«На войне атеистов нет!» (комментарий в свете веры)

Телепрограмма «Православная энциклопедия»
(прямой эфир на канале ТВЦ от 10 мая 2003 г.)

Ведущий Н.И.Державин: — Доброе утро! Христос Воскресе! Сегодня в нашей студии – начальник штаба, первый заместитель командующего Воздушно-десантными войсками генерал-лейтенант Николай Викторович Стаськов и главный священник ВДВ Михаил Васильев.

Генерал-лейтенант Н.В.Стаськов, священник Михаил Васильев: — Доброе утро! Воистину Воскресе!

Н.И.Державин: — С праздником вас, с Днем Победы!

Генерал-лейтенант Н.В.Стаськов, священник Михаил Васильев: — Спасибо, взаимно.

Н.И.Державин: — Одного из вас по праву можно назвать боевым генералом, другого – полковым священником, ведь вы оба неоднократно бывали в местах боевых действий, в частности, в Чечне. Николай Викторович, какова сейчас обстановка в Чеченской Республике после проведенного референдума? Что на Ваш взгляд нужно сделать в ближайшее время для восстановления мирного уклада жизни?

Генерал-лейтенант Н.В.Стаськов: — Обстановка стабилизируется. Это очевидно даже по военным сводкам. Народ все-таки устал от войны. Каждая война, в конце концов, заканчивается миром. В настоящее время уже используются гражданские методы урегулирования ситуации в Чечне, и я надеюсь, что они помогут стабилизировать жизнь чеченского населения. Сейчас, как никогда, необходимо усилить именно гражданский аспект урегулирования ситуации в Чечне, прежде всего, за счет активного участия светских и духовных людей, которые реально могут «поставить точку» в этой войне.

Н.И.Державин: — Вы сказали про «светских и духовных» людей. Вы имеете в виду взаимодействие Вооруженных Сил с православным духовенством или, например, взаимодействие с лидерами Ислама?

Генерал-лейтенант Н.В.Стаськов: — Нельзя категорично делить наш многонациональный народ на разные конфессии. Действительно, в России существует несколько традиционных конфессий, но это не должно препятствовать единству нашего народа. Для урегулирования положения в Чечне требуется заручиться поддержкой всего духовенства и, конечно, с учетом местной специфики, лидеров ислама. В этом – большой рычаг, большая сила.

Н.И.Державин: — Вопрос к Вам, отец Михаил. Когда Вы в последний раз были в Чечне?

Священник Михаил Васильев: — Месяц назад.

Н.И.Державин: — Какие впечатления у Вас остались после этой поездки?

Священник Михаил Васильев: — Это были первые дни после референдума. Я увидел, что люди, конечно, устали от войны. Но, к сожалению, очень много осталось и тех, кто свое экономическое благополучие связывает с войной. Не секрет, что любая противоправная акция в Чечне, любой теракт щедро оплачиваются из-за рубежа. Известны страшные таксы: жизнь нашего солдата стоит менее 300 долларов, чуть более ценится отрезанная рука десантника с надписью «За ВДВ», за подбитый БТР Российской армии платят около 1000 долларов, за сбитый вертолет – от 8 000 до 12 000 и т.д. Многие просто зарабатывают деньги. Эта война уже давно выродилась из политической сепаратистской акции в обыкновенный бандитизм, с которым, слава Богу, успешно борются наши воины.

Н.И.Державин: — Каков вклад Церкви в стабилизацию положения? Насколько я знаю, Вы там были уже 12 раз, часто совершали Таинство Крещения и освящали боевую технику, а также духовно окормляли наших военнослужащих. В чем заключается смысл Вашего служения в Чечне?

Священник Михаил Васильев: — Cлава Богу, не только я, но и еще несколько священников бываем там регулярно. Действительно, как сказал генерал-лейтенант Владимир Шаманов (нынешний губернатор Ульяновской области), на войне атеистов нет. Когда рядом летают куски железа, страшно всем. Конечно, большинство принявших Святое Крещение, глубже осознают себя в такой ситуации православными христианами, и многие из тех, кто еще не крестился, обращаются после боев ко Христу.

Н.И.Державин: — Отец Михаил, секундочку, в студию поступил звонок от телезрителя.
Доброе утро, здравствуйте, с праздником вас!

Телезритель: — Доброе утро! Вас и ваших гостей я тоже поздравляю с праздником. У меня вопрос к отцу Михаилу. Отец Михаил, Вы – священник и служите в ВДВ. Скажите, пожалуйста, а Вам приходилось прыгать с парашютом?

Священник Михаил Васильев: — Так точно.

Телезритель: — А у Вас много прыжков?

Священник Михаил Васильев: — Немного, но я прыгаю. Если будет необходимо, то всегда готов прыгнуть. Несколько раз в год я обновляю свои навыки по прыжкам с парашютом.

Телезритель: — То есть Вы – профессиональный парашютист?

Священник Михаил Васильев: — Нет, я не профессиональный парашютист, я – священник, но такой священник, который окормляет Воздушно-десантные войска. Кстати, и другие священники, несущие пастырские послушания в ВДВ, если они не старше 50 лет, также умеют прыгать с парашютом. Как же можно окормлять десантников и не знать условий их жизни?

Телезритель: — Хорошо, большое спасибо, с праздником еще раз.

Священник Михаил Васильев: — Спасибо.

Н.И. Державин: — Спасибо Вам за звонок. Я хотел бы продолжить наш разговор о взаимоотношениях Церкви и армии. Сегодня они осуществляются через специальный Синодальный отдел Московского Патриархата по взаимодействию с Вооруженными Силами и правоохранительными учреждениями. Но как это осуществляется на местах, откуда исходит инициатива? Легко ли стать полковым священником? Есть ли понимание со стороны военных? Николай Викторович, ответьте, пожалуйста.

Генерал-лейтенант Н.В.Стаськов: — Это взаимодействие уже стало, наверное, объективной реальностью. Мы работаем сейчас с осознанием необходимости такого взаимодействия.
Если вспомнить историю, мы увидим, что духовенство и воинство в России всегда вместе решали задачу безопасности Отчизны. Однажды власти нашей страны совершили большую историческую ошибку, изменив ход истории и принизив роль духовенства в обществе. За эту ошибку Россия до сих пор расплачивается всевозможными социальными катаклизмами. Я убежден в том, что пока мы не возродим духовность, мы не сможем возродить нашу Родину.
Сейчас мы, военные, ощущаем сильную потребность во взаимодействии с Церковью, ведь это помогает нам решать наши задачи. К примеру, отец Михаил очень гармонично вписался в нашу деятельность, на всех мероприятиях он всегда вместе с нами, и мы уже иного и не представляем себе. Каждая боевая операция или каждая задача, которую решают Воздушно-десантные войска, обязательно проходит при участии отца Михаила и, таким образом, освящается. Среди войсковых частей появляется все больше храмов, все больше и больше становится верующих солдат, – это же замечательно!

Н.И.Державин: — Ведь многие в армии принимают Крещение?

Генерал-лейтенант Н.В.Стаськов: — Да, многие: все-таки, когда находишься между жизнью и смертью, крещение осознаешь как необходимость.

Н.И.Державин: —У нас есть еще вопрос от телезрителя.

Телезрительница: — Доброе утро. Я бы хотела задать такой вопрос: при каких обстоятельствах священник может взяться за оружие?

Священник Михаил Васильев: Ни при каких.

Н.И.Державин: — И Вам не приходилось?..

Священник Михаил Васильев: — Я не нарушаю церковных канонов, иначе я не был бы священником.

Телезрительница: – Понятно, спасибо.

Н.И.Державин: — Спасибо. Николай Викторович, можно ли говорить о некоем правовом поле взаимодействия Церкви и армии?

Генерал-лейтенант Н.В.Стаськов: — В принципе, сейчас наше взаимодействие нормативно не регулируется, оно основано на доверии и осознании его необходимости, но нужна также и работа над формированием правового поля. Я думаю, что отец Михаил со мной согласен.

Н.И.Державин: — Отец Михаил, в состоянии ли на сегодня Русская Православная Церковь, на Ваш взгляд, обеспечить потребности Российской армии в полковых священниках?

Священник Михаил Васильев: — Нет, конечно, и об этом буквально несколько дней назад говорил в одном из интервью Святейший Патриарх Алексий. По нашим подсчетам, для удовлетворения самых скромных потребностей армии, нам надо порядка 5 000 священников. Сейчас в Русской Православной Церкви – чуть более 13 000 священников, а это очень мало даже для служения в епархиальных храмах. Поэтому ни в ближайшие 5 лет, ни в ближайшие 20 лет проблема возрождения института полкового духовенства полностью решена не будет. Но так как потребности рождают предложение (это правило действует не только в экономике, но и в прочих сферах жизни), многие бывшие военнослужащие осознают в себе призвание к пастырскому служению и духовному окормлению армии и принимают священный сан. Человек, который знает армейскую службу не понаслышке, несомненно, более подготовлен к роли полкового священника. Хотя, конечно, для духовного окормления людей священнослужитель не обязан владеть теми профессиями и навыками, которыми владеет его паства. Более того, я считаю, что любой человек в священном сане, не служивший в армии, должен, посвятить хотя бы несколько лет окормлению военнослужащих.

Н.И.Державин: — К сожалению, наша программа подошла к концу. Я бы хотел поблагодарить наших гостей за беседу и еще раз поздравить всех с Днем Победы. Я хочу также пожелать вам, Николай Васильевич и отец Михаил помощи Божией в вашем необходимом служении, потому что и в Церкви, и в армии люди не работают, а служат.

Генерал-лейтенант Н.В.Стаськов, священник Михаил Васильев: — Спасибо!