К выходу в свет 10-го тома «Православной энциклопедии» (комментарий в аспекте культуры)

	Вмч. Георгий. Эмалевый образ в "Святой Короне" Венгрии. Константинополь, 1074-1077гг.

Георгий, вмч.

Фрагмент статьи из X тома «Православной энциклопедии»

Георгий (ум. 303), вмч. (пам. 23 апр., 3 нояб., пам. рус. 26 нояб., пам. груз. 10 нояб.). Один из наиболее известных святых в христианском мире, а в некоторых странах (например в Грузии и Англии) самый почитаемый. Претерпевший особо тяжелые страдания за Христа, Георгий причислен к лику великомучеников и как победитель в духовной брани, именуется Победоносцем. Позднее этот эпитет был переосмыслен в связи с победой Георгия над змеем.

Византийская агиографическая традиция.

С особым почитанием Георгия связано наличие большого числа вариантов жития святого. В течение долгого времени сосуществовали 2 группы жизнеописаний Георгия — каноническая и апокрифическая. Древнейшим представителем апокрифической группы является Венский палимпсест, относящийся к V в. «Мученичество Георгия» упоминается в числе апокрифических произведений в т. н. Декрете папы Геласия (ранняя редакция кон. V — начала VI в.). Папирусные фрагменты «Деяний Георгия» (Нессанские отрывки) VI в. были найдены в 1937 г. в пустыне Негев в Палестине.

Текст апокрифического «Мученичества» сохранился в нескольких редакциях, систематизированных К. Крумбахером, которые принято называть по месту их хранения: Афинская, Венецианская, Парижская, Веррийская, смешанная Венская и т. н. Афинский эксцерпт.

Согласно апокрифическим житиям, Георгий претерпел мучения при легендарном персидском царе Дадиане (Дакиане, Датиане или даже при 72 царях) в Лидде (Диосполь в Палестине). Эти тексты содержат характерные апокрифические мотивы: троекратную смерть и воскрешение, забивание гвоздей в голову и др.

Наряду с апокрифическими житиями великомученика (напр., с «Историей рождения и детства») существует ряд апокрифических описаний чудес святого («Чудо с поясом», «Встреча с бесом») и «Откровение святого Георгия».

При переходе от ранне- к средневизантийской эпохе «Мученичество Георгия» претерпело ряд существенных изменений: царь Дадиан превращен агиографами в императора Диоклетиана, а действие перенесено из Лидды в Никомидию. Вероятно, процесс трансформации этого апокрифа был постепенным, т. к. прп. Роман Сладкопевец (ум. после 555) упоминает императора Диоклетиана, но местом казни Георгия еще называет Лидду. Самое древнее из средневизант. мученичеств содержится в рукописи 916 г. Во 2-й пол. Х в. Симеон Метафраст следовал средневизантийской традиции в отличие от своего старшего современника Феодора Дафнопата (ум. после 961), соединившего этот материал с древними апокрифами. В результате соединения апокрифической «Истории рождения и детства» Георгия с т. н. нормальным текстом появляется интерполированный текст. Житие Георгия продолжало перерабатываться на протяжении всего византийского периода.

В соответствии со средневизантийской агиографической традицией Георгий родился в Каппадокии. В ряде источников названы имена его родителей: Геронтий и Полихрония. Согласно «Истории рождения и детства», отцом святого был персидский воин Геронтий. В интерполированном тексте Геронтий назван сенатором из Севастополя Армянского (в сев. части М. Азии), имевшим достоинство стратилата (командующего армией). Он был язычником, а Полихрония — христианкой. Мать воспитала Георгия в христианском благочестии. Когда Геронтий заболел горячкой, то по совету сына призвал имя Христа и исцелился. В других источниках сообщается, что после кончины мужа мать Георгия переселилась с сыном на свою родину, в Палестину, где около г. Лидды у нее были богатые имения. Грузинская традиция считает равноапостольную Нину родственницей Георгия по отцу.

	Вмч. Георгий. Чеканная икона из Лабечина (Грузия). XI в.

В новое время была выдвинута гипотеза о существовании 2 одноименных мучеников, пострадавших в Каппадокии и в Лидде. Э. Гиббон и Ф. Феттер высказали предположение о смешении с Георгием арианского епископа Георгия Каппадокийского (ум. 361), сменившего на кафедре святого Афанасия I Великого.

Мученичество

В юном возрасте Георгий поступил на воинскую службу и отличился в войне с персами в 296–297 гг. Он служил трибуном в когорте Инвиктиоров (непобедимых), а затем был назначен комитом.

Когда начались гонения на христиан, Георгий раздал свое имение нищим и явился на императорский совет в Никомидию. Согласно интерполированному тексту, он предварительно был на допросе у дукса Вардана. Представ перед Диоклетианом, придворными и военачальниками, он исповедал Христа и обличил языческое заблуждение императора. Разгневанный Диоклетиан приказал подвесить Георгия и бить палкой. Затем его бросили в тюрьму, забив ноги в колодки и положив на грудь большой камень. На следующий день император велел подвергнуть его колесованию. Георгий переносил мучения с великим терпением и благодарил Господа. Когда после пытки его оставили растянутым на колесе, явился ангел Господень и исцелил святого. Палачи в страхе разбежались, а Георгий отправился в храм Аполлона, где в это время Диоклетиан совершал жертвоприношения, и назвал идолов ложными богами. Увидев Георгия невредимым, во Христа уверовали Александра царица и военачальники Анатолий и Протолеон. Диоклетиан приказал бросить Георгия в яму с негашеной известью. Через 3 дня воины пришли и обнаружили, что Георгий остался невредим. Собравшиеся вокруг люди, увидев это чудо, воскликнули: «Велик Бог христианский!» Святого повели в тюрьму, надев ему на ноги раскаленную железную обувь с торчащими внутрь гвоздями. В темнице Георгий по молитве получил от Господа утешение и исцеление. Наутро он предстал перед трибуналом и Диоклетиан снова убеждал его принести жертву языческим богам. После отказа его били воловьими жилами. Друг императора Магненций предложил Георгию в доказательство истинности христианской веры воскресить кого-либо из умерших. Георгий обратился с молитвой ко Христу, и началось сильное землетрясение. Одна из гробниц на находившемся неподалеку кладбище отверзлась, и из нее вышел человек, умерший несколько веков назад. Посрамленный Диоклетиан велел отвести Георгия в темницу. Туда в надежде на исцеление стекалось множество больных, среди них был бедный крестьянин Гликерий, у которого единственный бык пал на пашне. Гликерий обратился к святому с просьбой оживить быка, и Георгий ответил ему, что если он уверует во Христа, то, вернувшись домой, найдет быка живым. Императору донесли, что благодаря Георгию многие жители приняли христианскую веру, он по совету приближенных призвал святого и обещал ему великие почести, если тот принесет жертву языческим богам. Георгий согласился пойти в храм и, когда там собралось множество народа, обратился к статуе Аполлона с вопросом, является ли он богом. Обитавший в идоле нечистый дух ответил, что он не бог, а истинный Бог — Иисус Христос. Георгий сотворил крестное знамение, и все идолы упали и разбились. Увидев это, царица Александра открыто исповедала веру во Христа. Император вынес смертный приговор Георгию и Александре. По пути к месту казни Александра присела отдохнуть на камень и мирно предала душу Господу, а Георгию отсекли мечом голову. Это произошло 23 апреля, в Великую пятницу.

В большинстве «Мученичеств» говорится, что они были записаны слугой Георгия Пасикратом (или Панкратием), присутствовавшим при страданиях святого ( Он перенес останки великомученика в Лидду, хотя в ряде источников говорится, что мощи Георгия перенесла в Палестину его мать Полихрония. По интерполированной версии, Полихрония приняла мученическую смерть вместе с сыном.

Самым пространным из дошедших до настоящих времени визант. агиографических памятников, посвященных Георгию, является «Мученичество», написанное Феодором Дафнопатом. Из апокрифических житий этот автор заимствовал главным образом перечисление различных видов мучений, которые претерпел святой. Для реконструкции несохранившихся апокрифических Житий Георгия важен эпизод мучений святого, когда его главу посыпают горящими углями, а затем, подвесив на дереве, обжигают факелами. Сочтя Георгия умершим, воины отнесли его тело на гору Иликс. Это название встречается только у Дафнопата (в апокрифах она именуется Асинарис или Серес). В Житие Георгия, написанное Феодором Дафнопатом, добавлен рассказ о маге Афанасии (см. в ст. Афанасий из волхвов), который после извлечения святого из ямы с негашеной известью поднес ему отравленный напиток, но Георгий произнес молитву и выпил яд без вреда. Афанасий раскаялся и обратился ко Христу вместе с присутствующими при этом чуде. Император велел их казнить за городом.

Существуют латинские, сирийские, армянские, коптские, эфиопские и арабские переводы «Мученичества» Георгия, дополненные рядом новых подробностей.

Сказания о чудесах

Сказания о чудесах Георгия многообразны и широко распространены. Подавляющее большинство из них представляет собой посмертные чудеса. Вместе с почитанием святого становились известны и сказания о его чудесах, часто в вариациях, кроме того, возникали аутентичные сюжеты, например в грузинской, коптской и эфиопской редакциях. Период формирования греческих текстов в VII–IX вв. приходится на эпоху византийско-арабского противостояния в Сирии, Палестине и М. Азии, которое находит отражение в чудесах Георгия. Ниже приведены наиболее известные сказания о чудесах Георгия, вошедшие в византийскую агиографическую литературу.

«Чудо о змии» — одно из самых известных. В греческой традиции оно считается единственным прижизненным чудом святого, однако в славянской и др. относится к числу посмертных, как и все остальные чудеса мученика. Древнейшее изображение Георгия, поражающего копьем змея, встречается в росписях церкви св. Варвары в Соганлы (Каппадокия) и относится к 1006 или 1021 г., а самый древний список «Чуда о змии» датируется XII–XIII вв. Всего насчитывается свыше 200 рукописей, содержащих это сказание.
Согласно основным греческим, латинским и славянским версиям текста, в озере, неподалеку от некоего города, поселился огромный змей, похожий на дракона. Он пожирал людей и овец и отравлял воздух ядовитым дыханием. Все попытки уничтожить его заканчивались гибелью людей. Правитель города, жители которого были язычниками, обратился к богам, и они якобы посоветовали ему каждый день отдавать в жертву змею юношу или девушку. Причем правитель обещал, что если жребий падет на его единственную дочь, то и она разделит участь проч. жертв. Когда до нее дошла очередь, девушку отвели к озеру и оставили на берегу. С ужасом она ждала гибели, но появился всадник на белом коне. Узнав о чудовище, воин, не внимая предостережениям девушки, бросился на вылезшего из озера змея. Он прижал копьем гортань чудовища к земле, а конь стал топтать его копытами. Затем воин приказал девушке накинуть на усмиренного змея пояс и отвести в город. Увидев чудовище, которое она вела, подобно смирному псу, горожане замерли от изумления. Георгий объяснил им, что он одолел змея силой Христа. Когда по просьбе горожан святой убил змея, они приняли Крещение. На том месте, где змей был умерщвлен, построили церковь во имя вмч. Георгия, около которой забил целебный источник. По всей видимости, это чудо произошло в Сирии. В многочисленных версиях и редакциях этого сказания присутствуют разные названия города: Ласия, Лаосия, Гевал, Нагава, Наглава и т. д. Предполагалось, что Ласия — это искаженное название Лаодикии, Нагава — ошибочное написание, а Гевал (Гебал или Габала) — город близ Лаодикии Сирийской (совр. Латакия) (Кирпичников. С. 115) или, возможно, в 40 км от Бейрута (Ливан). Однако окончательных выводов по этому вопросу нет. В тексте из соб-рания «Житий святых» свт. Димитрия Ростовского (ЖСв. Апр. С. 390), источником которого служили «Acta Sanctorum» (ActaSS. Apr. T. 3. P. 106), сообщается, что этот город находился неподалеку от Берита (совр. Бейрут). В некоторых редакциях приводится имя царя: в латинской традиции — Севиус, в греческой — Селвиос, в славянской — Селевий, Селевин, Селевкий, в грузинской — Селинос . «Чудо о змии» впоследствии получило аллегорическую трактовку, став символом торжества христианства над язычеством или победы христианина над страстями.

«Чудо о колонне вдовы» (BHG, N 691a–691c) относится автором к числу первых чудес великомученика. В палестинском городе, где покоились мощи Георгия, византийский император задумал перестроить храм, освященный во имя святого, сделав его более величественным. Но в городе не было подходящего материала для изготовления колонн, и за ним отправилась экспедиция по морю в другой город, где находились каменоломни. Некая благочестивая вдова, почитавшая Георгия, на все деньги, которые у нее были, купила колонну и хотела погрузить ее на императорский корабль, т. к. не имела средств отправить ее. Но чиновник, ведавший отправкой груза, отказался принять колонну под предлогом того, что не следует смешивать дар императора с приношением бедной женщины. Расстроенная таким ответом вдова осталась на берегу. Вдруг перед ней появился Георгий и спросил, где в храме она хотела бы поставить колонну, и пальцем написал на колонне, чтобы та была установлена 2-й справа. Когда корабль подплывал к городу, чиновник увидел на берегу колонну вдовы и, пораженный этим чудом, раскаялся в своем высокомерии. Колонна была установлена в храме согласно надписи, края оставалась на ней на протяжении многих столетий. С начала IX в. в некоторых византийских рукописях город, где строился этот храм, называется Рамла. Он возник около 715 г., после захвата Палестины арабами, в 4 км от Лидды. Храм во имя вмч. Георгия был построен в Рамле в 784 г., до наст. времени в этой церкви показывают «колонну вдовы».
По мнению А. Ю. Виноградова (Бугаевский А. В., Владимир (Зорин), игум. C. 32–33), в «Чуде о колонне вдовы» речь идет о периоде, когда Палестина входила в состав Византии (до 637). Императором, приказавшим реконструировать храм великомученика, скорее всего был Юстиниан I (527–565), построивший церковь в Лидде, а не в Рамле (см. в ст. Георгия великомученика церковь в Лидде).

«Чудо о сарацине, пустившем стрелу в икону св. Георгия» (или «Чудо об обращении сарацина» (BHG, N 691), в слав. традиции называемое «Чудом об иконе Георгия Победоносца», произошло в Рамле после захвата Палестины арабами. Один араб зашел в христианский храм, где увидел священника, молящегося перед образом Георгия. Желая показать пренебрежение к христианским иконам, араб выстрелил в образ из лука, но стрела была пущена так, что, не причинив вреда иконе, вонзилась в руку стрелявшего. Араб, страдавший от невыносимой боли, призвал священника, который рассказал ему о Георгии и посоветовал для исцеления повесить над постелью икону святого, а утром помазать рану елеем из горевшей перед ней лампады. После исцеления священник принес арабу Житие Георгия на его родном языке, и оно произвело на него такое впечатление, что араб крестился и вскоре принял мученическую смерть, проповедуя христианство среди соплеменников.

«Чудо о воине и коне» известно в изложении паломника, галльского еп. Аркульфа (ок. 670 или 685). Когда в Лидде собралось большое войско, чтобы отправиться в поход, некий воин дал обет в храме Георгия, что если он вернется из похода живым, то отдаст в дар великомученику любимого коня. Вернувшись из похода целым и невредимым, хотя войско понесло большие потери, воин вместо обещанного оставил перед иконой Георгия 20 солидов (столько стоил его конь) и хотел увести коня, но тот не сдвинулся с места. Он добавил к приношению еще 10 солидов, но конь опять оставался неподвижен. Воин продолжал увеличивать сумму, пока она не достигла 60 солидов, и наконец понял, что надо исполнить обет: вместе с деньгами он оставил коня, который легко пошел за ним к иконе святого. Этот сюжет о необходимости строгого выполнения данного обета весьма характерен для чудес Георгия.

«Чудо о спасении от разбойников». В г. Дидии (Пафлагония) находился храм во имя вмч. Георгия. Среди его благочестивых прихожан были Лев и его сын Ма-нуил. Последний каждый год ходил в г. Хоны, относя богатые пожертвования на храм архистратига Михаила. Однажды в пути его застала ночь и он, увидев в пещере огонь, попросился на ночлег, не зная, что здесь живут разбойники, которые в тот момент отсутствовали. Женщина, бывшая в пещере, узнав о том, что у юноши с собой большая сумма денег, решила задержать его до прихода мужа и сына и, прикинувшись радушной хозяйкой, уложила его спать.

Проснувшись, Мануил услышал разговор разбойников и стал молиться Георгию Сделав вид, что они тоже хотят совершить паломничество в Хоны, разбойники завели юношу в безлюдное место. Осознав, что настал смертный час, Мануил закричал, призывая на помощь Георгия. Перед ними появился всадник, который одного за другим бросил разбойников в реку. Затем посадил Мануила на коня, и в одно мгновение они очутились в Хонах, хотя до города было 8 дней пути. Всадник объяснил, что он — Георгий, и стал невидимым. Святой появился в разбойничьем вертепе и сжег его вместе с коварной хозяйкой. Сюжет об избавлении от опасности является одним из самых распространенных в чудесах великомученика.

«Чудеса об избавлении отрока из плена» широко отражены в иконографии. На острове Лесбос был храм во имя вмч. Георгия, где в престольный праздник собиралось много людей. Зная об этом, на христиан напали арабы и увезли на о-в Крит большое количество пленников, среди них был некий юноша, чьи родители тяжелее других переживали разлуку с сыном. Через год, в день памяти Георгия, они устроили обед в честь святого, а мать юноши горячо молилась о возвращении сына. В тот момент, когда ее муж обращался с молитвой к Георгию, а гости разливали вино, сын хозяев появился в доме с сосудом вина в руках. На удивленные расспросы юноша ответил, что долгое время был рабом в доме критского эмира и сегодня прислуживал ему за обедом, разливая вино. Внезапно перед ним предстал Георгий, посадил его на коня и перенес в родной дом. Одной рукой юноша держался за пояс святого, а в другой так и остался сосуд с вином из дома эмира.

Похожий рассказ сохранился в изложении мон. Космы («Чудо о сыне попове») и относится к царствованию визант. имп. Василия I Македонянина (867–886). Филофей, сын священника из церкви св. Георгия, был захвачен арабами по пути на Кипр и 3 года провел в плену в Палестине. Однажды в день памяти Георгия он нес вино в баню хозяина, по дороге молясь великомученику об избавлении от плена. Разбавляя вино, юноша почувствовал, что его подняла какая-то сила, и тотчас он очутился в алтаре храма, где его отец совершал литургию. В руках юноши остался араб. мраморный сосуд.

Подобное чудо произошло и при императоре Константине VII Порфирородном . Сын благочестивых родителей Леонтия и Феофано из Амастриды (Пафлагония), почитавших Георгия, также по имени Георгий, ушел на войну с болгарами и попал в плен. Родители, не имея известий о сыне, считали его погибшим. В день памяти Георгия они по обыкновению устроили пышный обед. Внезапно среди гостей появился пропавший юноша, державший горшок с едой. Он рассказал, что работал на кухне и нес пищу хозяину, но вдруг увидел сияющего воина на коне, который перенес его в родной дом. Это случилось так быстро, что еда в горшке не успела остыть и была поставлена на стол в качестве угощения, а горшок родители юноши впоследствии передали в храм Георгия, где он хранился долгое время.

Известны и др. чудеса Георгия, которым посвящены греческие тексты: «О быке Феописта», «О видении сарацина» (автор Григорий Декаполит), «О пронзенном образе», «Об убитом воине», «О пироге», «О поясе святого», «О пафла-гонском юноше».