О закате «Восходa» и его воскресении (комментарий в цифрах и фактах)

Татьяна Зыкова
(Журнал «Плюсы & Минусы» № 15, 2003 г., фото – Сергея Исакова)

Сельхозинтервенция
Западные фермеры учат российских крестьян не только собирать урожай, но и продавать его

Время жить в России
Сельское население России сегодня – это 40 млн человек. Из них только 8 млн занято в сельском хозяйстве. В стране работают около 23 тыс. крупных сельскохозяйственных предприятий и зарегистрировано 260 тыс. фермеров. Госдотации труженикам села – примерно 10 долларов на каждый гектар пашни, в странах ЕС тот же гектар государство субсидирует 800 долларами.

Такого огромного земельного ресурса, как у России – 500 млн га, – нет ни у одного государства в мире. А как используется это поистине не паханное поле – и выяснит начавшаяся перепись сельхозземель. Иностранные фермеры решили не дожидаться ее итогов – они уже едут в Россию. Удивляет другое: почему мы не торопимся?

Загрантоварищество на паях
Свои земельные паи крестьяне из пензенских деревень Свищевка, Крыловка, Междуречье и других добровольно передали чужестранцам в аренду... Потому что у самих нет ни денег, ни техники, ни семян, ни удобрений. А смотреть, как зарастают чертополохом брошенные на произвол судьбы плодородные земли, уже невмоготу.

Французская фирма «Сюгден» арендует у бывших колхозов и крестьянских товариществ Белинского и Каменского районов Пензенской области 24 тысячи гектаров отличного чернозема. На нем выращивают сахарную свеклу, пивоваренный ячмень, пшеницу, подсолнечник. Богатые урожаи реализуются по четким маркетинговым схемам на пензенских и московских рынках, а также на крупнейших российских предприятиях, таких, например, как пивоваренные заводы компании «Балтика».

Французы в ответ позвали крестьян к себе на работу. Теперь по здешним масштабам свищевские мужики считаются богатеями: 2, 3, 8 тысяч рублей в месяц — огромные деньги против 200-800 рублей в обычных сельских товариществах и кооперативах. Вдобавок ко всему новые хозяева отправляют самых смекалистых работников на стажировку во Францию, разрешают вспахивать тракторами фирмы личные огороды, безвозмездно выделяют неработающим пайщикам по 2-3 тонны зерна и муки в год.

На нежданных инвесторов — и слова-то такого свищевцы отродясь не слышали — работают более ста человек: механизаторы, бригадиры, управляющие, кладовщики, охрана. Штатное расписание составляли французы, которых местные видят раза два в год. Управленческая вертикаль построена хитро. У руля стоит московское представительство французской фирмы «Сюгден» и выкупленный французами Студенецкий мукомольный завод. В штат этого завода и записали деревенских после того, как они передали свои паи в аренду.

Комбайны, трактора, сеялки, культиваторы, удобрения — все это поставляют французы. Они следят за технологией обработки земли, состоянием посевов, сбором урожая. Урожай — высокопродуктивные сорта сахарной свеклы и ячменя — тоже их собственность. Выкупили иностранцы и местный сахарный завод. Можно сказать, у них теперь законченный производственный цикл.

Уроки французского

«Мы к ним не от хорошей жизни пошли, — говорит бывший председатель бывшего орденоносного колхоза «Путь Ленина», позже председатель прогоревшего сельхозкооператива «Надежда», а ныне зам исполнительного директора Студенецкого завода Сергей Точилин. — Просто завидки брали, как эти французы в соседней Каменке уже два года землю обрабатывали, а мы у себя в это время тихо загибались».

Из беседы с главным агрономом управления сельского хозяйства Белинского района Петром Нефедовым, специалистом «с двумя высшими»: «Плохо, что мы на чужого дядю пашем? Да, плохо. А если по-другому не умеем? Делаем вид, что нравится, а у самих на душе кошки скребут. В Белинском районе из 145 тысяч гектаров земли 50 га не пашутся, не сеются. Не придут иностранцы — все бурьяном зарастет. К «французам» недавно на поля приехал — всюду черно, горизонта не видать, все распахали. Молодцы! Хотя не это главное. У иностранца есть сбыт. Он посеял пивоваренный ячмень — а уже есть и прямой выход на «Балтику». Это ж уметь надо! А мы не умеем. Нас чему учили всю жизнь? Вы-ра-щи-вать. Я выращиваю, продаю государству, дальше меня не касается. Теперь не так. У нас даже за 80 копеек никто не берет центнер ячменя. И к кому сунуться, не знаем. А у иностранцев питерские берут по 4 рубля.

Чтобы наши местные передавали иностранцам земельные паи, я от районной администрации на общие собрания в хозяйства выезжаю. Дело-то для всех выгодное. Так некоторые эти собрания сходками оккупантов называют. Помню, кто-то мне крикнул: «Ты что, ихний, что ли?» Да я не ихний, я наш, белинский. Я за то, чтобы наши земли пахались и сеялись, а без богатого инвестора сегодня земле не жить».

Свищевские эксплуататоры

Взаимоотношения с французскими партнерами лучший комбайнер фирмы «Сюгден» и свишевский острослов Александр Горбунов характеризует так: «Мы теперь эксплуататоры... Эксплуататоры техники». Его товарищи сдержанно посмеиваются, но при этом с гордостью предлагают мне оценить новенькие французские комбайны «Кейсы», на которых всю весну дневали и ночевали механизаторы.

По ступенькам взбираюсь в кабину ярко-красной машины. «Эксплуататор» Саша включает бесшумный кондиционер и стереомагнитолу. Демонстрирует, как ловко откидывается эргономичное кожаное кресло водителя, как в режиме автоматики работают все системы.

Возвращаемся к народу. Рядом с Сергеем Точилиным стоит человек, похожий на него как две капли воды. Оказывается, родной брат Николай, частный фермер.

«А я работаю на себя!» — хмуро заявляет он, адресуя, вероятно, упрек всей нынешней российской власти, разрешившей иностранцам прийти на его родные поля. Бывший отставной офицер и патриот Николай к происходящему вокруг относится резко отрицательно.

«Закабалили их, а они и рады, — ворчит Николай. — Разве не может наше государство создать условия для поддержки своего сельхозпроизводителя? Кредиты дать выгодные, гарантии — чтобы не только иностранцы богатели. Сегодня иностранец в России — фермер, завтра — губернатор, послезавтра — президент». То, что «закабаленный» французами некогда безработный механизатор Саша Горбунов зарабатывает по 7—9 тысяч рублей в месяц, для Коли не аргумент. Хотя сам он, будучи фермером, обеспечить работой никого, кроме жены, пока не в состоянии.

Когда большинство в плюсе

Что делать с земельными паями в виде розовеньких бумажных свидетельств о праве собственности на землю, крестьяне не знают. Спроса на куплю-продажу земли пока нет. А если кто и захочет такую сделку произвести, то окунется в самый настоящий финансово-бюрократический омут. Согласно последним земельным законам землю надо выделить из общего пая, размежевать, перерегистрировать, письменно уведомить каждого из 200-500 пайщиков. Денег на все это у местных жителей нет. Зато они есть у иностранцев, которым законы позволяют брать землю в аренду. Вот и считайте: оплата операции размежевания только одной тысячи гектаров земли и перерегистрация 500 свидетельств обойдутся иностранцу в 350 тысяч рублей.

Анатолий Маршавин, руководитель Белинского межрайонного комитета по земельным ресурсам и землеустройству, стучит по клавишам допотопного калькулятора — считает. Практически каждая старушка в районе сегодня владеет земельным паем, оцененным государством в 100 тысяч рублей. Эта фантастическая для деревенского жителя сумма складывается из стоимости 9 га земли, которыми правительство наградило в процессе приватизации каждого сельского жителя, умноженной на местный коэффициент 10630 рублей (такую цену оно же назначило за 1 га жирного пензенского чернозема).

Те белинцы, которые перебиваются в обычных хозяйствах на копеечную зарплату, сегодня с надеждой поглядывают по сторонам: не идут ли французы из Свищевки в Белинский район? Нет. Французы пока притормозили: 24 тысячи га для сбора урожая «под заказ» им хватает. Владельцев же земельных паев в Белинском районе нынче охмуряют англичане.