Богомольная грамота Патриарха Гермогена о победе царских войск над болотниковцами на Восме. 9-10 июня 1607 г.



Февральская попытка царя и Патриарха с помощью вызванного из ссылки экс-патриарха Иова призвать народ к раскаянию за нарушение крестного целования государям и таким образом приостановить процесс перемены самодержцев не возымела успеха. Теперь Гермоген требовал от Василия Шуйского решительно подавить охвативший значительную часть страны «мятеж» вооруженной рукой. 21 мая 1607 г. начался царский поход на Тулу, к которой отступили главные силы повстанцев во главе с И. И. Болотниковым. Но боярский царь, по обыкновению, медлил, колебался и выжидал, не поспешая к основным силам армии, сосредоточенным в Серпухове. Лишь в первых числах июня патриарх Гермоген смог разослать по всей стране богомольную грамоту о выступлении царя Василия в ратный поход. Московский первосвященник явно подталкивал самодержца к более энергичным действиям[1]. Не прошло и нескольких дней, как Гермоген получил сильный аргумент в пользу активизации карательных мер: видя нерешительность Василия Шуйского, повстанцы Болотникова и князя А. А. Телятевского перешли в наступление, но потерпели жестокое поражение от армии князя Андрея Васильевича Голицына на реке Восме, не доходя до Каширы (5—7 июня). Патриарх Гермоген немедленно оповестил об этом страну публикуемой ниже богомольной грамотой. Не мир, но меч нес московский первосвященник своей «соблазнившейся» пастве. Он еще упоминал о желании, чтобы противники в гражданской войне «обратились к познанию», но когда после взятия Тулы 10 октября 1607 г. Василий Шуйский прекратил военные действия и распустил уставшие войска, Гермоген резко осудил его за преждевременное «успокоение , говорил, что царя «уласкаху» «советницы лукавые»[2] . В речи к Василию Шуйскому патриарх требовал немедленно выступить против набиравшего силы нового врага — Лжедмитрия II[3] .

После благословения Гермоген пишет:

«Грех ради наших и всего православнаго християньства от востающих на церкви Божий и на християнскую нашу истинную веру врагов и крестопреступников межусобная брань не престанет. И бояр, и дворян, и детей боярских, и всяких служивых людей беспрестанно побивают, и отцов, и матерей, и жен, и детей их всяким злым поруганием бесчестят[4]. И православных хрестьян кровь, иже поборают за благочестивую християньскую веру и за святыя Божия церкви, аки вода проливается[5]. И смертное посечение православным християном многое содевается, и вотчины их и поместья разоряются, и земля от воров пуста чинится.

И благочестия рачитель, великий государь наш царь и великий князь Василей Иванович всеа Русии, видев святыя церкви разоряеми и православную кровь напрасно проливаему, прося у... (всех небесных сил) милости, пошел сам против тех злодеев и немилостивых губителей, подобяся древним благочестивым християнским государем, иже за благочестивую християнскую веру крепце и мужественне поборая.

И июня в 9 день государь царь и великий князь Василей Иванович всеа Русии ко мне, богомольцу своему, прислал свою царьскую грамоту с стольником своим с Иваном Васильевичем Измайловым.

А в государеве грамоте написано, что писали к нему, государю, с Коширы его государев боярин и воеводы князь Ондрей Васильевич Голицын с товарыщи, что идут с Тулы собрався многие воры с нарядом (пушками. — А. Б.). А хотят итти к Серпухову и к Москве. И как де, сыну[6], послышали его государев поход, что пришел он, государь, в Серпухов — и они де и поворотилися к Кошире на осад.

И он, государь царь и великий князь Василей Иванович всеа Русии, послал тотчас к боярину своему и воеводам ко князю Ондрею Васильевичу Голицыну с товарыщи из Серпухова голов с сотнями, а велел им, прося у Бога милости, над теми воры промышляти, сколько им Бог помощи подаст.

И июня в 5 день писал к нему, государю царю и великому князю Василью Ивановичу всеа Русии, его государев боярин и воеводы князь Ондрей Васильевич с товарыщи, что они с воры сошлись на речке Восме, от Коширы верст за двенадцать, июня в 5 день.

И Божиею помощию и пречистыя Богородицы и великих чудотворцов молитвами его государевы бояре и воеводы и всякие ратные люди тех воров наголову побили, и их воровских воевод наряд, и набаты, и знамяна, и коши (обоз. — А. Б.) все поймали, и живых языков больши пяти тысяч взяли. А имали их и побивали на тридцати верстах.

А достальные воры и лутчие их промышленники, терские, и яицкые, волские, доньские, и путивльские, и рыльские атаманы и казаки, сели в бояраке и городок себе сделали. И его деи государевы бояре и воеводы, и дворяне, и дети боярские, и ратные всякие люди к тому городку приступали. И Божиею милостию тех воров взятьем взяли.

И такая, сыну, великая победа благочестивому государю нашему... (совершилась милостью небесных сил). И ты бы, сыну, велел (прочесть богомольную грамоту в соборе всем «во услышание» и молебствовать за здоровье государя и воинства, победе над всеми врагами, «обращении» государевых изменников и гражданском мире, а также разослал списки грамоты по всей епархии; приписка Филарета говорит о выполнении этих указаний)».



[1] Эта грамота, так же как и публикуемая ниже, сохранилась в списках, которые рассылались по епархии митрополитом Ростовским и Ярославским Филаретом. Первая рукопись датирована 7 июня, публикуемая — 12 июня 1607 г. (патриаршие грамоты приходили к Филарету соответственно 6 и 11 июня). ААЭ. Т. 2. № 73.
[2] Васенко П. Г. Новые данные для характеристики патриарха Гермогена // ЖМНП. 1901. № 7. С. 141, 144.
Текст опубликован: Преображенский А. В. Творения святейшего Гермогена, патриарха Московского и всея России. М., 1912. С. 82—83.
Здесь Гермоген весьма недвусмысленно подчеркивает социальное размежевание сил в гражданской войне: дворянство всех уровней и царские служащие, с одной стороны, повстанцы Болотникова — с другой. О политической вывеске — Лжедмитрии — патриарх даже не вспоминает.
[3] Текст опубликован: Преображенский А. В. Творения святейшего Гермогена, патриарха Московского и всея России. М., 1912. С. 82—83.
[4] Здесь Гермоген весьма недвусмысленно подчеркивает социальное размежевание сил в гражданской войне: дворянство всех уровней и царские служащие, с одной стороны, повстанцы Болотникова — с другой. О политической вывеске — Лжедмитрии — патриарх даже не вспоминает.
[5] После отступления от Москвы болотниковцы успели одержать ряд серьезных побед, о которых, конечно, патриарх не оповещал.
[6] Гермоген обращается к митрополиту Филарету.

Грамота издана: ААЭ. СПб., 1836. Т. 2. № 74.
Приводится по изданию: Богданов А.П. Русские патриархи (1589-1700): В 2 т. М.: ТЕРРА; Республика, 1999. Т. 1. С. 256-259
Ссылки по теме
Форумы