Покровские храмы Руси (Телепрограмма, 14.10.06) (комментарий в аспекте культуры)

	Церковь Покрова на Лыщиковой горе

300 лет храму Покрова Пресвятой Богородицы на Лыщиковой горе в Москве

Протоиерей Владимир Ригин, архитектор В. Тимкина

В преддверии 850-летия Москвы особую значимость приобретают те места столицы, историю которых Господь зримо сохранил в зданиях храмов, документах и памяти народной.

Одним из таких исторических мест православной Москвы является Лыщикова гора (или горка), где расположен храм Покрова Пресвятой Богородицы. В 1996 году он встретил свое 300-летие.

Каждый храм необычен и неповторим. Особенностью Покровской церкви является посвящение ее главного престола любимейшему празднику русского народа – Покрову Божией Матери, а придельного престола – преподобному Иоанну Дамаскину – величайшему подвижнику, гимнотворцу и богослову VIII столетия. Возможно, это единственный престол не только в России, но и во всем православном мире.

Особенностью храма является также духовно-историческая преемственность с ранее существовавшим здесь великокняжеским Покровским мужским монастырем. Интересно и его расположение: храм завершает сохранившуюся часть древнего Лыщикова переулка, которая воспринимается как «дорога, ведущая к храму».

Праздник Покрова Пресвятой Богородицы, установленный Русской Церковью в XII столетии, – один из наиболее почитаемых и любимых нашим народом. Это чисто русский национальный праздник: его не знает ни православный Восток, ни латинский Запад.

История праздника связана с жизнью и подвигами Великого князя Владимирского Андрея Юрьевича Боголюбского (1110 – 1174), сына основателя Москвы Юрия Долгорукого. Княжение Андрея Боголюбского было одним из ключевых этапов в отечественной истории, его державным строительством были заложены основы будущего развития великорусской государственности.

Перечитывая житие святого Андрея Юродивого, жившего в Царьграде в X веке, князь Андрей обратил внимание на рассказ об одном из чудных видений подвижника. За всенощным бдением во Влахернском храме Константинополя, где хранились в ковчеге риза и мафорий (головной покров) Пресвятой Девы, блаженный увидел однажды Богородицу, явившуюся над собравшимися в церкви верующими. Она шла по воздуху от царских врат, остановилась над амвоном и долго молилась со слезами. Преподобный Андрей, обернувшись к своему ученику Епифанию, вопросил: «Видишь ли Госпожу и Царицу мира?» «Вижу и ужасаюсь», – отвечал Епифаний.

Окончив молитву, Пресвятая Богородица сняла с Себя блиставшее подобно молнии покрывало, которое носила на главе Своей, и распростерла его над стоявшим в храме народом.

Сохранились слова князя Андрея Боголюбского: «Се убо егда слышах, помышлях: како страшное и милосердное видение бысть без празднества? Восхотех, да не без праздника останется Покров Твой, Преблагая».

Подобно тому, как тогда Богородица явилась Андрею Юродивому и показала ему, что будет Покровительницей для верующих Царьграда, так и в России, в Боголюбове, явилась Она святому князю Андрею Боголюбскому и взяла под Свой Покров всю русскую землю.

Так литургическая история праздника Покрова связана с надеждой на защиту Пресвятой Богородицей Русской земли, с державным устроением Русского государства, с историческим призванием России быть преемницей православной Византийской империи.

Московский храм Покрова Пресвятой Богородицы стоит на склоне горы, называвшейся издавна Лыщиковой. История этих мест уходит вглубь веков. По свидетельству историков, Лыщикова гора – место одного из древнейших домосковских поселений, располагавшегося на левом, высоком берегу Яузы.

По духовным и договорным грамотам великих и удельных князей известно, что в XV-XVI веках эти земли принадлежали Великим князьям московским, передаваясь по завещаниям из рук в руки, а на горе стоял «монастырь Лыщиково з дворы», то есть со своей слободой (далее цифра в квадратных скобках указывает на источник, помещенный под этим номером в списке литературы [1]).

Кем и когда основан монастырь – неизвестно. По преданию, он был мужским и содержался на средства великих князей. По летописным источникам, царь Иоанн Васильевич Грозный передал Лыщикову слободу в числе других опричникам. В летописи 1565 года сказано: «...а слободам быти в опришнине: Ильинской под Сосенками, Воронцовской, Лыщиковой» [2].

Видимо, при сооружении Скородома (Земляного города), укрепления которого – земляные валы с деревянными стенами – возводились еще в 1590-е годы, часть холма была срыта, монастырь, к тому времени вышедший из разряда великокняжеских, упразднен. Главный храм обители Покрова Пресвятой Богородицы позже перевели в разряд приходских церквей Ивановского сорока. (примечание – (1))

В 1625 году храм впервые упоминается как приходской. По книгам патриарших приказов известно, что в то время он был деревянным. В Строельной книге 1657 года сообщается: «Церковь деревянная Покрова Пресвятой Богородицы, что слывет на Лыщикове, а у той церкви попа нет, стоит без пения» [4]. Точное местоположение этого храма, как и самого монастыря, неизвестно. Он, возможно, находился к северо-востоку от ныне существующей церкви, так как в эту сторону возвышается гористый рельеф местности, сохранившийся до наших дней и четко выявленный на геодезическом плане города 1920-х годов. Пустующая площадка напротив алтарной части храма, к востоку через переулок, видимо, является частью этой возвышенности. Не случайно в церковной общине так живо предание о том, что именно на этой площадке находился деревянный храм древнего монастыря.

Новый каменный храм был поставлен на другом месте, очевидно для более удобного подхода к нему при устроении здесь погоста. Как сообщает «Метрика храма», церковь «переведена на настоящее место с находящегося поблизости высокого пригорка, что на валу, который назывался Лыщиковою горою» [5].

В большинстве архивных источников датой строительства храма называется 1696 год. Отделку интерьера завершили в 1697 году, так как в этот год был выдан антиминс («взял поп Михаил») и состоялось освящение храма [6].

В делах архива Священного Синода за 1723 год существуют сведения, что каменный храм построен «по прошению дьяка Ивана Рогозина... а чьим благословением, того в сказке (2) не написано; дворы: попов, дьячков, пономарев, в приходе 18 дворов» [7].

Этот каменный храм стал основой существующей церкви. О его первоначальном объеме дает представление уникальный план 1773 года [8]. Традиционный для конца XVII века восьмерик на небольшом четверике перекрыт восьмигранным куполом, увенчанным главкой. Алтарная часть завершалась трехлепестковой апсидой. С запада к четверику примыкала небольшая трапезная с южным приделом в честь преподобного Иоанна Дамаскина и почти квадратная в плане колокольня. Первоначально она могла быть шатровой и, как это показано на плане 1783 года, не всегда соединялась с трапезной [9].

В 1773 году на средства секунд-майора Ильи Алексеевича Лихарева (в память о его предках) внутри трапезной, с северной стороны, за три дня был устроен придел в честь Казанской иконы Божией Матери. «В объяснение скорости построения» в прошении в Синодальную контору сообщалось, «что у майора Лихарева иконостас с иконами, престол и жертвенник были сделаны заблаговременно, и потому оставалось только их поставить и утвердить, что и сделано 22 марта 1773 г.» [10].

О расположении дворов причта и их застройке дают представление сохранившиеся архивные планы церковного владения XVIII-XIX веков. К середине 1770-х годов оно представляло собой погост с однопридельным в объеме храмом, выходившим своей трехлепестковой апсидой в проезд к реке Яузе. Узкий переулок с восточной стороны вел от Земляного вала к храму. С запада погост подступал к берегу небольшого пруда. На севере располагался обширный двор священника, на юге – мелкие дворы дьячка и пономаря с деревянными домиками, обращенными в сторону храма. Обилие зелени с прудами и деревянными постройками вокруг храма придавали местности неповторимо сельский вид, каковых мест было немало в московском пейзаже того времени. В соответствии с Прожектированным планом 1775 года по специальному указу упразднялись погосты в черте города; было «повелено: прежния кладбищи в городе и предместиях оставить площадьми, к благолепию церквей содержать в чистоте, обнести оградами и обсадить деревьями» [11].

К концу XVIII века пруд за погостом осушили, разбив здесь сад. С западной и северной сторон к церковному владению прирезали немного земли, и его границы в целом определились. Оно представляло собой близкий к прямоугольному, вытянутый с севера на юг участок с храмом в центральной части, выходившим в Покровский (ныне Лыщиков) переулок. По традиции храм окружали дворы причта разной величины, расположенные в иерархической последовательности. Кроме известных по ранним планам дворов священника (самый большой на севере участка) и дьячка (на юге) появились дворы просвирни (в юго-западной угловой части владения) и пономаря (в западной, напротив колокольни).

В 1803-1805 годах была возведена ныне существующая колокольня, а трапезная, по причине тесноты, продлена к западу. Об этом свидетельствуют архивные планы 1802 и 1806 годов [12, 13].

Во время нашествия Наполеона и московского пожара 1812 года храм сильно пострадал. В приделах «стропила обгорели, и кровля почти вся опала» [14]. Из того же документа явствует, что к этому времени по благословению Преосвященного Августина, в то время епископа Дмитровского, уже велись работы по возведению северного, симметричного южному придела, куда предполагалось перенести престол в честь Казанской иконы Божией Матери из алтаря, устроенного ранее в трапезной храма.

В связи с тем что храм пострадал от неприятеля, он был приписан к церкви Святителя Николая Чудотворца, что на Ямах.

О возобновлении самостоятельного прихода хлопотали церковный староста Мартин Артемьевич Сергеев и почетный гражданин Василий Федорович Стужин, на свои средства восстановившие храм настолько, что в нем можно было совершать службы. Преосвященный Августин уважил их просьбу, определив 12 декабря 1814 года священником в храм Покрова учителя Перервинской семинарии Николая Семеновича Кудрявцева, который прослужил на этом месте до 1837 года, а затем был переведен на Даниловское кладбище [15].

Видимо, к началу 1820-х годов северный придел был выстроен: он уже существует на плане церковного участка 1828 года [16]. При освящении храма после восстановительных работ приделы поменяли местами: южный (преподобного Иоанна Дамаскина) был освящен в честь Казанской иконы Божией Матери, а северный – во имя преподобного Иоанна Дамаскина.

О возобновлении храма в 1820-е годы повествует его будущий настоятель – священник Филарет Поспелов, видевший церковную опись, хранившуюся в ризнице: «церковь каменная... расписана внутри греческим письмом, а трапеза вновь отделана и расписана фряжским (итальянским. – Прим. авт.) письмом, усердием московских купцов Василия Федоровича и Николая Дмитриевича Стужиных. Храм покрыт вновь железом, крест на нем четырехконечный железный. Колокольня пристроена к церкви о двух ярусах, покрыта железом, крест на ней восьмиконечный деревянный, обитый золоченой медью. На колокольне 6 колоколов: большой, весом 112 пудов, будничный, весом 39 пудов 30 фунт – выменен прихожанами 30 июня 1812 года, остальные четыре колокола меньших размеров. В главном храме иконостас деревянный, резной, весь вызолочен, о четырех ярусах с колоннами; царские врата резные, вызолоченные. Антиминс в настоящей церкви был на желтом атласе, освященный в 1814 году Преосвященным Августином, при антиминсе илитон белый тафтяной. Приделы в честь Казанской иконы Божией Матери и во имя св. Иоанна Дамаскина двухъярусные, в первом антиминс был освящен в 1815 году, во втором – в 1818 году тем же архиепископом Августином» [17].

Благоукрашением Покровского храма занимались благочестивые прихожане: Симеон Васильев, устроивший на свои средства главный иконостас, Артемий и Сергей Сергеевы, способствовавшие расширению и украшению трапезной.

Членами причта состояли священник, дьячок и пономарь. С 1834 года в храм был определен диакон на пономарской вакансии. Они имели собственные дома на церковной земле, площадь которой равнялась 1 тыс. кв. сажен. При храме, к западу от колокольни, была деревянная, на каменном фундаменте богадельня, в которой содержались на средства храма пять престарелых женщин.

Усердно жертвовали на храм и на содержание приходского причта в 1830-1880-е годы московские купцы и почетные граждане Тихон и Мирон Тюляевы, дети Мирона – Иван, Гавриил, Николай Тюляевы; Алексей и Михаил Алексеевичи Симоновы. Почетный гражданин Семен Иванович Тюляев, хотя и был прихожанином храма преподобного Симеона Столпника, всегда помогал Покровской церкви и ее причту.

В конце 1830-х годов древняя, выступающая в переулок часть храма с четвериком и алтарной апсидой приобрела полукруглую форму – благодаря симметричным боковым пристройкам. Это придало цельность облику храма, архитектурное решение которого было приведено в соответствие с градостроительными принципами и стилистикой позднего ампира.

Сформировавшийся к середине XIX века комплекс церковных строений с храмом и небольшими (в один-два этажа) домами причта имел черты ансамбля и сохранял при этом важнейшую средневековую традицию соподчинения объемов при композиционном главенстве храма.

С 1867 года многие годы, не жалея ни сил, ни здоровья, ни собственных денег, порой с раннего утра и до поздней ночи трудился над возобновлением храма церковный староста московский купец Александр Федорович Берников. (3) Интерьер храма, отреставрированный после нашествия «двунадесяти языков» (4), к 1878 году пришел в ветхость: колоды и рамы в окнах почти все сгнили, штукатурка во многих местах отвалилась, золочение на иконостасах потемнело, стенная живопись закоптилась до того, что еле различаемы были изображения, печи прогорели, и во многих местах истерлись каменные полы.

С разрешения Императорского Московского Археологического общества [18] на средства прихожан и купца А. Ф. Берникова была произведена капитальная реставрация храма. Весь храм сделан теплым (5), в приделах выстроены новые, искусственного мрамора иконостасы с вновь написанными иконами работы иконописца С. Ф. Корнева, устроено духовое отопление (6), вызолочен иконостас Покровского алтаря, иконы в нем промыты и покрыты олифой; возобновлена стенная роспись; вставлены дубовые рамы, подоконники и пол сделаны из твердой породы известняка (или, как его тогда называли, «подольского мрамора»); ризы на иконы были многие сделаны новые, работы Хлебникова, остальные ризы возобновлены (7), приобретены новые подсвечники и позолоченные, работы Хлебникова алтарные семисвечники.

В 1872 году на сумму, пожертвованную старостой и прихожанами, были куплены в собственность церкви дома у священника, диакона и дьячка.

2 февраля 1879 года по случаю обновления и освящения придельных престолов в храме Покрова Пресвятой Богородицы служил Преосвященный Алексий, епископ Можайский (впоследствии архиепископ Виленский). Настоятель храма отец Филарет Поспелов произнес проповедь, а церковному старосте А. Ф. Берникову в знак благодарности за его труды был преподнесен образ Покрова Пресвятой Богородицы в сребропозлащенной ризе.

Доходов на содержание храма и причта церковь от государства (от казны) не получала, а существовала на доходы от треб, домов, принадлежавших церкви, на проценты с капитала, положенного завещателями на «вечное время», и особенно на бескорыстную помощь купцов Берниковых, Тюляевых и Стужиных [19].

В 1891 году по заказу священника Филарета Поспелова и старосты вдоль южной границы церковного владения было выстроено двухэтажное каменное здание, предназначенное для квартир причта [20]. «Ведомость о церкви» за 1908 год сообщает: «...вновь отстроенный в 1891 году... дом, стоящий более двадцати тысяч рублей, из коих около пятнадцати тысяч рублей пожертвованы старостою церковным, потомственным почетным гражданином Александром Федоровичем Берниковым, остальная сумма заимствована из арендного церковного дохода» [21]. Согласно «Оценочным ведомостям» за 1901-1914 годы, первый этаж с двумя квартирами, имевшими самостоятельные входы на протяженном и торцевом фасадах, занимали диакон и псаломщик храма; во втором этаже размещалась квартира священника [22].

Храм Покрова Пресвятой Богородицы на Лыщиковой горе – один из немногих в Москве, которые не закрывались после Октябрьского переворота 1917 года. Но были украдены оклады с икон, ибо ни на одной из них нет сребропозлащенных риз, о которых говорится в истории храма. Нет и дорогих богослужебных сосудов.

В разное время в храме Покрова служили священники из закрытых церквей. Например, в 1929-1933 годах здесь служил настоятель закрытого к тому времени храма преподобного Симеона Столпника протоиерей Николай Беневоленский.

В церкви Покрова многие годы хранились чтимые храмовые иконы святого апостола Иакова Зеведеева и преподобного Симеона Столпника из закрытых одноименных храмов. Обе они были торжественно, с молебнами и крестными ходами возвращены в свои родные церкви после их открытия.

Заступничеством Царицы Небесной Покровская церковь сохранилась не только сама, но и сохранила «один из двух полностью сохранившихся в Москве подборов колоколов» [23].

Устное предание донесло до нас историю спасения колоколов. Когда каким-то образом стало известно, что завтра придут сбрасывать колокола с колокольни, священник и прихожане ночью вымазали колокола черной краской. Разрушителям церквей и колоколен не захотелось «марать свои руки», и они ушли, оставив колокола. Подтверждает это предание тот факт, что колокола действительно покрыты сверху слоем темной краски.

Самый большой из колоколов, Благовест, весит 112 пудов 7 фунтов. На нем сделана надпись: «Сей колокол вылит в 1794 году декабря 26 дня в Москве на заводе госпожи Струговщиковой к церкви Покрова Пресвятой Богородицы на Лыщиковой горе». В Великую Субботу 1996 года были освящены и подняты на колокольню еще 5 колоколов, отлитых по заказу храма на заводе «ЗиЛ». Таким образом, древние и новые колокола в совокупности составили теперь, по мнению специалистов, полную звуковую гамму. Колокола были приобретены с помощью прихожанина и благодетеля храма Александра Волина.

Зимой 1979 года при настоятеле храма протоиерее Владимире Рожкове в главном алтаре был освящен приставной престол в честь преподобного Симеона Столпника – в воспоминание о ранее закрытом храме, посвященном этому святому, расположенном по соседству, на Николоямской улице.

После революции у храма была отобрана вся территория и все церковные дома. Была построена ограда, и только на 2-3 метра со всех сторон храм окружала узкая полоска церковной земли. После 1988 года территорию с западной стороны разрешили увеличить на 7 метров.

Дома священников, диакона, псаломщика и просвирни были снесены при строительстве в 1950-1960-е годы многоэтажных зданий, закрывших вид от храма на Яузу.

Старые прихожане рассказывают, что в Великую Отечественную войну во время авианалетов Божественная литургия в храме не прекращалась и молящиеся не уходили в бомбоубежище. Прихожане собирали посильные пожертвования и отсылали их на нужды армии. В храме долгие годы хранилось благодарственное письмо Покровскому храму за подписью красными чернилами Верховного главнокомандующего генералиссимуса И. В. Сталина.

В связи с тем, что все дома были у церкви отобраны, она нуждалась в помещениях. В 1959 году была разобрана одна из симметрично расположенных входных лестниц, и на этом месте, с северо-западной стороны храма, возведена двухэтажная пристройка. В верхнем этаже разместилась крестильня храма, ризница и пошивочная мастерская, а внизу – канцелярия.

Кроме того, в северной части храмовой территории был построен небольшой церковный дом, в котором в страшной тесноте разместились следующие службы: трапезная для прихожан и обслуживающих храм сотрудников, комната для священнослужителей, просфорня, склады для свечей и хозяйственного инвентаря, общественный туалет.

Каменный двухэтажный церковный дом с квартирами причта, отобранный в 1917 году, сначала заселили жильцами, затем передали строительному управлению. Два года приход хлопотал о возвращении этого здания церкви, и вот в июле 1996 года по ходатайству Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Алексия правительство Москвы возвратило дом его законному владельцу. Это позволит разместить в нем храмовые службы.

В современной Москве, напоминающей сегодня не прежнюю златоглавую столицу, а скорее интернациональный полис, сохранились островки мира прошлого. Одним из таких островков – и в символическом, и в топографическом смысле – стал комплекс Покровской церкви на Лыщиковой горе. в настоящее время он состоит из храма, церковного дома по северной границе двора и дома причта. Храм с близко поставленной оградой зрительно гармонирует с небольшим садиком, разбитым на месте существовавшего здесь до 1917 года двора священника. Эта территория получила островной характер, так как со всех четырех сторон ее окружают внутриквартальные проезды. Проездом дом причта отделен от огражденного церковного двора с храмом и церковным домом 1950-х годов, которые в наши дни полностью утратили органичную для них среду исторической застройки. Среди современных многоэтажных зданий существующее церковное владение воспринимается как отдельный, сугубо ценный фрагмент историко-градостроительной среды квартала. Территория памятника архитектуры – храма Покрова Пресвятой Богородицы, что на Лыщиковой горе, – сохранила важное значение, являясь композиционным и смысловым ядром исторической застройки квартала.

В годы советского атеизма Покровскому храму как «культовому сооружению» и как памятнику архитектуры не уделялось достаточного внимания. Поэтому к 1995 году он оказался в запущенном состоянии. С этого времени, после переизбрания приходского совета и вступления в общину большого числа новых молодых прихожан, храм стал преображаться. В начале 1995 года были отремонтированы внутренние помещения хозяйственного блока, территория церкви очищена от многолетнего мусора, отремонтирована крыша храма и каменная ограда. На пожертвования прихожан во Владимирской области был приобретен белый камень из разработок в районе Гусь-Хрустального и летом 1996 года храм засиял новым белокаменным цоколем взамен разрушенного старого. В этот же юбилейный для Покровского храма год на средства прихожан Покровский храм был заново оштукатурен и покрашен. Была отремонтирована колокольня и усовершенствована система подвески колоколов, по образцу колокольни Ивана Великого в Кремле. В храме промывается потемневшая с годами настенная живопись и реставрируются иконы.

В юбилейном году пожертвованиями прихожанина Иоанна Фаризова в художественном предприятии «Софрино» была заказана и установлена в храме новая латунная решетка солеи, удачно гармонирующая с резьбой главного иконостаса. Силами прихожан были отреставрированы старые и шьются новые облачения для престолов, жертвенников, для священнослужителей и алтарников. Прихожанка храма Екатерина Дарашевич вышила на темно-вишневом бархате напрестольную Плащаницу Спасителя и трудится над Плащаницей Пресвятой Богородицы.

Чтимые иконы храма: икона Покрова Пресвятой Богородицы, Казанская и Тихвинская иконы Пресвятой Богородицы, Нерукотворенный Образ Спасителя, иконы Святителя и Чудотворца Николая, Архистратига Михаила, святого великомученика и целителя Пантелеимона, преподобного Пафнутия Боровского, преподобного Иоанна Дамаскина.

Престольные праздники в храме Покрова Пресвятой Богородицы на Лыщиковой горе:

8 (21) июля – явление Казанской иконы Пресвятой Богородицы;

1 (14) октября – праздник Покрова Пресвятой Богородицы;

22 октября (4 ноября) – праздник Казанской иконы Божией Матери;

4 (17) декабря – преподобного Иоанна Дамаскина.

В архиве храма хранится полный список священнослужителей и причта с 1632 года. Ныне в клире храма состоят: настоятель – протоиерей Владимир Ригин, и. о. настоятеля строящегося храма во имя преподобного Андрея Рублева в Раменках, председатель церковно-канонической группы при Московской Патриархии; почетный настоятель храма – протоиерей Иоанн Рязанцев; протоиерей Иоанн Христов; протоиерей Виктор Куренков; иеромонах Дамаскин (Орловский), член Синодальной комиссии по канонизации, составитель книг о новомучениках Российских; иерей Михаил Ходанов – референт Патриархии; диакон Владимир Бубенщиков.

Богослужения в храме совершаются ежедневно утром и вечером. По средам вечером нараспев поется акафист Покрову Божией Матери, в воскресение – Державной иконе Пресвятой Богородицы. В субботу вечером в храме проводятся катехизические беседы.

В храме поют четыре хора: хор пожилых прихожан, два хора молодежи и мужской хор имени преподобного Андрея Рублева.

С 1994 года при храме действует воскресная школа для детей и взрослых. прихожане регулярно совершают паломнические путешествия по святым местам Москвы и всей России, в том числе в Санаксарский мужской монастырь, где теперь подвизаются два иеромонаха – бывшие прихожане Покровского храма.

Среди прихожан храма – православный коллектив театра «Малая камерная сцена», возглавляемый М. Г. Щепенко и Т. С. Басниной.

По благословению Патриарха Московского и всея Руси Алексия приходу поручено строительство нового храма во имя преп. Андрея Рублева в Раменках. Пока готовятся чертежи этого храма, рядом с этим местом выстроена маленькая деревянная церковь со звонницей для окормления прихожан Раменок. Богослужения в ней совершают священники Покровского храма.

13 октября 1996 года торжественное всенощное бдение в 300-летний юбилей храма возглавил Святейший Патриарх Алексий. По-отечески тепло поздравил он прихожан храма и отметил особое предстательство Божией Матери за этот храм как в древние, так и в нынешние времена.

Матерь Божия явила Свою благодатную помощь на следующий день: на Покров вернулся домой российский солдат, прихожанин храма Борис Сорокин, восемь месяцев томившийся в чеченском плену.

Клиру и общине храма предстоит много трудов по возрождению душ человеческих, по восстановлению и развитию сохранившейся исторической застройки и территории церковного владения.

Да сохранит Матерь Божия храм Свой и народ православный под милостивым Своим Покровом!

Примечания:

(1) Деление столицы в церковном отношении на сороки (схожее с разделением древнего Новгорода в административном отношении на пять «концов») было впервые учреждено Стоглавым Собором в 1551 году. Тогда сороков считалось всего семь: Кремлевский, Китайгородский, Замоскворецкий, Пречистенский, Сретенский, Никитский и Ивановский. В каждом из них одна церковь была назначена главной, как бы «соборной», при ней пребывал глава сорока – поповский староста. По-видимому, тогда же впервые и возникла поговорка о «сорока сороках» – так именовался в ту пору торжественный всемосковский крестный ход, на который духовенство собиралось с хоругвями и чтимыми образами по сорокам, к которым было приписано. Такие «соборные» выходы и стали зваться «сорок сороков», ибо подобное удвоение титула для выражения превосходной степени свойственно церковному сознанию, именующему Самого Христа «Царем царствующих и Господом господствующих», а Матерь Божию – «Всецарицею».

В середине XIX века сороки были разделены на благочинные округа, и каждый сорок включал 5-6 благочиний.

(2) «Ревизской сказкой» назывались налоговые документы XVI-XVII веков.

(3) История почтила память купцов Берниковых. Поныне существуют Берниковская набережная и Берников переулок.

(4) Благодарственный молебен в память о победе русского воинства над Наполеоном Бонапартом носит название: «Последование благодарственного и молебного пения ко Господу Богу, певаемого в день Рождества, еже во плоти, Спасителя Нашего Иисуса Христа и воспоминания избавления Церкви и Державы Российския от нашествия галлов, и с ними двунадесяти язык».

(5) Обычно в многопридельных храмах зимой служили только в отапливаемых приделах, а центральная часть была холодной и службы проходили в ней только летом. До сих пор этот обычай сохранился в сельских церквах.

(6) В подвале была поставлена печь, от которой проходил теплый воздух зимой и свежий с улицы, летом – за счет хорошей тяги через проложенные в полу и стенах храма калориферные каналы, создавая и духовое отопление, и вентиляцию.

Во многих храмах была такая «духовая» система. Если найти калориферные ходы, расчистить и отремонтировать их, то можно было бы не прибегать к строительству в храмах вентиляционных камер, двигатели которых мешают богослужению своим шумом и создают вибрацию самого здания. Тогда не было бы нужды открывать двери и окна при большом стечении молящегося народа.

(7) Ныне в храме ризы на иконах отсутствуют. По всей видимости, они исчезли после октябрьского переворота, когда безбожная власть конфисковала церковные ценности, якобы для помощи голодающим.

Список литературы

1. Духовные и договорные грамоты великих и удельных князей XIV-XVI вв. М., 1950. С. 354, 434.

2. ПСРЛ. Т. 13. Ч. 2. СПб., 1906. С. 395; Т. 29. М., 1965. С. 341.

3. Сорок сороков. Кремль и монастыри. Т. 1. М., 1992. С. 6.

4. Материалы для истории, археологии и статистики г. Москвы. Ч. II. М., 1891. Стлб. 220-221.

5. ИИМК РАН. Р-III. № 3831. Л. 1 об., 1897.

6. Материалы для истории, археологии и статистики г. Москвы. Ч. I. М., 1894. Стлб. 820-821.

7. Поспелов Ф., свящ. Историческое описание церкви Покрова Пресвятой Богородицы на Лыщиковой горе, на Землянке в Москве. М., 1887. С. 4-6.

8. ЦИА г. Москвы. Ф. 203. Оп. 29. Д. 1804. 1773.

9. ЦИА г. Москвы. Ф. 105. Оп. 9. Д. 124. Л. 2-3. 1783.

10. Скворцов Н. А. Материалы по Москве и Московской епархии XVIII столетия. Вып. I. М., 1911. С. 113.

11. Сытин П. В. История планировки и застройки г. Москвы. Т. 2. М.,1954. С. 136-137.

12. ЦИА г. Москвы. Ф. 105. Оп. 9. Д. 1982, 1802.

13. ЦА НТД г. Москвы. Ф.1. Рогожская (б. Яузская) часть. Ед. хр. 453/415. П. 1. 1806.

14. Архив храма Покрова Пресвятой Богородицы, что на Лыщиковой горе. р-I. Ед. хр. 7. 1812.

15. Поспелов Ф. Указ. соч. С. 8, сноска 4.

16. ЦА НТД г. Москвы. Рогожская (б. Яузская) часть. Ед. хр. 453/415. П. 2, 1828.

17. Поспелов Ф. Указ. соч. С. 9.

18. Журнал Министерства Народного Просвещения. 1886, апрель. С. 32

19. Поспелов Ф. Указ. соч. С. 8-12.

20. ЦА НТД г. Москвы. Ф. 1. Рогожская (б. Яузская) часть. Ед. хр. 453/415. Д. 5. Л. 9, 11.

21. Архив храма Покрова Пресвятой Богородицы, что на Лыщиковой горе. Р-1. Ед. хр. 8. 1908.

22. ЦИА г. Москвы. Ф. 179. Оп. 62. Д. 9843. 1900-1901. Оп. 63. Д. 10046. 1914.

23. Вся Москва 1990/1991. М., 1990. С. 95.

(Данная статья написана на основании архивных материалов и текстов историко-архитектурного обследования, выполненного в 1996 г. мастерской № 17 управления «Моспроект-2». Настоятели храмов могут обращаться в мастерскую № 17 за помощью в исследовании территории и застройки церковных владений.)

Источник: Журнал Московской Патриархии, 1997 г., №5