170-летие преставления преп. Серафима Саровского (комментарий в русле истории)

	Серафимо-Дивеевский монастырь в наши дни

Дивное Дивеево

Повествовать о преподобном Серафиме и умолчать о Дивееве — главное детище святого старца — невозможно.

Все началось с того, что благочестивая вдова полковника Мельгунова, урожденная дворянка Нижегородской губернии Агафия Семеновна Белокопытова, решила посвятить себя иноческой жизни и направилась со своей трехлетней дочерью в киевский Флоровский женский монастырь, где была любезно принята. Однажды после полунощной молитвы Агафия Семеновна сподобилась узреть Пресвятую Богородицу, Которая ей возвестила: "Это Я, Госпожа и Владычица твоя, Которой ты всегда молишься. Я пришла возвестить тебе волю Мою. Изыди отсюда и иди в землю, которую Я тебе покажу. И прославлю Имя Мое там, ибо в месте жительства твоего Я осную такую обитель великую Мою, на которую низведу Я все благословения Божии и Мои со всех трех жребиев Моих на земле: с Иверии (Грузии), Афона и Киева. Иди же, раба Моя, в путь твой!"

	Первая Дивеевская игумения преп. Александра (Агафия Мельгунова). Портрет конца XVIII в.

Посоветовавшись с киевскими старцами, Агафия Семеновна оставила Флоровский монастырь и пошла на север. Обходя многие места и монастыри, она направилась к Сарову. Это было около 1760 года. За 12 верст от монастыря, в селе Дивеево Нижегородской губернии Ардатовского уезда, она села отдохнуть возле небольшой деревянной церкви и в дремоте сподобилась вторичного видения Богоматери: "Вот здесь предел, который Божественным Промыслом положен тебе. Я осную здесь такую обитель Мою, равной которой не было, нет, и не будет никогда во всем свете: это четвертый жребий Мой во вселенной. И благодать Всесвятого Духа Божия, и обилие всех благ земных с малыми трудами человеческими не оскудеют от этого места Моего возлюбленного!"
Придя в себя, Агафия Семеновна исполнилась необычайной радости и со слезами умиления поспешила к Сарову. Саровские старцы благословили вдову поселиться в двух верстах от Дивеева в деревне Осиновке во флигеле вдовы Зевакиной. Здесь заболела и вскоре скончалась девятилетняя дочь Агафии Семеновны. Приняв это как указание Божие посвятить себя всецело назначенному ей делу, Мельгунова сначала отправилась в свои имения и распорядилась ими во славу Господа и спасение души своей и родных: крестьян частью отпустила на волю, частью передала другим по избранию самих крепостных; имущество свое пожертвовала на построение храмов и другие добрые дела. И приблизительно к 1765 году воротилась в Дивеево.
Здесь ее пригласил к себе жить священник Василий Дертев, впоследствии скончавшийся монахом Саровского монастыря с именем Варлаам. В то время он был уже в летах и жил одиноко со своею матушкою. Агафия Семеновна на дворе его построила себе небольшую келью и работала у о. Василия как простая служанка: чистила двор, ухаживала за скотиной, стирала белье и пр. В таких сокровенных трудах она и прожила здесь 20 лет. Но тайной и горячей заботой ее было исполнение воли Царицы Небесной. К этому она и приступила еще в 1767 году, испросив у саровских старцев благословение, а у епархиального начальства — разрешение на постройку нового каменного храма во имя Казанской иконы Божией Матери на месте прежней церкви святителя Николая, возле которой она сподобилась чудесного видения. Строительство храма продолжалось 5 лет. В храме была установлена точная копия чудотворной иконы Богоматери, за которой Агафия Семеновна ездила в Казань. Левый придел Казанской церкви был освящен во имя святителя Николая. Приблизительно в это же время строился в Сарове главный Успенский соборный храм, и Агафия Семеновна от сохранившихся капиталов весьма щедро помогала в этом святом деле. Духовною жизнью благочестивой вдовы руководили саровские старцы, особенно о. Пахомий и казначей о. Исайя.
Проводя жизнь в трудах и молитвах, благочестивая вдова помогала, особенно в страдную пору, ухаживать за крестьянскими детьми, по праздникам же вела беседы с богомольцами на паперти храма. Одежду она носила бедную, на поле ходила в лаптях, во время отдыха подкладывала под голову камень, обшитый для сокровенности в холстину, под одеждою тайно носила власяницу. По виду и в обращении она была весела, а от тайных слез ее веки всегда были красными, об этом впоследствии свидетельствовал и прп.Серафим. Агафия Семеновна прекрасно знала церковный устав и отличалась рассудительностью.
Постепенно вокруг Агафии Семеновны собрались несколько ревнительниц духовной жизни: девица из с. Вертьянова, круглая сирота, крестница о. Василия Евдокия Мартынова, вдова Анастасия Кирилловна, Ульяна Григорьевна и Фекла Кондратьевна - все из ближних селений. Незадолго перед своею кончиною Агафия Семеновна решила построить для них кельи. К этому представился по Промыслу Божьему особый случай: в 1788 году помещица с. Дивеева Жданова, почитавшая Агафию Семеновну и знавшая от нее о дивном предсказании Царицы Небесной, пожертвовала ей 1300 кв. сажен земли своей рядом с новым храмом.
На этой земле были поставлены три кельи с надворными постройками и обнесены деревянною оградою. Одну из этих келий заняла Агафия Семеновна со своей келейницей Евдокией, другую предназначила для трех послушниц, третью же предоставила для отдыха странников, направлявшихся чрез Дивеево на богомолье в Саров. Все оставшиеся средства, до 40 тыс. руб., Агафия Семеновна передала зарождающейся сестринской общине. В то время ей было около 55 лет, однако вскоре после поселения в Дивеево она стала быстро слабеть.
В июне 1789 г., когда игумен Пахомий с казначеем о. Исайей и иеродиаконом Серафимом отправились на похороны благодетеля монастыря Соловцова, им пришлось проезжать через Дивеево. Мать Агафия, совсем уже больная, упросила их пособоровать ее перед смертью и завещала о. Пахомию не оставлять своим духовным попечением и необходимою материальною помощью остающихся ее сирот. Отец настоятель, ссылаясь на свою старость, указал на молодого иеродиакона Серафима как на преемника своего в деле попечения об уделе Божией Матери. "Духовность его тебе известна, - говорил он умиравшей, - и он молод, ему и поручи это великое дело". Матушка стала просить молодого монаха не отказаться от святого послушания, которое налагает на него Царица Небесная теперь. "Она же и поможет ему, - говорила умирающая, - в свое время сделать все необходимое".
Отцу Серафиму в то время было лишь 30 лет. Что он ответил тогда о. Пахомию и матушке, неизвестно. Вероятно, ничего не сказал, а только воспринимал сердцем волю Царицы Небесной. После много раз говаривал он о том, что без воли Ее ничего не делал. "Исповедую тебе, - говорил он перед кончиной о. Василию, - и Богом свидетельствую, что ни единого камешка я по своей воле у них не поставил, ниже слова единого от себя не сказал им. А коли я, убогий, которому Сама Матерь Божия поручила их, не соизволил своего... кольми паче другим надлежит то, батюшка!"
3 июня после причащения Святых Таин Агафия Семеновна Мельгунова скончалась в иноческом чине с именем матери Александры. Возвращавшиеся в саровскую обитель игумен Пахомий, о. Исайия и иеродиакон Серафим заехали снова в Дивеево и отпели рабу Божию Агафию и свою благодетельницу. После погребения была устроена поминальная трапеза, но о. Серафим, несмотря на проливной дождь, не остался после службы в женской общине по своему целомудрию и ушел пешком в Саров. И после этого двукратного посещения он никогда больше не ходил туда, а руководил всем из своего монастыря и из пустынек.
По одному преданию, Агафия Семеновна Мельгунова приняла постриг еще молодою в киевском Флоровском монастыре, но по совету духовника скрыла этот факт от мира и под светским именем Агафии Мельгуновой отправилась исполнять наказ Божией Матери. Это было во многих отношениях удобнее и в смысле путешествий, и для распоряжения имениями. Но Н. А. Мотовилов пишет, что ее послушница Евдокия перед смертью своею сообщила, как матушка Агафия за неделю или две до кончины послала ее с другою девицею в Саров с просьбою о постриге. Прибыл о. Исайя и во время вечерни постриг ее в великий ангельский образ с наречением имени Александры. Можно предположить, что во Флоровском монастыре Агафия Семеновна приняла лишь рясофорный постриг с наречением имени Александры, а перед кончиною она была пострижена в полный чин мантийного пострига с усвоением прежде нареченного имени. Во всяком случае, подвижница должна быть поминаема монахинею Александрою, хотя иногда в видениях своих она сама называла себя Агафиею, под каковым именем она была горазда более известна своим современникам и их потомкам.

	Серафимо-Дивеевский монастырь. Гравюра начала ХХ в.

Батюшка о. Серафим называл покойную больше мирским именем, а иногда и матушкою Александрою: он высоко чтил ее. "Царице Небесной, - говорил он потом М. В. Мантурову, - угодно, чтобы была у них (сестер) своя церковь к паперти же Казанской церкви, так как паперть эта достойна алтаря! Ведь матушка Агафия Семеновна, стоя на молитве, всю токами слез своего смирения омыла ее". А в другой раз говорил о. Василию Садовскому, духовнику дивеевских сестер: "Как нам оставить тех., о коих просила меня, убогого Серафима, матушка Агафия Семеновна? Ведь она была великая жена, святая; смирение ее было неисповедимо, слез источник непрестанный, молитва к Богу чистейшая, любовь ко всему нелицемерная... За жизнь свою она была всеми уважаема. Так как же нам презреть ее прошения? Я ведь теперь один остался из тех старцев, коих просила она о заведенной общинке; так-то и я прошу тебя, батюшка, что от тебя зависит, не оставь их!"
Свидетельство о.Серафима выше всяких иных похвал. Последующие события показали правдивость этого: известно несколько случаев явления подвижницы. Например, в 1827 году 11 июня она во сне явилась молодой болящей женщине Александре Лебедевой и велела ей идти к о.Серафиму: "Он тебя ожидает к себе завтра и исцелит тебя". Больная спросила: "Кто ты такая и откуда?" - "Я из Дивеевской общины, первая тамошняя настоятельница Агафия". Страдавшую привезли в Саров. Батюшка исцелил ее и сказал: "Сходи в Дивеево на могилу рабы Божией Агафии, возьми себе земли и сотвори на сем месте, сколько можешь, поклонов: она о тебе сожалеет и желает тебе исцеления". В 1861 году почти умиравший священник Вятской губернии Гавриил Галицкий отправился в Вятку на лечение. Утром на его квартиру пришла незнакомая старушка и предложила купить портрет о. Серафима. О.Гавриил купил два. Уходя, старушка сказала: "Батюшка, когда придет время, не забудь Агафии". Священник дал обещание побывать в Сарове и поправился. Там он из жития о.Серафима узнал и о первоначальнице Дивеева Агафии и вспомнил слова старушки... Может быть, рассказывал о.Гавриил, это сама Агафия была у него в Вятке...
Записаны и другие случаи помощи по молитвам Агафии – матери Александры... Еще при жизни о.Серафима стали собирать пожертвования на воздвижение чугунного памятника на могиле матушки, но о. Серафим тогда посоветовал направить жертву на новую церковь в Дивеево. А про памятник так сказал: "Что в нем пользы-то? Нет никакой пользы, батюшка". Однако небольшой памятник – маленький домик наподобие часовни — все же был установлен в в 1871 году игуменией Марией. В 1885 году келья матушки Александры, как потом и пустынька отца Серафима, была покрыта двухэтажным деревянным домиком. В ней собрали все сохранившиеся вещи первоначальницы: иконы, портрет старца Назария Валаамского, который она почитала и которому кланялась перед всяким делом как живому, прося благословения, лампадку, деревянный стол, живописный портрет ее самой и копию с него, чтимую в обители как чудотворную. Так сбылось, пока в малой мере, предсказание Божией Матери о Своем четвертом уделе.

	Рака с мощами преп. Серафима Саровского в Троицком соборе Дивеевской обители. Конец ХХ в.

Канавка Царицы Небесной в Дивеевском монастыре

Канавка вокруг дивеевской киновии — дорожка, по которой прошла Царица Небесная — была создана в последние годы жизни преп. Серафима. Батюшка очень торопился с устройством этой канавки.

Вот что писал о. Василий Садовский в своих записках: "Много чудесного говорил батюшка Серафим об этой канавке, что "это — стопочки Божией Матери", "тут ее обошла Царица Небесная", "эта канавка до небес высока", "землю эту взяла в Удел Сама Госпожа Пречистая Богородица". "Тут у меня, — говорил батюшка, — и Афон, и Киев, и Иерусалим. И как антихрист придет, везде пройдет, а канавки этой не перескочит". Рыли сестры канавку, писал Садовский, до самой кончины батюшкиной, к концу его жизни, по приказанию его, и зимой, и летом, не переставая, огонь брызгал от земли, когда топором ее рубили, но переставать не велел.

	Так выглядела канавка преп. Серафима в Дивееве до революции. Фото начала ХХ в.

Старица Анна Алексеевна, одна из первых сестер, рассказывала: "Шесть лет жила я на мельнице, куда нас семерых избрал батюшка Серафим, где и поместил нас жить. Тут я была самовидицей следующего чуда. Раз одна из нас, очередная, вышла из келий и видит: батюшка Серафим в белом балахончике сам начал копать канавку. В испуге и радости, не помня себя, вбегает она в келию и всем нам сказывает. Все мы в неописуемой радости, кто в чем был, бросились на то место и, увидев батюшку Серафима, бросились ему в ноги, но, поднявшись, не нашли его, лишь лопатка и мотыжка лежат перед нами на вскопанной земле". Евдокия Ефремовна (монахиня Евпраксия) подтверждает тоже этот рассказ. Елена Васильевна Мантурова, даже будучи начальницей мельничной обители, трудилась наравне с прочими и рыла канавку.

В пост 1829 года пришло распоряжение о жертве трех десятин земли по просьбе батюшки Серафима. Отец Василий свидетельствует, что батюшка был в таком восхищении и радости, что и сказать нельзя, и было великое торжество, все запасли камушки и стали класть между вбитыми колышками. Весной о. Серафим велел опахать эту землю сохою по одной борозде три раза, причем должны были присутствовать Михаил Васильевич [Мантуров], о. Василий и старшие сестры. Землю опахивали по камушкам, расположенным заранее. Батюшка Серафим приказывал вырытую землю бросать внутрь обители, чтобы образовался вал в три аршина, и прислал семена цветов для украшения канавки. Позже внутри канавки на территории киновии были посажены красивые деревья, а в 1922 году они были уже могучими и красивыми и склонялись над канавкою. Канавка была сделана четырехугольником и на углах, по древнему обычаю, сестры установили на столбах красивые резные башенки со вставленными в них иконами Богоматери, идущей по этой канавке, - башенки эти снимались на ночь.

	Серафимо-Дивеевская обитель сегодня

Когда канавка уже была хорошо заметна, скончалась великая госпожа дивеевская схимонахиня Марфа - 21 августа 1829 года. Память ее приходится на день равноап. Марии Магдалины 22 июля, на 4-й день памяти батюшки Серафима. Схимонахиня Марфа и Елена Васильевна жили в Дивееве одновременно.

Дивеевские паломники помнят, какое это было благодатное чувство идти по канавке с четками в руках, читая 150 раз молитву "Богородице Дево, радуйся!". Особенно под вечер, когда стихает вся дневная озабоченность, наступает полная тишина, и небо становится ближе к земле. Медленно идут молящиеся по канавке, и вокруг — будто уже не наш суматошный век, а древняя Святая Русь, Бог знает, каким путем пришедшая сюда из глубины веков.

По материалам сайта "Дивное Дивеево"