Завершил работу I Всеукраинский Миссионерский съезд (комментарий в свете веры)

В Киеве завершил свою работу I Всеукраинский Миссионерский съезд, проходивший с 27 по 29 мая. Работу съезда по благословению Блаженнейшего Митрополита Киевского и всея Украины Владимира была организована Синодальным отделом религиозного образования, катехизации и миссионерства Украинской Православной Церкви, возглавляемого епископом Полтавским и Кременчугским Филиппом. Девизом съезда стали слова преподобного Сергия Радонежского: «Любовью и единением спасемся».

Свои приветственные послания делегатам Миссионерского съезда направили Предстоятель Русской Православной Церви Святейший Патриарх Московский и всея Руси Алексий II и Блаженнейший Митрополит Киевский и всея Украины Владимир.

Приветствие Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Алексия II участникам I Всеукраинского Миссионерского съезда

Ваше Блаженство, Ваше Высокопреосвященства, Ваши Преосвященства, дорогие братия и сестры! Дорогие участники Первого всеукраинского миссионерского съезда Украинской Православной Церкви!

Впервые в истории Украинской Православной Церкви проходит всеукраинский миссионерский съезд. Для многострадальной Украины это событие эпохального значения, которое вселяет надежду на уврачевание расколов, нестроений духовной жизни народа!

Слова преподобного Сергия Радонежского: «Любовью и единением спасемся», – стали девизом съезда и вдохновляющим началом для единение всех здоровых сил в украинском обществе.

Сам Господь сказал: «создам Церковь Свою, и врата ада не одолеют ее» (Мф.16.18). Эти слова имеют особое значение для пастырей, несущих свое служение в Украине. Несмотря на произошедшие политические и экономические перемены и внешне благоприятные условия для возрождения церковной жизни, православие в Украине подвергается постоянным атакам со стороны раскольников, римо- и греко-католиков. Если принять также во внимание нарастающую активность так называемых новых религиозных движений и деструктивных культов, которые главным своим объектом нападения считает каноническую Православную Церковь, то становится очевидным, что важнейшей задачей для миссионера сегодня является благовестие и духовное подвижничество путем нахождения действенных методов и средств для исполнения главной миссионерской задачи: «Идите и научите все народы, крестя их во имя Отца и Сына и Святого Духа, уча их соблюдать все, что Я повелел вам» (Мф.19.20).

Постепенно в Украине государство и общество все яснее понимают, что православие изначально созидало государственность, культуру и самосознание многих народов, и поэтому вполне естественно, что перед миссией Церкви стоит задача - утверждение православной веры и образа жизни как нормы общественного бытия.

В этом контексте мы должны особо отметить важность участия молодежи в церковной миссии. Молодости присуще стремление к Истине и поэтому есть надежда, что большинство современных молодых людей, выросших в нынешнее время, будет готово стать активными участниками в деле возрождения церковной миссии.

Однако, чтобы это осуществилось, необходима соответствующая подготовка миссионерских кадров. Для этого потребуется открытие на территории Украины православной духовной семинарии с миссионерской направленностью, подобной той, что успешно действует в Белгороде. Первый шаг в этом направлении уже сделан, определением Священного Синода Украинской Православной Церкви Духовное училище Полтавской епархии преобразовано в Миссионерское Духовное училище.

Открытие православных просветительских центров для детей и молодежи, взаимодействие со светской системой образования, привлечение мирян к миссионерскому служению будет также способствовать исполнению главной задачи миссионерского служения - приведение людей ко Христу, научению их Богообщению и созиданию евхаристических общин.

Миссия Церкви в современном мире осуществляется в разных сферах, среди которых громадное значение имеет освоение информационного пространства. Существующие современные информационные технологии должны активно использоваться православными миссионерами. Для координации миссионерских усилий в этом направлении необходим официальный информационный орган Миссионерского Отдела Украинской Православной Церкви.

Исторический опыт православия показывает, что каждое время приносит свои вызовы. Достойные ответы на них давались великими православными миссионерами, на опыт которых мы опираемся и сегодня.

Уверен, что среди собравшихся на съезде найдутся продолжатели лучших традиций православного миссионерства.

Желая съезду плодотворной работы, обращаюсь к вам со словами: «Благодать Господа нашего Иисуса Христа, и любовь Бога Отца, и общение Святаго Духа со всеми вами» (2Кор.13.13).

Алексий, Патриарх Московский и всея Руси

27 мая 2003 года, Москва

ОСОБЕННОСТИ, ТРУДНОСТИ И ПЕРВООЧЕРЕДНЫЕ ЗАДАЧИ ПРАВОСЛАВНОЙ МИССИИ В СОВРЕМЕННОЙ У КРАИНЕ

Доклад председателя Синодального отдела религиозного образования, катехизации и миссионерства Украинской Православной Церкви епископа Полтавского и Кременчугского Филиппа на открытии I Всеукраинского Миссионерского съезда

27мая 2003 года, г. Киев

Ваше Блаженство!
Ваши Высокопреосвященства! Ваши Преосвященства!
Всечестные отцы! Братия и сестры!
Дамы и господа!

«Иисус Христос вчера и сегодня и во веки Тот же» (Евр. 13. 8), и то Евангелие Царства, которое возвещает сегодня каждый из нас, то же, что и во времена апостольские, времена Вселенских Соборов, времена великих просветителей и почти современных нам миссионеров. Не меняется сущность нашей проповеди — проповеди того, что «так возлюбил Бог мир, что отдал Сына Своего Единородного, дабы всякий верующий в Него, не погиб, но имел жизнь вечную» (Ин. 3. 16), и «нет другого имени под небом, данного человекам, которым надлежало бы нам спастись» (Деян. 4. 12), — проповеди Христа, и Христа Распятого (ср. I Кор. 1. 23: 2. 2).
Но люди, к которым проповедь обращена, меняются. И во всякое время Церковь искала новые слова, чтобы возвестить людям Вечного Христа. Приняв от Источника премудрости и Самой Премудрости — Предвечного Слова Божия — всю полноту потребного ко спасению, Богочеловеческий организм — Тело Христово — всегда пребывал и пребывает в полноте Божественной жизни, и Утешитель, Дух Истины, от Отца исходящий (Ин. 15. 26), наставляет всю полноту Церкви на всякую истину (Ин. 16. 13), и обновляет нас. И Христос, посылая учеников на проповедь и заповедуя научить все народы, крестя их во имя Отца, и Сына, и Святого Духа, уча их соблюдатъ все, что Он заповедал апостолам (Мф. 28. 19-20), обещал проповедникам Евангелия вечное спребывание: «се, Я с вами во все дни до скончания века. Аминь» (Мф. 28. 20).
Сей-то неизменно спребывающий нам, а через Божественные Тайны — в нас и нами, Христос, Которым мы «живем и движемся и существуем» (Деян. 17. 28), умудряет каждое поколение проповедников искать новые слова и формы для проповеди.
Сегодня мы собрались именно для этого. Собрались, хотя накоплен уже огромный опыт миссионерства древности и современности, опыт наших соотечественников и братьев и сестер по вере — православных греков и русских, сирийцев и американцев, арабов и сербов. Собрались, хотя принята уже серьезная и взвешенная Концепция возрождения миссионерской деятельности Русской Православной Церкви. Собрались, хотя на книжных полках — в магазинах и библиотеках духовных школ, в домах мирян и священников — достаточно литературы миссионерской направленности, от житий святых миссионеров до возвышенных богословских трудов.
Итак, мы сегодня начинаем работу Первого Всеукраинского Миссионерского съезда Украинской Православной Церкви. По благословению Киевского Первосвятителя, Блаженнейшего Митрополита Владимира, Богу содействующу, нам предстоит сегодня и в последующие дни обсудить основные положения Миссионерской концепции Украинской Православной Церкви, поделиться опытом свидетельства в современной Украине, осветить основные сложные места и спорные вопросы нашего делания.
Эти вопросы вовсе не риторические. И, думаю, уважаемое собрание их разрешит как нельзя лучше. Позвольте и мне внести некоторый вклад в нашу совместную работу. Не претендуя на особенную глубину изложения, я постараюсь все же наметить некоторые из проблем, указать возможные пути их решения.

Анализ современного состояния
Вначале я постараюсь вкратце проанализировать то состояние, в котором пребывает сегодня наша страна, чтобы лучше представить, какое же миссионерское поле ждет своих делателей.
Украинская Православная Церковь безусловно является самой старшей и доминирующей конфессией — замечу, на всей территории Украины. Наряду с этим, традиционными в определенных областях могут считаться римо-католицизм (для Запада), ислам (для Юга), некоторые протестантские объединения и движения (например, для Закарпатья).
Из нетрадиционных я выделю греко-католицизм (недавно отметивший четырехсотлетие своего существования), автокефалистское объединение (в последней «редакции» — чуть более десяти лет), «Киевский Патриархат» (одиннадцать лет). Важно сказать о большой активности организации «Сторожевой Башни» (самоназвание — «Свидетели Иеговы»), мормонов («Церковь Иисуса Христа Святых Последних дней»), адвентистов седьмого дня. Привычно активными являются оккультные движения всех ориентаций. Развиваются пятидесятнические и неохаризматические движения. Чуть далее я постараюсь сказать хотя бы несколько слов об основных из указанных религиозных организациях.
Сейчас же позвольте остановиться на положении в Православной Церкви. Нас весьма радует рост и внешнее укрепление ее позиций в Украине. Но не следует излишне радоваться, и, тем более, обольщаться этим. Да, сегодня мы — доминирующая конфессия. Подавляющее большинство граждан отождествляет себя именно с Православием. Но задумайтесь о всем известных результатах социологических исследований: «практикующими верующими» (как ни кощунственно это звучит) являются лишь немногие. Остальные — православные по традиции.
Я еще коснусь этой страшной «традиции», сейчас лишь замечу, что, при действительности факта принадлежности к Православию большинства населения, эта принадлежность поверхностна, и укорененностъ в Православии многих людей минимальна, а степень их церковности можно различить только с использованием самой сложной оптики.
Мы не можем позволить себе успокоиться и снисходительно изрекать назидания тем, кто с нами не согласен. Множество людей только приходит время от времени в храм, но живут они в совершенно другом измерении. И они — крещены, и даже — опять-таки, время от времени! — приступают к Таинствам. Но — без внутренней потребности, без осознания необходимости бывающего. И — пребывают вне Церкви. Протоиерей Владимир Федоров сказал в одной из своих работ: «Если мы посмотрим вокруг себя повнимательнее и искренне ответим на вопрос о количестве верующих, придется назвать другие цифры. <... > Каждое воскресенье храм переполнен. Это создает ощущение всенародной церковности. Но если задуматься, <...> даже пасхальное богослужение посещает менее 3 % жителей Санкт-Петербурга...<...> Дело, однако, не в этих цифрах. Гораздо важнее знать, что волнует умы и сердца людей, пришедших на Пасху в храм. Также очень важно понять, почему остальные» считающие себя православными (во всяком случае, заявляющие о себе так в ответ на вопрос социологической анкеты), не испытывают потребности прийти в храм даже на Пасху. Достаточно ли считать показателем религиозности факт принятия крещения в детстве? <...> При внимательном отношении к действительности триумфализм ослабевает, уступая место трезвым, взвешенным оценкам». Я во многом не могу согласиться с отцом Владимиром, что касается вопросов миссии, но вот тут должен признать: он прав. Такая же ситуация и в мегаполисе Киеве, и в Полтаве, и в районном центре, и в селе. К несчастью...
Да и состояние дел меняется достаточно быстро. Есть регионы, где совокупное количество протестантских общин превышает таковое традиционных конфессий. Это уже не звонок, а грозный набат, предупреждающий, что все не так хорошо, как могло бы показаться на первый взгляд, и как мы стараемся успокоить себя.
Конечно, статистика — удивительная вещь, и статистические данные активно используются в антиправославной миссии. Представьте обычную картину: десять неорелигиозных общин, каждая состоит из десяти-пятнадцати человек. Рядом поставьте пять общин православных, в которых от пятидесяти до ста прихожан. Если посчитать количество людей, то на сто пятьдесят сектантов придется двести пятьдесят - пятьсот православных. А «по статистике» получится, что на десять сектантских общин -— всего пять православных. И православные уже выглядят как религиозное меньшинство!
Итак, проблема весьма остра! И нам следует хорошенько подумать над тем, как менять ситуацию, — при том, заметьте, что пока она меняется не в лучшую сторону.

Богословие миссии
Рассуждения о способах изменения положения не возможны без богословия. Слава Богу, известно достаточно работ, освещающих богословские аспекты миссии, и все же я хотел бы остановиться на некоторых из них.
В проекте Миссионерской концепции мы дали богословское обоснование миссии, и я призываю вас внимательно вчитаться в строки этого отдела Концепции.
Особенное же внимание нужно уделить экклезиологическому измерению нашего свидетельства. По словам Блаженнейшего Владимира, Митрополита Киевского и всея Украины, «вопрос о Церкви есть вопрос не только вселенский, но и родной для каждого христианина, личный. По ... православному убеждению, вне Церкви — живого богочеловеческого организма — нет спасения, нет вечной жизни, от которой мы отделены грехом, но которой жаждем. Церковь, как мистическое тело Христово, есть та стихия, в которой силой благодати Божией совершается возрождение, обновление и воскресение человека, даруется бессмертие, бесконечная жизнь в Боге. Отношение человека к Церкви определяет его отношение к Богу и его вечную судьбу».
Так вот, личная значимость причастности Церкви, представление о Церкви как мериле принадлежности Богу — эти идеи суть важнейшие пункты нашей проповеди.
Неверующему они говорят о возможности личного и личностного общения с Богом (напр., I Кор. 9. 13 и 13. 13), причастности Богу, близкому для всякого, кто ищет Его (Деян. 17. 27).
Для верующего, но нецерковного человека эти идеи — опровержение выдуманного тезиса о том, что «главное — иметь Бога в душе», ибо причастность Церкви предусматривает единение с Богом в Евхаристии, — уже это одно заставляет задуматься о том, только ли «вера в сердце» или «Бог в душе» потребны.
У увлеченного еретическим учением положение о принадлежности Церкви как причастности Богу порождает вопрос о том, может ли быть несколько вер, если, с одной стороны, «один Господь, одна вера, одно крещение» (Бф. 4. 5), с другой же — «без веры угодить Богу невозможно» (Евр. 11.6).
Перед пребывающим в расколе учение о Церкви ставит со всей остротой вопрос о возможности пребывания вне Церкви — вне тела Христова — вне Бога, без Бога. Если Церковь — тело Христа (напр., Рим. 12. 5; I Кор. 10.17, 12. 12—13, 27; Еф. 1. 23, 3.6, 4. 16), то любые поводы для отсечения себя от единства с этим телом становятся незначительными и совершенно маловажными в сравнении с той потерей, которую они производят — потерей общения с Богом, Который есть «Путь и Истина и Жизнь» (Ин. 14.6).
В свете учения о Церкви представляется весьма важной выработка общей доктрины миссии с разработкой таких понятий, как «каноническая территория», «прозелитизм», и других подобных. Приглашаю к труду присутствующих здесь богословов и практиков миссии. Думаю, что присутствующие здесь глубокочтимые преподаватели Духовной Академии, духовных семинарий и училищ, основываясь на Слове Божием и творениях богословов от лет древних до наших современников, продолжат труды, начатые доктором богословия, профессором, Митрополитом Владимиром — Блаженнейшим Предстоятелем Украинской Православной Церкви и выдающимся богословом.
Важным также является богословское определение того, к кому же обращена наша проповедь. На мой взгляд, критерием указанного является Таинство Любви — Святейшая и Божественнейшая Евхаристия.
«Единство церковное находится в неразрывной связи с Таинством Евхаристии, в котором верующие, причащаясь Единого Тела Христова, подлинно и действительно сочетаются во единое и кафолическое тело, в таинстве любви Христовой, в преображающей силе Духа. «Ведь если "все от одного хлеба приобщаемся", то все одно тело составляем (1 Кор. 10, 17), ибо Христос не может быть разделяем. Поэтому и телом Христовым называется Церковь, а мы — отдельные члены, по пониманию апостола Павла (1 Кор. 12, 27)» (св. Кирилл Александрийский)» [3]. И именно Священная Чаша служит мерилом, определяющим отношение к проповеди среди инославных и иноверных.
Если человек не приходит к Хлебу Небесному и Чаше Жизни, он духовно мертв, и наша совесть совершенно оправданно призывает нас пригласить его к Источнику спасения, — ведь Христос говорит: «Я есмь хлеб жизни; воля же пославшего Меня Отца есть та, чтобы из того, что Он Мне дал, ничего не погубить, но все то воскресить в последний день. Воля Пославшего Меня есть та, чтобы всякий, видящий Сына и верующий в Него, имел жизнь вечную; и Я воскрешу его в последний день. Я хлеб живый, сшедший с небес: ядущий хлеб сей будет жить вовек; хлеб же, который Я дам, есть Плоть Моя, которую Я отдам за жизнь мира. Иисус же сказал им: истинно, истинно говорю вам: если не будете есть Плоти Сына Человеческого и пить Крови Его, то не будете иметь в себе жизни. Ядущий Мою Плоть и пиющий Мою Кровь имеет жизнь вечную, и Я воскрешу его в последний день». Ибо Плоть Моя истинно есть пища и Кровь Моя истинно есть питие. Ядущий Мою Плоть и пиющий Мою Кровь пребывает во Мне, и Я в нем. Как послал Меня живый Отец, и Я живу Отцем, (так) и ядущий Меня жить будет Мною. Сей-то есть хлеб, сшедший с небес. Не так, как отцы ваши ели манну и умерли: ядущий хлеб сей жить будет вовек» (Ин. 6. 35, 39, 40, 51, 53-58).
Потому маловразумительны наши рассуждения о различии миссии и прозелитизма, если они не зиждутся на этих словах. Если Чаша есть в иной Церкви — значит, разделился Христос. Если нет — мы должны звать ко Христу. И потому, думаю, прозелитизмом уместно будет называть только совращение Православного в инославие.
Да, мы уважаем историю и культуру инославных. Мы чтим их право исповедовать ту веру, к которой склоняется их сердце. Но это не может упразднить нашей проповеди. Следует быть предельно осторожными, чтобы из человеколюбия не погрешить против Бога и, будучи добрым перед людьми, не сотворить зла пред Богом. Христос учит нас: «По тому узнают все, что вы Мои ученики, если будете иметь любовь между собою» (Ин. 13. 35), предваряя это словами «как Я возлюбил вас, (так) и вы да любите друг друга» (Ин. 13. 34). Итак, речь вдет именно о любви к ближнему Христоподобной, а не простой, человеческой. А любовь Христова хочет всем спасения, «ибо Сын Человеческий пришел взыскать и спасти погибшее» (Мф. 18. 11).
Потому мы считаем своим прямым долгом возвещать Благую Весть всем, не слышавшим ее, и звать ко Христу всех, кто отступил или оступился.

Соотношение и сущность миссии и антимиссии
Во времена, когда Православие было государственной религией, потребности в «положительной» миссии практически не ощущалось — в школах преподавался Закон Божий, были законоучители в других учебных заведениях, и каждый имел быть на исповеди не менее одного раза в год. Прекрасная картина! Некоторые усилия предпринимались только в отношении борьбы с совращением Православных в секты. И само понятие «миссионера» как-то приобрело оттенок негативный: миссионер — тот, кто борется против чего-то. В крайнем случае, что-то защищает — опять же, от враждебного «кого-то». В материалах Второго Всероссийского съезда миссионеров (1891 г.) читаем: главная задача внутренней миссии —- это «охрана Православия и всего народа от религиозных заблуждений и возвращение на путь истины от веры отпадших».
Более того, настроенность именно на антимиссию, на миссию противодействия и противостояния, приводит подчас к тому, что и миссионеры позволяют себе действовать чуть не «огнем и мечем». Процитирую печальные наблюдения протоиерея Бориса Пивоварова: «Сейчас в пылу борьбы с тоталитарным сектантством, к сожалению, нередко проявляется совсем другой дух. В некоторой епархии, в одном из братств добрые молодцы действовали так. Поигрывая мускулами, они подходили к афишам сектантов и демонстративно срывали их. На недоуменные вопросы окружающих у них был заготовлен весьма остроумный ответ: «Отменяется!». Прискорбная ситуация. Не для сектантов, конечно. Для них это как масло в огонь. Прискорбная для этих православных ребят, которым никто не напомнил о Евангелии. Ученики Христовы однажды так распалились ревностию, что хотели, как Илия пророк, попалить своеверных и упрямых самарян. Но Спаситель запретил им и сказал: «Не знаете, какого вы духа» (Лк. 9. 55). Эти ребята тоже не знают, какого они духа, хотя действуют от лица Православия. Или другой подобный пример. Молодой священник, еще не научившийся правильно говорить возгласы на службе, негодуя на сектантов, яростно возглашает: «А как поступил Святитель Николай с Арием!». Если бы нам так ходить пред Богом, как ходил Илия! Да помнить, что Христос явил нам Святителя Николая не только правилом веры, но и образом кротости» [4]. Добавлю и из личного опыта. Во время Восьмого Миссионерского съезда в Москве, в ходе работы секции, посвященной прозелитизму и религиозным конфликтам, один из пресвитеров радостно делился опытом «борьбы с сектантством» посредством запугивания и психологического прессинга. И — что страшно! — возражения одного из здесь присутствующих священников о недопустимости такой, с позволения сказать, «миссии» не нашли особого отклика. Всем больше нравилось ломать и крушить. Стоит призадуматься!
Да, мы терпим нападки от сектантов и раскольников. Но, во-первых, мы не имеем права — никогда! — уподобляться им в их методах. Да, на нас льют грязь, но мы не имеем права заниматься тем же в ответ. Да, против нас используется клевета, но мы не должны прибегать к ней ни в коем случае. Да, мы порой ощущаем и силовые, и противозаконные методы антиправославной борьбы, но сами не можем отвечать тем же. И именно потому, что принадлежим к Церкви!
Множество сил мы тратим на борьбу с иноземными проповедниками, еретиками и раскольниками всех мастей. И в азарте забываем порой, что свидетельство Церкви состоит вовсе не в обличении заблуждающихся, но, в первую очередь, в проповеди Христа Распятого и Воскресшего. Да, и обличение полезно, но если не будет позитива — обличение тщетно. Сколько ни складывай минусы — плюса все равно не получится.
Потому сейчас следует все силы направить на утверждение Православных ценностей в проповеди, это и будет самым главным в миссии. А дело борьбы с сектантами и раскольниками пойдет только активнее, если каждый слушающий сможет прикоснуться сердцем к богатству Христовой Церкви.

Личность миссионера как образ проповедуемого Христа
О непреходящем значении личности миссионера мне приходится говорить уже, кажется, на третьем форуме — и всякий раз, когда я это говорю, чувствую, что, хотя и повторяюсь, все равно должен сказать.
«Идите, научите все народы, крестя их во имя Отца и Сына и Святаго Духа» (Мф. 28. 19) — величественное повеление Господа, данное Его ученикам. Но вспомним и еще об одном: «Так да светит свет ваш пред людьми, чтобы они видели ваши добрые дела и прославляли Отца вашего Небесного» (Мф. 5. 16). — эти слова Христа являют нам вторую и, на мой взгляд, главную грань миссии Церкви в современном мире.
И вот о втором никогда не следует забывать. К прискорбию нашему следует отметить, что — часто забываем!
А ведь святость всегда была лучшим способом свидетельства. Вспомним, как часто молчаливая проповедь святых, их жизнь, звала ко Христу лучше, чем проповедь громогласнейшая. Причина проста: в проповеднике изображался Проповедуемый (Гал. 4. 19), и именно таким образом слушатель привлекался к тайне новой жизни во Христе, на нецерковного и стоящего вне Христа человека падали лучи Божественного света — и он шел ко Христу, поскольку не человеческими усилиями был привлекаем, но ему дано было от Отца Небесного (Ин. 6. 65).
«Рожденное от плоти есть плоть, а рожденное от Духа есть дух» (Ин. 3. 6). И христианин, рожденный малодуховным миссионером, может во многом быть ущербным: или профессиональным фарисеем-обрядовером, или полупротестантом, или кем-то еще, но обязательно плотским. Православие же духовно от начала до конца. И только духовный миссионер сможет воспитать одухотворенного неофита, — достойного Христианина и гражданина страны.
Не следует противопоставлять праведность и образованность, святость и грамотность. Нужно только обязательно помнить слова апостола Павла: «И слово мое и проповедь моя не в убедительных словах человеческой мудрости, но в явлении духа и силы, чтобы вера ваша (утверждалась) не на мудрости человеческой, но на силе Божией» (I Кор. 2. 4-5), — это несомненная истина.
Призыв, за неимением праведных, готовить хотя бы грамотных миссионеров, в принципе правилен. Но следует стараться о том, чтобы праведность находила место для своего развития и возрастания. Да, не все достигнут меры святых древности. И невозможно «выделать» святость, «создать», «воспитать» ее. Но способствовать благочестию (и не внешнему только, а внутреннему, истинному) — вполне реально. Как реально благожелательное отношение к пресвитерам и мирянам, живущим благочестно, — взамен подозрительного, часто наблюдаемого сейчас.
И, разумеется, каждый из нас, призванных нести Благую Весть, проповедовать Евангелие Царства, должен обратить все силы души на внутреннее сосредоточенное делание. Тогда можно надеяться на некий успех, по словам преподобного и богоносного отца нашего Серафима: «Спасися сам, и тысячи спасутся вокруг тебя».
По мудрому замечанию блаженного Августина, следует в общении с обращаемыми «больше говорить Богу о них, чем им о Боге». Личная молитва о споспешествовании в свидетельстве не просто важна — она безусловно необходима. Она и определяет успех миссионерского делания.
Потому призываю уважаемое собрание к сосредоточенной молитве в дни работы съезда. Испрашиваю Первосвятительских молитв Его Блаженства, молитв собратьев-архипастырей, молитв пресвитеров и мирян.

Культура и свидетельство
Православное свидетельство преображает и освящает все сущее, приобщая к Божественному бытию, вводя в новую жизнь во Христе. И потому очень важно правильно подойти к принятию и пониманию традиционной украинской культуры в свете ее христианизации.
Культура нашего народа сформировалась, как известно, под влиянием Православного христианства. Однако многие этнокультурные явления имеют характер либо языческих, либо только внешне христианский, и мы должны помочь каждому человеку почерпнуть из неиссякаемого источника христианства, чтобы и его личное переживание культуры было проникнуто светом Христа,
Нужно понимать, что сейчас между Православием и украинской культурой сложились довольно странные отношения. С одной стороны, попытки «украинизации» Православия делались и делаются в основном людьми нецерковными; с другой стороны, самая идея «украинского Православия» приобрела стойкую логическую связь с понятиями «самосвятство» и «раскол». Кроме того, именно самосвяты и раскольники упорно внушают всем мысль, что всякое Православие, кроме созданного по их образцу, — не украинское.
Потому мы имеем совершенно реальную ситуацию конфликта между украинской культурой и Православием — конфликта совершенно надуманного и искусственного.
Ситуация требует решения. И задача всех секций найти пути, или хотя бы наметить первые шаги в направлении уврачевания этого ненормального состояния.

Правовые аспекты миссии
Вообще, правовые вопросы нашей деятельности очень сложны. Нужна, вероятно, общецерковная юридическая служба, которая бы, имея в своем штате квалифицированных специалистов, оказывала консультативную помощь нуждающимся в ней.
Согласно определениям Первого (шестого) съезда миссионеров в Белгороде (1996 г.), и нам следует подумать об учреждении смешанных церковно-государственных комиссий для определения терминологии, касающейся религии, выработки заключений о вероучении и уставах тех или иных религиозных общин, составления рекомендаций органам власти по сложным случаям государственной практики в отношении к религиозным организациям.
С другой стороны, мы должны быть внимательны в словах и делах. Мы, еще раз говорю об этом уверенно, не имеем права подражать методам деятельности некоторых религиозных организаций.
Из уст многих не в меру ретивых православных проповедников и обличителей звучат слова о, например, общественной опасности той или иной религиозной группы, о противоправных действиях адептов того или иного культа. Но при ближайшем рассмотрении оказывается, что многие утверждения голословны, — а в это время уже и иск в суд подан, и приходится искать пути к отступлению. Так быть не должно.
Да, еще раз повторюсь, многие из инославных и раскольничьих организаций действуют так, — но они не принадлежат к Церкви, с них и спрос другой, как со слепых или ослепленных. А вот нам следует действовать в законных рамках.

Отношения с государством
Еще одной особенностью миссионерского делания в Украине является неопределенность церковно-государственных отношений. Религия не является государственной; а законы, к сожалению, оставляют массу лазеек для чиновничьего произвола. В результате все зачастую зависит от личных отношений: епископа — с губернатором, священника – с городским или сельским головой. И любая смена начальства, или неожиданное изменение позиций властей, приводит к коренному перелому в положении Церкви.
Если же и встречается не просто толерантное, а действительно благожелательное отношение к нам властей предержащих, то сия радость скоро может претвориться в плач. Надо заметить, что государственные чиновники всех уровней в основной своей массе воспитывались в атеистическом государстве, где религия, особенно Православие, была гонима. Эго определяет в некоторой мере и их симпатии к Православию, как религии старшего поколения, — вере, которая подвергалась наиболее ожесточенному прессингу со стороны безбожной власти. Но сейчас созрела новая генерация молодых предпринимателей и бизнесменов, все больше участвующих в политической жизни, для которых понятие религиозной принадлежности или религиозных симпатий практически отсутствует. Это значит, что они легко попадают под влияние различного рода миссионеров и, занимая места в структурах власти (вплоть до самых высоких), начинают лоббировать интересы: кто — язычников, кто — многоразличных сект, в том числе и тоталитарных. И скоро мы можем оказаться в ситуации смены традиции. И — стать церковью нетрадиционной, церковью меньшинства. А о «странностях» религиозной статистики я уже говорил несколько раньше.
Кроме того, в нынешней ситуации Церковь не просто уравнена в правах и обязанностях с религиозными организациями-однодневками, но и фактически приравнена к ним. И любое миссионерское движение православных вызывает «резонные» вопросы представителей других конфессий: «А почему этого нельзя нам?» (особенно это касается появления священников в школах, военных частях и исправительных учреждениях). В законодательстве не только нет указания на традиционность Православной Церкви для Украины, но и сама Церковь не имеет статуса юридического лица. А потому «переходы» из Украинской Православной Церкви в другие юрисдикции сопровождаются сменой собственника, и, к примеру, церковное здание, построенное сто или двести лет назад, вдруг становится собственностью секты, позавчера зарегистрированной. Нонсенс? Но он существует! Нужно постараться выработать в Заявлении нашего съезда взвешенные рекомендации к народным депутатам относительно изменения существующего законодательства.
Следует помнить, что вопросы церковно-государственных отношений имеют и еще один очень важный аспект. Развивающееся сейчас инославное влияние разрушает традиционные для Украины формы духовности. И мы должны четко и ясно заявить о том, что сотрудничество государства с Украинской Православной Церковью — дело огромной важности, дело, касающееся сохранения и приумножения всего того, чему дала жизнь Украина,
Наконец, и вопросы государственной регистрации и государственного участия в деятельности общин должны получить должное освещение. Нередки случаи, когда руководители отделов по делам религий вследствие своих личных симпатий лоббируют интересы определенной конфессии. Иногда их характеристики той или иной религиозной группировки напоминают просто панегирик, — и вот такие заключения принимаются во внимание представителями местной власти. Напротив, неугодные конфессии чувствуют «опеку», похожую на ту, какая была во времена недоброй памяти «уполномоченных». Следует, наверное, подумать о выработке мер по недопущению подобной практики.

Миссия в Церкви
Изо всех направлений в миссии сегодня самой важной представляется внутренняя миссия — миссия в Церкви.
И первое, что должно состояться, — это внедрение в приходскую практику оглашения перед Крещением и приуготовления к Таинствам. Не знаю, нужно ли возродить институт оглашенных в древнем его виде, но оглашение должно стать обязательным. Для этого нужна литература, и литература серьезная. Нужны пособия нескольких уровней: для самого катехизатора, для церковных людей, для только слышавших о Боге, для приходящих после оккультных школ, и тому подобное. Приглашаю тех, кто имеет такой опыт, поделиться своим наработками.
То же самое касается и приходящих к Таинствам. И если существуют кое-где удачные пособия для крещаемых, то большинство книг, посвященных браку или исповеди, причащению или елеосвящению, просто не выдерживают никакой критики. Содержащие суеверные или превратно понятые представления, книжонки сродни печально известной «Лекарство от греха» выполняют функцию отталкивания от Церкви здравомыслящих людей.
Что делать? Думаю, нужно всем вместе начать собирать удачный опыт, систематизировать его, издавать, распространять и рекомендовать к внедрению в практику.
И тут невеселое отступление. У многих из нас есть свой опыт свидетельства — у кого больший, у кого меньший. Нужно уметь делиться этим опытом. А получается часто по-другому. Я вот пожалуюсь, не называя имен. Приходит ко мне письмо без подписи, но с упреком: мол, миссионерский отдел мало работает, а ведь у нас есть хорошие наработки. Я обрадовался: есть еще неравнодушные люди; дважды приглашая сего неравнодушного человека к сотрудничеству. И — молчание! Такое случается нередко: вот, мы чем-то недовольны, бурно или тихо возражаем, но делать не желаем ничего. Да, нашему отделу еще учиться и учиться. Но — странно — так мало желающих, преподать нам урок! Многие чем-то недовольны, но практически никто не спешит делиться собственным опытом. Почему?
Я призываю всех исполнять свое служение в таком, очень правильном, духе: «Не согласен — возражай; возражаешь — предлагай, предлагаешь — выполняй!». Делитесь, пожалуйста, опытом, не ждите, когда вам что-нибудь принесут готовенькое или будут настойчиво просить принять участие в чем-либо. Нужны энтузиасты, — в том числе и такие, которые готовы раздать свои наработки, расточить свое интеллектуальное богатство для других, пусть даже никто и не вспомнит об авторе...
Возвращаюсь к теме. Важнейшим моментом внутрицерковной миссии является богослужение. О проблемах языка я скажу чуть позже, сейчас же вот о чем: очевидно, настало время — при миссионерском отделе, или при Синодальной богословской комиссии, или отдельно — создавать богослужебный отдел, который бы, среди прочего, разрабатывал вопросы миссионерских богослужений. Вспомним отцов Собора 1917-го года, которые предлагали внесение изменений в богослужение. Очевидно, в нынешних условиях мы стоим перед проблемой создания каких-то особенных чинов и последований миссионерского характера, — может быть, упрощенных по сравнению с обычными, но более доступных, которые можно было бы использовать именно как форму проповеди.
И само проповедание в Церкви должно претерпеть изменения. Прекрасные образцы проповедей позапрошлого столетия оказывают порой действие противоположное ожидаемому, — современный проповедник должен уметь говорить именно с современным человеком. Потому так популярны книги наших современников — проповедника митрополита Сурожского Антония, апологета диакона Андрея Кураева, аскета архимандрита Лазаря (Абашидзе): они и многие другие говорят согласно учению Святых Отцов, но — по-современному. И обязательно нужны новые переводы творений Отцов и Учителей Церкви; мы имеем достаточно умных, ученых и благочестивых верующих людей, у нас есть Духовная Академия, пять семинарий, училища, в том числе и миссионерское, — значит, кадров достаточно. И эту проблему следует решать, не откладывая.
Есть и масса других проблем, о которых нужно говорить на съезде.

Раскол
Требует особенного внимания судьба наших братьев и сестер, отпавших от Церкви в раскол. Это фактически раздел нашей миссии, пограничный между внутри- и внецерковным.
По моему мнению, в расколе сейчас пребывает несколько совершенно разных категорий людей.
Первая — те, кто озабочен национальным вопросом. Для них в церкви самое важное — именно национальное, и потому они с радостью идут в «истинно украинские церкви». Таким неплохо напомнить, что именно Украинская Православная Церковь была со своим народом в годы гонений, в то время как «истинно украинская церковь» бежала за границу, а другая«истинно украинская» церковь вообще возникла десяток лет тому назад. Нужно, четко указывая места Нового Завета, продемонстрировать, что, во-первых, «нет ни Еллина, ни Иудея, ни обрезания, ни необрезания, варвара, Скифа, раба, свободного, но все и во всем Христос» (Кол. 3. 11), а, во-вторых, «все мы одним Духом крестились в одно тело, Иудеи или Еллины, рабы или свободные, и все напоены одним Духом» (I Кор. 12. 13); наконец, «все вы сыны Божии по вере во Христа Иисуса; все вы, во Христа крестившиеся, во Христа облеклись. Нет уже Иудея, ни язычника; нет раба, ни свободного; нет мужеского пола, ни женского: ибо все вы одно во Христе Иисусе» (Гал. 3. 26-28). И как не создается Церковь по половому или социальному признаку, так же не естественно и создание «национальной» церкви, тем более страдающей нелюбовью к представителям других церквей. Если же не так — то это не христианство.
Другая категория принадлежащих к расколу — те, кому «все равно», то есть люди, для которых самое главное, чтобы было все, «как положено»: священник, кадило, певчие, храм... Свидетельство среди таких равнозначно проповеди язычникам. Только познав Истинного Бога, такие люди смогут разобраться и в вопросе церковном.
Третья же категория — это искренне заблуждающиеся, серьезно уверенные в том, что, раз Бог один, то и церкви все одинаковы. Тут ситуация, наверное, самая сложная. Только глубокое воцерковление указанных лиц способно пробудить в них ощущение различия Церкви и церкви.
Нужно стараться избегать в противораскольнических выступлениях делать акцент на личности. На укор в нечистоте нам могут возразить укором же. Дело вовсе не в личностях. Главное — научать паству и всех слушателей. в том числе и представителей власти, что раскол — это отпадение от Единства Церкви, от Бога. Непризнание раскольников Православным миром — да, но главное — то, что раскольники не имеюі ни с кем литургического общения, не причащаются вместе. Законы могут изменяться, а вот непричастность Телу Христову — страшна всегда.
Важно и то, что раскольники все более и более стараются мимикрировать, скрываясь за привычными людям формами, а иногда и утверждая, что они — просто «украинская православная церковь». Без дополнений. Нужно тщательно продумать тактику противораскольнической деятельности в таких условиях.

Католицизм и греко-католицизм
Сейчас идет активное распространение греко-католицизма на восток, в том числе и в регионы, где такового ранее не наблюдалось. В той же Полтавской епархии есть греко-католические приходы, которые, впрочем, не очень афишируют свою конфессиональную принадлежность. Но вожди унии имеют «право» сказать: на Полтавщине есть греко-католики. И скоро УГКЦ сможет оспаривать у «Киевского Патриархата» лавры «исконно украинской церкви» («питомо украінськоі церкви»), потому что парафии униатов будут в каждой области, —- хоть в малом числе, но будут.
Мы должны очень тактично, но достаточно внятно говорить о неестественности такого положения. Следует рассказывать об истории насаждения унии, не бояться цитировать документы. И это важно делать не только (и, наверное, не столько) в западных регионах, сколько в центре и на востоке, на юге Украины, куда греко-католицизм активно проникает. «Патриотам» и «любителям истории» нужно давать читать столь чтимого ими Тараса Шевченко, который делал недвусмысленные выводы и об унии, и вообще о католицизме в Украине. Согласитесь, что порой для «национально сознательного» человека авторитет Шевченко несколько выше, чем авторитет священника, — так пусть Шевченко и свидетельствует против унии.
Должен заметить, что наша скорбь по поводу чуть ли не полного окатоличивания Западной Украины должна быть несколько уменьшена. В советское время, после известного Львовского собора 1946 года, многие верующие, входя в православные храмы, оставались все же католиками. Появился даже термин «криптокатолицизм», скрытое католичество, который удачно характеризовал состояние душ этих людей. Однако сейчас, как мне кажется, многие из так называемых греко-католиков и просто католиков — бывшие православные — также ощущают себя не вполне униатами. Они таковы, потому что изменилась обстановка, и все, не без содействия властей, пошли из Православия в унию; а вот в душе... Я думаю, можно говорить о том, что сейчас уже оформился феномен «криптоортодоксии» — скрытой православности многих «униатов» или «римо-католиков». И наша задача не просто говорить об этом, но и обращаться к таковым, учась говорить на понятном им языке.
С каждый днем становится все более актуальным еще один аспект этой проблемы. Сейчас практически во всех странах мира существует большая украинская диаспора, для которой храм — не только Дом Божий и место богообщения, но и живая связь с Отчизной, народными традициями и обычаями. И православные украинцы, живущие вдали от Родины, хотят, при сохранении церковно-славянского богослужебного языка, слышать проповеди на украинском, общаться с пастырем на родном для них языке. Мы не имеем права утратить эту часть нашей паствы, — ведь если мы не пришлем к ним украиноговорящего священника, то к ним придут те же греко-католики...

Протестантизм
Пестрое понятие «инославия» охватывает широкий спектр протестантских течений-оттенков, от «классических» баптистов до замысловатых «религиозных групп неопределенной конфессиональной принадлежности».
Работа с каждой из религиозных организаций требует, во-первых, хорошего знания проповедуемой ею доктрины. И разговор следует строить, не стесняясь показать разницу православного и неправославного понимания какого-то момента Писания или предания. Есть хороший опыт как классических противосектантских диалогов, так и современных листовок и брошюр. Хотелось бы, чтобы сегодня и завтра мы смогли поделиться опытом миссии в среде протестантов.

Новые религиозные движения и деструктивные культы
Сейчас в Украине отмечается высокая активность новых религиозных движений. Мы завтра посвятим работу одной из секций этой теме. Сегодня же я хочу сказать вот о чем:
В принципе, мы уже пережили период стремительного роста количества и качества этих образований. Каждое из них уже нашло себе место, заняло определенную «экологическую нишу». Нашлись свои адепты, выработался образ действия на украинской почве.
Теперь перед нами стоит задача изучения новых религиозных движений и тоталитарных культов. Особенно важным представляется выяснение вопроса: чего же не нашел человек в Церкви, уйдя в секту?
Да, часто в рядах сектантов оказываются люди с психическими проблемами, зависимые, принадлежащие к крайним слоям населения. Но достаточно часто мы видим в числе приверженцев самых ужасных движений и культов и добропорядочных граждан, думающих и внутренне благочестивых. Что же подвигло их на такой шаг?

Язычество и традицронность
Особого внимания миссионеров требует бурно возрождающееся язычество. Оно содержит опасный антихристианский потенциал, который уже успела почувствовать Россия. Там некоторые языческие группировки насаждают мысль, что христианство — это «жидовская вера», неприемлемая для русского народа, И, значит, христиан нужно бить, в соответствии с печально известной пословицей, чтобы «спасти Россию». Нападения «бритоголовых» на православные храмы и монастыри в России уже являются страшной реальностью. Я серьезно опасаюсь того, что в скором времени мы можем оказаться в такой же ситуации. Тем более что язычество, убеждая последователей и вольных слушателей в том, что именно оно — «истинно украинское» («питомо украінське»), претендует на особые симпатии к нему со стороны властей.

Духовное образование
Немного затрону и вопросы духовного образования.
Как вам известно, решением Священного Синода Украинской Православной Церкви Духовное училище Полтавской епархии преобразовано в Миссионерское Духовное училище Украинской Православной Церкви. Теперь мы имеем специализированное учебное заведение, готовящее не просто будущих пастырей, но пастырей-миссионеров. И в этой работе пока больше проблем, чем достижений. Как ректор Миссионерского Духовного училища, хотел бы поделиться некоторыми из проблем.
Вследствие недостатка опыта, миссиология в большинстве духовных учебных заведений по уровню и качеству преподавания находится не на ведущих позициях. И преподаватели иногда не вполне представляют, какое важное значение имеет преподаваемая ими дисциплина.
В условиях изменившегося мира изменений требует преподавание апологетики и сектоведения, сравнительного и основного богословия. Не выдерживает критики часто остающийся на уровне столетней давности курс гомилетики.
Потому нужен обмен опытом преподавания. Нужна координация программ. Нужны, возможно, курсы или семинары по подготовке преподавателей. Обращаюсь к присутствующим здесь преподавателям с просьбой подумать об этом.
Нужны и новые преподавательские кадры, в том числе и из тех, кто прошел путь «поисков истины», побывав в сектах, и из тех, кто имеет серьезное светское образование.

Благотворительность и социальное служение как формы миссии
Благотворительность и социальное служение являлись всегда важнейшими формами миссии. Однако многие из приходов и церковных благотворительных организаций занимаются этим по привычке, а иногда даже и «для галочки»: на Пасху, к примеру, посетили детский дом и раздали 200 куличей; на Рождество побывали в тюрьме, раздали 1000 конфет. Но ведь эти действия содержат в себе огромнейший миссионерский потенциал, который не используется.
Каждый акт благотворительности, каждое проявление социального служения пусть будут не только утолением телесного голода, но и привнесением духа, — хотя бы его частицы. Не просто насыщение, но и слово о Христе, Который есть «истинный хлеб, сошедший с небес» (Ин. 6. 51).

Проблема языка богослужения, проповеди и богословия
Особо остро стоит вопрос языка миссии. Украина в этом смысле значительно отличается от большинства стран, опыт миссионерства в которых нам известен. Попробуем проанализировать некоторые особенности нашей языковой ситуации.
Исторически «церковным», «богослужебным» языком был церковно-славянский, он же сформировал церковное сознание многих поколений наших соотечественников. И вопрос перевода богослужения на современный, разговорный, язык у подавляющего большинства паствы вызывает неприятие — от глухого ропота до откровенного и публичного провозглашения украиноязычного богослужения «безблагодатным». С другой стороны, опыт украинослужащих псевдоцерковных организаций показал, что патриотический порыв и молитвенное возношение ума и сердца к Богу — совсем разные вещи. Громогласно разафишированные «новые переводы богослужения» на поверку оказались не такими уж хорошими и удобопонятными. И сейчас многие из раскольников возвращаются к церковно-славянскому языку, который прежде клеймили как «русский» и «имперский». Положение в протестантских, классических, или ультрасовременных, религиозных организациях пока не берем в расчет, оно — предмет анализа более подробного.
Но проблема языка богослужения, при практически всеобщем использовании и восприятии церковно-славянского, является острой и болезненной. Непонятность церковной службы лишает ее большой части миссионерского влияния. Если не считать — большей! Аргумент же о необходимости объяснять значение непонятных слов н изучать с паствой церковно-славянский язык правилен, но только для самой внутренней миссии. Лишь самые воцерковленные найдут силы и время рыться в словарях и выяснять значение темных и неясных фраз.
Да и уровень нашего знания богослужебного языка оставляет желать лучшего. Многие из людей с академическим богословским образованием испытывают сложности с переводом общеизвестных молитвословий и церковных гимнов. Мало кто способен адекватно не то, что перевести, — объяснить смысл, к примеру, задостойника Великого Четвертка «Странствия Владычня», строки из Акафиста «Радуйся, еже како ни единаго же научившая», выражения из Евангелия «чермнует бо ся дряселуя небо» (Мф. 16. 3). А отсюда— путь к возникновению странных и причудливых «народных» переводов и суеверных толкований слов молитв и песнопений. Как, например, выражение «лож конь во спасение, используемое даже некоторыми священниками в качестве «богословского оправдания» лжи...
Чтение на церконно-славянском Апостола практически становится только внешним «исполнением Закона». Даже хороший чтец с правильной дикцией мало что сможет донести до слушателя, и Псалтирь исключается в приходской практике из богослужения под любым предлогом, во многом вследствие ее малопонятности — та полезнейшая и назидательнейшая книга, о которой Отцы говорили, что лучше стать солнцу, чем престать ее чтению.
Требы — дело зачастую людей малоцерковных, и они почти полностью лишены миссионерского влияния. Погребальные «Земле, зинувши»... и «паки возвращшася к тебе рождшей: еже по образу Создатель прият...», и поемые в подавляющем большинстве приходов тропари мертвенны по Непорочнах в такой редакции: «Святых лик обрете источник жизни» — пауза, и далее скороговоркой: «и дверь райскую да обрящу и аз путь покаянием». Несть числа таким примерам. Они, при всей их глубине и богатстве, звучат для большинства слушателей красиво, но непонятно.
И не то больно, что указанные и неуказанные сложности и недопонимания порождают анекдоты, которые смакуют все, кому не лень. Проблема-то в том, что мы упускаем возможность свидетельства точными и благолепными, выверенными и возвышенными словами церковных песнопений.
Возможно, следует подумать о продолжении работ в тех направлениях, которые велись около ста лет назад под руководством Архиепископа Сергия (Страгородского), — работ по исправлению богослужебных книг. Не перевод на современный украинский, но замена темных и малопонятных, а зачастую и неблагозвучных выражений будут, думаю, восприняты народом церковным.
С болью должен сказать и о том, что сейчас мы имеем ситуацию практически полного отсутствия украиноязычного богословия. Попытки быстрого и скоропалительного создания собственного богословского языка пока особенных успехов не принесли. А неуклюжие термины вроде «переістачення» вместо пресуществление отнюдь не способствуют развитию богословия.
Мне могут возразить, что всеобщей потребности в этом пока не существует. Да, но как мы можем свидетельствовать о Христе на украинском языке, не имея более или менее разработанной терминологии? Вспомните, что в проекте нашей Миссионерской концепции указан принцип использования национальных языков; это ведь относится не только к крымско-татарскому, или болгарскому — в местах проживания представителей тех и других национальностей, но и украинского — по всей территории Украины. Мы должны опережать потребности, и во многом формировать их.
У нас есть примеры как хорошие, так и плохие. Корректно использует самую сложную и серьезную богословскую терминологию Блаженнейший Митрополит Владимир — в его проповедях и выступлениях можно видеть пример лучшего украиноязычного богословия. С другой стороны, у некоторых горе-богословов, подражающих суперсовременным движениям, мы встречаемся иногда с заменой традиционного означающего Евангелие выражения «Благая Весть» низким по слогу «Хорошая новость», — вот пример неверного и непродуманного перевода или попытки «осовременивания» языка и «понятного перевода».
Беда и в том, что нет хорошего и приемлемого Православным миром украинского перевода Священного Писания. Более или менее плохие переводы прошлого получают альтернативу в виде конфессионально окрашенных переводов настоящего. Как результат: при пробуждении национального сознания и самоидентификации многих из наших сограждан именно с украинским языком, мы не можем предложить им Слово Божие на родном языке. «Общепризнанный» же и самый распространенный перевод Ивана Огиенко критики не выдерживает. Хотя есть достаточно удачные переводы Нового Завета, но их сложно найти, — и в результате каждый проповедник пытается переводить самостоятельно. О последствиях говорить больно.
После обсуждения этого вопроса в секциях нам следует, наверное, подумать о создании филологической группы, которая начала бы понемногу, при участии филологов и других необходимых специалистов, разрешать указанные вопросы.

Издательство и цензура
Большое значение приобретает сейчас наша издательская деятельность. Но, в условиях так называемой «религиозной свободы» и «свободы предпринимательства», появляется многое множество псевдохристианской литературы, содержащей и явное искажение Православного вероучения, и апокрифических сказаний, и мифических житий, и вообще литературы низкопробнейшей. И все это — под маской «православности», да еще и с благословениями «вселенского патриарха» или «старцев Святой Горы Афон».
Что делать? Сейчас очень стыдно говорить о цензуре, ведъ она — символ тоталитарного прошлого. Но вспомним, что само слово «цензура» происходит от латинского «censeo», что означает «высказывать свое мнение, оценивать, решать, определять». И я являюсь сторонником активной оценки — «цензуры» — издаваемого, с привлечением необходимых специалистов-богословов. Очевидно, в каждой епархии должен быть издательский совет, или, по старинке, «цензурный комитет», который может и должен давать оценку различным изданиям. И иметь право не благословлять к реализации в приходских лавках тех или иных книг. Чтобы дело просвещения паствы было делом не только вкуса отдельного пастыря (вкус может быть не очень правильным), но и делом специалистов!
Другая проблема состоит в том, что при издании любому бизнесмену намного проще сделать репринт, чем выпустить в свет новую книгу. Да и дешевле переиздать старинное издание, чем постараться найти современное. В результате книжные лавки заполнены прекрасными книгами, изданными сто пятьдесят лет тому назад и переизданными позавчера — книгами, написанными языком того времени. И прекрасные творения Отцов издаются в переводах полуторавековой давности (кроме нечастых изданий новых переводов отрывков в периодике, да нескольких глубоких и дорогостоящих богословских монографий, посвященных какому-нибудь древнему автору).
Вследствие этого, мы в проповеди современным людям говорим языком позапрошлого века — с соответствующими результатами. А ищущие не могут найти современных переводов Златоуста или аввы Дорофея, Василия Великого или Добротолюбия.
Но так долго продолжаться не может! Свято место пусто не бывает, и взамен серьезных авторов — тех самых, которые жизненно необходимы в свидетельстве, — читатель может найти тот «ширнепотреб», о котором говорилось выше. И, ознакомившись с оным, надолго отвратиться от Православия, которое в его «свете» покажется религией невежд, ханжей и фарисеев. Такое состояние на руку многочисленным проповедникам, которые предложат и книгу, и буклет, и плакат, и листовку. Да, у них много денег, — но ведь находят же наши бизнесмены «от издательства» средства для печатания «Лекарства от греха», «Что делать нам, грешным» и акафиста «Прибавление ума»!
Подумав об этом на съезде, нужно принимать решения о координации издательской деятельности и повороте ее в нужное направление.

Новые информационные технологии
Вызовом цивилизации нам, проповедующим Христа, является обилие новых информационных технологий. Использование их в проповеди является иногда достаточно эффективным, но мы сталкиваемся здесь с целым рядом проблем.
Зачастую компьютерные технологии используются, только бы использовать. В православной части Интернет страниц, которые посетить полезно и не стыдно, совсем немного. Остальные — лишь бы были. Потому консультации с авторами ведущих сайтов — как украинских, так и зарубежных — нужны каждому, кто идет проповедоватъ в Сети. Думаю, мы можем в этом рассчитывать на коллектив официальной страницы Украинской Православной Церкви, редактором которой является протоиерей Георгий Коваленко.
С другой стороны, определенная часть населения настроена к любым новым технологиям враждебно. Для них телевизор — это «икона зверя» (Откр. 13. 14—15), а компьютер — чуть ли не сам Зверъ. И не следует просто отбрасывать такие взгляды как несущественные, пустые и вздорные, — ибо людей, думающих так, немало. Не нужно пренебрегать таковыми, «обскурантами» и «фанатиками», нужно и к ним обратиться с проповедью. Ведь если мы свидетельствуем Истину враждебно настроенным к нам сектантам, нецерковным людям, преступникам, зависимым, — почему же мы отвергаем наших братьев и сестер заблуждающихся? Следует говорить им о соотношении внешнего и внутреннего, о значении всепобеждающей силы Божией, наконец, и о том, что листовки и «подметные письма» антикомпьютерного содержания изготавливаются тоже при помощи ненавистных компьютеров. Миссия среди «традиционалистов» и «антипрогрессистов» должна обязательно иметь место!
Важно обратить внимание на развитие православного радио и телевидения, — не отдельных передач и выступлений, а именно православных каналов (волн), которые исключали бы всяческие нежелательные коллизии. С другой стороны, наличие православного вещания дает возможность систематического и целенаправленного свидетельства.

Финансовая сторона миссии
Я хотел бы коснуться и еще одного, крайне болезненного, аспекта свидетельства в современном мире — аспекта финансового.
Об этом предпочитают вслух не говорить, но мне кажется, что следует сегодня озвучить эту проблему, чтобы вместе постараться ее решить.
У вопроса две стороны.
Первая — пастырь зависим в материальном смысле от своего прихода, он живет пожертвованиями пасомых. И вот представьте, что священник начинает проводить оглашение перед крещением несколько дней рассказывать о вере, требовать от восприемников осмысленного знания Символа веры, и самих восприемников церковных и благочестивых... Что будет? Ответ, по-видимому, вы себе представляете: количество крещений в этом приходе резко упадет. Ведь уже многие привыкли, что крещение (равно как и венчание, соборование, погребение, покаяние и даже причащение) — треба и только треба. Причем, треба не в смысле «священнодействия», а треба в смысле «исполнения культовых потребностей населения». Она, треба, не предусматривает активного личного участия в таинстве или обряде. И вдруг — оглашение... Проще пойти в другой приход, или даже в другую конфессию — там это сделают быстро и просто, без этих «условностей».
А теперь попробуйте понять пастыря, который сейчас стоит перед судьбоносным выбором: или быть миссионером, или быть сытым! Подумайте о том, насколько этот вопрос болезненный, и прошу вас, уважаемые участники и гости, совместно искать пути его решения.
Конечно, мы маловерны, ведь Господь никогда не оставит праведника. Псалмопевец говорит: «не видал праведника оставленным и потомков его просящими хлеба» (Пс. 36. 2:5). Однако сложность тех дней, когда действительно будут уходить потенциальные прихожане в другие приходы и другие конфессии, когда будут жаловаться епископу на «зарвавшегося попа», должна быть понятна всем. Я говорю также для того, чтобы предостеречь следующих ораторов, а также участников секций от голословных призывов сделать то-то и так-то. Постарайтесь учитывать вот такую страшную реальность, и предлагайте пути, которыми могли бы пройти если не все, то многие.
И вторая сторона финансового вопроса. Миссионерское делание требует средств. Как это ни печально, но не только съезды и конференции, а и содержание образованного миссионера, издание приличной книги, радиопередача, телефильм с привлечением профессионалов — все это сопряжено с затратами, от значительных до колоссальных.
Мне могут возразить, что, мол, Господь пошлет средства Согласен, но и Сам Господь говорил: «Кто из вас, желая построить башню. не сядет прежде и не вычислит издержек, имеет ли он, что нужно для совершения ее, дабы, когда положит основание и не возможет совершить, все видящие не стали смеяться над ним, говоря: этот человек начал строить и не мог окончить?» (Лк. 14.28-30).
И нам следует серьезно подумать, как организовать финансирование миссионерства на всех уровнях, начиная от приходского. Будет ли это создание каких-то фондов, или целевое финансирование определенных проектов, или ежегодные отчисления приходов на общеепархиальные миссионерские потребности? Давайте вместе поразмыслим об этом.

Возможности сотрудничества в миссии
Наконец, еще раз о самом главном. Апостол Павел, как истинный миссионер, свидетельствует, что власть, данная ему от Бога, есть власть «к созиданию, а не к разорению» (II Кор. 13. 10), направленная для устройства Церкви Христовой, в которой апостолы, являясь созидателями Тела Христова, «истинною любовью все возращали в Того, Который есть глава Христос, из Которого все тело, составляемое и совокупляемое посредством всяких взаимно скрепляющих связей, при действии в свою меру каждого члена, получает приращение для созидания самого себя в любви» (Еф. 4. 15-16). Из этого мы должны исходить во всяком деле нашего свидетельства.
Любовь, и любовь во Христе — вот та основа, на которой может быть создано свидетельство. Не карающий меч, но любовь!
Эта любовь будет служить и критерием возможности сотрудничества в миссии, эта любовь подскажет пределы допустимого и недопустимого; она же и засвидетельствует верность достигнутой цели.
Итак, мы вкратце пытались обрисовать основные проблемы современного свидетельства в Украине. Их, как видите, много, и следует еще учесть, что при более внимательном рассмотрении их может оказаться гораздо больше. Да, но именно эти проблемы и должны подвигать нас к серьезному деланию на ниве миссионерства.
Мир без особенного восторга встречает проповедь о Христе. Это и не удивительно. Христос говорит: «гнали пророков, бывших прежде вас» (Мф. 5. 12), и паки: «Помните слово, которое Я сказал вам: раб не больше господина своего. Если Меня гнали, будут гнать и вас; если Мое слово соблюдали, будут соблюдать и ваше. Но все то сделают вам за имя Мое, потому что не знают Пославшего Меня» (Ин. 15. 20-21), и еще: «Я посылаю к вам пророков, и мудрых, и книжников; и вы иных убьете и распнете, а иных будете бить ... и гнать из города в город» (Мф. 23. 34), и снова: «будете ненавидимы всеми за имя Мое» (Мф. 10. 22).
Да, мир видит в Благой Вести суд себе (Ин. 16. 8-12), и потому не приемлет свидетельства. А если и принимает, то внешне и искаженно. И — как часто мы это забываем! — Господь говорит: «Сын Человеческий. придя, найдет ли веру на земле?» (Лк. 18. 8). Православная миссия всегда встречала противодействие, и потому взвешенные и выверенные, проникнутые любовью слова и деяния нашего свидетельства, несущие в темноту мира свет Христов, хотя и встречают противодействие, но не должны повреждаться в самом главном — в угоду ли правам «века сего». или из неправильно понятого человеколюбия.
Преходит и изменяется все — условия жизни и политическая мода, язык и культура, границы и общественные идеалы. И только настоящая любовь непреходяща. И эту любовь мы несем людям, свидетельствуя о Христе. Эта любовь должна гореть в наших сердцах, и она, Богу содействующу, способна объединить народ, просветить, освятить и преобразить не только каждого человека в отдельности, но и всех, без различия пола и возраста, образования и социальной принадлежности. В причастности Божественной любви — залог спасения. Потому и наш форум проходит под девизом, который, хочется верить, станет лейтмотивом нашей миссии: Любовью и единением спасемся!
Благодарю вас!