Как превратить туриста в паломника? (Телепрограмма, 06.12.03) (комментарий в свете веры)

Телепрограмма «Православная энциклопедия»

(Прямой эфир на канале ТВЦ 6 декабря 2003 г.)

Ведущий священник Алексий Уминский: — Здравствуйте. В прямом эфире – передача «Православная энциклопедия».

Прежде всего, мы выражаем соболезнование семьям погибших и пострадавших в результате террористического акта в Ставропольском крае.

А теперь – переходим к теме нашей программы. За последние 10 лет наше отношение к своей земле изменилась. Все мы ринулись обозревать красоты других стран и немножечко подзабыли, что Россия - одна из самых прекрасных, самых самобытных, а для кого-то даже - одна из самых экзотических стран мира. Сегодня мы побываем в Ярославской епархии, которая издавна была центром паломничества и туризма, а расскажет о ней гость нашей программы - Владыка Кирилл, архиепископ Ярославский и Ростовский. Кстати, вопрос нашей викторины тоже связан с поездками, дорогой и в какой-то степени – с Ярославлем. Все, наверное, знают одну из самых оживленных магистралей Москвы и Подмосковья – Ярославское шоссе. Как эта дорога называлась в старину, и почему? Ответы присылайте на наш пейджер (974-22-22, абонент «Энциклопедия»). Победителя ждет том «Православной энциклопедии».

А сейчас – новости. В декабре 1917-го года после 200- летнего перерыва был избран новый Патриарх всея Руси – Патриарх Тихон.

Сюжет: «Молебен в Донском монастыре»

4 декабря в московский Донской монастырь пришли сотни людей. В этой обители вначале 1920-х годов находился под домашним арестом Святейший Патриарх Тихон. Здесь он был погребен после своей кончины.

Святейший Патриарх Алексий: — На долю Святейшего Патриарха Тихона легла тяжелая ноша, тяжелый крест: революция, гражданская война, преследования за веру Христову. И знаменательны его слова: «Лучше погибнет мое имя в истории, чем будет плохо Русской Православной Церкви». Люди встречали святителя Тихона, когда ему позволили совершать богослужения, с глубокой любовью. Уже не было монархии, не стало императора, и на Патриарха взирали как на власть церковную, к слову которой должны прислушиваться и власть имущие, и народ, который он поддерживал и укреплял в эти трудные времена.

В Большом соборе монастыря, у раки с мощами святителя Тихона, Патриарх Алексий II совершил молебен.
* * *

Священник Алексий Уминский: — 4 декабря Православная Церковь отмечала большой праздник - «Введение во храм Пресвятой Богородицы». По традиции, в этот день Святейший Патриарх Алексий II служит в Успенском соборе Московского Кремля.

Сюжет: «Патриаршее богослужение в Успенском соборе»

	Фото Ю.В.Клиценко, "Седмица.Ru"

В течение пяти столетий Успенский собор был главным храмом Российского государства.

Первую каменную церковь в Москве на этом месте возвел еще Иван Калита в начале XIV века. А нынешний пятиглавый храм был построен в конце XV века при Великом князе Иоанне III.

Эти стены стали свидетелями многих торжественных и трагических событий. Здесь венчали на царство русских царей, народ присягал на верность государю, здесь же возводили на церковный престол Митрополитов и Патриархов. Собор стал и местом упокоения девятнадцати Предстоятелей Русской Церкви.

В первые дни переворота 1917 года при обстреле Кремля снарядом был пробит главный купол собора, повреждено внутреннее убранство. Тем не менее буквально через несколько дней после обстрела в соборе состоялось поставление на престол Патриарха Тихона.

После Пасхи 1918-го года Успенский собор по решению властей был закрыт, а следующая служба в его стенах прошла лишь в 1989 году. Символично, что это была панихида по Всероссийским Патриархам. Через год Патриарх Алексий II провел здесь первую литургию. Сейчас богослужения совершаются на великие церковные праздники и в дни памяти покоящихся здесь святителей.

Святейший Патриарх Алексий: — Каждый раз, когда мы совершаем богослужения в Успенском соборе, вспоминаю о том, что здесь стояли великие Предстоятели Церкви Русской – святители, которые своими молитвами укрепляли, ободряли, утверждали и ограждали наш народ от вражеских нашествий, от междоусобной брани. Их молитвами и мы укрепляемся в нашем служении Богу, людям и Отечеству.

В обычные дни в собор ходят, как в музей. Он открыт в те же часы, что и остальные музеи Кремля.
* * *

Священник Алексий Уминский: — Успенский собор, бывший некогда главным храмом России, теперь «совместно используется» Музеями Московского Кремля и Русской Православной Церковью. В таком же положении находятся сейчас многие храмы и монастыри, представляющие огромную культурную, историческую и духовную ценность. Хорошо это или плохо? Об этом мы поговорим с архиепископом Ярославским и Ростовским Кириллом.

Здравствуйте, Владыка, благословите.

Архиепископ Кирилл: - Здравствуйте.

Священник Алексий Уминский: — Перенесемся сейчас к Вам в епархию, в Спасо-Преображенский монастырь, который тоже используется как музей.

Архиепископ Кирилл: - Я бы хотел, прежде всего, перенестись в Ярославскую епархию с тем, чтобы вспомнить предыдущий сюжет. Святейший Патриарх Тихон с 1907 по 1913 год был правящим архиереем Ярославской епархии. Это была, пожалуй, единственная епархия, куда святитель Тихон, уже будучи Патриархом, приезжал. Это было в 1918 году. Святитель освящал Казанский собор в Данилове и прожил там две недели.

Что же касается Спасо-Преображенского монастыря, то его статус – одна из наболевших проблем для нашей епархии. Сегодня можно вести речь о «совместном использовании» только одного здания монастыря (Преображенского собора) и только в течении нескольких дней в году, а в целом обитель – музей.

Священник Алексий Уминский: — Мы сейчас посмотрим об этом сюжет, а потом продолжим нашу беседу.

Сюжет: «Музей-заповедник «Спасо-Преображенский монастырь»»

Если правда, что все дороги мира ведут в Рим, то все дороги Ярославля сходятся у государственного Музея-заповедника «Спасо-Преображенский монастырь». Это – и центр города, и красивейший берег Волги, и живая история Российского государства. Музеем Спасо-Преображенский монастырь стал в середине XX века, а с момента основания в 1216 году и вплоть до 1917 года он был одним из духовных центров России: в монастыре молились все русские государи, от его стен в 1612 году двинулось освобождать Москву ополчение Минина и Пожарского.

Светлана Блажевская, заместитель директора Ярославского музея-заповедника: — Здесь, в монастыре, размещался центр ополчения – Cовет всея Земли. Москва же в это время была занята поляками. И поэтому Ярославль ненадолго превратился в столицу Русского государства.

Самое древнее здание Ярославля, Спасо-Преображенский собор, был расписан при Иване Грозном, о чем говорит настенная надпись «… при благоверном царе государе и великом князе Иване Васильевиче, всея Руси самодержце». Именно отсюда, из монастыря, Михаил Романов послал грамоту с согласием вступить на Российский Престол.

В советские годы православных паломников сменили туристы.

Светлана Блажевская, заместитель директора Ярославского музея-заповедника: — В 1980-х годах к нам приезжало около 900 тысяч человек в год. На это время приходится пик посещаемости музея – иногда даже было негде встать с группой.

С начала 90-х поток туристов стал иссякать. Но начался новый век, и кривая посещаемости (ох уж эта наша любовь к графикам!) опять поползла вверх. Так, в прошлом году здесь побывало более полумиллиона человек. Меняются времена, меняются вопросы, которые туристы задают работникам заповедника.

Светлана Блажевская, заместитель директора Ярославского музея-заповедника: — В 80-х интересовались: правда ли, что в монастырской библиотеке было найдено «Слово о полку Игореве». И слышали утвердительный ответ. Сегодня туристов волнует другое: «А почему вы Церкви все не передадите?» Хочется в ответ спросить: «Неужели у нас так все плохо, что единственная реакция, которая возникает у посетителей музея: почему не передадите все Церкви?»

Но Церковь не претендует на возвращение ей монастыря. Службы проходят здесь на престольный праздник - Преображение. В остальное время монастырь остается туристическим и научным центром. И это, похоже, устраивает всех: и туристов, и паломников.
* * *

Священник Алексий Уминский: — Владыка Кирилл, раз в год Вас пускают послужить в Спасо-Преображенский монастырь. А почему, собственно говоря, Церковь, не претендует на возвращение того, что принадлежало ей искони? Разве Церковь не способна сама держать научную базу, наладить туристский бизнес и использовать полученные средства для восстановления древних обителей и разрушенных храмов?

Архиепископ Кирилл: – На самом деле, Церковь сегодня желает возвращения Спасо-Преображенского монастыря. Другое дело, что есть объективные причины, по которым монастырь не может быть передан: к примеру, пока некуда выселить музей. Тем не менее, вопрос о передачи нам обители сегодня поднят, и мы пытаемся его решить.

Но проблемы взаимоотношений с государственными учреждениями охраны памятников истории и культуры в Ярославской епархии ведь не ограничиваются только Спасо-Преображенским собором. В музей-заповедник также входит и Ильинский храм, - тоже большой вопрос. У нас есть договоренность с музеем о проведении богослужений в этом храме в течение летнего периода. Но в то же время билеты на посещение Ильинского храма музеем проданы аж на два года вперед, поскольку основная масса туристов к храму прибывает с речными круизами по Волге.

Но, в целом, вопросы совместного использования и Свято-Ильинского храма, и самого Спасо-Преображенского монастыря вполне решаемы.

Священник Алексий Уминский: — Владыка, на территории Ярославской епархии очень много объектов туризма и паломничества. В некоторых храмах, как Вы сказали, поток туристов не прекращается. Что несут туристы епархии – пользу или вред?

Архиепископ Кирилл: - Наверное, скорее, пользу. Сегодняшние туристы становятся все более грамотными людьми, они уже понимают, что во время богослужения в храме разговаривать нельзя, а всю интересующую информацию можно узнать за стенами храма. Туристы гораздо больше и благожелательнее интересуются жизнью Церкви, чем это было раньше. К примеру, на территории епархии действует Толгский монастырь, который является и сосредоточением монашеской жизни, молитвы, и центром туризма.

Священник Алексий Уминский: — Восстановленный храм или преображенный после разрухи монастырь, конечно же, притягивает и туристов, и паломников. Но, с другой стороны, большой наплыв людей может создать свои проблемы для насельников такого монастыря. Давайте посмотрим сюжет о Толгском монастыре.

Сюжет: «Толгский монастырь»

Толгский монастырь – жемчужина Ярославской земли. Он старше Валаама, Соловецкого монастыря и Троице-Сергиевой Лавры.

Почти 700 лет назад на берегу речки Толги епископу Трифону явился образ Пресвятой Богородицы с Младенцем. На следующий день на этом месте монахи нашли икону Матери Божией и основали монастырь.

Чудотворная икона исцеляла больных, избавляла Ярославль от врагов, изгоняла чуму. После разграбления монастыря в 1928 году икону отправили в музей, а сам монастырь чуть не погиб под водами водохранилища. Лишь близость многотысячного Ярославля заставила проектировщиков перенести сооружение водохранилища под Рыбинск.

В 1988 году Толгский монастырь был возвращен Русской Православной Церкви. А прошлым летом случилось второе радостное событие: после почти 80-летнего отсутствия чудотворная икона вернулась в Крестовоздвиженский храм.

Одно из условий возвращения, поставленное Министерством культуры России, - общедоступность иконы. С тех пор монастырь буквально задыхается от нашествия туристов. Есть и такие, что стараются заглянуть в каждую дверь, и увидеть то, что для их глаз совсем не предназначено. Например, закрытую для посещения знаменитую кедровую рощу.

Этот первый в мире кедровый парк был высажен на деньги, поученные от Ивана Грозного. При советской власти большинство трехсотлетних деревьев было срублено. 10 лет назад монахини начали восстанавливать рощу, привезли несколько десятков саженцев. Но деревца погибли.

Монахиня Эсмаранда: — Ни один кедр не приживался из-за постоянного хождения людей. Научные работники из Лесопромышленной Академии так и сказали: «Не допускайте постоянного притока людей».

Туристы обижаются, что вход в кедровник для них закрыт. Но ведь монастырь – не музей. Он живет своей собственной жизнью, и не только историей, но и сегодняшним днем.

Все работы по восстановлению великолепного убранства монастырских храмов делаются руками сестер. Редкий случай, когда резьбой по дереву - традиционно мужским делом - занимаются женщины. Монахини буквально плетут деревянные кружева, повторяя старинные орнаменты, сверяя их по рисункам и уцелевшим фотографиям.

Монахиня Тихона: — Пока мы делаем все только для монастыря – на очень большой объем работ, у нас только три человека резчиков. Ведь мы пытаемся восстановить внутренний вид монастыря своими силами.

Будут ли сестры, окончив свою работу, создавать что-то на заказ - неизвестно. Но уже сегодня видно, что та закрытая жизнь, ради которой, наверное, и создавалась обитель, для Толгского монастыря уже невозможна.
* * *

Священник Алексий Уминский: — Владыка, возможно или невозможно сохранить монастырский уклад неповрежденным при большом потоке туристов и паломников? Насколько я знаю, в Греции и других православных странах удается сочетать строгую монастырскую жизнь и паломничество.

Архиепископ Кирилл: - Закрытая жизнь невозможна не только для Толгского монастыря, но и для Троице-Сергиевой Лавры, Киево-Печерской Лавры, Псково-Печерского монастыря, восстановленной Оптиной Пустыни – сколько угодно можно назвать обителей, где сегодня наблюдается огромный поток не только паломников, но и туристов. Я думаю, что как в нашем Толгском монастыре монахини находят возможности для уединенной молитвы, так и в любом другой обители человек, который ищет спасения, обретет эту возможность.

Священник Алексий Уминский: — Туристы часто ведут себя в храмах и монастырях довольно бесцеремонно, не зная, что можно, а что нельзя. Но для Церкви, может быть, общение с туристами – это возможность проповедовать и чему-то научить людей? Скажите, в Ярославской епархии используют туризм как поле миссионерской деятельности?

Архиепископ Кирилл: - Безусловно, а как же иначе? Без этой возможности не было бы, наверное, и такого потока туристов в наши монастыри. Из сотен, может быть, тысяч людей, приходящих к нам, хоть в одну душу зернышко веры западает. Кто-то потом обязательно возвращается уже без общей группы, отдельно, чтобы посмотреть и даже помолиться.

Священник Алексий Уминский: — Владыка, у нас есть звонок в студию. Алло, слушаем Вас.

Телезрительница: - Здравствуйте! Я приехала в Толгский монастырь как паломница, но на службах была очень мало, а, в основном, работала по благословению настоятельницы. Правильно ли это?

Архиепископ Кирилл: - Дело в том, что есть разница между паломниками. Те, кто приезжают на один день, - одно дело, а те, кто приезжают на неделю и более, - это уже несколько другой случай, когда паломник какое-то время живет в монастыре с насельниками обители, приходит вместе с ними на трапезу. Почему бы ему не понести какую-то часть трудов, которые несут насельники монастыря?

Священник Алексий Уминский: — То есть послушание – совершенно естественно, и это – тоже духовное делание для человека, который живет в монастыре, вместе с молитвой.

Архиепископ Кирилл: - Я даже рассматриваю послушание как некую жертву, которую приносит человек, посещая обитель.

Священник Алексий Уминский: — Владыка, а может ли живущий в монастыре паломник просто отказаться работать? Его за это не выгонят из монастыря?

Архиепископ Кирилл: - Запросто. Естественно, его не выгонят.

Священник Алексий Уминский: — Спасибо, Владыка. Вот приезжает группа туристов. Часто эти люди шумны, говорливы и обычно одеты не так, как это полагается в монастыре. Как быть в такой ситуации – проявить строгость или снисхождение, впустить или оставить человека за воротами?

Архиепископ Кирилл: - Для православного христианина всегда приоритетом должна являться милость. Поэтому лучше, конечно же, снисходить к непониманию и немощам, которые имеются у некоторых у туристов. Но в то же время, во многих монастырях и храмах теперь есть при входе соответствующие надписи и указания, и поддержка – есть и платочки, и все остальное, что нужно туристам.

Священник Алексий Уминский: — Иногда смешно на таких туристов смотреть: летом в монастырях можно увидеть человека в шортах, одетого в какой-то странный фартук. Это для смирения полезно?

Архиепископ Кирилл: - Ну, а что же делать? Наверное, собираясь в следующий монастырь, он оденется уже по-другому.

Священник Алексий Уминский: — Но при этом есть еще одна проблема, Владыка, – грубость, к сожалению, часто встречающаяся в наших храмах и даже в монастырях. Когда человек впервые приходит в храм и не так одет, не там встал, не туда посмотрел, то зачастую первое, что он слышит, – грубый окрик. Недавно я был в одном из монастырей на юге России, где видел как семилетнюю девочку-итальянку грубо вытолкали из храма за то, что она была без платка. Как Вы решаете эту проблему в Вашей епархии?

Архиепископ Кирилл: - Увы, это проблема каждой епархии, всей Церкви в целом. Как правило люди, которые грубят, воцерковились относительно недавно. Они по тем или иным обстоятельствам вошли в Церковь и даже стали ее работниками и позабыли о том, что десятки лет (большую часть жизни!) были ярыми безбожниками, не признавали никаких церковных правил. Теперь они превратились в столь же рьяных прихожан и начали одергивать тех, кто пришел в храм, вполне возможно, впервые. А ведь прежде чем человек, заходящий в храм, дойдет до священнослужителя, он сначала встретится со сторожем, с уборщицей, со свешницей. Столкнувшись с преградами такого «морально-нравственного воздействия», он может до священника и не дойти, и даже потеряет всякое желание приходить в храм. Безусловно, грубость – одна из самых наболевших проблем нашей Церкви в целом. Мы пытаемся работать с такими людьми, направить их, но не всегда это удается. Наверное, церковных тружеников надо специально готовить.

Священник Алексий Уминский: — Да, Владыка, Вы правы. Обычно, туристы ищут приличных и даже комфортных условий для своего отдыха. Однако, для паломников поездка в монастырь часто бывает испытанием их терпения, почти аскетическим подвигом. Что-нибудь делается в монастырях, чтобы создать для паломников создавались удобные условия?

Архиепископ Кирилл: - В том же Толгском монастыре есть гостиница, но вряд ли можно назвать ее нормальной. Две душевых и две туалетных комнаты на коридор, тем не менее многие люди не отказываются от размещения там. Сегодня мы не можем найти достаточно средств для восстановления гостиницы, хотя осталось-то совсем немного. Мы подключили к решению этого вопроса различные инстанции, вплоть до Правительства Российской Федерации, и я все-таки надеюсь, что в ближайшее время он будет решен положительно. В других монастырях, я знаю, эти вопросы решаются несколько по-иному. Например, в Переславль и в Никитский монастырь направляется большой поток паломников. Для них в соседнем селе открыт огромный паломнический дом. Безусловно, он не может удовлетворять запросам людей, привыкших к определенному комфорту. Но там все же есть крыша над головой, питание, минимум необходимых удобств.

Священник Алексий Уминский: — Спасибо, Владыка, что приехали к нам в студию. Я от всей души желаю Вам помощи Божией в деле устроения Вашей епархиальной жизни, с тем, чтобы, в конце концов, к Церкви вернулись храмы и монастыри, которые сейчас принадлежат музеям.

Архиепископ Кирилл: - И вам всего доброго. Приезжайте в Ярославль, привозите и паломников, и туристов. Всего доброго!

Священник Алексий Уминский: — Еще раз благодарю Вас, Владыка! Всего вам доброго.

Продолжается Рождественский пост. В это время всегда на столе - квашеная капуста. Её заготавливают по осени в каждом доме. На Руси к царскому двору квашеную капусту поставляли специальные умельцы, которые назывались «кислошниками». Жили они в слободе недалеко от Кремля, в районе современных Кисловских переулков. Квасить капусту, казалось бы, очень просто, да не совсем. Послушаем Галину Поскребышеву.

Сюжет: «Целительная кухня. Квашеная капуста»

Галина Поскребышева: - Здравствуйте, дорогие друзья! Квашение – это исконный русский способ заготовки капусты. Капусты на Руси заготавливали много, ее называли «барыня». В деревнях России была традиция заготавливать капусту «всем миром». Молодежь переходила из дома в дом, с песнями, играми и шутками шинковала и квасила капусту. В наше время от этого обычая осталось только название - «капустники».

Капуста содержит большое количество аскорбиновой кислоты и знаменитый витамин «E». Свои целебные свойства капуста приобретает в процессе квашения. Заготавливают обычно осенние сорта капусты. При выборе капусты обратите внимание, чтобы она была белая и плотная, листва должна плотно прилегать. Шинковать капусту можно по-разному, можно использовать разные терки и шинковки.

Нашинкованную капусту надо смешать с разными пряностями: жгучим перцем, нарезанным маленькими кусочками, и солью (по 5 грамм перца и соли на 1 килограмм капусты), зеленью сельдерея, петрушки, 1 столовую ложку меда. У нас получится малосольная, целебная капуста. Все надо хорошо размешать, перетирать не надо – капуста и так очень быстро отдаст сок. Перемешанную капусту надо уложить в тару и как следует утрамбовать.

В капусту также можно добавить свеклу (свекольный сок имеет особенность продлевать действие витаминов), редьку, яблоки, морковь, зелень кинзы, зелень и семена укропа, семена тмина.

Быстрая капуста бывает готова на вторые или на третьи сутки. Пряная, ароматная, из нее можно приготовить великолепные щи, замечательные солянки, салаты и винегреты. Приятного вам аппетита и доброго вам здоровья!
* * *

Священник Алексий Уминский: — А теперь вспомним о Ярославском шоссе. Как оно называлось прежде? – таков был вопрос нашей викторины. Пора подвести итоги. Ответов пришло очень много, но первым был Владимир из Москвы, его телефон начинается на 908. Поздравляем Вас. Ваш приз – том «Православной энциклопедии». А теперь – телеверсия ответа.

Сюжет: «Троицкая дорога»

Ярославское шоссе издавна было одной из главных московских дорог. В старину эта дорога называлась Троицкой, так как вела в знаменитую Троице-Сергиеву Лавру, а от неё – дальше, на север России. За несколько веков по Троицкой дороге в монастырь прошли и проехали многие поколения православных паломников. В августе 1380 года, накануне Куликовской битвы, по этой дороге приехал к Сергию Радонежскому за духовной поддержкой московский князь Дмитрий Донской. В первой половине XV века зародилась традиция «государевых богомолий». По Троицкой дороге в обитель ездили все великие князья, русские цари и императоры. Лавру от Москвы отделяли 70 верст. Хотя бы часть пути было принято проходить пешком. Это неписаное правило сохранялось много веков. Простой люд шел в Лавру пешком от самой Москвы. Такой путь занимал 3-4 дня. В 1830 году пешее паломничество по Троицкой дороге совершил 16-летний Михаил Лермонтов. А в начале XX века Иван Шмелев описал свои детские впечатления в знаменитой повести «Богомолье».
* * *

Священник Алексий Уминский: — Наша программа подошла к концу. Её электронную версию можно прочесть в интернете, на сайте «Седмица.Ru». Увидимся через неделю. Храни вас Господь.