала XVI века. Их отличает строгость рисунка, чистота и завершенность всех живописно-технических приемов. Образы корнилиевского чина величаво серьезны, исполнены духовной самоуглубленности и особого интеллектуального благородства. В них как будто возродилась традиция древнерусского гуманистического монументализма. Судя по прекрасному исполнению «плавей» и гармонии колорита, основанного на тонких нюансах полутонов, иконы написаны лучшими московскими мастерами — прямыми преемниками традиций Дионисия.

В 1924—1932 годах Вологодский музей приобрел еще десять икон из праздничного чина того же Введенского собора Корнилиева монастыря, но из-за плохой сохранности пока отреставрированы лишь четыре: Снятие со креста, Благовещение, Распятие, Вход в Иерусалим. Раскрытие авторской живописи этих произведений показало, что они написаны мастерами той же артели, что и иконы деисусного чина, но, возможно, в работе принимали участие и вологодские иконники, привнесшие в корнилиевские «праздники» свои приемы сопоставления открытых локальных цветов, моделированных в упрощенной манере.

(Приводится по материалам сервера Вологодской областной универсальной научной библиотеки)