Императрица Мария Феодоровна – возвращение в Россию (комментарий в цифрах и фактах)

	Герб Дома Романовых

Письмо вдовствующей Императрицы Марии Феодоровны Великому Князю Николаю Николаевичу

Ваше Императорское Высочество!

Болезненно сжалось сердце Мое, когда Я прочла Манифест Великого Князя Кирилла Владимировича, объявившего себя Императором Всероссийским.

До сих пор нет точных известий о судьбе Моих возлюбленных Сыновей и Внука, а потому появление нового Императора Я считаю преждевременным. Нет еще человека, который мог бы погасить во Мне последний луч надежды.

Боюсь, что этот Манифест создаст раскол и уже тем самым не улучшит, а, наоборот, ухудшит положение в уже и без того истерзанной России.

Если же Господу, по Его неисповедимым путям, угодно было призвать к Себе Моих возлюбленных Сыновей и Внука, то Я, не заглядывая вперед, с твердою надеждою на милость Божию полагаю, что Государь Император будет указан нашими Основными Законами в союзе с Церковью Православною совместно с русским народом.

Молю Бога, чтобы Он не прогневался на нас до конца и скоро послал нам спасение путями, Ему только известными.

Уверена, что Вы, как старейший Член Дома Романовых, одинаково со Мною Мыслите.

Мария

21 сунт. / 4 окт, Хуадор

(По материалам сайта «Единое Отечество»)

Обращение Императора Кирилла I по поводу опубликованных писем Вдовствующей Императрицы Марии Феодоровны и Великого Князя Николая Николаевича, комментирующих принятие Государем Императорского Титула, 12/25 октября 1924 г.

С чувством глубокой душевной скорби прочел Я опубликованное Великим Князем Николаем Николаевичем письмо к Нему Ее Императорского Величества Вдовствующей Императрицы Марии Феодоровны от 21 сентября (4 октября) с.г., в котором Ее Величество находит преждевременным Манифест Мой от 31 августа, коим Я принял титул Императора Всероссийского.

Еще более приходится сожалеть о добавлении, объявленном к сему письму от имени Великого Князя Николая Николаевича, который позволил Себе осуждать Мои решения. Однако, веления долга и закона выше уз семейных и взглядов частных, каковыми в данном случае являются мнения обоих старших по возрасту Особ Царского Дома.

Как не дано Мне Права считаться с тем, желаю Я или нет взять на Себя наследственное бремя представлять Россию и отстаивать ее от козней лиходеев, так никто не вправе осуждать Мои деяния, стремлением к благу Родины вызванные.

Коль скоро у Меня не осталось сомнения в действительной кончине старше Меня стоящих Членов Нашего Дома, Я обязан был заступить Их место и поднять знамя, вырванное из Их рук, - таков закон, таковы заветы, воспринятые Мною от Державных Предков Моих.

Меня не может смутить указание, что будущее устройство власти должно быть решено только в соответствии с волею народа. Исполняя закон, Я не насилую подлинной воли народа. Я объявил, что Я по закону Император. Когда Бог поможет народу свободно проявить свое сознание, пусть он со стихийной силой духовного возрождения, зная, кто его Законный Царь, станет вокруг Него на защиту блага Церкви и Отечества.

Я также объявляю, что живет Императорский Дом, сильный соблюдением завещанного Предками статута и законной преемственностью главенства.

Не отвергнет Церковь той Грамоты, которая верными Хранителями Православия, Царями Русскими в торжественной записи положена на Престол Успенского Собора в Московском Кремле.

За нами правда Божья и исторические заветы народные, да не смущаются верные сыны России теми препятствиями, которые встречаются на избранном нами трудном, но святом пути.

На подлинном Собственною Его Императорского Величества рукою подписано: Кирилл

Дано в Кобурге, 12/25 октября 1924 года

(По материалам сайта «Российский Императорский Дом»)