Ирландия. Краткий исторический очерк

Исторический очерк. Данные исторической лингвистики, археологических раскопок, а также анализ лит-ры раннесредневек. периода (с VII в.) позволяют лишь в общих чертах проследить развитие ирл. общества в дописьменную эпоху. Памятники эпохи бронзового века — курганные захоронения, культовые комплексы (Темра, Эмайн-Маха) — не только активно использовались в первые века по Р. Х., но и после христианизации сохраняли значимость как сакральные объекты, преимущественно связанные с идеологией власти в И. Археологические материалы свидетельствуют о преемственности в развитии ирл. общества с древнейших времен, однако данные исторической лингвистики указывают на проникновение в И. носителей кельт. языков примерно в сер. I тысячелетия до Р. Х. В наст. время появление кельтоязычного населения в И. связывается не с вторжениями кельт. народов из Британии или из континентальной Европы (хотя возможность переселения отдельных племен не оспаривается), а с упрочением торговых связей, социально-экономическим развитием ирл. общества во II–I вв. до Р. Х. и с проникновением латенской культуры (ок. 300 г. до Р. Х.). Несмотря на то что античные авторы не отождествляли население И. с кельтами, согласно самым ранним историческим свидетельствам, язык этого населения был кельтским. О верованиях древних кельтов см. ст. Кельтов религия.

Античность. У древнегреч. географов, в т. ч. у Пифея, приводятся краткие описания Британских о-вов, однако прямые указания на И. в сохранившихся фрагментах отсутствуют. Первые подробные сведения об И. (лат. Hibernia), оставили в своих сочинениях авторы I в. до Р. Х. — I в. по Р. Х. (Гай Юлий Цезарь, Страбон). В сочинениях Помпония Мелы, Плиния Старшего, Корнелия Тацита (I–II вв. по Р. Х.) И. описывается как плодородная, но дикая страна, обитатели к-рой лишены чувства приличия, пьют кровь врагов и поедают умерших родичей. Тацит сообщает об ирл. «царьке» (unum ex regulis), бежавшем в Британию к рим. полководцу Агриколе. Римляне собирались использовать перебежчика для завоевания страны (Tacitus. De vita Iulii Agricolae. 24). Однако рим. завоевание Британии в I в. по Р. Х. не затронуло И. В «Географии» Птолемея (II в.) упоминаются неск. ирл. племен и топонимов, нек-рые предположительно отождествляются со средневек. названиями (Uoluntii — улады, Ivernioi — эранн, Isamnion — Эмайн). Более подробные сведения об И. появляются в IV–V вв., когда ирландцы (скотты — Scotti) совершали набеги на территории, подвластные Римской империи. Согласно Аммиану Марцеллину, скотты были участниками «заговора варваров» 367 г., когда на рим. Британию одновременно напали англы, скотты и пикты. Впосл. часть скоттов переселилась в сев. районы Британии. Данные археологических раскопок позволяют выделить 2 периода контактов И. с Римской империей. Среди находок 1-го периода (I–II вв.) — золотые монеты, ювелирные изделия, погребения (возможно, принадлежали рим. торговцам или беженцам из Британии (Стонифорд, о-в Ламбей)), остатки рим. фактории или даже военного лагеря (Драманах). В III–IV вв., когда ирл. наемники могли находиться на рим. службе, появляются клады, в т. ч. крупные собрания рим. монет, золотые и серебряные слитки. Христ. авторы III–V вв. упоминали об И. как о стране, находящейся на самом краю обитаемого мира, обращение к-рой в христианство станет признаком конца света.

В начале исторического периода в И. говорили на ирл. языке (относится к группе кельт. языков внутри индоевроп. семьи). Свой язык ирландцы называли гойдельским (Goidelc), а себя — гойделами (Goidil, заимствованное валлийской обозначение ирландцев — Gwyddel, от gwydd — дикий). Вероятно, носители гойдельского языка прибыли в И. в позднем бронзовом веке (более точные данные отсутствуют). Ирл. название И.— É renn происходит от индоевроп. *p î werj ô (жирная, изобильная; ср. древнеинд. pоvarо — жирная, богатая). В первые века по Р. Х. в И. появляется огамическая письменность, созданная под влиянием лат. алфавита. В истории ирл. языка выделяются неск. периодов. Гойдельский (Primitive Irish) делится на ранний (бесписьменный, до IV–V вв.) и поздний (V в., огамические надписи). В развитии древнеирл. языка выделяют ранний (кон. VI–VII в.) и классический (VIII–IX вв.) периоды, иногда отдельно рассматривается период т. н. архаического древнеирл. языка (кон. V–VI вв.), от к-рого сохранились отдельные поэтические произведения («Похвала Колуму Килле») и прозаические отрывки. На древнеирл. языке создавались саги, юридические тексты, позднее жития святых, богословские сочинения. Для последних широко использовалась латынь, на к-рой записывались анналы, а также отдельные отрывки в светских текстах. В среднеирл. период (X–XII вв.) употребление латыни сокращается, возможно в связи с частыми набегами скандинавов. После англо-нормандского завоевания И. ирл. язык делится на неск. диалектов, в Шотландии и на о-ве Мэн на основе ирландского возникают отдельные языки — шотл. гэльский и мэнкский.

Раннее средневековье.Для средневек. ирл. культуры характерен интерес к дохрист. истории, происхождению племен и династий, различных обычаев. После принятия христианства под влиянием библейской традиции, апокрифов и позднеантичных хроник складывается т. н. синтетическая история (псевдоистория), охватывающая историю И. с древнейших времен. Наиболее подробно она разработана в «Книге захватов Ирландии» (Lebor GabalaÉ renn), текст к-рой окончательно сложился к XI в. Параллельно с псевдоисторией существуют и дополняют ее огромная генеалогическая лит-ра и саги, к-рые условно объединяются в 4 цикла: мифологический (о богах, напр., «Битва при Маг Туиред»); уладский («Похищение быка из Куальнге» и др.), описывающий события, якобы происходившие в первые века по Р. Х. в сев. части И.; королевский (саги о правителях с древнейших времен примерно до IX в.) и «цикл Финна» (о герое-волшебнике Финне и его сыне Ойсине (Оссиане)). В псевдоисторических произведениях подчеркивается единство ирл. и мировой истории. Так, ирл. язык был якобы создан легендарным предком ирландцев, скифским вождем Фениусом Фарсайдом, к-рый взял из 72 языков, возникших после разрушения Вавилонской башни, все, что было «лучше, и обширнее, и прекраснее» (i mba fearr… a nba leithiu… a mba caemu). Согласно псевдоисторическим произведениям, предки ирландцев пришли из Египта и получили название «скотты» от «Скоты, дочери Фараона». Утверждалось также, что еще до того, как в И. прибыла миссия св. Патрикия, во Христа уверовали легендарные цари Конхобар и Кормак и мудрец Моранн. Преемственность между мифами и христ. традицией нашла выражение в фигурах мудрецов Туана, сына Кайрелла, и Финтана, сына Бохра: прибыв в И. до Всемирного потопа или сразу после него, они, по легендам, жили тысячи лет, принимая различный облик, и поведали историю острова св. Финниану и правителю Диармаду мак Кербаллу. В псевдоисторических сочинениях история И. представлена как ряд «завоеваний» острова разными группами людей и народами; большинство правивших в средние века в И. династий считались потомками легендарного воина Миля, прибывшего из Испании, и его сыновей Эбера и Эремона.

С псевдоисторией связана легендарная география острова: И. делилась на северную, т. н. Половину Конна (Leth Cuinn), и южную, т. н. Половину Муга (Leth Moga). Одной некогда владел легендарный правитель Конн Ста Битв, другой — его соперник Муг Нуадат. Традиционно в И. выделялись 5 провинций (c ó iced — пятина): Лаген (Лейнстер, Laigin), Улад (Ольстер, Ulaid), Муман (Мунстер, Mumu), Коннахт (Connachta) и Миде (Mide). Обл. Миде, считавшаяся условным центром острова, включала в себя совр. графства Лонгфорд, Уэстмит и Оффали. Территория совр. графства Мит, части совр. графств Дублин и Лаут именовались Брега (букв.— Нагорье). К историческому Уладу относились совр. графства Лондондерри, Антрим, Тирон, Арма, Даун, Фермана (ныне все в составе Великобритании), Каван, Монахан, Донегол и Лаут (ныне все в составе Республики Ирландии). Обл. Лаген охватывала совр. графства Килдэр, Уиклоу, Лишь, Карлоу, Уэксфорд и Килкенни, в состав Мумана входили Уотерфорд, Корк, Керри, Лимерик, Клэр и Типперэри, в состав Коннахта — Голуэй, Роскоммон, Мейо, Слайго и Литрим. Согласно средневек. преданиям, в каждой из 5 областей был ритуальный центр, к-рый обычно представлял собою древний культовый комплекс. Такие центры не являлись поселениями, здесь проводились церемонии, связанные с инаугурациями правителей, празднества и т. д. Одно из важнейших ритуальных празднеств, т. н. Праздник Темры (feis Temro), до VI в. проводилось в Темре (Таре), символической столице И. в обл. Миде. Обладание Темрой было связано с властью над островом, «царь Темры» (r í Temro) считался верховным правителем И. (ardr í , r í É renn). Борьба за этот титул была одним из важнейших факторов в истории раннесредневек. И., однако никому из правителей, получивших титул «царь Темры», не удалось достичь политического объединения острова.

Особенностями политического устройства И. в раннее средневековье были раздробленность и постоянная междоусобная борьба правителей. Традиционно предполагается, что в сер. IV в. началась экспансия на север и восток И. коннахтской династии, происходившей от легендарного правителя Конна Ста Битв. Эмайн-Маха и улады якобы были завоеваны «тремя Колла», родственниками коннахтской династии, к-рые стали прародителями племен Аргиалла. На рубеже IV и V вв. Ниалл Девяти Заложников основал династию, к-рая получила имя И Нейл («внуки Ниалла»). В Мумане господствовала династия Эоганахта, происходившая от мифического правителя Муг Нуадата, к нему возводили родословные мн. юж. племена. Как и др. ирл. династии, династия Эоганахта разделилась на ветви (к зап. ветвям относились Эоганахта Лоха Лейн и Эоганахта Ратлинн, к вост.— Эоганахта Кассил, Эоганахта Айне Клиах, Эоганахта Артир Клиах и Эоганахта Глендамнах). На севере И. (в Уладе) в историческую эпоху выделялись династии Дал Фиатах (ее правители считали себя «настоящими» уладами), Дал н-Арайде и И Эхах Кобо (представители этих династий считались пиктами (Cruithni)). В сев.-вост. части Улада по обе стороны Северного прол., в И. и в Шотландии лежала обл. Дал-Риада. В Лагене в историческую эпоху существовали неск. династий и племен, считавших себя потомками легендарного ирл. правителя Лабрайда Моэна (Немого), к-рый жил якобы ок. 300 г. до Р. Х. В раннее средневековье господствующее положение занимали династии И Кеннселаг и И Дунланге, потомки легендарного правителя Катара Великого.

Своеобразная правовая система в И. практически не была затронута влиянием рим. права. По мнению средневек. юристов, до принятия христианства в И. существовало «естественное право» (recht n-aicnig), св. Патрикий принес «право буквы» (recht litre) и якобы одобрил традиц. право (об этом говорится в прологе к своду юридических трактатов «Сенхас Мар» (Великая старина); см.: Carey J. An Edition of the Pseudo-Historical Prologue to the Senchas M á r // É riu. Dublin, 1994. Vol. 45. P. 1–32). Законы стали записываться с VII в. и являются ценным источником по экономической и социальной истории острова. Основой экономики были скотоводство и земледелие, единицей богатства — крупный рогатый скот. Выплаты рассчитывались в условных единицах стоимости сет (s é t букв.— сокровище) и кумал (cumal букв.— рабыня). Несмотря на церковные запреты, в средневековье в И. было распространено многоженство, предусматривались различные формы брака и правового статуса женщины (главная жена (c é tmuinter), наложница (airech, adaltrach) и др.). По обычаю детей отдавали на воспитание (altram) в др. семью, приемный отец (aite) и мать (muime) на всю жизнь оставались близкими людьми для воспитанника (daltae). Дети могли также воспитываться при церкви или в мон-ре. В ирл. праве выделялась группа немедов (nemed букв.— свободные, благородные, привилегированные), к к-рой относилась знать, духовенство и представители «благородных» профессий, в т. ч. ученое сословие. На высшей ступени общества стоял правитель (r í — король), к-рому подчинялось племя (t ú ath). В VI–IX вв. насчитывалось ок. 150 племен. Власть не передавалась напрямую от отца к сыну, правитель выбирался из членов одного рода по родству или по свойству с одним из прежних правителей, по социальному статусу матери. Правитель собирал племя на собрание-ярмарку ( ó enach), где заключались сделки, происходили состязания колесниц, поэты-сказители читали родословия правителей и саги. Общественные отношения определялись «ценой чести» (l ó g n-enech), соответствующая ей сумма выплачивалась в случае убийства или тяжкого оскорбления. «Цена чести» человека любого статуса вплоть до правителя могла быть утрачена при некорректном поведении (нарушении клятвы, уклонении от суда, отказе в гостеприимстве (es á in); особо осуждались убийства родичей (fingal)). В суде свидетельство человека высокого ранга считалось более действенным. Привилегированный слой общества (flaith) делился на группы в зависимости от богатства и могущества, в т. ч. от количества зависимых (клиентов). Существовало 2 вида клиентской зависимости (c é ilsine) — свободная и несвободная, клиенту (c é ile) предоставлялся лен (чаще всего скот), к-рый должен был быть постепенно возвращен. Известно о свободных (b ó aire) и полусвободных (fuidir) крестьянах. На самых низких ступенях общества стояли крестьяне, прикрепленные к земле (senchl é ithe), и рабы (mug). Высокое положение в ирл. средневек. обществе занимали поэты — филиды (file, мн. ч. filed) и др. представители «благородных» профессий. Статус поэта определялся его профессиональной квалификацией (поэт высшего класса (оллам) по статусу был равен правителю). Друиды (ирл. drui, лат. magus) после распространения христианства утратили влияние в ирл. обществе, хотя упоминания о них в источниках встречаются.

Распространение христианства. Церковное устройство. В V в. благодаря контактам с рим. Британией в И. проникли сведения о христианстве, появились христ. общины. Об этом свидетельствует наличие в ирл. языке древних заимствований церковной лексики, пришедших из устной речи (ирл. cruimther — от лат. presbyter; ирл. Casc — от лат. Pascha). Согласно «Хронике» Проспера Аквитанского (сер. V в.), в 431 г. к «ирландцам, верующим во Христа» (ad Scottos in Christum credentes — Prosper. Chron. // MGH. AA. T. 9. P. 473) был направлен еп. Палладий. В соч. «Против Собеседователя» (Contra Collatorem) (432) Проспер утверждал, что папа Римский св. Келестин I «варварский остров» (т. е. И.) сделал христианским, направив туда епископа (Prosper.Contr. Collat. // PL. 51. Col. 271). В средневек. ирл. традиции сведения о еп. Палладии немногочисленны, его деятельность представлена как неудачная. Однако к успехам ирл. миссии Палладия могут относиться слова свт. Льва I Великого о том, что «воинский труд» подчинил Риму меньше земель, чем «христианский мир» (minus tamen est quod tibi bellicus subdidit labor quod pax Christiana subiecit — Leo Magnus. Tractatus. 81. 1 // S. Leonis Magni Romani Pontificis Tractatus / Ed. A. Chavasse. Turnholti, 1973. Vol. 2. P. 508–509; см: Charles-Edwards. 2000. P. 206–208).

В ирл. источниках христианизацию И. связывают с деятельностью св. Патрикия (Патрика). Принято считать, что святой прибыл на остров в 432 г. (датировка миссии св. Патрикия является спорной, наряду с традиц. датами (432–461 или 493) в качестве гипотез предлагались и др.). В ранних ирл. источниках св. Патрикий назван «учителем скоттов» (в т. н. гимне Секундина, VI в.?) и «нашим папой» (в послании Куммиана, 632/3). Действуя с учетом особенностей структуры ирл. общества, Патрикий держал при себе дружину из княжеских сыновей, использовал услуги «нужных людей, друзей» (necessarios amicos), подарками обеспечивал лояльность правителей и судей. В сочинениях св. Патрикия («Исповедь», «Письмо к воинам Коротика») имеются сведения о ранних христ. общинах в И. Христ. веру принимали представители разных слоев общества — от рабынь до сыновей правителей. Вероятно, в состав общин входили бритты, захваченные в плен или рожденные от пленных в И. Среди христ. служителей упоминаются пресвитеры, клирики и монахи. Несмотря на то что в источниках VII в. и в более поздних приводится множество данных о миссии св. Патрикия, сложно отделить достоверную информацию от вымышленной. Так, среди учеников Патрикия названы епископы Ауксилий (Усалле; † 459), Изернин († 468) и Секундин (Сехналл; † 447), жившие в Лагене, однако в действительности они могли быть сподвижниками Палладия. В источниках сообщается о святых, к-рые якобы проповедовали до св. Патрикия или одновременно с ним в Мумане (Мунстере), однако скорее всего эта информация недостоверна.

Важные сведения о христ. общинах в И. сохранились в «Канонах Патрикия, Ауксилия и Изернина» («Первый Собор св. Патрикия»), к-рые были созданы предположительно в кон. V или в VI в. В «Канонах...» затрагивались вопросы дисциплины в христ. общине, поведения клириков, их отношений между собой и с мирянами. Предписывалось осторожно обращаться с язычниками, запрещалось участвовать в их делах (принимать у язычников милостыню, судиться у светских судей), однако в то же время надлежало соблюдать светские обязательства, если они не противоречили христ. долгу. Клирики могли занимать самое низкое общественное положение и даже находиться под «ярмом рабства», однако они имели возможность выступать в качестве поручителей (при этом им запрещалось защищать свою честь с оружием в руках, на что имели право только знатные люди). В христ. общинах еще со времен св. Патрикия практиковался сбор средств для выкупа пленных. Общины были объединены в диоцезы (епархии), высшая власть в них принадлежала епископу, к-рый контролировал не только духовную, но и светскую жизнь верующих. Клирики всех уровней — от остиария до епископа — могли быть женаты. Упоминаются монахи и монахини, но о мон-рях не говорится (возможно, принявшие монашеские обеты христиане проживали в своих домах или в небольших общинах). В И. существовало «бродячее» христ. духовенство, нек-рые клирики были беженцами из рим. Британии.

В VI–VII вв. в И. сформировалась особая система церковного права. Его источниками были решения Соборов (синодов), в к-рых участвовали епископы, настоятели церковных общин, специалисты по богословию и каноническому праву. К 1-й четв. VIII в. относится «Собрание ирландских канонов» (Collectio canonum Hibernensis), оказавшее влияние на каноническое право Зап. Европы. Составителями этого сборника были Рубен из ц. Дар-Инис († 725) и Ку Хумне из мон-ря Иона († 747). В «Собрании...» использованы постановления ранних Соборов, изречения отцов Церкви (блж. Иеронима Стридонского, свт. Амвросия Медиоланского, свт. Григория I Великого), решения ирл. синодов, приводятся суждения брит. и ирл. авторов (святых Патрикия, Гильды, Финниана, Адамнана(Адомнана)).

С VI в. в И. получают распространение пенитенциалии (епитимийники) с указанием различных грехов, сроков и способов покаяния. В пенитенциалиях отразилось взаимное влияние светского и церковного права, а также борьба церковных иерархов с нек-рыми особенностями ирл. общества, противоречившими христ. учению. Так, поддерживая принцип традиц. законодательства, согласно к-рому причинивший травму должен был оплачивать лечение и уход за раненым или инвалидом (folog n-othrusa), составители пенитенциалиев настаивали также на необходимости церковного покаяния. В Пенитенциалии Финниана осуждалось физическое насилие, срок епитимии (пост на хлебе и воде) за побои с пролитием крови составлял от года (для монаха) до 40 дней (для мирянина). Предписывалось строгое покаяние за сожительство с рабыней, в браке запрещался развод. В Пенитенциалии Куммиана (VII в.) за убийство полагалось пожизненное покаяние. Наиболее частыми формами епитимии были отлучение от причастия, пение псалмов и дополнительные посты (superpositiones ieiunii); епитимии для клириков и мирян различались. В значительной степени под влиянием ирл. образцов епитимийники получают распространение в Европе, в частности благодаря Пенитенциалию св. Колумбана (кон. VI в.).

Отношения между Церковью и обществом регулировались нормами традиц. права, зафиксированными в юридических трактатах. Известны трактаты, посвященные взаимным обязательствам духовенства и мирян («Устав Патрикия» — R í agail Ph á traic), необходимости соблюдения воскресного дня («Закон о воскресном дне» — C á in Domnaig) и др. Вопрос об общественном положении клириков рассматривался в светских юридических трактатов VII–VIII вв. («Uraicecht Becc» (Малое наставление), «Cr í th Gablach» (Разветвленное приобретение), «C ó rus B é scnai» (Установление договоренностей), и в 2 текстах, известных как «Bretha Nemed» (Суждения немедов)). Клирики вместе с филидами и знатью причислялись к разряду немедов (nemed), однако их статус различался в зависимости не только от сана, но и от формальных признаков (наличия в храме или мон-ре святынь, благочестия настоятеля и т. д.). Церковная территория (termonn, от лат. terminus) пользовалась правом убежища, однако при невыполнении ряда требований (если не совершались таинства, не поддерживалось в порядке здание, не принимали гостей и странников) храм и его служители теряли привилегированный статус. В юридических трактатах рассматривались также вопросы, связанные с церковной дисциплиной, моральным обликом духовенства и т. д.

Основной структурной единицей в Церкви в И. служило т. н. церковное поселение (иногда такие поселения условно называют мон-рями; в источниках используются термины «град» (urbs (об Ард-Махе (ныне Арма)), civitas), «монастырь» (monasterium), «церковь» (ecclesia)). Ввиду отсутствия в И. городов такое поселение могло совмещать функции епископской кафедры, приходской церкви и мон-ря. Тип церковных поселений сформировался в VII в., о чем свидетельствует описание Ард-Махи в «Книге Ангела» (2-я пол. VII в.). Согласно этому источнику, в Ард-Махе под рук. «архиепископа», преемника св. Патрикия, жили «епископы и пресвитеры и анахореты церковные и прочие духовные лица», а также «благочестивые христиане обоего пола», монахини, кающиеся (пенитенты) и «те, кто служат Церкви в законном браке» (The Patrician Texts in the Book of Armagh / Ed. L. Bieler. Dublin, 2004^r. P. 186). В Житии св. Бригиты, составленном Когитозом (2-я пол. VII в.), упоминается о том, что храм общины Келл-Дара (ныне г. Килдэр) был разделен на 2 части: в одной размещался епископ, клир и миряне, в др.— аббатиса, монахини и жившие в обители вдовы (Cogitosus. Vita S. Brigidae // PL. 72. Col. 789). Церковные поселения были не только местами пребывания духовенства, но и важными экономическими центрами: вокруг них селились ремесленники и служители, арендаторы церковных земель и зависимые крестьяне («монахи», ирл. manaig). К XII в. на основе крупнейших церковных общин сформировались протогородские поселения.

Система церковных должностей отличалась от принятой на континенте. В И. существовали особые адм. должности (gr á da uird eclasa), важнейшей из к-рых была должность аббата — настоятеля церковной общины. Аббат мог быть также управляющим церковным имуществом (лат. princeps, ирл. airchinnech). С VIII–IX вв. настоятель церкви именовался наследником (ирл. comarba) св. основателя, что служило правовой базой для распоряжения имуществом. Иногда аббат являлся старшим в общине духовным лицом (епископом или пресвитером) и тогда совмещал обязанности духовного руководителя и управляющего имуществом. В любом случае настоятель был по меньшей мере младшим клириком. Если в общине существовала епископская кафедра, но ее настоятель не был епископом, ему делегировались определенные епископские полномочия (высокая «цена чести», контроль над подчиненными общинами и др.); Кандидаты на должность настоятеля выдвигались из определенных групп, преимущество отдавалось тому, кто принадлежал к роду основателя церкви (fine é rlama) или донатора (fine griain). При отсутствии подходящих кандидатов на должность избирался один из клириков — членов общины или из зависимых людей (manaig). Только в том случае, если и среди этих категорий не было достойного кандидата, на должность настоятеля мог быть избран «чужак» (deorad). Второй по значению являлась должность заместителя и офиц. преемника настоятеля (secnap, t á naise ab). Вероятно, в крупных общинах (напр., в Клуан-Мокку-Носе (позднее Клонмакнойз)) у настоятеля было неск. заместителей, к-рым делегировались полномочия по контролю над подчиненными общинами в определенной области. Существовала также особая иерархия ученых, знатоков Свящ. Писания (gr á da ecnai): «муж чтения» (fer l é igind), «мудрец канонов» (su í can ó ine) и др. В крупных общинах одной из важнейших была должность начальника школы. В значительных церквах, напр., в Клуан-Мокку-Носе, существовала должность «священника» (sacart), возможно аналогичная должности архипресвитера, о к-рой упоминается в «Собрании ирландских канонов». В анналах сообщается о должностях заведующего гостиницей, главы общины монахов (анахоретов или «дружинников Божиих» (см. Кели Де)); изредка упоминаются менее значительные должности (привратник, глава певчих, звонарь). Известно об особых должностях в нек-рых важнейших церквах. В IX–X вв. упоминается о наместнике (maer) Ард-Махи в обл. Брега и в др. областях. Обычно такие наместники одновременно были настоятелями одной из местных церквей. Совмещение должностей в разных общинах и передача церковных должностей в пределах рода были характерны для Церкви в раннесредневек. И.

Под влиянием нек-рых особенностей ирл. общества — значимости родоплеменных связей, отношений клиентелы, а также политической нестабильности, отсутствия городов и т. д., структура Церкви в И. приобрела специфические формы. Известно о епископах, обладавших разными уровнями полномочий,— это хорепископы, «епископы епископов», «царские епископы», «верховные епископы» различных областей и др., однако система епископских кафедр оставалась неустойчивой. Существование кафедры и объем юрисдикции зависели от политического и экономического положения церковной общины. Так, в VII в. подчинение соседними правителями территории, находившейся в юрисдикции епископской кафедры в Кул-Ратине (ныне Колрейн), привело к упразднению кафедры (Charles-Edwards. 2000. P. 55–59). Пример запустения небольшой церкви, при к-рой жил пресвитер, приведен в сочинении Тирехана о св. Патрикии (The Patrician Texts. 2004. P. 136). В последующий период возникновение и исчезновение епископских кафедр под влиянием политических перемен были обычными явлениями. Вероятно, на протяжении VII–XI вв. непрерывная епископская преемственность поддерживалась только в неск. десятках крупнейших церковных общин (Ард-Маха, Келл-Дара, Клуан-Ирард (ныне Клонард) и др.).

О церковно-территориальном делении И. известно мало. Вероятно, основой его служили небольшие по территории еп-ства, однако их границы, а также рамки юрисдикции епископов оставались нестабильными. В источниках (напр., в «Собрании ирландских канонов») говорится о церковных провинциях во главе с митрополитами, но в действительности устойчивая система митрополий не сложилась. В VII в. отдельные кафедры, в т. ч. Ард-Маха и Келл-Дара, претендовали на руководящее положение в Церкви в И. Так, в соч. «Книга Ангела» подчеркивается особое значение св. Патрикия и еп-ства Ард-Маха, к-рое якобы обладало исключительными правами на всей территории И. и являлось высшей церковной инстанцией (если дело не могло быть решено «кафедрой архиепископа ирландцев», оно передавалось в Рим). Система церковных провинций и приходская организация окончательно сформировались только после церковной реформы XII в.

Важной территориальной единицей Церкви в И. служила парухия (лат. paruchia, ирл. pairche, fairche). Точное значение этого термина остается дискуссионным. По мнению нек-рых исследователей (Дж. Кенни, К. Хьюз), первоначальное его значение было территориальным (диоцез, границы к-рого совпадали с границами племени), а затем, с развитием монашества, возникла «монастырская парухия» — федерация церквей и мон-рей, возводивших свое происхождение к к.-л. святому или к его ученикам. Др. исследователи (Р. Шарп, К. Этчингем) полагают, что парухии не обязательно были связаны с мон-рями и по преимуществу имели территориальный характер («территориально сплоченная сфера епископской юрисдикции», к-рая, однако, могла включать находящиеся за ее пределами церковные общины — Etchingham. 1999. P. 458). Клирики и др. лица, к-рые жили в церковных общинах, входивших в состав парухии, именовались «фамилия» (лат. familia, ирл. muinnter). Есть основания полагать, что, несмотря на существование «независимых» (s ó er) общин, бо€льшая часть церковных общин была включена в сложную и многоуровневую систему парухий, во главе к-рой находились крупнейшие церкви (Ibid. P. 233). Мн. вопросы о соотношении парухий и системы диоцезов остаются в наст. время нерешенными. Глава парухии (настоятель главной церковной общины) обладал определенными правами в отношении подчиненных церквей: совершал визитации, пользовался правом гостеприимства, утверждал избранных на местах настоятелей. Однако его права были ограничены, напр., он мог изъять часть земель подчиненной церкви только в том случае, если ее клирики не исполняли церковные обязанности. Важной составляющей системы парухий было право аббата участвовать в судопроизводстве, к-рое важнейшие общины использовали для расширения влияния. «Закон Адамнана» (697), действие к-рого распространялось на всю И., предусматривал ответственность виновного в нек-рых преступлениях (нарушение иммунитета клириков, женщин и детей во время военных действий) не только перед светским судом, но и перед специально назначенными представителями аббата мон-ря Иона, к-рому полагалась часть штрафных платежей. В VIII–IX вв. подобные законы (c á na), к-рые способствовали исключительному расширению прав настоятелей крупных церквей за пределами сферы их юрисдикции, провозглашались в пользу разных церковных общин в отдельных частях И. Эффективным средством утверждения влияния Ард-Махи стал «Закон Патрикия», действие к-рого со временем было распространено на всю И. Вероятно, этот закон предоставлял настоятелю Ард-Махи в лице его местных представителей право на участие в судопроизводстве по делам преступлений против клириков.

Система пастырского окормления мирян в И. также имела свои особенности. Согласно юридическим трактатам, она строилась на основе контрактных отношений, характерных для традиц. ирл. права: на духовное окормление (прежде всего принятие таинств) имели право те миряне, к-рые регулярно выплачивали десятину и др. церковные подати (известно о единовременных платежах за совершение крещения, погребение на церковной земле и др.). Осуждая ряд явлений в жизни ирл. общества (многоженство, вооруженное насилие), иерархи требовали от мирян, желавших вести полноценную церковную жизнь, выполнения епитимии, нередко длительной и сопряженной с временным поражением в правах. К таким лицам («бывшим мирянам», ирл. athl á ich) предъявлялись повышенные дисциплинарные требования. Вероятно, в наибольшей степени подобными отношениями были охвачены зависимые крестьяне, арендаторы и др. лица, непосредственно связанные с церковными общинами, тогда как значительная часть общества (в т. ч. представители знати) не вела регулярную церковную жизнь. На недостатки системы пастырского окормления указывают упоминания в источниках о церквах, к-рые не осуществляли полноценного окормления мирян из-за небрежности настоятеля или тяжелого материального положения, отсутствия постоянного клира и т. д.

В VI в. в И. был основан ряд мон-рей, началось формирование монастырских конгрегаций — «общины Колумбы» с центром на о-ве Иона, «общины Комгалла» с центром в Беннхоре (ныне Бангор), их организация была схожа с системой парухий. Согласно нек-рым источникам (напр., Житию св. Колумбы, составленному св. Адамнаном), аббат старшего мон-ря в конгрегации обладал значительными полномочиями: он единолично распоряжался монастырским имуществом, назначал настоятелей (приоров) в др. мон-ри конгрегации. В монастырских конгрегациях практиковалась передача должностей по наследству (так, аббаты мон-ря Иона выбирались из рода св. Колумбы). Вероятно, ирл. мон-ри постепенно преобразовывались в церковные поселения, потеряв исключительно монастырский характер. В мон-ре Иона начало этого процесса могло быть связано с учреждением епископской кафедры (еп. Кедди упомянут среди поручителей «Закона Адамнана» (697)). Это не привело к упадку монашества, т. к. в VIII–XI вв. монашеские общины, как правило, существовали при крупных церквах.

В силу важности для ирл. общества статуса человека изгнание воспринималось как одно из самых жестоких наказаний, равноценное смертной казни. Мн. клирики выбирали изгнание добровольно (напр., св. Колумбан удалился из мон-ря Беннхор в Галлию), искали уединения на безлюдных островах (Кормак Уа Лиатан, о к-ром сообщается в Житии св. Колумбы) или отправлялись на континент, где основывали мон-ри и проповедовали язычникам (св. Колумбан в Галлии, св. Килиан в Баварии). Деятельность Колумбана и др. ирл. подвижников (св. Фурсы и его братьев в VII в.) оказала влияние на распространение монашества в меровингской Галлии. Представители ирл. интеллектуальной элиты (Дунгал, Эриугена Иоанн Скотт) жили при каролингском двореи оказали значительное влияние на развитие богословия и др. наук. Однако деятельность мн. ирл. клириков и монахов, прибывавших в IX–XI вв. на континент, вызывала обеспокоенность местных церковных иерархов.