Роуэн Уильямс официально объявлен главой Церкви Англии (комментарий в свете веры)

27 февраля в городе Кентербери состоялась торжественная церемония, в ходе которой Роуэн Уильямс официально объявлен главой Англиканской церкви. Он стал 104-м архиепископом Кентерберийским – духовным лидером 70-миллионной армии приверженцев Англиканской церкви по всему миру. Ульямсу 52 года. В настоящее время он активно выступает против войны в Ираке.
На торжественном богослужении в Кентерберри присутствовали примасы англиканских церквей разных стран мира, епископы, архидиаконы и каноники Церквей Англии и Уэльса, а также представители других христианских конфессий и различных религиозных общин. В качестве представителя государства на церемонии присутствовал принц Уэльский Чарльз.
Церемонию интронизации 104-го архиепископа Кентерберийского возглавил председатель Англиканского консультативного совета Джон. Л. Петерсон. Благословение новому духовному лидеру Церкви Англии преподали старейший англиканский епископ в мире архиепископ Армский (Северная Ирландия) Робин Эймс, а также епископ Дуврский Стивен Веннер.
Традиционно во время церемонии поставления нового архиепископа Кентерберийского происходят две интронизации. Во время первой, которую совершил архидиакон епархии Кентербери Патрик Эванс, Роуэн Уильямс был посажен на епархиальный трон. Во время второй декан епархии Роберт Уиллис посадил нового архиепископа на трон святого Августина, первого примаса Англии.
Роуэн Уильямс произнес традиционную клятву архиепископа Кентерберийского, держа руку на так называемом «Кентерберийском Евангелии». Традиционно считается, что эта книга была вручена папой Римским Григорием Великим святому Августину перед его отправлением в Британию. Сейчас книга хранится в кембриджском колледже «Корпус Кристи» и покидает стены хранилища лишь по особым случаям.
Во время церемонии интронизации помимо литургических песнопений были исполнены традиционные песни и танцы Уэльса, где родился новый архиепископ Кентерберийский.
Архиепископ Уильямс был избран духовным лидером Церкви Англии летом 2002 года. После ухода в отставку его предшественника, доктора Джорджа Кэри, в ноябре он начал исполнять обязанности архиепископа. Формальное утверждение избрания Уильямса состоялось в лондонском соборе святого Павла 2 декабря минувшего года.

	Роуэн Уильямс

Роуэн Дуглас Уильямс родился в Суонси 14 июня 1950 г. Закончил Среднюю школу в Диневоре и поступил на факультет богословия христианского колледжа в Кембридже (1971-1975 гг.). По окончании обучения Роуэн Уильямс некоторое время состоял в штате Оксфордского университета (1975 г.), где занимался изученим истории христианства в России. Два года он проработал преподавателем в Мирфилдском теологическом Колледже около Лидса (1975-1977 гг.). В 1977- 1985 гг. занимался академической работой в Кембридже, а 1986-1992 гг. преподавал богословие в Оксфорде.
Диаконский сан д-р Уильямс получил в 1977 г., священнический – в 1978 г. В 1992 г. был возведен на престол Епископа Монмоута, а в 2000 г. стал Архиепископом Уэлским.
Уильямс - автор многих книг по истории и теории богословия, сборников проповедей. Также опубликовал два сборника своих стихов.
Д-р Уильямс состоял в различных комиссиях по богословию и теологическому образованию, был членом Группы по инспектированию церковных школ, которая готовила сообщение на тему: «Уэлс: общество морали?». Является членом Британской Академии Наук. Интересуется музыкой, беллетристикой и иностранными языками.
В 1981 г. женился на Джейн Пауль, преподавательнице богословия, с которой познакомился в Кембридже, имеет сына и дочь.

Василий Чернов
ЦНЦ «Православная Энциклопедия», редакция религиоведения и протестантизма

Каким будет взгляд нового Архиепископа Кентерберийского на современные проблемы англиканской Церкви?

23 июля 2002 г. глава Церкви Англии королева Великобритании Елизавета II по рекомендации своего премьер-министра Энтони Блера утвердила архиепископа Уэльсского Роуана Уильямса в качестве нового Архиепископа Кентерберийского, Примаса Церкви Англии и старшего по чести иерарха Англиканского Содружества.

Роуэн Дуглас Уильямс до своего назначения Архиепископом Уэльским являлся епископом Монмаутским англиканской Церкви Уэльса. Англиканство существует в Уэльсе со времени Реформации, однако самостоятельная Церковь Уэльса – одна из самых молодых в Англиканском Содружестве. Она была образована в 1920 г., когда Церковь Англии на территории Уэльса лишилась своего государственного статуса. В том же году валлийские англикане избрали своего первого Архиепископа. Епископ Уильямс прекрасно чувствовал себя в Уэльсе: это были его родные места, а сам он прекрасно знает валлийский язык (в его семье говорили по-валлийски). Отлично ориентируясь в обстановке и понимая, что англикане в этой части Великобритании составляют меньшинство, Уильямс сумел заслужить уважение представителей всех религиозных конфессий. В 2000 г. Роуэн Уильямс стал Архиепископом Уэльским.
Окружающие сразу заметили широту социальных взглядов будущего Архиепископа. Уильямс и не пытался скрывать, что его позиция по ряду вопросов – это позиция «либерала», иногда даже «левака». В своих проповедях и интервью он жестко критиковал действия США в Афганистане, называл возможную операцию против Ирака «незаконной и аморальной», требовал от британского правительства сделать своей приоритетной задачей заботу о бедных. Уильямс предпочитал не реагировать на критику в свой адрес – он просто делал и говорил то, что, как ему казалось, он должен был делать. Один англиканский священник сказал о нем: «Уильямсу абсолютно безразлично, что о нем могут подумать люди. Но, не смотря на то, что он страстно предан заботе о конкретных людях, это не может поколебать его собственных убеждений». Но собственные убеждения Роуэна Уильямса были вовсе не тем, в отношении чего обыкновенно принято употреблять слово «либерализм». Выходец из англо-католической среды, он всегда с подозрением относился к взгляду на Церковь как на простое «собрание верующих», к буквализму в понимании Библии, к реформационному пафосу евангелического крыла англиканства. Уильямс писал книги о Православии; его подход к восточной духовности всегда отличался глубиной, цельностью, и полным отсутствием восприятия Православной Церкви как своего рода «археологического музея-заповедника» христианского мира (кстати, Архиепископ отлично владеет русским и греческим языками).

Вероятно, живи Уильямс в другое время, он вряд ли бы смог положительно отнестись к рукоположению женщин в священный сан. Однако теперь, когда женское священство в англиканских Церквах Британии стало свершившимся фактом, иерарх пытался добиться нормальной интеграции женщин-клириков в церковную жизнь. Положение, когда рукоположенных женщин держали на положении маргиналов и стыдились самого факта их наличия, Уильямс считал неприемлемым. Он несколько раз высказывался в пользу дозволения женщинам принимать сан епископа: ведь с точки зрения англиканского богословия выглядит весьма странным, когда женщинам дозволяют совершать Таинства, но не дозволяют надзирать за их должным совершением. Еще более странным это выглядит, если учесть что в некоторых англиканских Церквах (Новая Зеландия, Канада, США) женский епископат уже есть (причем женщины-епископы уже принимали участие в последней Ламбетской конференции 1998 г. и сослужили с представителями тех англиканских Церквей, в которых еще нет ни женского епископата, ни даже женского священства). Таким образом, причины, по которым европейские англикане до сих пор не ввели у себя женский епископат, коренятся не в англиканской догматике, а в хитросплетениях церковной политики и экуменических отношений. Ведь такой шаг со стороны англиканских Церквей Ирландии, Шотландии или Уэльса немыслим без одобрения из Кентербери, а первое же рукоположение женщины-епископа Церковью Англии наверняка окончательно похоронит какие-либо надежды на продолжение диалога с католиками и православными и сделает англиканство в глазах последних не более чем одной из протестантских деноминаций. Уильямс не может не понимать этого, тем более, что его собственные богословские взгляды с протестантизмом имеют мало общего. Но в том то и дело, что для него женское священство – вопрос не догматический, а социальный, вопрос полноценной интеграции определенной части общества в жизнь Церкви. Видимо, Архиепископ полагает, что с догматической точки зрения женщина вполне может быть епископом не только в англиканской Церкви, но так же в православной или римско-католической.

Не менее острой в современном англиканстве остается проблема допустимости повторного брака после развода. Дело в том, что в католической и англиканской Церквах (в отличие от Православия) церковный брак считается абсолютно нерасторжимым, даже в случае прелюбодеяния одной из сторон. И хотя раздельное проживание супругов признается возможным, они не могут вступить в новый церковный брак, пока один из них жив. Если же такое происходит, вступивший во второй брак считается живущим в прелюбодейном союзе, и (по крайней мере, в католичестве) не может быть допущен к причащению. Как результат, огромное количество англикан и католиков, вступивших во второй брак после развода, оказываются выброшенными из церковной жизни. Целый ряд англиканских Церквей (в т. ч. Церковь Ирландии) уже приняли постановления, допускающие повторный церковный брак разведенных, однако Церковь Англии пока ограничилась разрешением священникам благословлять подобные браки «в исключительных случаях». Позиция Уильямса по проблеме так же отличается широтой подхода. По его мнению, основа брака состоит не в договоре сторон, пусть даже скрепленном священными клятвами, а во взаимной любви. Брак, как и все, что связано с человеком, поражен неполнотой греха: человек может обмануться вступая в брак, может принять за любовь что-то иное, любовь между супругами может охладеть и исчезнуть. В конце концов, брак может быть разрушен низменными действиями одной из сторон. Греховно ли все это? Несомненно. Но так же несомненно то, что задача Церкви и каждого христианина – бороться с грехом, преодолевать его. Во многих случаях позволение второго брака после развода может спровоцировать разделение семьи, которую еще можно было бы сохранить. Но чаще всего развод – это результат уже состоявшегося распада брака. И бывшие супруги – это не только виновники случившейся беды, но и ее первые жертвы. Роуэн Уильямс видит задачу Церкви в том, что бы помочь им преодолеть то состояние (само по себе, конечно, греховное) в котором они оказались, причем, если понадобится, с помощью вступления в новый брак. Как мы можем отталкивать разведенных от Церкви, – говорил он, – когда они-то как раз больше всего и нуждаются в ее помощи?

Однако настоящие испытания ждали Роуэна впереди. В 2000 г. в печати стали появляться статьи о том, что один из рукоположенных иерархом священников – гомосексуалист, и что Уильямс знал об этом. Архиепископ не счел нужным оправдываться. Почему? Либеральное отношение к тем, кого обычно называют «сексуальными меньшинствами» представляет собой отличительную черту современного западного общества. В определенной мере это оказывает влияние и на христианские Церкви. Следует сразу же отметить, что главной движущей силой тут выступает не искреннее стремление к внутреннему обновлению Церкви, к более широкому служению христиан миру, а давление пресловутого «общественного мнения». Очевидно, что гомосексуализм находится в противоречии со Священным Писанием, причем не с какими-то обрядовыми запретами или элементами культурного контекста, а с самим библейским учением о человеке, природа которого существует, будучи разделенной на две половины - «пола». Конечно, было бы ошибкой отрицать факт существования людей, независимо от своей воли испытывающих сексуальное влечение к лицам своего пола. Но, с христианской точки зрения, подобное влечение само по себе есть результат существующего искажения человеческой природы, отклонение от ее первоначальной целостности, мучительного разделения, которому причастны все люди, или, говоря в рамках традиционной богословской терминологии, «первородного греха». Врожденное сексуальное влечение к своему полу патологично, так же как патологично врожденное стремление к насилию или убийству: и то и другое существует независимо от воли их носителя, коренится в глубинах человеческой психики и духа. Церковь всегда призывала человека к борьбе с внутренней надломленностью, с патологией, и к стремлению к реализации своего царственного достоинства, как высшего из Божьего творения, а не к слепому, самоубийственному следованию ей. Христианство видит высшую цель человека не в том, что бы он приспособился к своему искалеченному состоянию, а конечном обретении им полноты и неповрежденности своей природы.

Документы англиканской Церкви, в частности известное Куало-Лумпурское постановление о человеческой сексуальности (1997), отмечают необходимость внимательного и заботливого пастырского попечения в отношении людей, от природы склонных к гомосексуализму. Но при этом ясно подчеркивается, что гомосексуальная практика, выражаясь в традиционных понятиях, является грехом. «Мы глубоко озабочены, – говорится в Куало-Лумпурское постановлении, – тем, что пренебрежение положениями Библии при таких действиях, как рукоположение практикующих гомосексуалистов и благословение однополых союзов ставит под вопрос авторитет Священного Писания. Для нас это всецело неприемлемо». При этом следует отметить, что во многих частях Англиканского Содружества (особенно это заметно в США и Канаде) к практикующим гомосексуалистам относятся более, чем терпимо: их не только допускают к причащению, но и рукополагают в священный сан, и даже (хотя официально это и не разрешается) сочетают церковным браком.
Итак, на чем же основана позиция Архиепископа Уильямса? Неужели он в этом вопросе просто идет на поводу у современного, «либерального» в худшем смысле слова, общественного мнения, полностью предавшись служению «миру сему»? Вряд ли. Как уже было замечено, Роуэн всегда предпочитал следовать тому, что диктует ему долг и совесть. Видимо, в этом вопросе социальная, или если угодно пастырская сторона проблемы оказалась для Архиепископа важнее стороны вероучительной. Желание вместить в Церковь, охватить ее заботой всех, стремление к максимальной реализации ее полноты и кафоличности помешали Уильямсу сказать разумное «нет». Рукоположив гомосекуалиста, позволив ему стать пастырем, и следовательно примером для других, Уильямс поставил, во-первых, посодействовал утверждению этого человека, а так же многих других похожих на него в неверном мнении, что то искалеченное состояние, в котором они пребывают и есть норма и идеал человеческого бытия. А во-вторых, в своей заботе о конкретной категории людей, пусть даже испытывающих реальные страдания, Архиепископ упустил из вида, что его действия поставили огромное количество членов Церкви перед лицом серьезного искушения. Подобное поведение характерно для подобных ему самоотверженных личностей, однако, трудно избавиться от впечатления, что Уильямс недооценил и Церковь, и себя. Чем объяснить столь поспешный перенос проблемы из области догматики и христианской антропологии в область пастырской практики, если не тем, что тут Уильямс чувствует себя более уверенно. Вмести с этим свою роль сыграло имеющееся у Уильямса представление о Церкви. «Соборность» или «кафоличность» о которой писали Отцы древней Церкви незаметно подменила англиканская «всеобъемлемость» (comprehensiveness), причем не в лучшем своем проявлении. И тот факт, что это проявление имело место именно в области пастырства, а не вероучения указывает на исторически характерную христианскому Западу вообще и англиканам в частности тенденцию разделять христианство на «теорию» и «практику», при этом наивно полагая, что можно изменять одно не изменяя другого.

И вот, в этой обстановке споров и борьбы внутри англиканской Церкви, осенью 2001 г. объявил о своей грядущей отставке примас Архиепископ Кентерберийский Джордж Кэри. Он во многом представляет из себя противоположность Уильямсу: выходец из консервативных евангелических кругов, «низкоцерковник», Кэри был чужд романтизму валлийского Архиепископа. С его точки зрения, основной задачей Церкви является проповедь Евангелия, а главной нормой христианской жизни – Библия, причем понимаемая без лишних ухищрений. Конечно, Кэри нельзя назвать радикалом или даже консерватором – он много общался с православными, встречался и даже совершал совместные богослужения с папой Римским, при нем в Церкви Англии ввели женское священство, а на Ламбетскую конференцию (1998 г.) впервые приехали женщины-епископы из Новой Зеландии и США. Тем не менее, отношение Джорджа Кэри к проблеме сексуальных меньшинств всегда состояло в мягком, но решительном отказе допускать практикующих гомосексуалистов к священству или освящать их союзы в церкви. Его политическая позиция также была скорее центристской, чем откровенно левой. Поэтому неудивительно, что на фоне Кэри Уильямс выглядит весьма по- разному. Все понимают, что новый Архиепископ сильно отличается от прежнего, и при этом все видят в нем нечто близкое себе: недаром избрание Уильямса приветствовали и англо-католики, и либералы, и даже часть евангеликов.

Чего же следует ожидать от нового Архиепископа? Роуэн Уильямс принадлежит к числу людей, в отношении которых любые прогнозы редко оправдываются. Вероятно, именно ему предстоит председательствовать на XIV Ламбетской конференции (2007), где он должен будет найти общий язык и с либеральными епископами из Америки и Австралийско-тихоокеанского региона, и с традиционалистами из стран Африки. При нем может состоятся введение в Церкви Англии женского епископата и дальнейшая легализация гомосексуалистов. Однако, все может пойти и по-другому. Могут активизироваться контакты с Римом и Православным Востоком, возрасти интерес к наследию древней неразделенной Церкви.