Предстоятель Русской Церкви совершил богослужение в день праздника Благовещения (комментарий в аспекте культуры)

	Благовещение Устюжское, древнерусская икона XII-XIII вв.

Иконография праздника Благовещения

Изображения, трактуемые как «Благовещение», встречаются уже в росписях катакомб (Присциллы, 2-я пол. II в.— 1-я пол. III в., Петра и Марцеллина, 2-я пол. III — 1-я пол. IV в., Новое кладбище на Виа Латина, сер. IV в.). Как Благовещение интерпретируется сцена, где юноша, рука к-рого протянута вперед, стоя перед сидящей в кресле женщиной, обращается к ней с речью. Сюжетный контекст позволяет видеть в этой сцене Благовещение, поскольку сходные изображения бескрылых ангелов известны во фресках катакомб по композициям «Явление ангела Товии», «Явление ангела Валааму», «Явление Троицы Аврааму». Следующей по времени является композиция Благовещения на рельефе саркофага из ц. Сан-Франческо в Равенне, после 400 г., где ангел представлен с большими крыльями, с посохом в левой руке, а сидящая Богоматерь — с веретеном и пряжей, опускающейся в корзину у Ее ног. В мозаиках триумфальной арки (в верхнем регистре левой стороны) базилики Санта-Мария Маджоре в Риме, 432–445 гг., программа росписи к-рой разрабатывалась в соответствии с определениями III Вселенского Собора, догматически закрепившего именование «Богородица» за Пресвятой Девой Марией, сцена Благовещения отличается особой торжественностью. Богоматерь в пышном платье с драгоценными украшениями царственно восседает на престоле с подножием, Ее прическа убрана жемчугом, в руках пурпурного цвета пряжа, конец к-рой опускается в высокую корзину. Над Нею слетающие с небес ангел и голубь (символическое изображение Св. Духа). Вокруг престола Богоматери ангелы представлены еще 5 раз беседующими с Ней и с прав. Иосифом. Слева от Богоматери — высокое здание с закрытой дверью, возможно, символически указывающее на пророчество Иезекииля (44. 1–4). Ангелы в этой росписи и во всех последующих изображениях представлены с крыльями.

Благовещение у источника (кладезя) является др. вариантом иконографии, получившим распространение в раннюю эпоху. Эта сцена изображена в клейме на резной пластине слоновой кости оклада Евангелия из сокровищницы Миланского собора (2-я пол. V в.): Богоматерь с сосудом в руке стоит на коленях у источника. Она повернулась к ангелу, к-рый обращается к Ней с благословением. В следующем клейме Богоматерь и ангел изображены перед зданием с колоннами. Ангел, оборачиваясь к Пресвятой Деве, указывает на небеса. Как и в росписи базилики Санта-Мария Маджоре, Богоматерь изображена в украшенном ожерельем платье, с непокрытой головой.

На резной пластине слоновой кости трона (кафедры) архиеп. Максимиана (546–556, Архиепископский музей, Равенна) в сцене Благовещения Богоматерь представлена в одежде, традиционных для восточно-христианского мира,— в хитоне и мафории, покрывающем голову, в левой руке у Нее веретено и пряжа. Она сидит в кресле с высокой спинкой, справа к Ней приближается ангел. Правой рукой ангел благословляет, в левой держит жезл. Так же, с небольшим отличием в деталях (ладонь правой руки Богоматери раскрыта перед грудью, в левой Она держит конец пряжи, опускающийся в корзину, короткий жезл ангела увенчан крестом), изображена сцена на створке диптиха из слоновой кости (VI в., ГМИИ). В нижнем клейме створки находится сцена «Испытание Богоматери водой». На миниатюре из Евангелия Раввулы (Laurent. Plut. I. 56, 586 г.), к-рая располагается на полях по сторонам арки с таблицей канонов, впервые в сцене Б. появляется изображение стоящей Богоматери, приветствующей арх. Гавриила. Так же стоящей перед престолом изображена Богоматерь на ампуле VII в. из собора в Монце (Италия). Этот иконографический извод получил в дальнейшем распространение в средневековом искусстве.

Схема, сложившаяся в раннехристианский период, не претерпела существенных изменений в византийском, балканском и древнеруском искусстве и варьируется на иконах, в миниатюрах и монументальных росписях IX–XII вв. (миниатюры из рукописи Слова Григория Назианзина — Paris. Gr. 510, 880–883 гг.; икона «Деисус и двенадцать праздников», XI–XII в., мон-рь вмц. Екатерины на Синае; 2 фрагмента эпистилия темплона, Афон, Ватопед и мон-рь вмц. Екатерины на Синае, оба XII в.; икона-тетраптих «Двенадцать праздников», XII в., мон-рь вмц. Екатерины на Синае; 2 иконы с изображением арх. Гавриила и Богоматери, XII в., музей в Охриде). Во 2-й пол. XII в. в позднекомниновскую эпоху в композиции преобладают динамичные экспрессивные черты. Движение архангела становится стремительным, взгляд Богородицы, обращенный к нему, испытующим. Эмоциональная настроенность образов соответствует богослужебным текстам, в к-рых устами арх. Гавриила свидетельствуются царское достоинство Богородицы и трепет перед Ней небесных сил: «Со страхомъ Тебе, яко рабъ, Госпоже, предстою, съ боязнию, отроковице» (4-я песнь канона праздника Благовещения). Композиция дополняется символическими деталями. На иконе кон. XII в. из мон-ря вмц. Екатерины на Синае на первом плане изображена река с множеством птиц и рыб — символ рая. За троном Богоматери, на золотой кровле высокой палаты, где находится гнездо с птицами, изображен вознесенный ввысь сад за оградой с деревьями, цветами и птицами — «Вертоград заключенный» — символический образ рая и Богородицы (Песн 4. 12). Золотой престол Богородицы, украшенный драгоценными камнями и жемчугом, и высящееся за ним здание с отдернутой завесой напоминают трон царя Соломона (3 Цар 10. 18) — также символ Богородицы.

Основанная на евангельском тексте, композиция Благовещения отразила и влияние апокрифов, гл. обр. «Протоевангелия Иакова». На это указывает присутствующий в композиции Благовещения мотив рукоделия, Благовещение у источника (кладезя) и сцена испытания Богородицы водой обличения, к-рые восходят к апокрифическим рассказам, и в дальнейшем широко использовались в гимнографии. Богородица, живущая после обручения в доме Иосифа в Назарете, в числе др. 8 чистых израильских дев была избрана для изготовления пряжи для новой завесы храма. По жребию Ей выпало прясть пурпур. За этой работой и застал Деву Марию арх. Гавриил, посланный принести благую весть о рождении Спасителя мира. Прежде чем предстать перед Богородицей в доме, архангел, будучи невидимым, обращается к Ней, когда Она отправилась за водой к источнику, поэтому Благовещение у кладезя называется предблаговещением. Благовещение у источника входит как один из эпизодов в цикл иллюстраций «Протоевангелия Иакова» (напр., росписи собора Св. Софии в Киеве, 1037–1045; собора Сан-Марко в Венеции, после 1200; ц. Богоматери Перивлепты в Охриде (Македония), 1295; собора мон-ря Хора (Кахрие-джами) в Константинополе, 1316–1321; Тихвинская икона Божией Матери с протоевангельским циклом — XV в., НГОМЗ), а также в иллюстрации Акафиста Богоматери, первые 4 сцены к-рого представляют Благовещение (напр., икона «Похвала Богоматери с Акафистом» из Успенского собора Московского Кремля, XIV в.).
Прядение пурпура для завесы храма в гимнографии сопоставлялось с созданием плоти Христовой: «яко от оброщения червленицы Пречистая, умная багряница Еммануилева, внутрь во чреве Твоемъ плоть исткася» (богородичен 8-й песни Великого канона прп. Андрея Критского). Эта тема нашла отражение в особом изводе иконографии Благовещения с изображением воплощающегося Богомладенца в момент ангельского благовестия. Иконы такого типа известны с XI в.: фрагмент створки триптиха с изображением Благовещения и житийных сцен свт. Николая Чудотворца (мон-рь вмц. Екатерины на Синае, XI в.). На груди Богоматери, сидящей с веретеном и пряжей в руках, мерцающей линией намечено изображение как бы просвечивающей сквозь одежды фигурки Младенца (по пояс) с крещатым нимбом. На упоминавшейся иконе кон. XII в. из мон-ря вмц. Екатерины на Синае обнаженная фигурка Младенца, обозначенная едва заметными контурами, окружена миндалевидной мандорлой. Этот же мотив присутствует в композиции, иллюстрирующей кондак 3 «Сила Вышняго осени тогда къ зачатию Браконеискусную» на иконе «Похвала Богоматери с Акафистом» из Успенского собора Московского Кремля (кон. XIV в.), где на груди Богоматери изображена круглая сияющая голубая сфера. Стремление наглядно проиллюстрировать догмат о Воплощении наиболее полно выражено в рус. иконе Благовещение «Устюжское» (нач. XII в., ГТГ). В небесном сегменте изображен Иисус Христос Ветхий деньми, окруженный мандорлой, сидящий на огненных херувимах, от Его благословляющей десницы исходит луч к Богоматери. Младенец в препоясании написан теми же тонами, что и мафорий. Правая рука Богоматери с пурпурной нитью поднята к груди, в опущенной левой руке Она держит моток пряжи, нить проходит параллельно фигурке Младенца, как бы придерживаемой у плеча правой рукой Богородицы. Также рядом с Младенцем, параллельно фигурке, изображена нить на синайской иконе кон. XII в., буквально иллюстрируя мысль об исткании «умной багряницы Еммануилевой» — плоти Христовой от чистых девственных кровей Богородицы.

Наряду с гимнографией на развитие иконографии Благовещения оказали влияние Слова на Благовещение святых отцов Григория Неокесарийского, Андрея Критского и Иакова Коккиновафского, не только разъясняющие смысл праздника, но и дающие богатый материал для иллюстрирования. Примером раскрытия в образах богословского содержания праздника являются миниатюры к 5-му Слову Иакова Коккиновафского в 2 греч. рукописях 1-й пол. XII в. (Vat. Gr. 1162; Paris. Gr. 1208), где Благовещение предстает как промыслительное действие Св. Троицы. Вместо символического изображения небесного сегмента с исходящим из него лучом в миниатюрах представлена Св. Троица. Три ангела (без крыльев) с красными свитками в руках сидят на престоле в окружении сонма ангелов, у подножия престола 4 херувима. Центральный ангел благословляет арх. Гавриила, слетающего в дом Богородицы. Затем, следуя тексту проповеди, изображены Благовещение у колодца, возвращение Богоматери в дом и 4 раза повторена сцена Благовещения, развивающая тему постепенного постижения и принятия Богоматерью Божественной воли. Завершает цикл возвращение архангела на небеса к престолу Божию.

В палеологовскую эпоху, в кон. XIII — нач. XIV в., появляются новые детали в изображении Благовещения. Стремление наполнить евангельские сцены действием, большим количеством персонажей проявилось в том, что в композиции стали изображать служанок. Так, в росписи ц. Богородицы Перивлепты в Охриде в сцене Благовещения у источника несколько дев окружают Деву Марию, поддерживая Ее под руки. В иконах появляется изображение служанки, выглядывающей из-за колонны (XIV в., ГМИИ) или сидящей у ног Богородицы за пряжей. Последний мотив нашел широкое распространение в русских иконах XV–XVI вв. (напр., царские врата — 1425–1427, СПГИАХМЗ; «Благовещение с Акафистом» — XVI в., ЯИАМЗ). Возможно, появление изображения служанки навеяно текстом из «Протоевангелия» о 8 девах, избранных для изготовления завесы храма. Единственным прямым указанием на лит. источник этой детали является упоминание Е. Барсовым апокрифического текста, в к-ром говорится о служанке, но ссылки на памятник исследователь не дал. Рус. искусство XVI в. обогатило иконографию Благовещения еще одной деталью: на иконе из Благовещенского собора Сольвычегодска в нижней части сцены вместо традиционного позема изображены горки, в центре к-рых пещера с надписью «Рождество Христово». Здесь же, в небесном сегменте, вместо Христа Ветхого деньми изображен Господь Саваоф с нимбом в виде перекрещивающихся красного и синего ромбов.

Исключительное значение праздника Благовещения, к-рый святители Иоанн Златоуст и Афанасий Александрийский называют первым в ряду др., отразилось в расположении этого сюжета в храмовых росписях в алтарной или предалтарной зоне. В росписях раннего периода композиция Благовещение встречается на триумфальной арке (Санта-Мария Маджоре), в алтарной апсиде (церковь в Паренцо, Истрия, 540) или перед апсидой (Санта-Мария Антиква в Риме, VI–VII вв.). Начиная с послеиконоборческого периода, когда сложилась классическая система декорации крестово-купольного храма, Благовещение обычно помещается на зап. гранях вост. столпов, т. е. на границе алтаря и наоса. Такое расположение наглядно свидетельствует о том, что через воплощение на земле Спасителя, Сына Божия, для человеческого рода открываются небеса. В X–XI вв. Богоматерь изображается стоящей перед престолом (напр., кафоликон мон-ря Ватопед на Афоне, X–XI вв.,— Богоматерь изображена без пряжи; Софийский собор в Киеве; кафоликон мон-ря Дафниу, 1100,— композиция помещена в сев.-вост. тромпе).

В XII в. Богоматерь обычно изображается сидящей на престоле на фоне палат, с пряжей в руках, полуобернувшись к архангелу (собор Рождества Богородицы Антониева мон-ря в Новгороде, 1125; ц. св. Николая Каснитского, Кастория, 1160–1180; ц. вмч. Георгия в Курбиново (Македония), 1192). В росписи Палатинской капеллы в Палермо (ок. 1146–1151) из небесного сегмента к Богоматери, стоящей перед престолом, нисходит широкий белый луч с голубем. Тот же мотив присутствует в росписи ц. в Милёшево (Сербия), 1228 г., где Богоматерь изображена сидящей на престоле. В росписи новгородской ц. св. Феодора Стратилата на Ручью (кон. XIV в.) перед сидящей на престоле Богоматерью изображен ярко пылающий светильник — один из символов Богородицы, свидетельствующий о принятии Ею Божественного огня.

В соответствии с тем, что Воплощение Спасителя отверзает человечеству райские двери, изображение Благовещения помещается на царских вратах иконостаса. Очевидно, Благовещение изображено в клеймах на створках царских врат в миниатюре к Словам Григория Назианзина (Paris. 510, 880–883) в сцене поставления св. Григория во епископа, где 2 фигуры обращены друг к другу (по мнению А. Грабара, были изображены 4 евангелиста); в миниатюре к Словам Иакова Коккиновафского (Vat. Gr. 1162, XII в.); на царских вратах из мон-ря вмц. Екатерины на Синае, XIII в.; на вратах из Хиландарского мон-ря, XVII в. Сцена Благовещения нередко сочетается с изображением царей Давида и Соломона в верхних частях царских врат: створка врат из ц. Богородицы Болнички в Охриде с арх. Гавриилом и царем Соломоном (2-я пол. XIV в.); врата из с. Бара (Болгария, кон. XVI в., музей мон-ря Преображения). Эта традиция восходит к иллюстрациям Псалтирей, где изображение Благовещения соответствует Пс 44. 11 (напр., Хлудовская Псалтирь (ГИМ. Греч. 129., IX в.): Богоматерь, стоящая перед престолом с пряжей в руках, на нимбе Которой парит Св. Дух в виде голубя, изображена между архангелом и царем Давидом). На Руси формируется иной тип царских врат, где Благовещение помещается в навершии створок, а на основном полотне дверей изображаются либо творцы литургии святители Василий Великий и Иоанн Златоуст, либо 4 евангелиста (напр., врата с ростовыми изображениями Василия Великого и Иоанна Златоуста —XIII в., ГТГ; левая створка врат c архангелом из Б., евангелистами Иоанном и Лукой —XV в., ЦМиАР; врата с изображением 4 евангелистов, 1425–1427, СПГИАХМЗ; врата с изображением Евхаристии и 4 евангелистов, XVI в., ГРМ).

В иллюстрациях к Псалтири встречаются разные варианты Благовещения, в т. ч. дополненные сценой чтения Богородицей Свящ. Писания. В миниатюре греч. Псалтири 1084–1101 г. (Dumbarton Oaks. Сod. 3) в верхней части представлено Благовещение обычного типа со стоящей перед ангелом Богородицей, а в нижней изображена Богородица на престоле перед домом, с раскрытой книгой на коленях, указывающая перстом правой руки на страницу. Изображение Богоматери с книгой встречается также в миниатюрах к Словам Иакова Коккиновафского (Vat. Gr. 1162). Мотив чтения Богоматерью книг Свящ. Писания взят из апокрифического «Евангелия псевдо-Матфея». Эта тема не получила развития в восточнохрист. искусстве, но в зап. иконографии была прочно связана с Благовещением. Изображение Богоматери, читающей Книгу прор. Исаии, стало типичным для этого праздника в западноевропейском искусстве. В XVII в. под влиянием западноевроп. гравюр, получивших широкое хождение на Руси, Богоматерь в Благовещении стали изображать коленопреклоненной перед аналоем, читающей Книгу прор. Исаии, арх. Гавриила с лилией в руке (иконы из иконостаса Верхнепохвальского придела Успенского собора Московского Кремля, XVII в.; XVIII в., ЯХМ).

Почитание праздника Благовещения выразилось также в посвящении многочисленных храмов и мон-рей. Один из древнейших храмов на Руси — ц. на Городище в Новгороде, нач. XII в. В честь Благовещения нередко освящали надвратные церкви (Киев, ц. на Золотых воротах, 30-е гг. XI в.).

Квливидзе Н.В.

По материалам статьи "Благовещение Пресвятой Богородицы" ("Православная энциклопедия". Т.5. М., 2002. С.254-268)