Круглый стол «Европейский и российский опыт преподавания религиозных дисциплин в школах» (комментарий в цифрах и фактах)

Об опыте преподавания религии в школах Восточной Германии

(Доклад руководителя Евангелического школьного фонда Евангелической церкви Германии Екхардта Шверина)

Я благодарю вас, г-н Маркус и Сергей Леонидович, за возможность принять участие в беседе о проблемах организации уроков религии в светской школе.

Я думаю, что конструктивный разговор на эту тему должен включать в себя обсуждение следующих вопросов:

1. Каков должен быть результат преподавания?

2. Каковым должно быть содержание религиозных учебных дисциплин и как они будут соотноситься со светскими дисциплинами?

3. По какому принципу должно быть построено обучение?

4. Кто будет преподавать?

5. Каковы должны быть правовые основы преподавания религиозных дисциплин в светских средних школах?

Приступая к изложению опыта Германии, нельзя не упомянуть, что начиная с XVIII века, наша страна (в особенности, ее Восточные земли) была подвержена мощному процессу секуляризации, который усугубили нацистское неоязыческое, а позднее, – атеистическое марксистско-ленинское влияния. В этой связи, опыт Восточной Германии, мог бы быть полезным для современной России, хотя я не думаю, что все в этом опыте применимо к российским условиям.

Рассуждая о путях и методах внедрения религиозных дисциплин в программы средних школ, очень важным является то, как Церковь видит самое себя, как она определяет свое место в системе общественных институтов. Ведь она – неотъемлемая и наиболее организованная часть общества и несет ответственность за воспитание будущих поколений. Нравственные ценности вообще не являются чем-то таким, что просто так может возникнуть в обществе или в характере человека. Религия же не только сохраняет эти ценности, но и вводит понятие социальной ответственности. Когда это становится личной ценностью, человек может принять на себя ответственность за свою собственную жизнь.

Другая сторона вопроса – Церковь должна осознать радикальное отсутствие господствующей конфессии в современном обществе при том, что христианство имеет очень важное историческое, культурное, нравственное и социальное значение. Сегодня в Германии на 100 учащихся приходится, в среднем, только 4-5 воцерковленных детей. А преподавание религии в школах ведется для всех детей с 1 по 12 класс. При том, что религиозную социализацию имеют только 4-5% учеников, более 50% из них относятся к урокам религии в школах безусловно положительно.

Мы исходили из того, что в настоящее время атеистическое мировоззрение господствует не только среди умонастроений учащихся, но и среди их родителей, и, главным образом, учителей. Перед нами стояла проблема: как трансформировать атеистическую школу в религиозно толерантную при условии преобладания носителей марксизма-ленинизма в преподавательском составе?

Ситуация отчасти облегчалась состоянием федерального законодательства. Несмотря на то, что в Германии Церковь отделена от государства, не было никаких нормативных барьеров на пути введения религиозных дисциплин в школах: статья 7 Конституции ФРГ, которая стала действовать на территории бывшей ГДР после объединения Германии, предусматривает преподавание религии в средних общеобразовательных школах в качестве обычного учебного предмета. Перед государством лишь стояла задача создать рамочные условия для обеспечения преподавания религиозных дисциплин в немецких школах. После обсуждений и согласований, государство:

1. обязало каждую школу ввести религиозные дисциплины в сетку учебных предметов;

2. взяло на себя функции подготовки и содержания преподавателей по этим дисциплинам;

3. узаконило положение, при котором учебные программы не разрабатываются и не принимаются без участия и одобрения представителей религиозных организаций;

4. разработало формальные механизмы согласования интересов учащихся, их родителей, педагогов, местных властей и т.д. в ходе разработки программ религиозных дисциплин и преподавания этих дисциплин;

5. учло столкновении двух культурно-исторических типов: Западной и Восточной Германии (массовая церковь, подверженная естественному процессу секуляризации, и церковь меньшинства, долгое время сдерживающая натиск марксизма-ленинизма).

Что касается получения общественного согласия на введение этого предмета в школьную программу, то эта проблема стояла лишь перед Восточными землями – в школах Западной Германии религия давно преподавалась. Мы понимали, что не все из опыта Западной Германии безусловно применимо к условиям Восточной, но мы видели большую общественную пользу в преподавании религии в школах. Дело было не только в том, что в Восточных землях люди не знали особенностей христианства. Они также не знали важнейших элементов немецкой (по своей сути, христианской) культуры, не знали и не понимали истории Германии, не умели правильно вести себя в обществе. Главное, жители бывшей ГДР не обладали способностью адаптации к требованиям ситуации и в тяжелых обстоятельствах теряли способность видеть жизненные перспективы.

Некоторые общественные силы опасались воцерковления школы. Были длительные дискуссии по содержанию предмета с участием представителей Церкви, государства, парламентов земель, педагогов и родителей. Затем каждая земля приняла соответствующие законы. Как оказалось, преподавание религии в светских школах никак не повлияло на религиозную социализацию детей: за 10 лет преподавания религиозных предметов в немецких школах количество прихожан в наших храмах не возросло. В данном случае Церковь просто заявляет о том, что она берет на себя ответственность за воспитание будущего поколения. Сейчас без согласия Церкви не выпускается ни одного учебника, ни одному преподавателю не дается разрешение на обучение учащихся религиозным дисциплинам.

Один из существенных шагов в сторону достижения общественного согласия по вопросу преподавания религии в школах стало осознание угрозы широкомасштабной социальной депрессии и того обстоятельства, что лишь христианская религия с ее жизнеутверждающей системой ценностей способна не только предотвратить эту угрозу, но и трансформировать тяжелую жизненную ситуацию в средство для построения будущего. Как только государственные структуры, ответственные за принятие решений, это осознали, в Восточных землях сразу же, пусть со всеми ошибками и недочетами, приступили к преподаванию религии в школах. Это случилось так быстро, что не успел сформироваться достаточно мощный негативный общественный фон. А спустя короткое время пользу нововведения почувствовали все. Кстати, в Макленбурге, религиозные предметы не входят в список обязательных предметов школьной программы, а взаимозаменяемы с философскими дисциплинами. Церкви ведь важно не воцерковить учащихся светских школ, а научить их смотреть на жизненные ситуации с разных точек зрения. Дети, к тому же должны усвоить, что мысли и стремления у каждого человека могут свои, что каждый человек – уникальная личность, но эти различия не мешают всем делать общее дело.

Религия ставит вопросы о смысле жизни, и именно в этом качестве она может войти в школу. Молодые люди должны иметь право формулировать свои вопросы о смысле своей жизни и обсуждать их в школе на уроках религии или философии, наравне с обсуждением, допустим, каких-то исторических проблем на уроках истории. Ведь задача школы не ограничивается лишь передачей ученикам некоторого количества абстрактных знаний. На самом деле, в школе молодые люди учатся жить, школа дает им понятие о том, откуда и куда они идут, для чего они живут. Вопрос о смысле жизни уходит своими корнями в национальную историю, а корни истории любой страны уходят в религию. В Германии в данном случае речь идет о католической и евангелической христианских церквах, в России – о Православии.

Имея в виду все вышеперечисленные соображения и приступая к преподаванию религии, мы понимали, что нам придется иметь дело с безграмотными в религиозном отношении людьми, которые не нуждаются в механическом умножении своих знаний (развитии интеллекта), а ищут основания для своей жизни. Поэтому наши программы основываются и апеллируют, в первую очередь, к наличному жизненному опыту учащихся, разумеется, с учетом их возраста, пола, места проживания, социального положения. Темы уроков выбираются таким образом, чтобы детям они были интересны. Но этот их жизненный опыт мы обсуждаем на фоне библейско-христианской традиции.

Чтобы дети легче могли усваивать эту, по большому счету, практически забытую традицию, мы много усилий потратили на дидактическое изложение Библии. В библиотеке каждой немецкой школе сегодня есть как основной текст Библии на немецком языке в переводе Мартина Лютера, так и т.н. детские Библии и дидактические пособия для изучения Священного Писания учащимися средних и старших классов. Мы не ставили перед собой задачу принести Библию детям, но хотели, чтобы в детях пробудилась потребность читать и изучать Слово Божие. С учебниками дело обстоит сложнее, поскольку любые фундаментальные пособия по общественным наукам быстро устаревают. Поэтому наши учебники по религиозным дисциплинам представляют собой рамочную, экзистенциальную основу, на которую уже наложены исторический и богословский материал.

Так, на уроках в начальных классах мы говорим об организации детских праздников и дней рождений, иллюстрируем их примерами из Библии и приводим нить беседы к обсуждению таких важных тем, как труд, помощь ближнему и т.д. Темы уроков в 9-10 классах уже посвящены обсуждению других вопросов: семья, любовь, дружба, сексуальность, оккультизм... Мы много говорим с молодыми людьми о взаимоотношениях мужчины и женщины, постоянно обращаясь к тому, что представители обоих полов являются Божиими творениями, и поэтому они должны видеть друг в друге образ Божий и уважать его.

Темы уроков закреплены в учебном плане, но учитель должен уметь найти актуальный для его учеников пример из их жизни и таким образом его проинтерпретировать, чтобы в следующий раз, когда они попадут в аналогичную ситуацию, они захотели проинтерпретировать его, исходя из христианских ценностей, а еще лучше, чтобы они сами начали искать ответы на свои жизненные вопросы в Библии.

К примеру, на улицах г. Мекленбурга много перекрестков и резких поворотов. Переезжая ночью из одной дискотеки в другую, молодые люди часто попадают в аварии, и многие из них погибают. Если вы когда-нибудь попадете в Мекленбург, вы поразитесь обилию крестов и христианских изображений у перекрестков и поворотов. Эти знаки установлены в память о погибших. Уроки, посвященные теме смерти, мы начинаем с обсуждения этих аварий. И, оказывается, школьники не просто готовы рассуждать о жизни, смерти и душе, они рады, что имеют возможность серьезно об этом поговорить с тем человеком, который научит их интерпретировать подобные темы в библейском ключе, покажет им путь к христианской надежде.

В педагогике всегда работает правило: все ценности передаются детям только через конкретную личность. Как писал Мартин Бубер, воспитание – это взаимный контакт. Поэтому очень важными является особенности личности преподавателя. Если ему не удастся заинтересовать детей своим предметом, он не сможет решить главную задачу своей преподавательской деятельности – научить учащихся самостоятельно ставить и решать жизненные задачи, опираясь на христианские ценности.

Сейчас в Германии учителей религиозных дисциплин готовят в светских педагогических вузах. Студенты богословских и пастырских факультетов некоторых церковных учебных заведений также получают дополнительную педагогическую подготовку для получения права преподавания религии в светской школе. В начале 1990-х годов, чтобы восполнить «кадровый голод», мы организовали годичные курсы для переподготовки учителей светских школ. Все слушатели курсов выбирались Церковью, как говорится, визуально из числа прихожан. Сегодня уже в этих курсах уже нет надобности, а для получения работы преподавателя религии человек должен иметь специальное высшее образование.

От учителя религиозных дисциплин требуется не только хорошее владение своим предметом, но и умение видеть и понимать их интересы и их проблемы учащихся и желание обсуждать с детьми эти интересы и проблемы. Разумеется, эти требования следует выдвигать к каждому учителю, независимо от преподаваемого предмета. Но преподавание религиозных дисциплин отличается от любой другой преподавательской деятельности тем, что ребенок обучается жизни, а не некоторой сумме знаний, поэтому ответственность Церкви и государства за подготовку учителей религии очень велика.

Изучение религии – обучение жизни – является тем стержнем, на котором держится вообще все школьное образование. Если ребенок не научится жить в немецком обществе, для него бесполезным станет изучение наук. Если он не научится воспринимать свою жизни как служение, он никому не сможет принести пользу. Но осознает ли это каждая конкретная школа? Учителя, равно как и родители, помогают подрастающему поколению разобраться в себе. В этом смысле качество всего школьного образования свидетельствует, прежде всего, о том, насколько аутентично общество осознает самое себя, знает ли оно, что оно такое и к чему стремится?

Я еще раз хочу подчеркнуть, что предмет «Религия» в процессе трансформации общества имеет экзистенциальное значение. Я – сторонник четкого разделения государства и Церкви, но, я считаю, между государством и Церковью необходимо сотрудничество. Ведь государство само не в состоянии поддерживать те нравственные нормы и ценности, благодаря которым оно, собственно говоря, и существует. Жизнеспособная система нравственных ценностей человека не может сложиться под воздействием бюрократического аппарата, каковым является государство, но только при участии той организации, смыслом и причиной существования которой являются эти ценности – Церкви. Если человек способен тяжелые жизненные ситуации структурировать в контексте христианской веры и помочь своим ближним осознать жизнь как процесс выражения надежды и доверия ко Творцу, как процесс служения (в смысле античной политии), то он готов внести свой вклад в общее благо.