К 270-летию со дня рождения архитектора В.И.Баженова (комментарий в свете веры)

	В.И. Баженов

Е.В. Калинина

Баженов Василий Иванович

(Статья из IV тома «Православной энциклопедии»)

Родился 12 марта 1737 или 1738 в селе Дольское, Малоярославецкого уезда, Калужской губернии. Скончался 13 августа 1799, в Санкт-Петербурге. Русский архитектор. Детство провел в стенах Московского Кремля, где отец служил псаломщиком в одной из придворных церквей. С 1751 г. состоял в «архитектурной команде» Д. В. Ухтомского, там же познакомился с М. Ф. Казаковым. В 1755 г. поступил в Московский университет, в 1756 г. перевелся в гимназию при Санкт-Петербургской Академии Наук, был учеником С. И. Чевакинского, одновременно участвовал в его архитектурных работах. В 1758–1760 гг. в числе первых слушателей Санкт-Петербургской императорской Академии Художеств учился у А. Ф. Кокоринова и Ж. Б. М. Валлен-Деламота. В 1760–1762 гг. как пенсионер академии обучался в Парижской Академии Художеств у Ш. де Вайи (получил диплом архитектора), в 1762–1764 гг. совершенствовал свои знания в Италии. Являлся профессором Академии св. Луки в Риме, членом Академии Художеств во Флоренции и Болонье; с 1765 г. чл. Санкт-Петербургской Академии Художеств, в 1799 гг. ее вице-президент. В 1767–1792 гг. работал в Москве, в 1792–1799 гг.– в Санкт-Петербурге. Баженову принадлежат попытки организации художественной школы и общественной картинной галереи в Москве, замысел реформы Академии Художеств, которая должна была стать центром русской теоретической мысли в области архитектуры, участие в публикации полного перевода 10 книг римского архитектора Витрувия (изд. в 1790–1797), подготовка проекта издания свода «Российской архитектуры».

Архитектурные проекты Баженова отличались грандиозным размахом, решение градостроительных задач сопровождалось поисками нового национального стиля. Так, решенный в духе классицизма Большой Кремлевский дворец, по замыслу Баженова, должен был стать национальным центром страны, своеобразным символом единения народа и самодержавия. Внутреннее пространство Кремля строилось на сочетании системы площадей и перспектив, главная овальная площадь ансамбля предназначалась для народных собраний, от нее вели 3 дороги – в столицу русских древностей Киев, в столицу Петра Великого Санкт-Петербург, и в столицу русской веры Сергиев Посад. Торжественная закладка здания состоялась в 1773 г., однако после Пугачевского бунта строительство дворца было прекращено (1775; деревянная проектная модель 1773 в ГНИМА), разрушенные стены Кремля восстановлены, работы по реконструкции ансамбля переданы Казакову.

	Модель Большого Кремлевского дворца архитектора В. И. Баженова, фрагмент

В 1775 г. Василий Иванович Баженов при участии Казакова сооружает временный декоративный комплекс увеселительных строений на Ходынском поле по случаю празднования мира с Турцией. В этом проекте Баженов впервые разработал принцип живописной планировки, позднее развитый в дворцово-парковом комплексе Царицына под Москвой, ставшем наиболее ярким воплощением романтической темы в архитектуре Москвы. Одна из главных художественных задач и идей Баженова в Царицыне – создание универсального синтетического стиля – слилась с масонским замыслом воплотить в архитектурных формах гармонию Вселенной. Декоративное решение царицынского ансамбля навеяно мотивами древнерусского и русского зодчества XVII в. (сочетание красного кирпича и белого камня), западноевропейской готики (стрельчатая арка), турецкими мотивами («тюркери») в сочетании с ордерной системой классической архитектуры. В 1785 г. императрица Екатерина II посетила Царицыно, дворец ей показался мрачным и неудобным. По ее приказу ряд корпусов был срыт, возведение нового дворца поручено Казакову. Псевдоготика также характерна для архитектуры подмосковных церквей Баженова в селах Знаменка (1768–1784), Быково (1789), Троицком-Кайнарджи (кон. XVIII в.) и др.

	Литография с работы Ж.Делабарта "Пашков дом в Москве". Конец XVIII в.

Среди наиболее известных построек архитектора В.И.Баженова в Москве: дом П. Е. Пашкова (1784–1786, ныне старое здание Российской государственной библиотеки), дом Долгова на 1-й Мещанской ул. (1770), дом И. И. Юшкова на Мясницкой ул. (80-е гг. XVIII в.), колокольня и трапезная (1783–1791) церкви в честь иконы «Всех Скорбящих Радость» на ул. Большая Ордынка и др.; Михайловский (Инженерный) замок в Санкт-Петербурге (начат в 1792, с 1797–1800 строительством руководил В. Ф. Бренна).

Литература: Снегирев В. Л. Баженов. М., 1950; Михайлов А. И. Баженов. М., 1951; Пигалев В. А. Баженов. М., 1980; Разгонов С. Н. В. И. Баженов. М., 1985; Новиков В. И. Масонство и русская культура. М., 1993; Сергеев И. Н. Царицыно. М., 1995; Герасимов Ю. Н., Панухин П. В., Швидковский Д. О. Ансамбли Москвы эпохи классицизма // Архитектурные ансамбли Москвы XV–XX вв. М., 1997. С. 201–232.

* * *

Михайловский замок

В последние годы жизни, при Павле I, Баженов в 1797 создал для него проект Михайловского (Инженерного) замка, контрастно противопоставленного городу именно в виде сурового замка, окруженного каналами с подъемными мостами (позднее засыпаны); архитектура украшена пышным, продуманным пластическим декором, включена в театрализованно-сложный ансамбль

	Михайловский замок, Санкт-Петербург

Михайловский замок (1797-1801) в Петербурге – уникальный памятник русской архитектуры. Среди знаменитых императорских и великосветских дворцов XVIII века он занимает особое место. С 1797 по 1801 годы он возводился для императора Павла I. Дворец, построенный на рубеже двух столетий, воплотил в себя все самые лучшие достижения архитекторов и строителей Петербурга.

26 февраля 1797 по приказу Павла I, началось строительство его резиденции – Михайловского замка. Территория, где ныне стоит замок, отмечена была еще Петром I. Здесь он выстроил для своей жены Екатерины небольшой летний дом. Впоследствии, архитектор Ф.-Б. Растрелли в 1741-1745 годах строит на этом месте дворец для дочери Петра I Елизаветы. В этом дворце у ее невестки, будущей императрицы Екатерины II, рождается долгожданный сын Павел. В облике Михайловского замка нашли отражение и личные вкусы императора Павла I, участвовавшего в формировании замысла ансамбля и блистательное мастерство зодчих В. Баженова и В. Бренны, А.-Ф.-Г. Виоллье, которые воплощали идеи самого венценосного владельца. Исследования последних лет позволили установить, что за много лет работы над проектом было разработано более десяти его вариантов, во многих из которых явственно проступали узнаваемые черты европейской архитектуры.

	Двор Михайловского замка

Каждый из четырех его фасадов получил своеобразную архитектурную трактовку. Главный фасад замка ориентирован на юг. На рубеже XVIII-XIX веков здесь существовала площадь – место парадов и разводов караулов. С таким значением площади хорошо сочеталась строгость оформления южного фасада замка. Въезд, обрамленный огромными примыкающими к стене обелисками темного камня и украшенный арматурой из воинских доспехов. Барельефы в тимпане фронтона, исполненные скульптором П.Стаджи, изображают Историю, которая заносит на свои скрижали славу России. Северный фасад замка обращен к зеленому массиву Летнего сада. С несколько суровым оформлением южного фасада замка контрастирует его северный фасад, обращенный к Летнему саду. Его оформление более интимно. Два выступа его центральной части соединены колоннадой из колонн розового олонецкого мрамора. Высокий аттик декорирован скульптурой. Широкая лестница, нисходящая от колоннады, украшена изваяниями Геркулеса и Флоры на высоких постаментах. Относительно скромный восточный фасад замка оживлен выступом, образованным стенами размещенного за ними овального зала, предназначенного для императорской столовой. Вот почему обращенный на набережную Фонтанки восточный фасад замка нередко называют Столовым.

В здании был создан уникальный ансамбль парадных интерьеров, среди которых особо выделялись Тронный и Воскресенский залы, Зал Антиков, галерея Рафаэля и Георгиевский зал.

Император Павел I по своему вкусу формировал коллекции дворца. Они составлялись из шедевров западноевропейской живописи, скульптуры, декоративно-прикладного искусства. Ныне многие произведения разбросаны по разным музеям нашей страны или находятся за ее пределами.

	Замковая Михайловская церковь

Замок представляет ценность не только, как выдающееся архитектурно-художественное произведение, но и место, с которым связаны примечательные страницы истории России. Михайловский замок только 40 дней прослужил императорской резиденцией: на исходе зимы 1801 года. В ночь на 11 марта 1801 года в замке разыгралась завершающая трагедия эпохи дворцовых переворотов – Павел I был убит в своей спальне. Взошедший на престол император Александр I и члены императорской фамилии покинули замок навсегда.

С 1820 года в павильоне Михайловского замка, а с 1821 года в самом замке разместилось Николаевское Главное Инженерное училище. В феврале 1823 года здание было переименовано в Инженерный замок. Однако в комнате, где был убит государь, его внуком – Александром II была устроена домовая церковь. За время существования Инженерного училища в его стенах получили образование и работали многие замечательные деятели Русской Церкви, культуры и науки – святитель Игнатий (Брянчанинов), великий физиолог И.М. Сеченов, знаменитый физик П.Н. Яблочков, композитор и ученый Ц.А. Кюи, писатели Ф.М. Достоевский и Д.В. Григорович, художник К.А.Трутовский, архитектор И.Д.Корсини, историк Н.К.Шильдер, герой Севастополя Д.И.Тотлебен, герой Порт-Артура Р.И.Кондратенко и многие другие. На протяжении целого столетия училище перестраивало императорскую резиденцию для своих нужд, меняя ее планировку и отделку.

Новое разорение и разрушение принесло памятнику советское время. Некоторые его залы существенно пострадали в годы Великой Отечественной войны. Вплоть до конца 1980-х годов здание занимали различные учреждения, институты, библиотеки.

Возрождение Михайловского замка началось в 1991 году. Еще не полностью освобожденный от сторонних организаций дворец вошел в состав музейного комплекса Государственного Русского музея. За последующие годы здесь отреставрированы и открыты для публики Церковь Архангела Михаила, покои великих князей Николая и Константина Павловичей, зал Антиков.

	Интерьер замковой Михайловской церкви

Пожалуй, лучше других сохранился интерьер освященной в 1800 году дворцовой церкви, фасад со стороны Садовой улицы, с великолепным иконостасом, выполненным из лазурита, порфира и черно-белого мрамора. В нем представлены прекрасные живописные работы: по обеим сторонам Царских ворот изображения Богоматери и Спасителя, на боковых дверях алтаря архангелов Михаила и Гавриила. Над Царскими вратами запечатлена «Тайная вечеря» кисти талантливого живописца Ивана Акимова. Здесь же замечательное творение выдающегося мастера Андрея Иванова «Моление о чаше». В начале 1990-х годов реставраторы возвратили стенам храма первоначальную светло-голубую окраску, отреставрировали плафоны и мраморные барельефы.
* * *

Храм во имя иконы Божией Матери «Всех скорбящих радость» на Большой Ордынке

Самая известная в Москве церковь во имя иконы Божией Матери «Всех Скорбящих Радость» находится в Замоскворечье, на Большой Ордынке, в старинном купеческом районе Москвы. Тщанием «торговых людей» и было построено сохранившееся до наших дней здание церкви – «вещественное воплощение тщеславия замоскворецких тузов», как писал о ней О.Волков, даже сравнивая московскую церковь с петербургскими парадными храмами.

Название улицы произошло от проходившей здесь в далекой древности дороги в Орду. Прежде здесь и жили «ордынцы» – по одной версии татары, выходцы из Золотой Орды, а по другой – выкупленные из Орды московскими князьями русские пленные, которые селились в этом районе после освобождения.

Сама территория за Москвой-рекой известна примерно с того времени, с середины XIV века. Тогда она именовалась Заречьем. Отсюда открывался великолепный вид на сверкающий золотом Кремль, но знатные люди поначалу не жаловали Заречье: из-за весенних разливов Москвы-реки почва здесь была топкой и заболоченной. Кроме того, добраться сюда из Кремля можно было только на переправе. Вот и селились тут в основном мирные бедные москвичи – крестьяне и ремесленники, которые образовали многочисленные замоскворецкие слободы. Только в XVI веке царь Иван Грозный поселил здесь стрельцов, и район Замоскворечья стал более «элитным».

	Храм Преображения Господня на Большой Ордынке

А когда в конце XVIII столетия был создан Водоотводной канал, избавивший Замоскворечье от ежегодных наводнений, здесь стали строить себе особняки московские купцы.

Они создали свой купеческий городок с особой патриархальной атмосферой, которой дышат камни старого Замоскворечья. Эта провинциальная часть города была самой тихой: рано утром ее жители спешили в свои лавки, а вечерами, уставшие от тяжелого трудового дня купцы сидели перед кипящими самоварами у раскрытых окон. В старину говорили, что житель Замоскворечья уже встает, когда на Арбате и Пречистенке только что ложатся спать, и ложится спать тогда, как по другую сторону реки начинается вечер. А после пожара 1812 года здесь появляются отдельные дворянские усадьбы.

И эту церковь на Большой Ордынке, наверно, можно назвать самой «замосквореченской». И именно о ней почему-то до сих пор можно слышать самые неоднозначные, противоречивые суждения – вплоть до критики за «западничество» – будто за границей в церковь зашли, или в Питере, ничего-де русского нет в ней, одна только Европа. Иногда, напротив, на ее примере говорят об образцовом и самобытном русском классицизме, о победах петровского времени, достигших старую Москву и заставивших Россию не столько «догнать» Европу, сколько самой стать с ней наравне. «Внутрь входишь, как в дворцовый зал, – мрамор, бронза, скульптуры и даже западная живопись.... И находясь под куполом этой церкви, никак не представишь себе московское небо над ним» – то ли с горечью, то ли с удивлением заметил петербуржец Олег Волков.

В летописях первая деревянная церковь на месте нынешней, только освященная во имя Варлаама Хутынского, известна с 1571 года. Предполагают, что она была основана еще в 1523 г. при митрополите Варлааме – в честь его небесного покровителя. А в 1625 году в храме появляется престол Преображения Господня, ставший и поныне главным в этой церкви.

Каменная Преображенская церковь была возведена здесь в 1683– 1685 г.г., а уже в 1688 году в новоотстроенной церкви было великое чудо от храмового образа Богоматери «Всех Скорбящих Радость» – тогда исцелилась сестра патриарха Иоакима, Евфимия.

Страдая от страшной, открытой раны в боку, она слезно молилась о помиловании и о помощи. Однажды во время молитвы несчастная женщина услышала таинственный голос, который велел ей обратиться к «общей для всех Исцелительнице» в Преображенском храме на Ордынке: призвать оттуда священника с этой иконой и отслужить перед ней молебен с водосвятием. «Тогда ты получишь исцеление» – и Евфимия узнала, что слышит голос самой Царицы Небесной.

С тех пор икона прославилась исцелениями больных и страдающих. Великая княгиня Наталья Алексеевна, сестра Петра Великого, очень благоговела к ней и переезжая с царской резиденцией в 1711 году в Петербург, сделала с нее список и поставила в новой дворцовой церкви. А в царствование Елизаветы Петровны в честь этой иконы в Петербурге уже был воздвигнут храм.

Икона «Всех Скорбящих Радость» имела ту известность, что перед ней молились особы царствующего дома. Часто перед ней, как и перед Иверской, молятся неправославные люди.

Уже в 1713 г. в ордынском Преображенском храме был выдан антиминс на престол в честь этой иконы, а в 1770 г.г придел обновили на пожертвование Г.Любовниковой – очень многие с радостью и часто дарили средства для благоустройства этой церкви.

Так и в 1783 году замосквореченский купец по фамилии Долгов, имевший дом на Большой Ордынке прямо напротив церкви, пожертвовал немалые деньги на ее новую, красивую перестройку, и заказал эту работу своему знаменитому родственнику, архитектору Василию Баженову...

Иконы в иконостас писал в 1788 г. иеромонах Вонифатий из Саровской пустыни. И Скорбященский придел был освящен в день праздника храмового образа, 24 октября (6 ноября) 1790 г. самим митрополитом Платоном (Левшиным).

Однако, к сожалению, нельзя сказать, что облик именно баженовской церкви дожил до наших дней. Во время московского пожара 1812 года храм сильно пострадал, – так, что в 1831-1836 гг. был почти заново выстроен архитектором О.И.Бове, который, правда, сохранил уцелевшие фрагменты баженовской постройки. И сам составил рисунок чугунных плит пола, украсивших храм. А изображения Архангелов и св. Николая в иконостасе принадлежат кисти знаменитого В.Л.Боровиковского – мало известно, что он и церковь расписывал.

В сентябре 1836 года новая ампирная церковь-ротонда была заново освящена митрополитом Филаретом. Об этом свидетельствует и памятная дата под крестом храма. Чудотворная икона «Всех Скорбящих Радость» находится в левом приделе. Одна красивая, необычная для московских церквей деталь – подсвечники находятся наверху, наподобие маленьких паникадил, и чтобы поставить свечу, надо взобраться на переносные деревянные лесенки.

Даже с удивлением узнаешь, что в начале 30-х годов храм был закрыт – так хорошо сохранился его старинный интерьер. Действительно, красивому замосквореченскому храму с чудотворной иконой повезло. Обычно в закрытых большевиками церквях располагались склады, мастерские, научные учреждения или даже музеи, до неузнаваемости уродовавшие облик храма или просто его уничтожавшие. А в этом был запасник Третьяковской галереи, и сотрудники музея старались делать все, чтобы сохранить убранство бесценного памятника архитектуры и искусства.

И хотя его колокола были сорваны и уничтожены, он все же не так сильно пострадал в советское время, и, видимо, поэтому, из-за своего хорошего состояния, был одним из самых первых московских храмов, открытых в столице после восстановления патриаршества – в 1948 году.

Тогда день прославления чтимой иконы 6 ноября праздновался особо торжественно, и каждый воскресный вечер в храме совершали молебен с чтением акафиста.

Здесь же был создан церковный хор регента Н.В.Матвеева – в то время лучший не только в Москве, но и в России. В 60-х годах его записи были даже выпущены на пластинках Московской Патриархии.

Прекрасный хор дал храму возможность особо отмечать годовщины памяти великих людей, прославленных в истории русской духовной музыки. Так, в субботу, ближайшую ко дню смерти Сергея Рахманинова (28 марта 1943 г.), в храме исполнялась его «Всенощная», а в дату смерти П.И.Чайковского, 25 октября 1893 года – его «Литургия».

Однако у вновь обретенного московского храма быстро появились очередные сложности. В 1961 году жильцы элитного дома в соседнем Лаврушенском переулке потребовали снять колокола – жившим там писателям их звон мешал спать и работать. Колокола были вновь сняты и на сей раз перенесены внутрь храма.

Источник: «Православие.Ru»