Православные храмы – от Южной Африки до Антарктиды (Телепрограмма, 06.08.05) (комментарий в свете веры)

	Православный храм в Антарктиде

Телепрограмма «Православная энциклопедия»

(Эфир на канале ТВЦ 06.08.05)

Видеозапись телепередачи «Православная энциклопедия» от 6 августа 2005 года (формат WM9 – 256Kbps – PAL, 22 мин., 48 Mb, разр. 320х240)

* * *

Ведущий – священник Алексий Уминский: – Здравствуйте, в эфире «Православная энциклопедия». Сегодня наша программа посвящена Православию в самых отдаленных концах света. Хотя край земли – понятие относительное: смотря откуда отсчитывать. Но вот Антарктида, как ни посмотри, все равно окажется крайней точкой. Если вам повезет туда попасть, то первое, что вы увидите с теплохода, который доставит вас с Огненной Земли, – это деревянный храм во имя Святой Живоначальной Троицы. Этот единственный православный храм на материке был освящен чуть больше года назад. И сегодня к нам в студию придут монахи Троице-Сергиевой Лавры, которые долгое время несли послушание в этом храме.

Как поется в известной песне: «Широка страна моя родная, много в ней лесов, полей и рек». Но именно эта широта и является порой очень большим препятствием для наших православных сограждан, стремящихся попасть в храм. Потому что иной раз до ближайшего храма – десятки и сотни километров. Проблему решили по-другому: теперь храмы сами приезжают и приплывают к своим прихожанам.

Сюжет: Храм-вагон

Первый храм-вагон появился у Русской Православной Церкви в 2000 году. Это был подарок Святейшему Патриарху и всей Его пастве от российских железнодорожников. Подобный храм-вагон был давней мечтой православного духовенства. Несмотря на то, что за последние 10 лет в России построено более 15 тысяч новых храмов, их все равно не хватает, особенно в российской глубинке. Там без такого «храма на рельсах» не обойтись. Ведь главное назначение такого храма – миссионерская деятельность в удаленных регионах.

Святейший Патриарх Алексий: – Этот храм поможет людям обрести дорогу к Церкви и Богу.

Для первого «храма на рельсах» использовали старые пассажирские вагоны. Железнодорожники менее чем за год изменили их до неузнаваемости. Новый храм освятили в честь иконы Божией Матери «Одигитрия», которая испокон веков сопровождает всех путников. Передвижной храмовый комплекс состоит из двух вагонов: в одном разместилась церковь, в другом – жилые помещения и библиотека.

Михаил Гаврилов, железнодорожник: – Мы надеемся, что тот опыт, который мы приобрели при изготовлении этого вагона, будет способствовать дальнейшей работе по изготовлению и усовершенствованию храмов-вагонов. Сама идея, несомненно, будет реализована как можно более эффективно.

Сегодня на счету этого передвижного храмового комплекса – тысячи километров по железным дорогам самых удаленных российских регионов. В нем крещены, обвенчаны и причащены десятки тысяч человек. По словам священников и других участников миссионерских экспедиций, «церковь на колесах» встречают целыми деревнями.

Недавно у столичного храма-вагона появился младший брат в Екатеринбургской епархии. Это поистине вагон-труженик – на запасном пути его не увидишь.

Священник Владимир Зайцев, руководитель миссионерского отдела Екатеринбургской епархии: – Если мы приезжаем в село, то остаемся там хотя бы на полнедели или даже на неделю. Во-первых, для того, чтобы об этом все в селе и округе узнали, а во-вторых, чтобы те, кто крестится, смог бы еще и помолиться, исповедаться и причаститься, кто не был венчан – смог повенчаться, а те, кто был оторван от нормальной богослужебной жизни, мог походить на службы.

* * *

Ведущий – священник Алексий Уминский: – Думаю, теперь с уверенностью можно сказать, что не существует такого места на нашей планете, где бы не было православного храма.

Сюжет: Антарктида

Антарктида – синоним слова «холод». Здесь самый суровый климат на земле – с температурой воздуха, достигающей 70-ти градусов по Цельсию. 99% территории покрыто льдом, возраст которого более 6 миллионов лет. На сотни километров вокруг – лишь гигантские айсберги, заснеженные горные цепи и пустота полярных плато. Это место – красивое, безмятежное и абсолютно дикое.

Антарктиду открыли русские моряки в 1820 году, совершив опаснейшее путешествие на парусных кораблях «Восток» и «Мирный», которыми командовали адмиралы Беллинсгаузен и Лазарев. Благодаря этому открытию на карте Антарктики появилось много русских названий – острова Шишкова, Мордвинова, Петра I, Земля Александра I, Русский остров.

На сегодняшний день ни одна страна мира не имеет никаких прав на Антарктиду или любую её часть. Международно-правовой режим определяется Договором 1959 г. Он предусматривает полную нейтральность Антарктики и устанавливает здесь лишь «принцип свободы научных исследований».

Здесь нет государственных границ, столицы, не требуются въездные визы. Это место, где никто не спросит, какой ты национальности или веры. Но путешествие сюда иначе как экстремальным не назовешь. Здесь человек вынужден подчиниться природе и ее законам. Погода и лед, а не часы и календари, устанавливают график для поездки сюда. Тем не менее, в туристический сезон, летом, около 4000 смельчаков посещают Антарктиду. В нетуристический сезон, зимой, проживают только работники международных научных станций – около 1200 человек самых разных национальностей.

На российской научной полярной станции «Беллинсгаузен» работает 25 человек, а на зимовку, в самое тяжелое время, остается 10. Гидрологи и метеорологи, биологи и гляциологи, исследующие ледяной покров. Есть специалисты, которые изучают даже космическую пыль, падающую с неба. Из-за экстремальных погодных условий здесь можно прожить не больше года.

С недавних пор постоянными членами экспедиции стали еще и священники. Ведь на российской станции появился храм – во имя Святой Живоначальной Троицы. Это единственный православный храм на всем континенте. Он освящен в феврале 2004 года наместником Троице-Сергиевой Лавры епископом Феогностом и является подворьем Лавры в Антарктиде.

* * *

Ведущий – священник Алексий Уминский: – Сегодня у нас в гостях – монахи Троице-Сергиевой Лавры, которые служили в Антарктиде – иеромонах Каллистрат (Романенко) и иеродиакон Зотик (Плачинта). Здравствуйте, отец Каллистрат. Здравствуйте, отец Зотик.

Отец Каллистрат, как Вы попали в Антарктиду?

Иеромонах Каллистрат: – Меня туда послал наместник Троице-Сергиевой Лавры епископ Феогност.

Ведущий – священник Алексий Уминский: – Отец Каллистрат, почему направили именно Вас?

Иеромонах Каллистрат: – Потому что до этого у меня был уже опыт зимовки. Мы зимовали вместе с отцом Лазарем на острове Анзер, втором по величине острове Соловецкого архипелага.

Ведущий – священник Алексий Уминский: – Как долго Вы там пробыли?

Иеромонах Каллистрат: – Я провел там полтора года.

Ведущий – священник Алексий Уминский: – Скажите, а температура там сильно отличается от температуры в Антарктиде?

Иеромонах Каллистрат: – Антарктида – это огромный материк, сопоставимый по величине с Северной Америкой, и температура там отличается от анзерской. На широте, на которой находится российская станция « Беллинсгаузен», температура выше, чем на Соловках. При этом на станциях, расположенных на других широтах, была зафиксирована самая низкая температура в мире – 89,3 градуса ниже нуля по Цельсию.

Ведущий – священник Алексий Уминский: – Отец Зотик, Вы тоже имели опыт подобной зимовки до Антарктиды, жили где-нибудь в экстремальных условиях?

Иеродиакон Зотик: – Нет, я – человек южный и попал на полярную станцию по приглашению отца Каллистрата.

Иеромонах Каллистрат: – Отец Зотик попал туда, потому что он был единственный, кто откликнулся на мою просьбу и согласился поехать в Антарктиду. Я многих просил, чтобы они приехали на сезон ко мне, но все отказывались. Только отец Зотик выручил меня.

Ведущий – священник Алексий Уминский: – Отец Зотик, как в Антарктиде поддерживается связь с «большой землей», с Троице-Сергиевой Лаврой?

Иеродиакон Зотик: – Связь поддерживается прежде всего духовно. Что касается телефонной связи, то рядом с нашей станцией «Беллинсгаузен» стоит чилийская авиационная база, на которой есть телефон космической связи. Нужно бросить монетку в сто пенсов – и можно поговорить с «большой землей».

Ведущий – священник Алексий Уминский: – А приходилось ли вам в Антарктиде крестить, венчать? И вообще, чаще всего с чем к вам обращаются полярники?

Иеромонах Каллистрат: – Венчать не приходилось, но было совершено несколько крещений. В самый день освящения храма крестились начальник станции и инженер дизельной станции. Потом еще было крещено три человека.

Ведущий – священник Алексий Уминский: – А где Вы крестите людей?

Иеромонах Каллистрат: – Мне приходилось крестить их просто в океане. В храме начинали чин Крещения с оглашения, затем выходили на берег океана, спускали на воду резиновую лодку и с этой лодки я ребят окунал в океан. Холодно, конечно, но что поделаешь.

Ведущий –священник Алексий Уминский: – Отец Каллистрат, скажите, а вообще полярники люди верующие? Вас они приняли как своих или как чужих?

Иеромонах Каллистрат: – Конечно, в первое время присматривались, так как церковнослужители, храм были для них чем-то новым, необычным. Думаю, почти все полярники – люди верующие. Как потом оказалось, чуть ли не у каждого есть какая-нибудь иконка, крестик, перед отправкой на «большую землю» ходят в церковь. Но обычно никто из них этого не афиширует. В плане отношения, нужно сказать, что с самого начала полярники относились ко мне с уважением, и в течение зимовки, думаю, я стал для них «своим».

Ведущий – священник Алексий Уминский: – Отец Зотик, а у Вас как сложились отношения с сотрудниками станции?

Иеродиакон Зотик: – Дело в том, что я заканчивал Тюменский университет и восемь лет прожил в Тюменской области, благодаря чему, думаю, мы нашли с полярниками общий язык. На вопрос о том, верующие ли российские полярники, я бы мог сказать, что неверующих людей среди наших полярников нет. Конечно, у кого-то из них вера своя, некоторые верят по своему, но хочется отметить людей, о которых сказал отец Каллистрат, в частности, начальника станции Олега Сергеевича Сахарова. Именно от него исходила идея постройки храма, и благодаря его стараниям и помощи его коллег был построен православный храм в Антарктиде.

Иеромонах Каллистрат: – Да, основная заслуга в постройке храма принадлежит ему. Он умеет заинтересовать слушателей. Однажды сотрудник одной иностранной станции попал на нашу станцию и просидел на ней из-за плохой погоды несколько дней. Олег Сергеевич разговаривал с ним о храме, показывал проект храма еще до его постройки. После этого иностранец выделил средства денег, на которые были отлиты колокола.

Ведущий – священник Алексий Уминский: – Отец Зотик, Вы сказали о том, что многие из сотрудников станции – люди верующие. А ходят они в храм на службы? Вот Олег Сергеевич, например, как часто участвует в богослужениях?

Иеродиакон Зотик: – Олег Сергеевич не пропустил, думаю, ни одной службы.

Иеромонах Каллистрат: – Другие полярники ходят редко. Некоторые, как я сам видел, ходили в храм ночью, когда там никого нет. Но на Рождество, к примеру, я сказал, чтобы обязательно все пришли по случаю такого большого праздника. И почти все пришли.

	Храм во имя Святой Троицы в Антарктиде

Ведущий – священник Алексий Уминский: – А с других станций в Троицкий храм приходят? Например, с чилийской, с американской.

Иеромонах Каллистрат: – В прошлом году совпала Пасха у православных и католиков. К нам в храм пришли чилийцы со своим начальником доном Монуэлем и отстояли всю службу вместе. В другие дни тоже приходили иностранцы, например, на освящение храма. А один из иностранцев – диспетчер чилийского аэропорта – потом в Чили, в Сантьяго, принял Православие в приходе Антиохийского Патриархата. Он недавно приезжал в Россию, был у нас в Лавре.

Ведущий – священник Алексий Уминский: – Отец Зотик, а чем Вы занимаетесь в свободное время, ведь я так понимаю, что службы у Вас там бывают не каждый день?

Иеродиакон Зотик: – Службы у нас проходят практически каждый день.

Иеромонах Каллистрат: – Дело в том, что когда еще отец Зотик не приехал, я служил лишь раз в неделю. А если случались в воскресение какие-то срочные работы на станции, то и воскресная служба опускалась. Когда приехал отец Зотик, то мы решили служить четыре раза в неделю, поэтому свободного времени остается очень немного.

Ведущий – священник Алексий Уминский: – Как было сказано в сюжете, в Антарктиде бывают туристы. Они тоже к Вам в храм приходят?

Иеродиакон Зотик: – Да, и их очень много. Они приезжают из разных стран мира – из Аргентины, Чили и других. В программу поездки входит посещение нашего храма, и среди них, что очень радует, встречается немало православных.

Ведущий – священник Алексий Уминский: – А туристов Вам не приходилось крестить?

Иеромонах Каллистрат: – Нет, туристов не приходилось. А вот некоторых членов экипажей судов, большинство из которых были российскими, я крестил.

Ведущий – священник Алексий Уминский: – А когда к Вам приходят чилийцы или сотрудники других иностранных станций, то на каком языке Вы с ними общаетесь?

Иеромонах Каллистрат: – На так называемом «антарктическом английском». Это английский, разбавленный большим количеством испанских слов.

Ведущий – священник Алексий Уминский: – А Вы хорошо говорите на этом антарктическом языке?

Иеродиакон Зотик: – Отец Каллистрат в спецшколе изучал английский язык. Но за послушание пришлось учить еще и испанский.

Иеромонах Каллистрат: – Я по-английски говорю, а по-испански знаю только небольшое количество слов. К примеру, слово «маньяна» значит «никогда».

Иеродиакон Зотик: – А на самом деле – «завтра». Если нас «кормят завтраками», значит то, о чем идет речь, не будет сделано никогда. Если чилийцы сказали «отложим на маньяну», значит, этого никогда не произойдет.

Иеромонах Каллистрат: – А выражение «уно секундо» значит маленькая «маньяна».

Иеродиакон Зотик: – Если серьезно, то в Антарктиде имеются станции самых разных стран, и нам приходится часто общаться на разных языках. Я, милостью Божией, тоже учился во французской спецшколе. На российской станции мы, естественно, общаемся между собой на русском языке.

Ведущий – священник Алексий Уминский: – Сколько сейчас на российской станции живет полярников?

Иеромонах Каллистрат: – 11 человек, включая духовенство. Но это во время зимовки. А в летний сезон – до 24 человек. А на станции «Мирный» – около 30 человек.

Ведущий – священник Алексий Уминский: – А с «Мирного» не приезжают к Вам?

Иеромонах Каллистрат: – Нет, конечно, ведь нас отделяет от «Мирного» несколько тысяч километров, такое же примерно расстояние, как от Урала до Владивостока. При этом необходимо отметить, что связь между станциями поддерживается хорошая.

Ведущий – священник Алексий Уминский: – А Вас не смущает, что в Вашем храме мало прихожан?

Иеромонах Каллистрат: – Иногда приходят мысли о том, что особо большой нужды и пользы в храме здесь не видно. Но утешаешь себя тем, что все сразу не приходит. Необходимо какое-то время, чтобы понять смысл всего происходящего, чтобы увидеть плоды своего служения.

Иеродиакон Зотик: – Знаете, наличие храма в Антарктиде дает возможность людям, находящимся здесь, определиться в духовной жизни. И теперь человек, попадая по работе даже в Антарктиду, имеет возможность посещать храм, вести церковную жизнь.

Ведущий – священник Алексий Уминский: – Спасибо вам, отец Каллистрат и отец Зотик, что нашли время придти к нам в студию и рассказали так много интересного о самом отдаленном русском православном храме. Не знаю, на каком краю земли вы окажетесь в следующий раз, но где бы вы ни были, пусть Господь будет с вами и пусть дает вам силы служить людям и Церкви. Спаси вас Христос. Всего вам доброго.

А теперь из холодной Антарктиды перенесемся в Южную Африку. Это тоже край земли. В Южно-Африканской республике живет около 30 тысяч выходцев из бывшего СССР и потомков эмигрантов первой волны. На работу в эту страну приезжают российские ученые и дипломаты. Уже много лет здесь существует местная русскоязычная православная община. А совсем недавно у нее появился свой храм.

	Храм во имя преподобного Сергия Радонежского в ЮАР

Сюжет: Храм в ЮАР

Южная Африка вот уже больше века манит русских – путешественников, авантюристов, романтиков. «Трансвааль, Трансвааль, страна моя, ты вся горишь в огне...» Эту знаменитую песню в наш фольклор принесли англо-бурские войны конца XIX века. Тогда офицеры русской армии отправлялись в далекий путь, чтобы вместе с бурами воевать против британских колониальных войск. Русские подарили бурам Библию и икону, на которой Божия Матерь благословляет преподобного Сергия Радонежского. Эти реликвии до сих пор хранятся в культурно-историческом музее Претории.

В середине XX века Страна Советов сочувствовала борьбе коренных племен с белыми угнетателями и активно помогала Африканскому Национальному Конгрессу.

Три волны русской эмиграции прокатились через Мыс Доброй Надежды. В середине 60-х годов прошлого столетия здесь появилась первая православная община. Началась она с домового храма во имя святого князя Владимира. Позже центром русской духовной жизни стал «Русский дом», обустроенный силами эмигрантов.

Сегодня в новой ЮАР живет несколько десятков тысяч наших соотечественников. Два года назад засияли, наконец, в предместьях Йоханнесбурга золотые купола первого русского храма. Проект петербургского архитектора Юрия Кирса был безвозмездным даром русской общине ЮАР. Золотить купола приезжали мастера из России. Восхищенные южноафриканцы до сих пор уверены, что эти маковки – из чистого золота.

Канонически храм входит в структуру Йоханнесбургской и Преторийской епархии Александрийского Патриархата. Но все знают, что он – русский. 2 марта 2003 года он был освящен во имя преподобного Сергия Радонежского. Несколько лет главой прихода был игумен Филарет.

Игумен Филарет (Булеков): – Я помню, мы служили молебен на месте, где сейчас стоит храм. Тогда там была трава по колено. В тот день – 18 июля – праздновалось перенесение мощей преподобного Сергия Радонежского. В ЮАР в это время зима. Было достаточно холодно, все были одеты тепло (мы бы сказали по-осеннему). Мы молились преподобному Сергию, читали акафист ему и просили, чтобы Господь дал когда-нибудь построить здесь православный храм. Наверное, по маловерию мне казалось, что это случиться не так быстро.

Сегодня настоятель храма – протоиерей Иоанн Лапидус. Из самого центра Москвы, где он раньше служил в храме при Московском университете, судьба забросила его на другой континент. Прихожане здесь в основном русские. На праздники собирается много людей. Приходят и местные жители, которым любопытно посмотреть на экзотическое для них действо и сказочное здание. Простое любопытство нередко перерастает в искреннюю веру. И в последние годы многие африканцы принимают Православие.

Русская община в ЮАР занимается и поиском могил соотечественников. На берегу Индийского океана недалеко от Кейптауна, на старом военном кладбище обнаружили захоронения русских моряков фрегата «Димитрий Донской», который заходил в местный порт в 1867 году. Похоронены здесь и матросы с кораблей русской эскадры, шедшей к Цусиме во время Русско-японской войны. Митрополит Смоленский и Калининградский Кирилл, приезжавший на освящение храма, отслужил на этом кладбище панихиду. Недавно трудами Русской Церкви здесь поставлен большой каменный крест в память обо всех россиянах, которые обрели свой покой на земле юга Африки.

С открытием нового храма Южная Африка стала еще ближе к России. И теперь каждый русский человек, оказавшись здесь, почувствует себя как дома, зайдя в храм преподобного Сергия.

* * *

Ведущий – священник Алексий Уминский: – А теперь – наша традиционная кулинарная рубрика. Приготовьтесь записывать рецепт. Секретами православной кухни делится наш постоянный ведущий батюшка Гермоген.

Сюжет: Кухня батюшки Гермогена

Иеромонах Гермоген: – Доброе утро!

Ветер дальних странствий и рассказы об экзотических странах навевают мысль приготовить что-нибудь необычное, например, селедку с картошкой. Вы удивлены, а зря. Ведь селедка, к которой мы все привыкли, водится в далеких океанах, а картошка была привезена в XVIII веке из Америки, поэтому привычное для нас блюдо было некогда экзотикой на русском столе. А сегодня мы все-таки приготовим нечто необычное из картофеля и селедки – это пироги.

Для теста нам понадобится: 1 кг картофеля, 200 г муки и 2 яйца. А для начинки – 300 г сельди, 2 луковицы, 2 столовые ложки сухарей и, естественно, соль, специи и зелень.

Потолчем отваренную картошку. Тесто должно быть достаточно крутым. Теперь в картофельное пюре добавляем муку. Все перемешиваем. Далее добавим в наше тесто яйца, соль и все хорошо перемешаем.

Тесто готово. Теперь займемся начинкой. Возьмем сельдь и мелко ее нарежем. Нарубленную сельдь перекладываем в отдельную миску. Мелко режем лук и немного укропа. В начинку добавим немножко сухарей и черный перец по вкусу. Теперь это все хорошо перемешаем. У нас получилась начинка.

В картофельное «тесто» заворачиваем селедочную начинку. Пожарим пироги на растительном масле.

Наши пироги готовы. Правда, некоторые скажут: «Что-то ваши пирожки похожи на картофельные зразы». Можно назвать их и так.

Ангела вам за трапезой.

* * *

Ведущий – священник Алексий Уминский: – Наша программа подошла к концу. Её электронную версию читайте на нашем сайте «Седмица.Ru». Там же вы найдете самые последние новости религиозной жизни со всех концов света, даже самых отдаленных.

Всего вам доброго. Храни вас Господь.